Автор Тема: Экуменизм, унии  (Прочитано 8264 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Ладога

  • Гость
Экуменизм, унии
« : 22/10/09 , 11:15:00 »
Слово «экуменизм» происходит от греческого слова «эйкумене», которое в русском языке имеет следующие значения: «земля, населенная людьми», «вселенная», «мир».
Этим словом было названо движение, зародившееся в начале XX века в среде протестантских христиан. Движение ставило своей целью объединить христиан всего мира (все эйкумены), принадлежащих к различным исповеданиям (православию, католичеству, протестантизму). Сторонники экуменизма считали, что осуществление этой цели явилось бы исполнением заповеди Иисуса Христа «Да будут все едино» (Ин. 17, 21).

Идея христианского объединения, если она предполагает подлинное единство во Христе, само собой разумеется, не может вызывать никаких возражений. Более того, именно в борьбе с расколами и с разделениями, являющимися следствием греха и волновавшими на протяжении всей церковной истории христианский мир, видели свою главную задачу многие великие отцы, учителя и исповедники Церкви Христовой.
Таким образом, экуменическая идея объединить христиан и этим возродить неразделенную Церковь сама по себе не вызывает никаких критических замечаний. Критика экуменизма начинается тогда, когда эта идея из области теории переходит в область ее практического осуществления.

 Является ли экуменическое движение движением подлинно церковным?
Сомнения в этом появляются уже тогда, когда мы узнаем, что экуменизм зародился в протестантской среде, т. е. за пределами истинной   Церкви. Протестантское  происхождение  экуменизма  могло  бы  и не вызывать сомнений, если бы сами протестанты, вступая   в  экуменическое  движение,   поставили   перед  собой одну и единственную цель:  вернуться   в лоно   истинной Церкви Христовой. Однако такой цели поставлено не было. Вместо этого протестантские богословы все свои усилия направили на то, чтобы не только  объяснить,   но  и оправдать наличие в христианском мире различных исповеданий и различных церквей.
Согласно их богословским выводам, получалось, что все эти различия не только не несут на себе печать греховного разделения, но и имеют немало положительного, создавая дополнительные общехристианские ценности, порожденные разнообразием раз­личных христианских конфессий.  В   ходе   именно   таких выводов родилась, например, протестантская «теория ветвей»,   согласно   которой   все   разделенное   христианство сравнивается с ветвями дерева, ствол которого не только не страдает от количества ветвей, но наоборот, приобретает с их помощью большую крепость и растительную силу. Такая установка протестантских лидеров экуменического движения, естественно, обрекала это движение уже в самом ее зародыше на неуспех.

На протяжении десятилетий экуменические встречи и диалоги проводятся так, как будто истинной Церкви Христовой на земле не существует вообще; истина же собирается по крупицам, будучи заимствована от каждой конфессии. В этом проявляется неверие протестантских экуменистов в Церковь, а, следовательно,   и   неверие   Самому   Христу,   Который   сказал: «Созижду Церковь Мою, и врата  ада не   одолеют   ее» (Мф. 16, 18). Не замечая истинной Церкви, экуменические деятели в то же время любят повторять, что они как можно чаще возвращаются назад, ко временам древней неразделенной Церкви и там ищут пути объединения христианских конфессий. Однако эти высказывания остаются лишь в теории экуменизма. На практике же происходит обратное: продолжается дальнейшее дробление протестантизма; в богословии и богослужении не прекращается безудержный модернизм, приводящий к тому, что иногда становится трудно понять: совершается в данный момент богослужение или исполняется концерт рок-музыки. Казалось бы, возвращение к временам  неразделенной Церкви должно было бы вернуть протестантский мир к апостольскому преемству. Однако и здесь мы встречаемся   с   проявлением модернизма: протестантизм, вопреки широко рекламируемой им идее экуменизма и вопреки многочисленным протестам Православных Церквей, участвующих в экуменическом движении, вводит женское священство.

 Для православных любовь не может уживаться с разногласиями (как в случае с женским священством), она, по Апостолу Павлу не бесчинст­вует (1 Кор. 13), но стремится к тому, чтобы все было, как пишет тот же Апостол, «благообразно и по чину», что предполагает строй, меру, порядок, следование устано­вившимся традициям, послушание. Экуменизм же всем этим проявлениям христианской любви уделяет слишком мало внимания, считая их отжившими и консервативными.


Экуменическое движение неоднократно подвергалось критике и за свою политическую деятельность, ибо это противоречит природе христианства, его целям и задачам. Оно не избежало влияния тайных международных организаций. Об этом мы узнаем, например, в одном из масонских журналов (Ля Тампл, 1946 г. № 3): «Нас спрашивают, почему мы вмешиваемся в споры религиозного порядка. В какой части вопросы объединения церквей, экуменические конгрессы могут представлять интерес для масонства? Проблема, выдвинутая проектом церквей, исповедующих Христа, очень интересует масонство и является близкой масонству, так как она содержит в себе идею универсализма. Пусть нам позволено будет прибавить, что, если это объединение, по крайней мере в том, что касается не римских исповеданий, стоит на верном пути, то этим оно обязано немного также и нашему Ордену... при возникновении первых экуменических конгрессов вмешательство наших англо-саксонских братьев было опреде­ляющим».

В отдельные периоды своего существования экуменическое движение настолько погружалось в политику и предавалось мирским интересам, что от христианских идеалов в нем почти ничего не осталось. Его справедливо обвиняли в «горизонтализме», т. е. в служении «по стихиям мира сего, а не по Христу», когда в полном забвении оказывались подлинные духовные ценности и место занимали материальные и мирские расчеты. Движение не устремлялось вверх, «по вертикали», к Богу, и этим совер­шенно обесценивало все благие идеи, планы и начинания.


Совершающаяся в последние годы инославная интервенция в Россию показала всю бесплодность многолетних попыток экуменизма по преодолению конфессиональных разделений.
http://www.klikovo.ru/db/book/msg/6616

Ладога

  • Гость
Re: Экуменизм, унии
« Ответ #1 : 22/10/09 , 11:17:04 »
Флорентийская уния - соглашение, заключённое на соборе во Флоренции (первоначально собор проходил в Ферраре) в июле 1439 об объединении Западной и Восточной (православной) Церквей на условиях признания Православной Церковью латинской догматики и главенства папы римского при сохранении православных обрядов.

Подписали унию все греческие епископы присутствовавшие на соборе, кроме Марка Эфесского и патриарха константинопольского Иосифа, который к тому времени умер. Подписал унию и русский митрополит грек Исидор (давно уже согласившийся на нее), за что был низложен Великим князем Московским Василием II Темным (уния так и не вошла в силу ни в Византии, ни в Русском государстве).

