Автор Тема: ПРАВДА О СТАЛИНЕ  (Прочитано 103387 раз)

0 Пользователей и 2 Гостей просматривают эту тему.

Оффлайн vasily ivanov

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 7835
Re: ПРАВДА О СТАЛИНЕ
« Ответ #15 : 23/09/09 , 15:48:05 »
Получено от М.Донченко:

Коллективное письмо мэру г. Москвы Лужкову Ю.М.
о сохранении имени Сталина на м. "Курская"


Уважаемый Юрий Михайлович!
Обращаемся к Вам как инициативная группа, созданная в целях защиты исторических памятников России от варварства, проявляемого некоторыми либеральными и "правозащитными" сектами.

Мы полностью поддерживаем решение руководства московского метрополитена и властей города Москвы о реконструкции станций московского метро, которые на самом деле являются шедеврами архитектурного искусства. Реконструированные в своем первоначальном виде станции имеют важное значение не только с архитектурной, но и исторической точки зрения.

В то же время вызывают серьезную озабоченность попытки некоторых политических группировок оказать давление на власти города Москвы и на руководство московского метрополитена с целью изменить первоначальный вид станций метро в угоду своим идеологическим пристрастиям и псевдоисторическим убеждениям.

Тем самым они покушаются на право народа самостоятельно изучать и оценивать собственное прошлое, навязывая обществу собственные манихейские воззрения.

Огульное очернение прошлого лишает народ истории, и тем самым крадет его будущее. С этой точки зрения попытки навязать народу России как единственно верную собственную однобокую историческую позицию, попросту преступны. Тоталитарность подобного подхода очевидна, учитывая, что упомянутые секты и группировки настаивают на юридическом преследовании тех, кто осмеливается на свободные и самостоятельные суждения по поводу т.н. эпохи Сталина и личности самого Сталина И.В.

Нельзя не учитывать, что свою позицию нам навязывают те же люди, которые поддержали недавнее решение ревизионистов из ПАСЕ, те, которые готовы поставить на одну доску гитлеровских эсесовцев и советских солдат - освободителей, наших дедов и прадедов.

В продавливании своих взглядов представители вышеназванных группировок и сект выдают свою позицию и взгляды своих единомышленников за позицию общественности и более того - позицию всего народа нашей страны.

Хотим заверить Вас, что это не так.

Мы, все нижеподписавшиеся, полагаем, что возрождение и сохранение станций московского метрополитена в своем первоначальном виде есть акт исторической объективности в деле сохранения культурного и исторического наследия.

Так же мы считаем, что такие надписи, как строки советского гимна: "Нас вырастил Сталин на верность народу, на труд и на подвиги нас вдохновил", "За оборону Сталинграда", и "За родину, За Сталина" в вестибюле станции метро "Курская-кольцевая" должны быть сохранены в своем первоначальном виде.

Никакой вандализм над архитектурными и историческими памятниками в угоду тех или иных идеологических установок недопустим.

С уважением, инициативная группа


Подписываться здесь: http://za-stalina.ru/

Оффлайн vasily ivanov

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 7835
Re: ПРАВДА О СТАЛИНЕ
« Ответ #16 : 24/09/09 , 18:13:40 »
Сила русского народа
   
   Сила русского народа состоит не в его численности или организованности, а в его способности порождать личности масштаба Сталина. По своим политическим и военным качествам Сталин намного превосходит Черчилля и Рузвельта. Это действительно мировой политик, достойный уважения. Наша задача - раздробить русский народ так, чтобы люди масштаба Сталина в нем не появлялись.
Гитлер.

Сталин был великий человек. Двое было таких в России: Петр I и он. Оба сделали Россию державой.
Керенский.

Сталин сохранил Россию, показал, что она значит для мира. Поэтому я как православный христианин и русский патриот низко кланяюсь Сталину.
Архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий)


...Один мой знакомый в 1996 году провел миниопрос среди примерно 20 человек. Это было время максимального наката в России демократических взглядов, когда люди еще не опомнились и не содрогнулись от отвращения к происшедшему. Он спрашивал, кто победил бы на президентских выборах, если бы среди кандидатов был 60-летний Сталин, о котором бы было известно все, что известно, даже ложное. Не все проголосовали бы за него, но ответ был 100%-ный: «Победил бы Сталин, как бы демократы ему ни гадили!»

...

Все они, неприлично егозя, говорят о необразованности Сталина, а Тифлисскую духовную семинарию представляют подобием церковно-приходской школы, хотя сами не тянут на выпускников даже этого уровня. Они с удовольствием повторяют байку Хрущева, что в ссылке в Туруханском крае Сталин свои тарелки после еды доверял мыть своей собаке Яшке. Похоже, сам Хрущев эту процедуру знал хорошо. Правдоподобие этой истории они «доказывают» тем, что в одной избе со Сталиным жил еще один ссыльный - Яков Свердлов. Но тогда и много лет позже в Сибири, на Урале и во многих областях Средней России были в ходу не тарелки, а глиняные плошки. Очень, кстати, неплохая и даже красивая посуда, особенно, если они обливные. Но этого они не знают, как и очень многого другого.

Тифлисская духовная семинария была одним из лучших высших учебных заведений России. В ней естественные науки, латинский, греческий и другие языки, классическую философию и богословие преподавали великолепные профессоры. Во всех науках, особенно в математике, Сталин был очень успешен. Кроме того, у каждого семинариста был монашествующий куратор, который занимался моральным обликом подопечного. Куратором Сталина был грек, о котором говорили как о человеке глубоких знаний, высокой морали и даже определенных эзотерических возможностей. Люди, знавшие Сталина по семинарии говорили, что у него уже тогда было заметно предвидение уготованной ему судьбой роли руководителя очень высокого положения. В двадцатые годы он какое-то время даже противился такому ходу событий, потом смирился, будто получил команду «свыше». Откуда эти «сверхъестественные» прозрения и предвидения? От Бога, ноосферы?

Конечно, Сталин хорошо знал Новый завет, русское мировоззрение и на их основе хорошо представил себе социальную структуру русского народовластия. Он упорно, несмотря на все препятствия, шел к его созданию, убедил народ в его имманентности и необходимости, она уже стала неплохо работать, но мы не уберегли его от лютой враждебности троцкистских недобитков и оказавшейся смертельной для неё заразы (парт)бюрократизма. И его теоретические труды в этой и некоторых других областях знаний пока что еще не получили справедливой оценки и должного применения.

Демократы приписывают феномен восхождения Сталина к власти его неуёмному стремлению к ней. Само по себе это их не удивляет, оно, де, свойственно всем «нормальным» людям, то есть таким, как они сами, но они никак не могут понять, почему Сталин не использовал эту власть, как это делают все «нормальные» ельцепуты, никитамихалковы, ридигеро-гундяевы, то есть для личного обогащения. И относят это на паранойю Сталина. Всё, что не лезет в их скудоумные головы и не вызвано неуемной алчностью, для них - паранойя.

...
«Сталин имел колоссальный авторитет, и не только в России. Он умел «приручать» своих врагов, не паниковать при проигрыше и не наслаждаться победами. А побед у него больше, чем поражений. Сталинская Россия - это не прежняя Россия, погибшая вместе с монархией. Но сталинское государство без достойных Сталину преемников обречено...» (Де Голль Шарль. Военные мемуары. Кн. II).

В 1943 году американский журнал «Тайм» в 1943 году назвал Сталина «Человеком года» за 1942 год.

В 2000 году Будапешт сохранил за Сталиным звание своего почетного гражданина, присвоенного в 1947 году...