По возвращении в Константинополь многие греческие епископы которые согласились на унию во Флоренции, отказались от нее, заявив, что их насильно принудили к соглашению с латинянами. Греческое духовенство и народ, узнав об унии пришли в раздражение; униатов считали за еретиков.
Вокруг Марка Эфесского сгруппировались все защитники православия. Патриархи Александрийский, Антиохийский и Иерусалимский составили 1443 г. в Иерусалиме собор на котором произнесли отлучение на всех приверженцев унии. Повторное осуждение восточными патриархами Флорентийской унии произошло в 1450 г. на соборе в Константинополе, на этом же соборе был низложен униат патриарх Константинопольский Григорий Мамма и возведен на патриарший престол православный Афанасий.

Когда в 1453 г. Константинополь был взят турками о Флорентийской унии перестали вспоминать.

Ладога

  • Гость
Re: Экуменизм, унии
« Ответ #2 : 22/10/09 , 11:23:11 »
Брестская уния (Брест-Литовская уния, Литовская уния) 1596 г., уния, названная по имени города Бреста Литовского, где проходил заключивший ее собор, имела первоначально в виду путем взаимных уступок соединить воедино Церкви католическую и Православную.

Уния не была случайным явлением; она не была и результатом только личных расчетов и своевольных действий отдельных представителей православной церковной иерархии. Она была обусловлена исторической жизнью русской православной церкви в Литве и явилась ее прямым результатом. Мысль эту впервые обосновал М.О. Коялович в своем труде «Литовская церковная Уния».

Римский папа никогда не покидал мысли об обращении православного русского народа в римо-католичество. Время и опыт показали, что такое обращение не только трудно, но и невозможно так велико было различие между православием и католичеством. Поэтому в Риме стали приходить к мысли подготовить переход в католичество путем различных уступок православным. На этой почве созрела у католиков мысль об унии.

С другой стороны, и православные вследствие разных неустройств в церкви не были чужды мысли об унии. С тех пор, как литовский князь Ягайло женился на польской королеве Ядвига и вступил на польский престол, в Литве стали вводить католичество. Язычников прямо обращали; что же касается православных, то от них требовали только признания власти папы, не определяя наперед, в чем будет заключаться их подчинение папскому престолу.

Таким образом, мысль об унии православной церкви с католической была высказана еще раньше Флорентийской унии. Главное препятствие к введению унии заключалось в том, что западнорусская церковь была подчинена московскому митрополиту, а последний всегда был ревностным противником не только какого-нибудь соединения, но даже сближения с католической церковью и папским престолом. Вследствие этого в Польше пришли к мысли отделить западнорусскую церковь от восточной и создать для нее особую митрополию.

В 1415 в Новогрудке был собран собор западнорусских православных епископов, и митрополитом был избран болгарин Григорий (Цамблак). Витовт не был открытым врагом православия, хотя и думал о соединении церквей. По его мнению, учение Гуса могло служить мостом к этому соединению. С этой целью он послал на собор в Констанц митрополита с несколькими епископами, но они прибыли туда уже после сожжения Гуса, когда причащение под обоими видами было отвергнуто и переговоры о соединении церквей сделались таким образом, невозможными.
Продолжение
http://drevo.pravbeseda.ru/index.php?id=2295

Ладога

  • Гость
Re: Экуменизм, унии
« Ответ #3 : 22/10/09 , 11:27:45 »
С 16 по 23 октября на Кипре проходит совещание Международной смешанной комиссии по богословскому диалогу между Католической и Православной Церквами. Тема пленарной сессии продолжит тему совещания в Равенне 2007 года: «Роль Римского епископа в церковном общении в первом тысячелетии».


Среди новшеств предстоящей сессии – присутствие русских представителей Смешанной комиссии. «Было достигнуто соглашение между Константинополем и Москвой, а также другими Православными Церквами», - сообщил Элеутерио Фортино. Он добавил, что «формальная полнота представительства Православных Церквей необходима для успешного исхода диалога» (!).

То есть, католический представитель фактически заявил о том, что на сессии, возможно, будут приняты некие решения, для легитимизации которых необходимо участие в саммите представителей всех Православных Церквей. Сама тема сессии может показаться человеку несведущему отвлеченной, между тем именно вопрос о первенстве римского епископа стал причиной отпадения западной церкви от вселенского православия. И сам факт, что представители Православных Церквей собираются обсуждать этот, казалось бы, раз и навсегда решенный вопрос, вызвал непонимание и вполне обоснованную тревогу миллионов православных по всему миру.


Дополнительную тревогу добавляло и то обстоятельство, что информации о саммите в Ровенне было крайне мало, что в свою очередь порождало множество слухов и домыслов. Так, говорили о том, что результатом сессии стало фактическое признание обоснованности претензий римского первосвященника на роль всемирного лидера, что фактически устраняло одно из главных препятствий к заключению унии.

Одним из проявлений беспокойства православных стало обращение монашествующих Афона к участникам конференции, в котором они подчеркивали, что единственной темой диалога с католиками может быть их покаяние, отказ от еретических нововведений и возвращение в православие.

Но этим протесты не ограничились. Так, ряд православных организаций и священнослужителей на Кипре предприняли попытку сорвать проходящее в Пафосе совещание Международной смешанной комиссии по богословскому диалогу между Католической и Православной церквами.

Монахи монастыря Ставровуни и представители Ларнакской епархии выразили протест в связи с проведением совещания и обратились к предстоятелю Кипрской православной церкви архиепископу Хризостому II с требованием закрыть его. Монахи вместе с мирянами провели 18 октября пикет, в результате которого организаторы сессии вынуждены были отменить совместную молитву представителей православия и католичества (недопустимую с точки зрения канонического права действие), которая должна была состояться в православном храме святого Георгия в Пафосе, где проходит конгресс. Пикетчики заявили, что совместная молитва православных и католиков незаконна, а богословский диалог двух ветвей христианства имеет целью подчинение православия Ватикану.


В свою очередь митрополит Пафоса Георгий подчеркнул, что цель диалога – найти то основание веры, которое разделяли православные и католики до разделения Церквей. «Существуют разногласия, очень серьезные разногласия, и тысяча лет разделения увеличила наши разногласия», - признал митрополит. «Но нынешние времена требуют примирения, несмотря на то, что пришлось претерпеть церквям от ненависти и взаимной вражды. Мы сейчас понимаем, что должны сотрудничать», - заключил иерарх.

История действительно знает множество примеров гонений католиков на православных, в том числе и благословленные «святым» престолом «крестовые» походы против «схизматиков» (так паписты именуют православных), и геноцид православных на Украине, в Белоруссии и на Балканах. Но ничего подобного никогда не совершалось православными в отношении католиков. Так что не совсем ясно о какой «взаимной вражде» говорит митрополит Георгий.

Кроме попыток «объединения» вооруженной силой, Ватикан неоднократно осуществлял попытки унии с православными, в которых главным оружием был подкуп архиереев. Наиболее известной являются Флорентийская уния, приведшая с точки зрения православных святых отцов к гибели Византии, и Брестская уния, в результате которой на Украине не осталось ни одного православного архиерея. Позже православная иерархия была восстановлена усердием гетмана Сагайдачного, привезшего на Украину Иерусалимского патриарха. А часть архиереев-ренегатов была казнена казаками.

Валерий Джейрахов
19/10/2009 16:05
http://www.segodnia.ru/index.php?pgid=2&partid=41&newsid=10031

MALIK54

  • Гость
Re: Экуменизм, унии
« Ответ #4 : 15/05/10 , 23:35:46 »

Марина Чернова

  • Гость
Re: Экуменизм, унии
« Ответ #5 : 09/08/10 , 04:42:26 »
Алексей Осипов: «Мое отношение к экуменизму отрицательное»

Известный богослов не согласен с тем, что наступило время предпринять решительные шаги для достижения полного единства с католичеством …

«Мое отношение к экуменизму таково: я считаю, что можно иметь диалоги и встречи с представителями других христианских конфессий; можно иметь диалог, но по вопросам, по-видимому, не столько религиозного, сколько социального характера. Дело вот в чем, почему я так говорю: когда наша Церковь вступала в экуменизм (это было в 1963 году), то руководители Всемирного Совета Церквей, а там было около полутораста Церквей протестантских, дали клятвенное обещание, и мы их об этом просили, что ни в коем случае ни одна из Церквей Всемирного Совета Церквей не вводит ничего такого, нового, что препятствовало бы их диалогу, их продвижению в совместной деятельности и работе», - сказал в ходе беседы с игуменом Димитрием (Байбаковым) профессор Московской Духовной Академии и Семинарии, доктор богословия Алексей Ильич Осипов в студии телеканала «Союз» в Андреевом монастыре города Москвы, сообщает сайт телеканала.

«Все. Приняли. Ура – как хорошо! Давайте теперь рассуждать. На первой же ассамблее, которая после этого прошла, это было в Нью-Дели, встал вопрос об изменении вероучительного базиса. И, в частности, наша делегация предложила, чтобы этим базисом стало исповедание триединого Бога. Не просто господа Иисуса Христа, а триединого Бога. Несколько голосов было против, поднялось несколько рук против. И это – христианские Церкви. Что дальше? Обращаю на это внимание: несмотря на эти решительные меры, чтобы ничего не вводить нового, прошло немного времени и началось женское священство. Все православные говорят: что вы делаете, мы же договорились, это непреодолимое препятствие на пути к единству, это невозможно. Ответ нам: а почему вы не вводите женского священства, это дискриминация, и так далее. Еще проходит немного времени, и что мы сейчас видим? Женщины становятся епископами – еще пуще. Еще проходит немного времени, и уже гомосексуалистов венчают. Вот сидим мы как-то лицом к лицу с делегацией немецкой в Германии, встает один из них и говорит: «А наша Церковь уже совершает бракосочетания». Мы говорим: «Так это вообще немыслимо! Это же антибиблейское, вы же понимаете, что ж вы делаете?» А у них что? Что правительство делает, то и они делают, только и всего», - отмечает богослов.

"То есть шаг за шагом эта экуменическая деятельность следует идее не единства, а осуществления своих целей, - продолжил Алексей Ильич. - Каких же? На одной из начальных конференций американская организация протестантов сразу сказала: это создание своего рода всемирного религиозного христианского органа, которому были бы подчинены все христианские церкви, и этот орган руководил бы всеми ими. Вы знаете, что там ни одно вероучительное положение, по которым мы расходимся с теми же протестантами, не нашло подтверждения – ни одно. Зато целый ряд вещей, о которых я сказал, прямо свидетельствует о противоположном. Вот к чему ведет экуменизм; совсем не к поиску истинной Церкви, к которой мы все должны стремиться, отбросив все свои заблуждения. Нет-нет-нет, мы стремимся не к поиску единства в вере и жизни, а знаете к чему стремимся? Я вам скажу страшную вещь – к совместному Причащению. К совместному Причащению – в этом виде единство церковное».

«Как-то я пью кофе с одним епископом американским в Англии, и он меня убеждает, что Христос – не Бог, - вспоминает профессор Осипов. - Я спрашиваю: а кто же? И этот человек, с которым, я думал, мы сейчас о Боге поговорим, отвечает мне: нет, нет, не надо. Другой, не епископ, профессор, убеждает меня, что Христос не воскрес. Вы представляете? Вы посмотрите на статистику и увидите многое, что творится сейчас. Во Франции, например, третья часть христиан не признает Иисуса Христа Богом, и так далее. Представляете, что идет? И вот что с этими Церквами так называемыми о чем можно говорить? Конечно, не о вере – это бесполезно. Ни о каких принципах духовной жизни – об этом и мысли нет. С ними самое большее, о чем можно говорить, как и с представителями других религий – только о том, как бы всем вместе нам жить получше здесь, на Земле, и решать разного рода проблемы: социальные, политические, экономические, экологические и так далее. Вот о чем можно говорить безотносительно к христианству».

«Поэтому мое отношение к экуменизму как к движению, которое нацелено, как было заявлено изначально, на объединение христиан в единой Церкви, – отрицательное: никакой единой Церкви не может быть. Ни одна протестантская Церковь не хочет и думать, как бы стать правоверной, православной. Об этом и речи не может быть. В том числе и Католическая Церковь – об этом и речи не может быть. Папа Бенедикт XVI, до своего избрания бывший кардиналом и префектом, разослал всем епископским Католическим конференциям по всему миру документ, в котором значилось черным по белому: единственная церковь – это церковь католическая. Все прочие – православные и протестантские – это только доктрины. Что такое «доктрины»? Это только учения. Единственная Церковь – это Католическая Церковь. Без папы нет католичества. А папа это кто? Он говорит с кафедры как верховный пастырь и учитель, он непогрешим, он безошибочен. Какое возможно единение Православия с католицизмом? Католицизм – это море; сейчас там пять тысяч епископов. Православие – это лужица: я не знаю, 200-250 у нас имеется епископов, не больше. А о количестве верующих и говорить нечего. В Католической Церкви сейчас уже за миллиард верующих. Так вот, какое объединение может быть? Она – Церковь, мы – доктрины. Что будет? Подчинение?» - недоумевает богослов.

«Один из епископов зарубежных так и сказал сейчас, очень резко: католичество – это ересь, и объединение с католичеством возможно только тогда, когда оно, католичество, станет православным. Что невозможно. А вот православные чего хотят от католичества?» - вопрошает профессор Осипов.