...а в России власти никак не могут решить - надо ли оставить на реконструированной станции метро Курская надписи, в которых упоминается Сталин...

http://cldlune.livejournal.com/

MALIK54

  • Гость
Re: ПРАВДА О СТАЛИНЕ
« Ответ #17 : 13/10/09 , 10:36:56 »

Оффлайн vasily ivanov

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 7835
Re: ПРАВДА О СТАЛИНЕ
« Ответ #18 : 14/10/09 , 00:40:07 »
Внук Сталина проиграл в суде "Новой газете"



Басманный суд Москвы во вторник, 13 октября, отказал внуку Иосифа Сталина Евгению Джугашвили в удовлетворении иска о защите чести и достоинства. Об этом сообщает РИА Новости.
Джугашвили требовал от "Новой газеты" опровержения нескольких цитат из статьи "Виновным назначен Берия", опубликованной в апреле 2009 года. В статье говорилось, что Сталин отдавал приказы о расстрелах советских граждан, ответственность за которые впоследствии была переложена на Лаврентия Берию. По словам представителей газеты, эти сведения были получены из рассекреченных документов.

Кроме того, Евгений Джугашвили требовал возмещения ущерба, который он оценил в 10 миллионов рублей. В исковом заявлении он, в частности, жаловался на фразу "Сталин и чекисты повязаны большой кровью, тягчайшими преступлениями, прежде всего против собственного народа".

На первом заседании представители ответчика попросили привлечь к делу архивные документ о расстрелах под Катынью, где в 1940 году были убиты 22 тысячи польских граждан.

Сообщается, что мотивационная часть решения суда пока не обнародована.

http://www.lenta.ru/news/2009/10/13/refuse2/

Оффлайн vasily ivanov

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 7835
Re: ПРАВДА О СТАЛИНЕ
« Ответ #19 : 15/10/09 , 14:22:02 »
Суд над Сталиным: мы проиграли – это плохо! Но кто-то удивлен?

Суд по защите чести и достоинства Сталина мы проиграли – это плохо! Но, кто-то удивлен? Мы могли его выиграть?

Немного жаль моих товарищей по процессу - Л.Н. Журу и С.Э. Стрыгина. У нас были настолько сильные козыри, что они, зная о московских судьях только понаслышке, не могли поверить, что мы можем проиграть. Жура даже поспорил со мною на литруху, что выиграем. Но, в конце концов, судья объявила решение – в иске отказать.

Немного комично было то, что Резник и Бинецкий драли глотки в прениях, чтобы рассказать суду, как при Сталине было страшно жить, а тут надо заходить в зал, выслушивать решение судьи, а она боится людей и распорядилась, чтобы дежурившие в зале человек шесть вооруженных приставов всех входящих в зал обыскали, а пара приставов встала между нею и людьми в зале. Мыслимо ли такое было при Сталине, когда в судах и не пахло судебными приставами, тем более, в бронежилетах, а милиция ходила в патрули без оружия? Ох, как сегодня стало жить «не страшно»!

Итак, мы проиграли – это плохо, но хорошо то, что мы провели репетицию Катынского дела – в реальном суде увидели, как эти уроды будут «доказывать» то, что поляков расстреляли русские. Я не могу комментировать решение судьи – его еще нет в окончательном виде, посему я даже гадать не буду, чем она мотивировала такое решение. Получу решение – прокомментирую его кассационной жалобой в Мосгорсуд, а потом и в Страсбургский, процессуальных нарушений было достаточно. А пока что серией статей расскажу подробности суда, длившегося 13 октября почти 11 часов подряд, благо они занимательны.

Сначала о нашей проблеме на утро 13 октября. Судья явно вывела процесс из предела тех исковых требований, что мы заявили, и в качестве доказательства того, что Сталин тиран и проводил репрессии, начала приобщать к делу от ответчиков объемную макулатуру. Сначала два диска с фамилиями 44 тысяч реабилитированных, толстенную книгу с такими же фамилиями и титульные листы списков реабилитированных из архивов. Резник и Бинецкий, выдающиеся юристы, авторитетно советовали молодой судье (29 лет) А.С. Лопаткиной, принять эти «неопровержимые доказательства» тирании Сталина.

Заседание 13 октября мы начали с того, что заявили судье ходатайство:

«Уважаемый суд!

В оспариваемой статье «Виновным назначен Берия» А.Ю.Яблоков в 2009 году написал: «Сталин и члены Политбюро ВКП(б), вынесшие обязательное для исполнителей решение о расстреле поляков», «…документально было подтверждено, что около 22 тысяч жертв катынского преступления казнили по решению Политбюро ЦК ВКП(б)», а установление судом несоответствия действительности указанных сведений, является предметом иска. При этом Яблоков знал, что еще в 1992 году данное дело и данные документы были рассмотрены Конституционным судом в ходе «дела КПСС», на котором защита доказала подложность указанных документов, а Конституционный суд не признал вины СССР в убийстве поляков.

Мы просим суд допросить в качестве свидетеля участника процесса по «делу КПСС» в Конституционном суде Слободкина Юрия Максимовича, который должен подтвердить следующие, имеющие значение для дела обстоятельства:

1. То, что защита КПСС протестовала против того, чтобы Конституционный суд рассматривал Катынское дело.

2. То, что обвинение, в лице представителей президента России, настояло на рассмотрении обвинения КПСС в Катынском деле.

3. То, что обвинение имело задачей доказательство самого факта противоправного массового расстрела польских военнопленных на основании закрытого решения Политбюро ЦК ВКП(б).

4. То, что защита сумела доказать подложность представленных доказательств – документов, ссылки на которые присутствуют в качестве доказательства в оспариваемой статье.

5. То, что в постановлении и особых мнениях Конституционный суд не признал вины КПСС, а значит и вины одного из пяти тогдашних секретарей ВКП(б) Сталина в расстреле польских военнопленных. Помимо несоответствия действительности указанных выше сведений, подтверждение данных обстоятельств докажет и умысел ответчиков оклеветать деда нашего доверителя».

Казалось бы, для выдающихся юристов Резника и Бинецкого настал звездный час – вот они сейчас продемонстрируют суду, как нужно допрашивать свидетеля, как умными вопросами выворачивать его наизнанку. Ну, вы же видели американские фильмы про суды, видели, как там опытные юристы это делают. Вот и Резник с Бинецким нам это продемонстрируют.

Ага! Разогнались они! Со стороны ответчиков понесся вой, что Слобдкина допрашивать никак нельзя, ну, никак! Судья, весь процесс смотревшая в рот Резнику, с ними согласилась, и Слободкин не был допрошен.

И раньше было понятно, что Резник хорош в заказном деле – когда ясно, что суд вынесет постановление в пользу той стороны, которую защищает Резник,- он поболтает, о чем попало, а суд заказ выполнит. И Резник совершенно бесполезен в делах, в которых требуется реальная борьба юристов. Он ленив, в дело не вникает, и даже процессуальный кодекс не знает.

Вот пример из нашего суда. Он взялся защищать ответчиков в иске в защиту чести и достоинства Сталина, ну так узнай хотя бы элементарное о Сталине, ну, к примеру, кем Сталин был. Сначала Резник «лепил суду горбатого», что Сталин был председателем Политбюро. Когда я его высмеял за незнание истории моей Родины, он начал говорить, что Сталин в войну был главой правительства, а после стал простым секретарем ЦК. Я его поправил, а он в прениях все равно молол чушь про простого секретаря ЦК. А кого стесняться? Вот я и решил ущучить Резника на «его поляне» - на незнании им процессуального закона.

Он с Бинецким стаскивали в дело огромные объемы информации в виде письменных доказательств, доказывающих то, что Сталин был тиран, при этом эти выдающиеся юристы просто не понимали, что они делают. И я обозлился: прекрасно, тащите – тащите! Но сначала я решил на всякий случай высказаться по поводу тирании Сталина и подал такое ходатайство.

«Уважаемый суд!

Председательствующий в заседании вышел за пределы наших исковых требований, и в нашем деле на настоящий момент нет ни единого доказательства, относимого к делу. Нам уже требуется переходить к исследованию доказательств, а исследовать по предмету иска нечего. Те письменные доказательства, которые председательствующий приобщил к делу, и раньше к предмету иска не относились, а после того, как адвокат Бинецкий совершенно бескорыстно, за счет своих клиентов, дал нам дельное предложение сократить исковые требования, эти доказательства в нашем деле вообще стали простой макулатурой.

Напомню суду, какие именно обстоятельства ответчики обязаны доказать. Истец, среди своих исковых требований заявил и такое - признать не соответствующим действительности следующее утверждение автора: ««Сталин и чекисты повязаны большой кровью, тягчайшими преступлениями, прежде всего, против собственного народа».

Но Яблоков во всей своей статье ни слова не говорит об этом «прежде всего» - о, якобы, преступлениях Сталина против своего народа, и нигде об этом не упоминает. Яблоков в статье говорит только о том, что было, так сказать, во вторую очередь, - об, якобы, убийстве 22 тысяч поляков, и о том, как Сталин, якобы, это убийство поляков организовал. Вот почему вторая половина данного предложения к предмету иска и раньше не относились, а уж после того, как Алексей Эдуардович Бинецкий, большое спасибо ему за это, подсказал нам убрать из данного искового требования слова «прежде всего, против собственного народа», наши исковые требования теперь уже ни на грамм не задевают так называемые «репрессии против советского народа».

Пусть «Новая газета» опубликует новую статью, в которой сообщит сведения о том, как именно Сталин повязан кровью с чекистами в репрессиях против собственного народа, обоснует это утверждение сведениями, и мы подадим иск, в котором мы заставим «Новую газету» расписаться в том, что и это ее утверждение - ложь, не соответствующая действительности. А в этом нашем деле доказать соответствие действительности утверждения - «Сталин и чекисты повязаны большой кровью», - ответчики обязаны доказательством соответствия действительности тех сведений, которыми Яблоков доказал это свое утверждение читателям «Новой газеты» в оспариваемой статье.

Однако, уважаемый суд, несмотря на очевидную неотносимость представленных ответчиками доказательств, эти доказательства продолжают оставаться в деле и это вынуждает нас представить доказательство, опровергающее те обстоятельства, на который ссылаются ответчики в вопросе репрессий против советских преступников.

Что это за обстоятельства. Это утверждение ответчиков, что Сталин давал обязательные для судов указания, расстрелять всех, поименованных в представляемых политическому руководству страны списках. Поэтому мы, во-первых, просим суд обозреть Уголовный кодекс сталинских времен, из которого мы просим принять и присоединить к делу в качестве доказательства текст статьи 58 «Контрреволюционные преступления». Если суд прочтет наказания, которые полагаются за преступления, предусмотренные статьями от 58-2 до 58-13, то за эти преступления предусмотрены две высшие меры наказания – высшие меры социальной защиты, как их тогда называли: «расстрел или объявление врагом трудящихся с конфискацией имущества и с лишением гражданства союзной республики, и тем самым гражданства Союза ССР и изгнанием из пределов союза навсегда, с допущением, при смягчающих обстоятельствах, понижения до лишения свободы на срок не ниже трех лет, с конфискацией всего или части имущества».

Пусть суд представит себя на месте судей сталинских времен, которые заслушали конкретное уголовное дело и установили, что преступники заслуживают высшую меру наказания, например, за вооруженное восстание. А какое наказание суд должен назначить - расстрел или высылку за границу?

Суду легче – он назначит ту меру наказания, которую просят обвинители на процессе – прокурор или НКВД. А откуда прокурору или наркому НКВД знать, какую меру наказания просить? Это, действительно, не их дело – это дело политического руководства страны. Это нынешние политические деятели внесли в Уголовный кодекс смертную казнь и забыли об этом. А Сталинский СССР был гуманной страной – даже откровенных врагов он не спешил убивать. И политическое руководство СССР обязано было в каждом конкретном случае оценивать степень опасности данных контрреволюционных преступлений для Советского Союза в данный момент. Если большой опасности не было, то политическое руководство требовало от обвинителей, просить у судов высылку за границу. Но если стране угрожала война и угроза для народа СССР от таких преступлений возрастала, а преступник за границей мог усилить враждебные СССР силы, то тогда политическое руководство требовало от обвинителей просить у судов для преступников расстрел.

Таким образом, согласно Уголовному закону СССР, в каждом деле о контрреволюционных преступлениях обвинители обязаны были запросить у политического руководства, а политическое руководство обязано было дать ответы на два вопроса:

1. Предать ли суду данных людей?

2. Какое наказание назначать виновным, заслуживающим высшую меру наказания, – расстрел или высылку за границу?

В тяжелое для СССР время в ответ на эти вопросы резолюция политического руководства звучала кратко: «Судить и расстрелять», - или совсем кратко «Расстрелять», - поскольку такая краткая резолюция уже заведомо включала в себя и резолюцию о необходимости суда. В качестве доказательства обыденности такого сокращения всем политическим руководством СССР, прошу суд обозреть и присоединить к делу Протокол заседания комиссии Пленума ЦК ВКП(б) по делу Бухарина и Рыкова, это общеизвестный документ, описанный многими историками, фотокопия его находится в Интернете, например, по адресу http://stalinism.narod.ru/docs/pozdravlenia/protokol.htm.

Прошу суд обратить внимание, что Ежов – обвинитель Бухарина и Рыкова – запрашивает у политического руководства – Пленума ЦК, - что ему делать с предателями? В его формулировке запрос (в виде проекта резолюции) звучит полностью: о «предании их суду Военного Трибунала с применением высшей меры наказания – расстрела». А в предложениях выступающих эта резолюция уже сокращена, и если Буденный еще упоминает о предании суду и о выборе высшей меры наказания: «предать суду с применением расстрела», то Манульский, Шверник, Косарев и Якир сокращают формулу до вида, который для непонимающего человека звучит, как команда «убить»: «предать суду и расстрелять».

Вот что представляют из себя резолюции на представленных ответчиками списках – это разрешение на предание суду и указание одной из двух высших мер наказания, если преступники ее заслужили. Это указание политического руководства страны обвинителям, какую высшую меру просить у судов в случае, если они сочтут подсудимых заслуживающими высшей меры наказания. А суд уже выносил приговор на основании своего убеждения в вине подсудимого, а не по приказу Сталина и Политбюро.

Ответчики извращают дело до наоборот – Сталин исполнял свой долг гуманного руководителя, очень осторожно уничтожающего в стране «пятую колонну» - ту самую, которая в 90-х годах все-таки уничтожила СССР, - а ответчики представляют дело так, как будто Сталин каждое утро просыпался с мыслью, кого бы ему еще от нечего делать убить. Это сами ответчики, попав на место Сталина, убивали бы с удовольствием и от нечего делать, но Сталин - не ответчики, и приписывать ему свой уровень морального развития ответчики не имеют права.

Прошу суд приложить к делу ксерокопию статтьи 58 и ксерокопию упомянутого протокола в качестве доказательства того, что все эти списки казненных преступников, представленных ответчиками, не имеют отношения к обвинениям Сталина в репрессиях против невиновных. Преступников сажали в лагеря и казнили по решению суда, а не по решению Сталина, и если в этих приговорах были ошибки или преступный умысел, то это были ошибки или преступный умысел суда, а не Сталина».