Отвечая на вопрос: «Чего мы ищем в этом содружестве с католиками и не грозит ли это, собственно говоря, унией?», ученый сказал: «Это не только грозит – иначе просто не может быть. Мы знаем, к чему привела лионская уния: там народ просто восстал против византийского императора. А посмотрите, брестская уния – униаты кто такие? Они же католики в основном. То же грозит и нам…»

«Не буду сейчас называть имен, но один из православных иерархов уже заявил, что наступило время предпринять решительные шаги для достижения полного единства с католичеством, и этого ожидают обе наши Церкви. Не хочется мне называть его имя – пока не время. И если такие слова действительно были, хотя сомнений в этом мало, но это странно, это ужасно совершенно – это значит, что мы перестанем быть Православной Церковью, католицизм нас поглотит полностью», - выразил уверенность Алексей Осипов.
http://www.ruskline.ru/news_rl/2010/8/06/aleksej_osipov_moe_otnoshenie_k_ekumenizmu_otricatelnoe/

Бесогон

  • Гость
Re: Экуменизм, унии
« Ответ #6 : 09/08/10 , 06:43:32 »


А ведь, ты, Малик, случайно оказался прав!
Верить следует только православному, восьмиконечному, кресту!  ;)

Марина Чернова

  • Гость
Re: Экуменизм, унии
« Ответ #7 : 10/08/10 , 23:30:08 »
Экономика экуменизма

Александр  Молотков, РНЛ

С идеями современного православного мыслителя Александра Евгеньевича Молоткова можно спорить, но нельзя отрицать того факта, что его идеи заставляют думать над нашим прошлым, настоящим и будущим.


Поражение

Традиционное православное сознание очень ревностно относится к проблеме экуменизма, считая защиту чистоты православия главным залогом свидетельства Истины христианства в мировой истории. Вполне справедливая и принципиальная позиция, на которой фактически и сформировалась вся русская цивилизация. Свой собственный, не западно-католический путь развития Россия убедительно заявила еще в XIII в. во времена Александра Невского и затем неоднократно подтверждала в процессе истории. Однако сегодня процессы глобализации делают угрозу экуменизма острее, чем когда бы то ни было, предопределяя ее самой логикой интеграционных процессов.

Если посмотреть с этой точки зрения на нынешние реалии, то дело обстоит, мягко говоря, неважно. Экспансия западно-христианской цивилизации уже практически полностью завоевала «каноническую территорию» православия, покорив ее под видом западно-либеральной экономики! Эта ситуация заставляет совершенно по новому взглянуть на проблему чистоты православия, переведя ее с задачи охранения сугубо церковного догматизма на уровень защиты традиционной социально-экономической и культурной реальности. Даже беглый взгляд свидетельствует, что положение в этой области катастрофично, и именно здесь православие терпит свое главное поражение в сегодняшнем мире. Перед Русской Православной Церковью встала серьезнейшая угроза «экономического экуменизма» как необратимого приобщения к западно-христианской апостасии на почве неолиберальной модели общественно-экономического развития. Это одновременно проблема Церкви и русской цивилизации как таковой.

Проблема появилась недавно - в результате либеральной революции. Новая актуализация православия пришлась в России на тот момент кардинальных перемен в общественном строе, когда обрушилась старая социалистическая социально-экономическая система и шоковыми методами была установлена капиталистическая модель экономики. Церковь в этом выборе непосредственно не участвовала, однако пост-фактум приняла перемены вполне благосклонно, так как благодаря им не только получила свободу проповеди, но и немалые спонсорские деньги на собственное восстановление. Но что же имеем в итоге? Восстановленную Церковь и разрушенное общество.

Повода для триумфа нет. Наоборот, на очереди переоценка всех видимых успехов с позиций отрезвляющего фактора социально-экономической реальности. Катастрофическая деградация общественной нравственности, культуры и государственности на фоне, казалось бы, повсеместного подъема православной активности, требует обратить, наконец, внимание на тот экономический «источник всех зол», который неумолимо разрушает и развращает российское общество. Иначе дальнейшая эффективность православной миссии остается под вопросом.

Не будет большим откровением сказать, что «источник» нынешнего социального зла в либерально-рыночной экономике. Сребролюбие, оно же стремление к прибыли, оно же поклонение мамоне, и оно же - двигатель современной российской экономики стало сегодня определяющим мотивом деятельности подавляющего большинства российских граждан. И это не их личный выбор - таков алгоритм существования социально-экономической системы навязанной обществу реформаторами. Неизбежность участия во всеобщих «тараканьих бегах» за прибылью и достатком подвергает человеческую личность мощнейшему воздействию разного рода искушений и соблазнов, преодолеть которые большинство оказываются не способны. В результате общество в целом неудержимо деградирует в духовно-нравственном отношении. И даже православное «окормление» здесь мало что меняет. Выбор жесток и неумолим: или принимай всеобщие «рыночные» условия достижения успеха, или, сохраняя духовность, сходи с социальной дистанции на обочину маргинальности. Очевидно, что большинство современных «православных» принимают именно первое условие - и это заведомо предопределяет прогрессирующую духовную деградацию общества и фактическую бесплодность христианской миссии. Несмотря на явно выраженное возвращение православия в общественное сознание, российское общество стремительно трансформируется в сторону западно-либерального образа жизни в его худших проявлениях. Русская цивилизация теряет последние признаки идентичности - таков парадокс «православного возрождения» России на основе западно-ориентированной экономики.

Идентичность

Чтобы вскрыть существо этого парадокса, надо вспомнить о таком фундаментальном свойстве всякой цивилизации как самодостаточность. Именно принцип самодостаточности православно-исторической традиции был грубо отвергнут реформаторами 90-х (тайными агентами глобализма), заменившими российскую матрицу исторического развития на западно-либеральную. Причем, тотально на всех уровнях: идеологическом, экономическом, социальном и политическом. Тем самым была прервана возможность собственного выбора исторического пути и русская цивилизация потеряла инерцию своего развития.

Между тем, самодостаточность исторического субъекта подразумевает, что в собственном становлении он может исходить только из самого себя! Из того онтологического начала (логоса), которое Бог заложил в основание этого субъекта в плане Своего Промысла. Фактически так развивается и всякий организм - из глубины своего генома. Всякое вновь приобретенное качество может быть привнесено в этот организм только изнутри, через внутреннюю генерацию собственных потенциалов и «переваривание» на их основе любых посторонних влияний. Поэтому подлинная цивилизация развивается именно из себя самой! Мелкие нации (не цивилизации) могут себе позволить поиск и заимствования на стороне (им это даже необходимо, чтобы не выпасть из истории), но уже действующая цивилизация всегда имеет источник собственной истории в себе самой. Вопрос лишь в том, насколько и как успешно на данный момент она реализует свой внутренний потенциал. Так все великие цивилизации (Китай, Индия, Европа, исламский мир) уже давно существуют «сами из себя» и более того, тем самым - осуществляют и формируют всеобщую Историю. Поэтому методологическая ориентация на «самодостаточность» есть принципиальное условие существования и развития всякой цивилизации. Как только такая способность по тем или иным причинам будет исчерпана - цивилизация исчезнет с исторической арены! Ей уже нечего сказать Истории.

Вот почему в условиях нашего исторического кризиса, носящего явно цивилизационный характер, принципиально важна ориентация на собственные приоритеты, а не бездумное следование западным стандартам. Чтобы не подменить исторически выстраданное решение именно нашего «русского вопроса» неким готовым «общеевропейским» заменителем.