Надо сказать, что ответчики начали горячиться и согласились приобщить эти документы к делу, дескать, они сами их используют для доказательства тирании Сталина. Далее они загрузили дело добавочной макулатурой – учебниками истории с описанием того, что Сталин тиран, двухтомником какого-то Сарнова, и т.д. и т. п. Мы протестовали – эта макулатура не имеет отношения к иску, а судья грузила дело и грузила. И тогда я заявил «невинное» ходатайство.

«Уважаемый суд!

Адвокаты, даже не такие выдающиеся, как у нас в деле, получают гонорары за отработанное время. По-другому мы не можем объяснить, почему оба адвоката ответчиков не объяснили ответчикам, что произойдет после того, как суд присоединит в качестве письменных доказательств ту макулатуру на бумаге и дисках, которые ответчики доставили в суд.

Теперь, когда наступает время исследования этих доказательств, статья 181 ГПК РФ требует, чтобы эти письменные доказательства были оглашены, как убедил суд адвокат Резник, «устно и непосредственно», без какого либо пересказа их содержания. В связи с этим, мы просим суд оглашать письменные доказательства приобщенные судом к делу, не более 6 часов в день с двумя перерывами, кроме того, просим суд оглашать доказательства громко и внятно, чтобы сторона истцов не пропустила ни одной буквы, могущей иметь значение для наших последующих объяснений по этим доказательствам».

У адвокатов ответчиков вытянулись физиономии – эти выдающиеся юристы, привыкшие помыкать судьями в заказных процессах, просто забыли, что закон требует от судьи, прежде чем опереться на письменное ходатайство, громко прочесть его в зале суда и заслушать замечания сторон. И теперь нашей судье надо было прочесть в зале все те книги, которые с энтузиазмом притащили Резник с Бинецким!

Эти светила начали кричать, что мы хотим затянуть суд, но причем тут мы? Разве это мы просили суд приобщить эту макулатуру к делу? Это Резник с Бинецким убедили суд в этом. Разве мы требуем суд огласить до буквы то, что написано в этой макулатуре? Это закон требует, и мы не виноваты, что Резник с Бинецким этого закона не знают.

Я любезно предложил судье выход из положения: «В связи с тем, что истцы уменьшили исковые требования, просим суд переоценить относимость доказательств, и те доказательства, которые перестали относится к обстоятельствам, подлежащим доказыванию оставшейся части иска, исключить из дела».

Судья сделала вид, что не услышала, но было видно, что она растерялась. Она начала имитировать оглашение письменных доказательств пересказом документов, начала утверждать, что давала нам время ознакомиться с дисками, даже повернула экран от себя к нам, чтобы мы могли видеть листаемые файлы, и еще любезно и поинтересовалась, хорошо ли нам видно?

Я возмутился – а зачем это нам? Это ведь не мы будем выносить решение по делу, это судья, прежде всего, для себя должна огласить эти доказательства, а уж потом и мы должны их услышать.

Начался бардак. Судья сначала разрешила Резнику выйти по нужде, а потом разрешила всем желающим, стороны вышли из зала и я тоже выкурил пару сигарет на улице и вернулся в зал только тогда, когда из компьютера уже вынимали второй диск. Вернулся и потребовал занести в протокол, что доказательства ответчиков, приобщенные к делу, не оглашались и не исследовались. Жура заявил, что информация на дисках не оглашалась потому, что суд хотел скрыть компрометирующую доказательства ответчиков информацию, находящуюся на этих дисках.

К примеру, некий Снегов числится в двух списках, на которых есть резолюция Сталина «расстрелять». Между тем, он пережил и Сталина, и Хрущева. После этого Жура вытащил ходатайство – раз суд приобщил к делу эти письменные доказательства ответчиков, то он просит суд затребовать в архивах следующие дела (штук 40) для опровержения всех доказательств ответчиков.

И тут судья отказала Журе так, что у знаменитых адвокатов снова вытянулись физиономии: она заявила, что не будет удовлетворять ходатайство Журы потому, что запрашиваемые им доказательства не относятся к предмету иска! А это означало, что и вся та макулатура, которую два дня таскали в дело Резник с Бинецким, теперь тоже не относится к предмету иска и судья не может опереться на нее в своем решении.

Я не знаю, чем она на самом деле будет мотивировать свое решение, но, исходя из этого ее отказа Журе, не теми доказательствами, на которые надеялись Резник с Бинецким. Ну, титаны мысли! Ну, светила адвокатуры!

Ю. Мухин

http://forum.msk.ru/material/society/1497634.html

Бесогон

  • Гость
Re: ПРАВДА О СТАЛИНЕ
« Ответ #20 : 18/10/09 , 07:59:35 »
Суд над Сталиным: предав СССР, они теперь будут лгать и лгать

После маразма «исследования судом доказательств», я и С.Э. Стрыгин заявили суду о подложности доказательств ответчиков. Сначала заявление сделал я.

«Согласно статье 55 ГПК РФ объяснения сторон и третьих лиц могут быть доказательствами по делу, и данное заявление касается подложности именно этого вида доказательств в нашем деле. Председательствующий в суде откровенно нарушает равенство сторон, а в вопросе представления доказательств уже полностью ушел от предмета иска и не требует от ответчиков доказательств по заявленным требованиям, позволяя ответчикам грузить в дело неотносимые доказательства и подменять надлежащие доказательства лживыми кухонными сплетнями типа «это общеизвестно».

По закону мы не обязаны ничего доказывать, кроме унижающего характера лжи, но при таком поведении председательствующего и ответчиков, вынуждены сделать ряд заявлений. В качестве преамбулы скажу, что нет большей ненависти, чем ненависть предателя к тому, кого он предал, и никто так нагло не клевещет на преданного, нежели предатель. Обрушивая клевету на преданного, предатель как бы возвышает себя в своих глазах и оправдывает себя, дескать, не такой уж он, предатель, и подлец, дескать, преданный был еще хуже, дескать, предатель, собственно, и не предал, а просто поменял убеждения. Это все, кроме предателя, понимают.

К примеру, во времена СССР на Советский Союз вещала на русском языке пропагандистская британская радиостанция ВВС. И несколько десятков лет ее дикторы откровенно плохо говорили по-русски, порой с ужасным акцентом. Что – они не могли выучить русский язык? Нет, диктор с акцентом – это природный англичанин, ему русские могли поверить, а диктор без акцента - это русский предатель, а только дурак будет верить предателю. Это основы психологии и они ловко использовались англичанами, которые заставляли своих дикторов специально говорить с акцентом.

А что нам предлагают в суде ответчики? Сталин в 1952 году начал отстранять партию от государственной власти, Хрущев его предал, уничтожив все преобразования Сталина и придав КПСС чуть ли не абсолютную власть. Так как же можно верить суждениям о Сталине хрущевской комиссии под руководством хрущевского ставленника? А ответчики выводы комиссии предателей Сталина пытаются представить нам не в виде понятной любому человеку клеветы предателей на преданного, а в виде некой абсолютной истины.

Депутаты Съезда Советов предали своих избирателей – граждан СССР, которые не поручали им уничтожить Советский Союз, наоборот, эти граждане на референдуме 17 марта 1991 года подтвердили, что хотят жить в единой стране. Сколько нужно ума, чтобы поверить этим предателям-депутатам в их суждениях о договоре между СССР и Германией? А суду эти малограмотные и заведомо клеветнические суждения предателей-депутатов ответчики предлагают принять за истину. Пытаются внушить суду мысль, что если взять одного бесчестного подлеца, то это подлец, а если тысячу бесчестных подлецов, то это будет что-то честное. ВКП(б)–КПСС была не просто партия, для занятия государственных кормушек, как сегодня «Единая Россия», это была партия, которая, как и Иисус Христос строила для народа светлое будущее - Коммунизм. Строила, пока в нее не налезли негодяи, стремящиеся обогатиться за счет своего членства в партии, и предавшие партию, как только они увидели, что могут быстрее обогатиться за счет американских серебренников.