Если бы дело касалось просто проблемы национального выживания, можно было бы менее щепетильно относится к вопросам идеологии, - что обеспечивает «чечевичную похлебку», то и истинно. Однако цивилизационный вопрос на поверку всегда оказывается главным. Наглядный пример тому, метания Украины. С одной стороны она хотела бы видеть себя частью Европы на правах одной из «европейских наций», а с другой, остаться с Россией в контексте православной Святой Руси. Не позавидуешь. И это вопрос для нации, которая просто запуталась в своей цивилизационной идентичности. Для нас же (как действующей цивилизации) все обстоит более серьезно - быть или не быть вообще? Мы - евразийская цивилизация, и если мы «войдем в Европу» - мы исчезнем!

Восточный аспект задает для нас особую цивилизационную специфику (духовную, социальную, этическую и религиозную), которую мы обязаны сохранить и раскрыть в истории, если хотим остаться сами собой. Причем специфика эта должна быть четко артикулирована национальным самосознанием. Как это было выражено когда-то в пророчествах старца Филофея, в идеях славянофилов, в прозрениях русской литературы и откровениях русской религиозной философии - и сегодня эта специфика требует не меньшего внимания. Если хотим продолжения собственной истории, необходимо предельно ясно сформулировать собственные цивилизационные приоритеты в контексте глобализации.

Глобализм

Вот с этих общих позиций можно перейти к рассмотрению частных аспектов - к вопросу об активизации христианских начал в общественной сфере и специфике его решения на базе католической и православной традиции. С одной стороны, казалось бы, здесь все просто: католическое и православное учение основаны на одной и той же христианской Истине, на одном и том же Евангелии - и приложение этой Истины к социальной проблематике (сегодня практически одинаковой для нас и Европы) должно бы иметь универсальные решения, которые осталось лишь подтвердить в совместном опыте. Но на практике, в силу изложенного выше, это представляется невозможным! Так как католичество и православие уже давно являются идеологическим основанием двух расходящихся веток христианской цивилизации - западной и восточной. И все социально-экономические наработки данных традиций выработаны именно в контексте развития этих цивилизаций, являясь их фактическим выражением. Это органически уже разные духовно-социальные структуры - разные цивилизации. Их обратная конвергенция без слома традиционных социальных, культурных и духовных основ, к чему призывает глобализация, - невозможна! Как невозможен без слома тысячелетней религиозной традиции и «объединяющий» экуменизм.

И здесь мы выходим к очень важному обстоятельству, по большей части не замечаемому строгими противниками экуменизма. Для всех очевидно, что процессы экуменизма и глобализации идут рука об руку как две стороны одного и того же явления. Но то, что движущей силой глобализации является экономические процессы, затем информационные, культурные и лишь потом религиозные, как-то не особенно принимается в расчет. Проблема экуменизма ставится как сугубо догматическая проблема конфессиональной независимости и чистоты православия без учета той социально-экономической реальности, в которую погружено общество. Словно каноническая чистота церкви способна сохраниться в неком идеальном пространстве в полной независимости от реалий социальной действительности. Между тем практика общественного бытия неизбежно довлеет над личной духовностью (о чем говорилось выше) и трансформирует ее на свой лад, незаметно меняя систему ценностей. Поэтому принятие «экономики глобализации» неизбежно приводит к «религии глобализации» - экуменизму, и это лишь вопрос времени. Мы уже твердо встали на экономические рельсы глобализации и движемся к ее экуменическому оправданию полным ходом!

При этом вся православная антиглобалистика оказывается беспомощной. Угроза воспринимается где-то на уровне микрочипов, ИНН и грядущего «информационного концлагеря», где якобы никто не сможет «ни покупать, ни продавать». Барьеры строятся в области информационных технологий, защиты от западной культурной экспансии и экуменических контактов с Ватиканом. Без тени смущения оставляя при этом всю сферу социально-экономических отношений под эгидой «рыночной экономики», как якобы имеющей абсолютное алиби исторического победителя «безбожного социализма». Считается как бы само собой, что именно эта модель универсальна, эффективна и естественна.

Здесь и происходит подмена смыслов: система защиты православной духовности начинает опираться на экономическую платформу либерализма!

Может ли из этого получиться что-либо путное? Очевидно, что нет. Наоборот, данная стратегия самозащиты русской цивилизации обречена на провал, как допустившая в свою систему «троянского коня» западно-либеральной экономики. Эта экономическая модель уже до основания разрушила систему советской промышленности и государственности, сейчас она уничтожает остатки традиционной культуры и нравственности. И именно эта модель, а не «идеология православных ценностей», всецело определяет стратегическое включение России в систему глобализации. Даже если вся президентская рать и общество будут поголовно воцерковлены, «экономическая платформа» надежно доставит Россию по месту назначения - так даже удобнее (всем миром) встречать антихриста.

Перепутье


Таким образом, можно констатировать следующее.

Подлинный водораздел с западным либерализмом в обществе и Церкви находится не в пространстве политических или духовных «свобод», а в области экономических предпочтений. Сторонники либерализма, они же сторонники Запада и экуменизма - в первую очередь (и обязательно) убежденные сторонники капиталистической модели социально-экономических отношений! Именно эту систему они считают универсальной и исторически неизбежной, единственно способной обеспечить построение долгожданного «гражданского общества». К великому сожалению, подавляющая часть церковного сообщества, включая и иерархию, «по умолчанию» подразумевают, что это так. Не замечая, что тем самым всецело подчиняются глобальному диктату «окончательно победившего» мамоны со всеми вытекающими отсюда духовно-историческими и эсхатологическими последствиями.

Вопрос, казалось бы, не в «символе веры», но именно здесь происходит стратегический духовный выбор. Даже если мы не участвуем в нем непосредственно, он неумолимо осуществляется всей совокупностью общественных процессов. И даже если кто-то это решил за нас.., - если мы не против, значит мы за!

Думать об этом не принято, думать об этом трудно - да и как-то не хочется. Особенно, когда альтернативой подсовывают все тот же «призрак коммунизма» с его ГУЛАГом, разрушением храмов и воинствующим атеистическим безбожием. Приятней думать о православном ренессансе, о повсеместном восстановлении храмов, о неограниченной свободе миссии, о православной (по большим праздникам) власти, надеясь, что все остальное выстроится само собой. Но не уклоняемся ли мы от принципиальнейшего вопроса истории? От необходимости подтвердить собственный путь в будущее? Утверждаем ли мы правду русской цивилизации не только на идеальном уровне веры, но и в конкретном плане социально-экономической реальности? Ведь, вера без дел мертва, так и русская православная цивилизация без собственной социально-исторической альтернативы западному миру не имеет смысла.