Горбачев, Ельцин, Путин – это те, кто предали свою клятву строить Коммунизм. Так как можно верить их суждениям по Катынскому делу или о Сталине?! Ведь ни один умный человек не будет интересоваться мнением Иуды Искариота об Иисусе Христе.

Уважаемый суд! Спросите ответчиков – они были членами КПСС? Если были, то я заявляю, что мнение иуд об Иисусе Христе настоящему суду не должны быть интересны, поскольку суду иуды будут лгать автоматически. Вот вам пример. Адвокат Резник с выдающимся апломбом заявил, что в те годы все обязаны были исполнять волю Сталина, иначе Сталин бы их убил. Мой коллега Л.Н. Жура предложил ему назвать хоть одного человека, кого убил Сталин за неисполнение своей воли. И в ответ адвокат Резник выдал спич, о чем угодно, но только не об этом виртуальном бедняге, пострадавшем за неподчинение Сталину. Почему так? Не только потому, что адвокат Резник как историк величина не нулевая, а отрицательная, но и потому, что адвокат Резник лжет автоматически.

Привожу в доказательство своих слов пример. Во время февральско-мартовского Пленума Центрального Комитете ВКП(б) «страшного» 1937 года для выработки проекта постановления по делу предавших народ членов ЦК Бухарина и Рыкова была создана специальная комиссия, председателем которой стал Микоян, а членами 34 человека, включая и Сталина, как рядового члена этой комиссии. Выслушали доклад о преступлениях Бухарина и Рыкова,и начали голосовать. Из фотокопии протокола комиссии (прилагается) следует, что первым выступил Ежов и предложил предать Бухарина и Рыкова суду с применением расстрела, если на суде выяснится, что они виновны. Затем Постышев предложил исключить их из состава кандидатов ЦК ВКП(б) и членов ЦК ВКП(б) и предать суду, но без применения расстрела. Затем Буденный потребовал суда и расстрела. И вот тут выступил Сталин и высказал свою волю, как убеждает суд Резник, непререкаемую. Он предложил исключить Бухарина и Рыкова из состава кандидатов ЦК ВКП(б) и членов ЦК ВКП(б), суду не передавать, а выслать. Ну и что – сколько человек бросились голосовать за предложение Сталина? Все, как вещает нам Резник? Нет, только Ульянова, Крупская, Варейкис, Молотов и Ворошилов. Зато Мануильский, Шверник, Косарев и Якир плевать хотели на волю Сталина и настаивали на суде с расстрелом. В свою очередь Постышев, Шкирятов, Антипов, Хрущев, Николаева, Косиор, Петровский и Литвинов тоже плюнули на волю Сталина и проголосовали за предание суду, хотя и без расстрела. В результате предложение Сталина не прошло, а прошло предложение передать дела Бухарина и Рыкова НКВД. Строго исполнивший «волю Сталина» хитрый Варейкис – расстрелян, как и крутые, жаждавшие крови Бухарина и Рыкова Косарев и Якир, но наплевавший на волю Сталина Хрущев почти сразу же стал главой одновременно и партийной, и государственной власти на Украине. Наплевавшие на волю Сталина стали: Буденный – маршалом, Шверник - в 1946 году первым лицом СССР, возглавив Президиум Верховного Совета, Шкирятов – главой партийного контроля, Мануильский - продолжал возглавлять Коминтерн, Николаева – ВЦСПС. Так как надо ломать грош, чтобы оценить сведения, сообщаемые адвокатом Резником?

Не предлагая суду текст договора между СССР и Германией в качестве доказательства, не предлагая ни одного иного документа, ответчики продолжают устно убеждать суд, что Сталин и Гитлер совместно договорились уничтожить Польшу.

Вот выписка из дневника начальника генштаба сухопутных войск Германии Гальдера (прилагается): «Поляки предлагают начать переговоры. Мы к ним готовы на следующих условиях: разрыв Польши с Англией и Францией; остаток Польши будет сохранен; районы от Нарева с Варшавой — Польше; промышленный район — нам; Краков — Польше; северная окраина Бескидов — нам; области (Западной) Украины — самостоятельны».

Так чего стоят утверждения ответчиков, если даже немцы к 7 сентября – через семь дней после начала войны - не предполагали ликвидацию Польши, и хотя они уже заняли своими войсками Краков, но собирались его Польше вернуть!

Вот сборник «СССР – Германия. 1939-1941» антисоветского издательства Telex, 1983 (прилагается). В нем рассказ о переговорох Гитлера с Молотовым 13 ноября 1940 года – времени, когда прошло уже больше года, как Польши не было – это было немецкое генерал-губернаторство. На стр. 113 Молотов делает замечания Гитлеру за изменениях карты Европы военной силой, на что Гитлер отвечает: «Так называемые «изменения силой оружия» вообще не были предметом соглашения». Тот есть, и Гитлер не знал того, что знают сегодня ответчики, под предводительством адвоката Резника, - что Гитлер, оказывается, заключил с СССР не договор о ненападении, а договор о совместных действиях «силой оружия». И глава советского государства Молотов, оказывается, не знал, что СССР с Германией поделили Польшу, поскольку на стр. 125 он требует от Гитлера начать переговоры о суверенитете Польши: «Советское правительство хотело бы знать, также - каковы намерения Держав Оси относительно Югославии и Греции, а также – какие у Германии намерения в отношении Польши. Касаясь будущего Польши, он напомнил, что подписанный Советским Союзом и Германией Протокол требует обязательного обмена мнениями».

Наконец, в ноте Германии об объявлении войны СССР, нарушения протокола к договору о ненападении явились группой главных поводов к войне. И в этой ноте прямо написано: «…Оккупация и большевизация Советским правительством территории Восточной Европы и Балкан, переданных Советскому Союзу правительством рейха в Москве в качестве сферы влияния, полностью ПРОТИВОРЕЧАТ МОСКОВСКИМ ДОГОВОРЕННОСТЯМ» (прилагается).

То есть, в понятии «сфера влияния» в договоре о ненападении между СССР и Германией, речь и близко не шла об оккупации сторонами какого-либо государства. Как же ответчикам можно так лгать об этом договоре?

Можно! Поскольку лгут предатели партии и Советского Союза. Они по-другому не могут: предав СССР, они теперь будут лгать и лгать.

Уважаемый суд! Я прошу вас спросить ответчиков, в каком году они вступали в КПСС, и в каком году они КПСС предали? Давали ли они воинскую присягу СССР, и в каком году эту присягу предали? Прошу поинтересоваться у представителя «Мемориала» Петрова и ответчика Яблокова, за что именно они получили кресты «Ордена заслуги перед Польской Республикой»? И убедиться, что эти люди не могут не лгать, говоря о Сталине или сталинском СССР, посему их данные суду показания и объяснения заведомо являются подложными.

Уважаемый суд! Согласно статье 186 ГПК РФ, в случае заявления о том, что имеющиеся в деле доказательства являются подложными (а такими доказательствами являются внесенные в протокол указанные выше сведения, полученные в объяснениях стороны ответчика), суд имеет всего два варианта своего решения: он может назначить экспертизу для проверки заявления о подложности или предложить стороне представить иные доказательства. Мы полагаем, что из двух этих вариантов суд должен предложить ответчикам, представить в качестве доказательств не объяснения ответчиков и ответчиками же изготовленные документы, а документы, к появлению которых ответчики не имеют отношения».