И здесь не стоит пытаться подменять этот вопрос, апелляцией к монархии, надеясь с ее помощью упростить остроту духовно-исторического момента. Монархия это вопрос о политической форме государственного устройства, проблема экономической модели общества при этом не снимается! Монархия или республика - могут существовать в совершенно разных социально-экономических условиях. Не случайно нынешняя глобализация может похвастаться полным спектром политических субъектов - от монархии и республики, до демократии и «открытого общества», лишь бы экономическая структура отвечала требованиям «свободной экономики», остальное не важно. Окончательному универсализму и торжеству этой системы мешала лишь альтернативная модель «плановой экономики», но с устранением Советской России как оплота социализма этой «удерживающей» преграды больше не существует.

Социализм

И этот факт должен быть, наконец, осмыслен не только с точки зрения итогов «холодной войны», но и с точки зрения восстановления основ национально-исторической идентичности. Факт состоит в том, что в этой войне потерпела поражение не просто «коммунистическая Россия», а Русская цивилизация как таковая! Весь набор признаков, включая западную модель экономики, низведение до роли сырьевого придатка, расчленение на несколько фрагментов, оккупацию идеологического пространства, установление компрадорской администрации и внешнего управления, есть не что иное как победная контрибуция Запада в цивилизационной войне против России. Причем, как сейчас очевидно, переломной операцией этой войны был сокрушительный слом хозяйственно-экономической системы социализма, цинично завершившийся танковым «салютом» по Белому дому в 93-м.

История навсегда запомнит имена предателей и пособников этой «шоковой диверсии» Запада против России. Нам же важно понять, что восстановление государственного могущества надо начинать с обратного - с восстановления социалистических начал общественного бытия как наиболее близких русскому духовному строю. Продолжение игр в «рыночную экономику» лишь все дальше и дальше будет уводить нас от самих себя - за двадцать лет «реформ» пора бы это уже понять. Расхождение путей христианской цивилизации на западную и восточную не определяется лишь конфессиональной окраской, но подразумевает конкретное социально-экономическое выражение! И есть все основания полагать, что специфика восточно-христианской цивилизации состоит именно в ориентации на социалистические принципы общественного устройства, в то время как западное (католическо-протестантское) христианство вполне удовлетворено капиталистической формой отношений. Для русской цивилизации это в частности выражается в соборности и общинности, подразумевающих приоритет социальной справедливости, в то время как для европейской традиции привычен индивидуализм с опорой на частные интересы, наиболее ярко заявленных в протестантизме.

Да, учение социализма первоначально зародилось в западно-христианской мысли, но реализовано было именно в русской цивилизации! И это, конечно, неспроста. В то время как для Запада социализм был лишь теоретической реакцией на социальную несправедливость капиталистической реальности, для русской цивилизации он оказался шансом вообще миновать капиталистический путь развития. Так сошелся исторический Промысел, что Россия до конца XIX века еще сохраняла патриархальную общинность и угроза капиталистической экспансии оказалась для нее более неприемлемой, чем риск пойти непроторенными путями истории. Цивилизационный вопрос стоял тогда именно так и Россия в 1917 сделала свой однозначный выбор. А Запад так и не смог преодолеть собственный цивилизационный барьер и навсегда остался в рамках буржуазного строя, лишь немного скорректировав его в сторону большего патернализма.

Здесь не место обсуждать атеистический аспект социализма XX века (это отдельный вопрос), но то, что на базе социализма Россия достигла исключительных высот своего цивилизационного развития, думаю, никто не отважится отрицать. И это именно говорит о том, что социализм органически близок русской цивилизации, являясь формой ее оптимального социально-экономического устройства. Нынешняя капиталистическая «направляемая катастрофа» лишь подтверждает этот тезис.

Путь

 

И это не дань социальной архаике. Социалистический путь России предопределен не только ее патриархальной традицией, но и миссией православия по христианскому преображению жизни. Ибо чем еще можно свидетельствовать христианскую истину «всем народам», если не зримым примером христианского общества? В этом собственно и состоит оправдание восточного христианства как самостоятельной цивилизации. Еще в середине XIX века А.Герцен писал: «Перед социальным вопросом начинается наше равенство с Европой, или лучше, это точка пересечения двух путей; встретившись, каждый пойдет своей дорогой» [1]. И действительно, «собственной дорогой» русской цивилизации стал социализм, строй, основанный на приоритете общественного начала над индивидуальным. В этом не стоит усматривать примитивную редукцию христианства, как возвращение от христианской личности к обезличенному коллективизму. Наоборот, здесь заложено высочайшее задание христианской истории по христианскому преображению общества! И если западное христианство много сделало для раскрытия индивидуально-личного начала в человеческой истории, то восточное христианство призвано осуществить это в отношении общества - наполнить его бытие христианским смыслом. Это объективная задача христианской истории, которая доныне не раскрыта, и кроме русской цивилизации решать ее некому. Здесь переплетаются важнейшие смыслы исторической диалектики, цивилизационной необходимости и христианской миссии - и это задача России.

Экономика является материализованной этикой. Форма экономических отношений прямо отражает духовный уровень общества и задает параметры социальной организации. Поэтому, по большому счету, современной социальной доктриной православия должна бы стать «христианская концепция социализма», ровно в такой же степени, как социальной доктриной католичества является ныне «христианская концепция капитализма» [2]. Это и явилось бы достойным и адекватным ответом православия на принципиальный вызов истории. В противном случае нам предстоит довольствоваться уже законченной в своей неолиберальной догматике социальной доктриной католичества как «догматическим» основанием собственного вхождения в западную цивилизацию [3]. К сожалению, нынешняя социальная доктрина РПЦ очень близка к концепции Ватикана и фактически прямо идет ее стопами.

Эта тенденция должна быть преодолена. Время ждет новых православных богословов, способных поднять задачу социальной актуализации православия на качественно новый уровень, способный вывести русскую цивилизацию и историю на новые стратегические горизонты. Надо брать на себя историческую и духовную ответственность по формулированию собственной социально-экономической доктрины, отвечающую евангельскому духу, национальной традиции и суровым вызовам времени. Либо мы ее сформулируем, либо разговоры о «православном возрождении» останутся беспочвенными. Если кто-то думает, что можно следовать универсальной (единой для всего мира) либерально-капиталистической модели социальных отношений и при этом хранить для этого мира особую истину православной духовности, то он жестоко ошибается. Всякая подлинная духовность имеет под собой зримое социальное выражение как в личном, так и в общественном смысле, и если этого нет - то эта духовность самообман.

Здесь, кстати, скрывается и ключевая для социальной актуализации современной РПЦ проблема воцерковления активного мужского большинства. У современного православия женское лицо. Женское сознание более асоциально, чем мужское, являющееся по природе, наоборот, более социально ответственным. И если женскому духовному чувству достаточно «храмового православия», то для рационально-волевого мужского строя такое православие не убедительно. Мужчина по своему складу призванный воспринимать реальность максимально трезво, не видит за отвлеченным православием социальной подлинности и поэтому обходит его стороной. Лишь когда современная православная доктрина займет социально значимые позиции перед лицом общества и власти, утверждая духовно убедительные ориентиры национально-общественного развития, активное мужское большинство подключится к этому процессу, почувствовав в нем реальное историческое дело. Либо православие осуществит эту предметную связь с социальной реальностью, либо обречено остаться в области духовного факультатива.