Юрий Мухин

 
Источник

Бесогон

  • Гость
Re: ПРАВДА О СТАЛИНЕ
« Ответ #21 : 19/10/09 , 08:05:15 »
Суд над Сталиным: если есть работа, которую нужно сделать, то ее нужно делать

В комментариях к серии этих статей неоднократно задавался вопрос – зачем мы затеяли это дело с защитой чести и достоинства Сталина, если заранее было понятно, что выиграть его невозможно? Во-первых, потому, что я сталинист, то есть, дурак, который не понимает, что есть вещи, которые невозможно сделать. Да, вы антисталинисты, вы – умные, вы понимаете, что сейчас ничего невозможно сделать, поэтому ничего и не делаете. А я дурак, я считаю, что если есть работа, которую нужно сделать, то ее нужно делать и не думать, осилишь ли ты ее. Но это так, присказка. Главное в том, что подобный вопрос не просто оскорбителен для того, кто его задает, такой вопрос является характеристикой любопытствующего.

Напрягитесь и представьте, что вы в окопе вдвоем с верзилой, вы знаете, что атаковать вас будут два врага и шансы справиться с ними вдвоем у вас высоки. Но вот верзила задает вам вопрос: «А зачем эти дураки защищали Брестскую крепость? Ведь ясно же было, что немцы ее возьмут. Надо было удрать или в плен сдаться».

Что вы сделаете? Я такого сдам в СМЕРШ – пусть его пошлют в бой специалисты штрафной роты, а ко мне в окоп пусть посадят хоть и хилого, но такого, который такие умные вопросы не задает.

Да, этот суд невозможно было выиграть, вернее, невозможно было получить от этой судьи решение в нашу пользу. Но разве это настоящий суд?

Да и что это такое – суд? Я был и остаюсь, крайне недоволен советскими судами (по моему мнению, и то были не суды), но все же, между теми и этими учреждениями огромная пропасть. Во-первых, выборность. Казалось бы, чепуха - кого выдвинут в судьи и народные заседатели партийные органы, за того совки и проголосуют. Нет! Ошибаетесь. Совки-то проголосуют, но не все. И когда на всех избирательных участках за кандидатуры судей голосуют 100%, а на этом из 1000 избирателей 10 человек проголосовало «против», то судья будет судьей, но вот будет ли оставаться в должности завотдела обкома тот, кто выдвинул его в судьи? Кандидатур в судьи полно, ты, завотдела, что – не мог подобрать из этих кандидатур того, кем люди довольны? Тогда на кой хрен ты нужен в обкоме, поскольку желающих работать в обкоме намного больше, чем штатных мест в нем?

Ведь вся эта партийная бюрократия как огня боялась любых народных недовольств. Не потому, что они приведут к восстанию, а потому, что желающих работать в партийных органах было очень много, а ЦК в Москве требовало одного – чтобы народ партией был доволен! В своей книге «Три еврея или как хорошо быть инженером» я на примере личного опыта рассказываю, что происходило, если выяснялось, что партийные и комсомольские органы «не держали руку на пульсе» - не знали истинного настроения народа и ошибались с предложенными к выборам кандидатурами.

Еще момент. Я в СССР ни разу не видел и даже не слыхал, чтобы судьей была женщина. Народных заседателей-женщин было полно, собственно, я только женщин в народных заседателях и помню, а судьи – только мужчины в возрасте за 40. А как же иначе? Ведь ум средней женщины совершенно не приспособлен искать истину. Женщины прекрасные работники, когда истина известна и ее надо воплотить в жизнь или сохранить. Ролевые функции мужчин и женщины в природе именно таковы. Поэтому в СССР практически не было ни женщин-следователей, ни женщин-судей, да, собственно говоря, в начале СССР их и в учителях было мало. А сейчас? Баба с соплями - это судья!

Прочел в Интернете хвастовство одной такой блондинки, судьи какого-то суда сельского района. Рассказывает: в суд подала иск хозяйка сельского борова за то, что владелица двух свиней подогнала тех к ее двору, как бы пастись. Боров сломал забор и покрыл свиней. И владелица борова просила суд заставить владелицу свиней отдать ей после опороса по поросенку от каждой покрытой свиньи. Эта стерва, в роли судьи, наорала на женщину и пригрозила, что возбудит против нее уголовное дело за то, что ее боров изнасиловал двух свиней. Бедная женщина забрала заявление и сбежала из суда, а эта, так сказать, судья теперь хвастается в Интернете своим чувством юмора.

Вот оцените, сколько ума и знания жизни у нынешних судей, на примере этой судьи. Сами судьи жрут? Жрут! И боров жрет! Жратва судей денег стоит? Стоит! И корм для борова денег стоит! Чем деньги на корм и содержание борова компенсируются? Натурой – отдачей владельцу борова поросят после опороса свиней. Так что же незаконного просила женщина у суда, чтобы над нею так поиздеваться? Эти соплячки-судьи о жизни не знают даже элементарного (о законах уже молчу – пусть вам это адвокаты расскажут), а их назначают судьями! Почему? Мужиков-юристов не осталось?

А как спасался от подобного судейского идиотизма СССР? – спросите вы. С помощью двух народных заседателей, которые судили вместе с судьей, и избирались точно так же, как и судьи, и имели все права судей. Дело в том, что они проходили как бы тройные выборы: сначала их намечал партком, потом их выдвигал их родной коллектив, а потом были выборы общенародные. Ну, какой коллектив, которому известно до подноготной, что представляют из себя эти их товарищи по работе, проголосует за сопливого судью? За неуважаемого? За бесхребетного?

И если вам приходилось читать воспоминания советских судей (большая редкость, я знаю всего одно), то вы не могли не обратить внимания на то, что для судьи эти заседатели были большой помощью, но и большой проблемой в случаях, если надо было выполнять заказ, скажем, во время кампании по борьбе с чем-то. Заседатели не соглашались просто так отправлять в тюрьму человека только потому, что партия начала, скажем, кампанию по борьбе с хулиганством или самогоноварением. Но давайте задумаемся о сегодняшнем дне. Почему у нас в судьях почти сплошь малолетние бабы? Как-то сообщалось, что за должность судьи Верховного суда нужно заплатить 2 миллиона долларов. Это понятно, а за что же кандидату платить такие деньги, как потом в должности судьи Верховного Суда эти деньги вернуть? Понимаете, судьи Верховного Суда всего лишь надзирают за работой нижестоящих судов, гражданские и уголовные дела по существу они не рассматривают.

Да, эти судьи могут за взятку отменить приговор, но что толку? Ведь после этого Верховный Суд отправляет дело снова в районный суд на новое рассмотрение, ну, а если там судья снова вынесет обвинительный приговор? Таким образом, чтобы все судьи вышестоящих судов могли «помочь» нужным людям в их делах, нужно помогать им на уровне районного суда – чтобы уже на этом уровне получить нужное судебное постановление, а уж потом пусть обиженные жалуются хоть в Страсбург. И для возможности такой «помощи», нужно иметь возможность позвонить непосредственному подчиненному и сказать – приговор по такому-то делу должен быть таким! А тот пусть позвонит подчиненным ему судьям и так до судьи районного суда. Отсюда, чтобы судьям всех уровней в судебной системе иметь «бабло», в этой системе и близко не может быть подчинения какому-то там закону. В этой системе все должны свято подчиняться только начальнику. И ключевой фигурой – наиболее покорной, абсолютно подчиняемой – обязаны быть судьи районных судов - судов первой инстанции.

Но наиболее легко слушаются начальников молодые люди – они просто не соображают, как надо поступать, – нет опыта, а юридические знания от «заушного» образования. (Да и очное не лучше.) Но с годами молодость и неопытность проходят, и судьям-мужчинам может захотеться самостоятельности, поэтому более надежными судьями являются женщины, поскольку они более внушаемы, нежели мужчины. Следовательно, идеальным районным судьей для нашей судебной системы является молодая послушная женщина. Но и этого для идеального судьи мало. Эта женщина должна быть еще и дурой в интеллектуальном плане. Почему? Дуре и внушать ничего не надо – в сложных делах она сама прибежит спрашивать, какое судебное постановление ей вынести. С ней и взяткой не надо делиться – она сама будет благодарна за то, что добрые начальники подсказали ей, как быть.

И еще, суд не мыслим без народа, вне зависимости от того, называется суд «народным» или нет. Понимаете, идея суда в демократическом обществе исходит из того, что судит не царь, а народ, – для демократии это самое главное. И только для того, чтобы при слушании дела избежать гомона и споров толпы, от народа выбирается один человек, который на глазах народа смотрит за спором сторон в суде и от их лица выносит приговор.

Голливуд снял уйму фильмов, в которых показываются американские суды. Дело даже не в том, что в США любое дело могут прямо рассматривать и дополнительные представители народа – присяжные. Обратите внимание на другое – на то, какие огромные залы американских судов. А как же иначе? Как народ примет участие в суде, если залы будут, как в московских судах, – на 12 человек? Я помню эпизод из своего детства, проходившего непосредственно в послесталинское время еще со всеми его порядками. На заводе, на котором работал мой отец, хулиганами был убит рабочий, и хулиганов два дня судили в клубе завода с залом на 300 мест.

Сталинские судьи народа не боялись, наоборот, они стремились, чтобы их работу видело как можно больше людей. Потом это как-то заглохло, но все равно во всех судах СССР, в которых я был, залы были не менее, чем на 50-60 мест. Куда эти залы подевались из судов с приходом «демократии»? Еще о демократическом взгляде на суд. Если вы внимательно смотрите вышеуказанные американские фильмы, то должны обратить внимание, что там не государство обвиняет, не прокуратура, а народ. А прокурор (тоже выборный) только помогает народу.

Вспомните объявление начала суда в этих фильмах, к примеру: «Народ штата Нью-Йорк против такого-то!». Вот в чем нужно отдать должное первым американцам, так это в их индивидуальной независимости, выраженной, в частности, в уверенности в своем праве судить. Это была правильная уверенность и за это им можно простить и ошибки суда Линча. В нынешней России ликвидированы не только судебные демократические наработки сталинского СССР - в России и начисто ликвидировано какое-либо участие народа в суде. (Наши присяжные не в счет – у нас это скорее способ переложить на народ ответственность за неправосудный приговор. Ведь если присяжные вынесут не тот приговор, что нравится режиму, приговор все равно отменят).

В России правосудие стало частным делом, по сути, иерархически организованной группировки, на мой взгляд, мало чем отличающейся от обычной ОПГ. Но не это обидно, - обидно то, что у нашего народа нет этого староамериканского подхода к жизни – судья это я! Ведь те, кто укоряет меня за этот формально обреченный на неудачу суд в защиту Сталина, не понимают главного. Не какая-то там 29-летняя Лопаткина, ни слова не понимающая из того, что в суде было сказано по существу дела, а вы сами судьи в этом деле. Вы судьи! Вы знаете и о Сталине, и о том периоде больше ее – вы настоящие судьи, а не она. Но из этого, в частности, следует, что когда дела Сталина (или дела его клеветников) будут рассмотрены в настоящем суде, а не в нынешнем российском, настоящими судьями, а не лопаткиными, то и сторона Сталина будет что-то говорить, и антисталинская тоже молчать не будет.

А что именно они будут говорить? Вот в Басманном суде и выяснилось, что именно. Это репетиция настоящего суда. И я вас на нее приглашаю. Судите! Так стоило ради этого в суд идти и там бороться? Я полагаю, что ради вас стоило. А что касается приговора, так, с одной стороны, еще не вечер, а с другой – насколько много чести было бы Сталину, если бы Басманный суд заступился за его честь? Насколько честному человеку приятно, если о нем хорошо отзывается мерзавец? На что ответчики должны Басманный суд во все места целовать за такое решение, но и то, радио «Свобода» сообщило: «Адвокат "Новой газеты" Алексей Бинецкий с иронией отметил, что впервые за последнее время Басманный суд, известный своими не слишком объективными приговорами по ряду громких процессов, принял справедливое решение».

А как же, Басманный суд специально для Сталина решил стать справедливым. Этот Бинецкий умеет пошутить, не приходя в сознание.

Ну, а если поэксплуатировать сослагательное наклонение – согласился бы Сталин явиться на суд? На суд своего народа – безусловно! Я уверен, что если бы в его время созрела идея суда народа над избранными народом органами власти – идея АВН, то Сталин внедрил бы такой суд в жизнь немедленно. А явился бы Сталин на суд Басманного районного суда? – спросите вы. Это не от Сталина зависело бы – для этого Басманному районному суду нужно было бы для начала стать судом. Кроме этого, народ Сталина уже судил самым действенным судом в 1941-1943 годах, когда народ принимал смерть на фронтах миллионами, когда его соблазняли изменить Сталину свои и отечественные мерзавцы, когда на руках народа было самое современное оружие. Но и тогда народ не поднял восстания и не сверг большевиков вместе со Сталиным. Какой приговор еще нужен?

Неужели приговор живущей «в этой стране» кучки отщепенцев, владеющих СМИ, которые по своей интеллектуальной и человеческой сущности даже в своей сумме не стоят плевка на асфальте у ног Сталина?

Я сообщил в предыдущей статье этого репортажа о том, что в своем заявлении просил суд: «Уважаемый суд! Я прошу вас спросить ответчиков, в каком году они вступали в КПСС, и в каком году они КПСС предали? Давали ли они воинскую присягу СССР, и в каком году эту присягу предали?».

Но прежде чем продолжить эту тему, в качестве преамбулы скажу, что могу согласиться делить народ на элиту и быдло, причем, по моему мнению, народ делит себя сам на элиту и быдло, совершенно свободно. Если человека заботят глобальные проблемы общества, государства или организации, если он мучится над их решением – то это элита общества, государства, организации. Востребована она или нет данными обществом, государством или организацией – это второй вопрос. Соответственно, быдло мучит только вопрос, как пожрать и поразвлекаться. Быдло тоже может поговорить на глобальные темы, но это для быдла вид развлечения между работой и жратвой. Элита, чтобы судить по теме, ищет и получает весь объем информации, тщательно обдумывает свое суждение, а быдло развлекается бряканием того, что быдло заучило, или что первое в голову стукнет. В результате мнение элиты и быдла на один и тот же вопрос не обязательно совпадают.

К примеру, в обсуждении предыдущей работы прочел такое сообщение комментатора. «Мне приходится иногда отмечать день рождения школьного друга в сауне, которую он для этого снимает. Там собираются предприниматели средней руки. Но одно время ходил и настоящий миллионер, причем американский. Звали его Джеймс. По-русски говорил без акцента. Занимался авиакосмическим бизнесом, в частности, запуском космических туристов на наших кораблях, а также производством здесь, в КБ Яковлева, летающих копий истребителей 2 МВ. И вот, как-то раз разгорелся подкрепленный водкой спор о Сталине. И я был очень удивлен, что я не остался в одиночестве на стороне ИВС. Меня поддержал Джеймс. Он сказал, что беседовал с дядей Дэвидом (Рокфеллером) о Сталине, и тот высказал к нему большое уважение как к экономисту, политическому и военному деятелю. Причем это мнение распространено в высших кругах американского бизнеса. Они с Джеймсом пришли к общему выводу, что без Сталина России не было бы уже к 50-му году, а то и к 40-му. Сначала по ней прошлись бы немцы, а потом американцы. И все. Конечно, такая откровенность возможна только для узкого круга. В СМИ это никогда не проникнет».