Да, у РПЦ есть собственная официальная «социальная концепция». Но она очень неопределенна в социально-экономическом отношении и поэтому не действенна как критерий общественно-экономической и политической стратегии. Она никак не соотносится с сегодняшней реальностью в этой сфере, фактически по умолчанию лишь подтверждая ее статус-кво. Но нынешняя российская действительность по факту реализует именно западно-христианскую (католически-протестантскую) социальную модель! И при чем тут тогда православие? Вот где основная двусмысленность нынешнего положения РПЦ по отношению к обществу, государству и истории. Пока она не преодолена, нынешний «православный ренессанс» остается исторически беспредметным.

Есть ли у современной РПЦ как общественного института какие-то резервы для разрешения этой назревшей духовно-исторической проблемы, или это решение должно осуществить сама «православная общественность» как актуальная социально-политическая сила? Пока ответ не ясен. Но явно затянувшаяся нерешительность церковной иерархии в этом вопросе делает более вероятным именно второй вариант. Что подразумевает формирование в современном общественно-политическом пространстве новой православно-политической силы, способной взять на себя решение этой задачи как в теоретическом, так и в практическом отношении. Многие предпосылки к этому уже созрели - пора формировать широкое «народное ополчение» по защите Русской цивилизации от угрозы неолиберального уничтожения.

MALIK54

  • Гость
Re: Экуменизм, унии
« Ответ #8 : 11/08/10 , 09:01:40 »


А ведь, ты, Малик, случайно оказался прав!
Верить следует только православному, восьмиконечному, кресту!  ;)
верить кресту,даже восьмиконечному-идолопоклонство.Но если говорить о символах веры-мне ближе красное знамя и серп с молотом

Бесогон

  • Гость
Re: Экуменизм, унии
« Ответ #9 : 11/08/10 , 10:39:40 »
верить кресту,даже восьмиконечному-идолопоклонство.Но если говорить о символах веры-мне ближе красное знамя и серп с молотом

Хм... Для тебя красное знамя и серп и молот - религиозные символы?

MALIK54

  • Гость
Re: Экуменизм, унии
« Ответ #10 : 11/08/10 , 20:16:13 »
верить кресту,даже восьмиконечному-идолопоклонство.Но если говорить о символах веры-мне ближе красное знамя и серп с молотом

Хм... Для тебя красное знамя и серп и молот - религиозные символы?
скорее факел,освещающий путь.Красное знамя,помимо всего,красивое,душу греет.

Марина Чернова

  • Гость
Re: Экуменизм, унии
« Ответ #11 : 16/09/10 , 00:26:24 »
                Русская Церковь не собирается вступать с кем-либо в «унию»
Ответ главы Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви и общества на письмо группы молдавских клириков …
Глава Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин ответил на нашумевшее письмо группы молдавских клириков и мирян, обвинивших Патриарха Московского и всея Руси Кирилла в «экуменических деяниях». «Несколько молдавских священников, к которым присоединились поименованные и непоименованные миряне, выступили с до неприличия резким открытым письмом к Святейшему Патриарху Кириллу, в котором, повторяя трехлетней давности аргументацию бывшего епископа Диомида, призвали Предстоятеля Церкви к "покаянию". Вслед за этим письмом в Патриархию полетели другие послания - нередко написанные одним почерком, без обратного адреса, но с претенциозными фразами типа "мы, православный народ...". Главная тема писем - "участие РПЦ МП в экуменическом движении заметно активизировалось". И, значит, скоро произойдет "создание единой Церкви, в нашем понимании - церкви антихриста"», - напоминает отец Всеволод в размещенной на сайте НГ-Религии статье «Опять "экуменическая угроза"?».

«Грамотностью, что церковной, что обычной, письма не отличаются, - пишет отец Всеволод. - Вот хотя бы взять аббревиатуру "РПЦ МП". Ее обычно употребляют сторонники "альтернативного православия" - то есть те, кто считает, что Русских Православных Церквей у нас не одна, а штук десять как минимум, и одна другой "истинней". Но, даже рассуждая в такой логике, надо хотя бы прочесть церковный устав. Согласно нему, "Русская Православная Церковь" и "Московский Патриархат" - равнозначные взаимозаменяемые названия. То есть "РПЦ МП" - это вроде «России Российской Федерации».

«Теперь об экуменизме. Логика все та же - безграмотно-маргинальная. В ней экуменизм - это вообще все межконфессиональные и межрелигиозные связи, особенно скандальные, вроде синкретического «православно-мусульманско-иудейско-кришнаитского шоу», устроенного на недавнем концерте группой Стаса Намина. Однако любой семинарист прекрасно осведомлен: так называемое экуменическое движение - это попытка сближения только христианских общин. В нем не участвуют ни мусульмане, ни иудеи, ни тем более кришнаиты. Институциональные органы этого движения - Всемирный совет церквей (ВСЦ) и Конференция европейских церквей (КЕЦ). Участие в работе последней Русская Церковь приостановила два года назад. Участие в ВСЦ вряд ли можно считать "активизировавшимся" - скорее наоборот. Термин "экуменизм" - вселенскость - мне, кстати, не нравится. Слишком он общий, да и о Христианстве в нем ничего не говорится. Но если вы скажете на Западе, где этот термин родился, об экуменизме христианско-иудейском, вас просто не поймут. Впрочем, контакты с другими конфессиями, члены которых именуют себя христианами, и с другими религиями у Православной Церкви есть и будут. Хотя бы потому, что с их последователями мы постоянно сталкиваемся и на лестничных клетках, и в коридорах власти, и в интеллектуально-публичной сфере. И на Западе, и на Востоке, и в России, и на Украине (может быть, в Молдове в меньшей степени). Конечно, мы всегда будем обсуждать вместе с этими людьми положение в мире и в отдельных странах», - отмечает глава Синодального отдела.

Вместе с тем, заверяет отец Всеволод, «я, как человек, который лет пятнадцать участвовал в разных органах ВСЦ и КЕЦ, без всякого лукавства говорю: мы никогда не соглашались с идеей "равенства конфессий", а тем более с "теорией ветвей", говорящей о том, что все христианские общины одинаково питаются от одного корня. Нас там всегда считали вовсе не "предателями Православия", а ультраконсерваторами. Ведь и покойные митрополит Никодим (Ротов), и Патриарх Алексий II, и нынешний Предстоятель Русской Церкви всегда говорили на межхристианских форумах, что единство православных и инославных достижимо лишь при условии, что последние вернутся к апостольской вере, которую сейчас исповедует Православная Церковь».

«Именно от этого заявления пытаются "отмежеваться" авторы писем? - задается вопросом священник. - То есть от того, что все, кто произносит в молитве имя Христа, должны воссоединиться в истинной Церкви? Или от слов о необходимости вернуться к настоящей, Богом данной нравственности, которые Святейший Патриарх Кирилл постоянно произносит на "встречах в верхах и всевозможных конференциях", так нелюбимых подписантами? Если так, то большинству нормальных православных христиан не по пути с этими людьми!».

«Православная Церковь считает именно себя хранительницей истины и не собирается вступать с кем-либо в "унию" без разбора вероучительных различий, - заверяет отец Всеволод. - Но она не может не быть Церковью, проповедующей любовь и живущей ею. Любовь ко всем, даже инаковерующим и неверующим. Надеюсь, это прекрасно понимают и те, кто составлял письма. Вот только нет ли у них и побочного мотива? Не идет ли речь о священнослужителях, пытающихся, как не раз уже бывало, за счет ригоризма добиться "неприкасаемости"? Раньше это работало. Покритикуй Патриарха справа - и тебя побоятся тронуть, даже если жалуется твоя собственная паства. Но сейчас время другое. Те требования, которые предъявляют духовенству не только Предстоятель Церкви, но и сама жизнь, очень высоки. И оценивать тебя будут по соответствию именно им, а не по тому, насколько сильно ты напугал интернет-пользователей "правым расколом". Или "левым"».
http://www.ruskline.ru/news_rl/2010/9/15/protoierej_vsevolod_chaplin_russkaya_cerkov_ne_sobiraetsya_vstupat_s_kemlibo_v_uniyu/

Марина Чернова

  • Гость
Re: Экуменизм, унии
« Ответ #12 : 20/09/10 , 20:21:41 »
                «Этот католический деятель выдает желаемое за действительное»

Протоиерей Георгий Городенцев прокомментировал заявление Антонио Меннини о том, что католики примут участие в составлении современного Катехизиса Русской Церкви...

«Католики зря надеются, что мы примем их искаженное учение. Это невозможно, мы хорошо знаем все их заблуждения. Любая попытка навязать нам католическое лжеучение обречена на провал. (…) Католики уже 1000 лет пытаются нас окатоличить, и силой, и войной, и духовно, и все напрасно, правда, на Западной Украине им что-то удалось сделать, но это жалкие успехи. В основном их усилия не давали результата. И на сей раз Господь не попустит, чтобы католики внесли в наш Катехизис свои лжеучения».

http://www.ruskline.ru/news_rl/2010/9/20/etot_katolicheskij_deyatel_vydaet_zhelaemoe_za_dejstvitelnoe/

Бесогон

  • Гость
Re: Экуменизм, унии
« Ответ #13 : 20/09/10 , 21:24:42 »
                «Этот католический деятель выдает желаемое за действительное»

Протоиерей Георгий Городенцев прокомментировал заявление Антонио Меннини о том, что католики примут участие в составлении современного Катехизиса Русской Церкви...

«Католики зря надеются, что мы примем их искаженное учение. Это невозможно, мы хорошо знаем все их заблуждения. Любая попытка навязать нам католическое лжеучение обречена на провал. (…) Католики уже 1000 лет пытаются нас окатоличить, и силой, и войной, и духовно, и все напрасно, правда, на Западной Украине им что-то удалось сделать, но это жалкие успехи. В основном их усилия не давали результата. И на сей раз Господь не попустит, чтобы католики внесли в наш Катехизис свои лжеучения».


А зачем вносить изменения в Катехизис?
Под руководством Гундяева и Чаплина РПЦ целиком "вступит" в глобально-экуменистическую церковь, вместе с католиками, протестанмами, мусульманами и иудеями!  ;D

MALIK54

  • Гость
Святой Афон ударил в набат
« Ответ #14 : 13/05/11 , 12:25:16 »

Святой Афон ударил в набат


Если монастыри в православной традиции считаются главными хранителями всей чистоты веры и догматического учения, то Афон является в некотором смысле эталоном для монашества всего мира. Монашескую «республику» Святой Горы даже сравнивают с духовником вселенского православия.

И, действительно, насельники этого полуострова не ограничивают себя только лишь иноческим деланием, но и, если нужно, возвышают свой голос для обличения пороков и обозначения угроз чистоте веры и церковному единству.


Вот и на этот раз афонское монашество выступило с официальным заявлением по поводу предстоящей встречи Смешанной комиссии по диалогу между православными и римо-католиками на Кипре в октябре этого года. Священный Кинот Святой Горы Афон («правительство» монашеской «республики») выразил обеспокоенность относительно богословских вопросов, избранных для обсуждения на предстоящей встрече.

Свое мнение Кинот изложил в специальном заявлении, которое состоит из трех пунктов:


«1. На продолжении веков Святая Гора благодатью Иисуса Христа оставалась верной хранительницей святой православной веры, которую Божьи проповедники апостолы передали Церкви, а наши богоносные отцы со святыми Вселенскими Соборами пронесли неизменной сквозь века. Это предание неукоснительно хранилось и нашими предшественниками святогорскими отцами.

2. Когда мы узнали, что на Кипре состоится встреча Смешанной международной комиссии по богословскому диалогу между Православной церковью и римо-католиками, на которой предполагается обсуждение вопроса о «роли епископа Рима в единстве Церкви в первом тысячелетии», наш Священный Кинот, хотя и не знал точного содержания предполагаемого диалога, сильно обеспокоился, так как папское первенство раньше обсуждалось в контексте отказа от его еретических догматов и его светского характера (государства Ватикан). Единственное возможное условие для поднятия вопроса о первенстве это то, что на встрече будет обсуждаться возвращение римо-католиков в Православную веру и соборность Православной церкви, а не «единство в разнообразии» догматов.

3. «Православная Церковь является единой и единственной, святой Вселенской и Апостольской Церковью», - заявил в святом Протатском храме (в Карее, столице Афона) Его Всесвятейшество Вселенский Патриарх Варфоломей 21 августа 2008 года во время посещения Святой Горы. В это верим и мы и остаемся верными тому, что проповедовали святые наши отцы».

Другими словами, в среде монашествующих Афона высказываются серьезные опасения, что данные встречи осуществляют подготовку к унии. Кстати, духовное значение Афона для вселенского православия осознают и католики.
Одним из косвенных признаний этого прозвучало по ватиканскому каналу CNS ( Саtholic News Sегviсе), где дословно было сказано следующее: «Изгнание Монахов из Святогорского Монастыря (имеется в виду Святая Обитель Эсфигмен) могло бы служить первым положительным знаком в сторону укрепления связей между Католиками и Православными». Речь идет о насельниках одного из Афонских монастырей, прервавших общение с Константинопольским патриархом из-за его контактов с католиками. Напомним, что недавно светский греческий суд под нажимом предстоятеля Константинопольской патриархии Варфоломея приговорил настоятеля монастыря и нескольких иноков к одному году лишения свободы условно.

Нынешнее обращение Священного Кинота говорит о том, что все монашествующие Святой Горы разделяют тревогу насельников Эсфигмена, хотя и не одобряют их методов противостояния с экуменистами.

http://www.segodnia.ru/index.php?pgid=2&partid=41&newsid=9943