Но у быдла, разумеется, по вопросу Сталина свое мнение. Свобода есть свобода, в том числе и от мозгов. Так вот, адвокат Резник заявил, что он никогда не был членом КПСС! Остальные семь человек его команды застенчиво потупились. Но Резник меня не то, что удивляет, а скорее умиляет неспособностью удержать в голове разрозненные факты, важные для данного обстоятельства. Считается, что евреи обладают прекрасной памятью и скоростью мышления, способной быстро найти нужный факт, поэтому они считаются хорошими адвокатами. Но то ли Резник совсем загнил в либеральном быдляке, то ли он не еврей, но он как-то не соображал, какие еще факты присутствуют при обсуждении данного обстоятельства.

Забегая вперед. В прениях Резник гордо заявил: «Поэтому, ваша честь, сейчас, действительно этот процесс имеет идейную окраску, и за моей спиной сейчас находятся миллионы невинно осуждённых, расстрелянных, превращенных в лагерную пыль».

Я понимаю, что Цицероном быть не запретишь, но надо же как-то думать, перед тем, как что-то красивое брякать. Если бы такое сказал какой-нибудь «мемориалец», с детства сидящий на подачках Запада, и посему являющийся идейным единомышленником тех репрессированных при Сталине, то это куда ни шло. Действительно, ведь те репрессированные тоже стремились жить на подачки Запада, правда не у всех так хорошо получалось, как у «Мемориала», но все же.

Такой вот пример. В 1934 году некий Николаев застрелил главу Ленинграда и Ленинградской области, члена Политбюро ЦК ВКП(б) С.М. Кирова. А задумав это убийство, Николаев для начала сходил к немецкому консулу, предложил ему свои услуги и начал получать от него «помощь» в немецких марках, которую тратил в валютных магазинах. (Когда газеты сообщили, что Николаев убил Кирова, то бедный консул, который, видимо, даже не догадывался, кого он завербовал, не спросив требуемого разрешения, тут же удрал в Финляндию.) Но Германия - это держава, и то, что Николаев завербовался в шпионы к немцам, естественно, однако ведь Николаев не поленился сходить и в латышское консульство, и там тоже получил «помощь». Ну, вылитый диссидент-правозащитник! Поэтому в устах «мемориальцев», не брезгующих помощью и поляков, такой образ был уместен – «за нашей спиной миллионы невинных грантоедов превращены в лагерную пыль, а мы до сих пор на свободе!».

Но Резник в СССР работал в прокуратуре – в органе хрущевских репрессий, причем, всего четыре года работал следователем. Ну откуда за его спиной могут быть миллионы невинно осужденных за 4 года-то? Ну, так – десятка два. Причем, Резник на заседаниях суда несколько раз учил нас, неграмотных, что реабилитируют только невинно осужденных, а виновных амнистируют. Ну и подумал бы, чем вы с «Мемориалом» занимаетесь? Те репрессированные, которых вы стадом записали в невиновные, проявляли мужество в борьбе с советской властью, шли на риск, но боролось. А вы в кого их превратили поголовной реабилитацией? В тупых и безвольных невинных придурков, которые в животном страхе оговорили себя, родственников и товарищей? Что вы их портреты с себя пишите?

Примаков, герой гражданской войны, кавалерист, то есть по натуре не только храбрец, но и отчаянно дерзкий воин, оказывается из страха, что его побьют палкой, оговорил в НКВД себя, Тухачевского и несколько десятков сослуживцев в измене Родины и в заговоре. Пусть Тухачевский в военном смысле и полное дерьмо, но он, все же, маршал! А вы представляете его трусливой институткой, которая после часа допроса начала клеветать на себя и товарищей. И после этого заявляете, что Красная Армия под руководством этих трусов войну выиграла бы в 1941 году?!

В этом все наши доморощенные антисталинисты – пусть заграница даст им все и даже больше, чтобы они сделали дело, а они порученное дело все равно обгадят!

Вот и в вопросе с членством КПСС. Ну, объявил Резник, что он не был членом КПСС, ну и молодец – садись, пять! А он взялся выгораживать и свою команду, рассусоливанием вопроса о том, что были, де, герои, которые вступали в КПСС, чтобы подорвать ее изнутри. Ведь совершенно очевидно, что при таком повороте темы возникает вопрос – почему у него, члена президиума Российского еврейского конгресса с таким менталитетом единственный сын пошел в православные священники? Богу служить или подрывать РПЦ изнутри? Думаю, размышлений о суде и предательстве, хватит, будем переходить к Катынской теме.

 
Юрий Мухин


Источник

Бесогон

  • Гость
Re: ПРАВДА О СТАЛИНЕ
« Ответ #22 : 20/10/09 , 06:25:42 »
Суд над Сталиным: в ход идут фальшивые документы

Как я уже упоминал, на вечер пятницы 9 октября сложилась странная ситуация. Ответчики на подготовительной стадии и в начале процесса просили суд запросить из архива, правда не все, а всего три документа из так называемого «пакета № 1», которые, якобы, доказывают, что Сталин и Политбюро весной 1940 года дали команду расстрелять пленных польских офицеров. Суд им отказал, что было, как мне кажется, игрой, заранее с ответчиками оговоренной. Однако для ответчиков этот «приказ Сталина убить поляков» был единственным обстоятельством, доказывающим кровожадность Сталина, - они обязаны были явить их в суде!!

Казалось, проблем у ответчиков не могло быть - эти «документы» давно опубликованы и у ответчиков, наверняка, были в копиях, поэтому представить их суду они легко могли в виде таких копий. Но время шло, а ответчики и не собирались этого делать. И в пятницу вечером мы начали зажимать их вопросами – будут ли они представлять эти документы или предложат суду принять решение без них?

Они нагло отказывались отвечать на этот вопрос прямо, начали говорить, что эти документы опубликованы, общеизвестны и чуть ли не сама судья может заглянуть в любую библиотеку и увидеть их там, а не на своем столе. Стало понятно, что ответчики боятся не то, что рассмотрения этих фальшивок, они бояться принести их в суд! И в понедельник С.Э. Стрыгин сам запросил архив и, немного опоздав, во вторник привез в суд копии всех «документов» из пакета №1.

Правда, к этому времени ответчики, загрузив суд в качестве своих доказательств современными учебниками истории (а почему не времен 1955 года?) и иной макулатурой, все же решились предложить суду и незаверенные копии трех документов, которые ответчики считали наиболее достоверными. Но Стрыгин уже привез сшитые вместе и заверенные архивом копии всего пакета, и мы предложили суду именно их, что суд и вынужден был сделать – не мог же он присоединить незаверенные копии, когда были заверенные…

В результате в деле оказались не три «достоверные» фальшивки, а все они вместе. И как только они оказались в деле, как доказательства ответчиков, Стрыгин заявил подготовленное нами заявление.

«Уважаемый суд! Доказательства, на которые опираются ответчики в оспариваемой статье и часть из которыех они просили суд затребовать из архива в качестве доказательства своей правоты, - это некая подборка якобы подлинных документов в виде «письма Берии», двух страниц из протокола заседания Политбюро, двух выписок с текстом решения Политбюро и «записки Шелепина» из так называемого «закрытого пакета» №1 по Катыни.

Все эти документы являются подложными. Руководитель Федеральной архивной службы России, член-корреспондент РАН В.П. Козлов написал книгу о разоблачении фальшивых исторических документов «Обманутая, но торжествующая Клио», в которой, частности дал понять, что после развала СССР из архивов России в прессу валом повалили фальшивые документы. Три таких фальшивки Козлов, в качестве примера, разоблачает в своей книге.

Обращаем особое внимание суда, что сегодня фальшивки из архивов России это вполне обыденное дело. Последняя по времени подобная фальшивка, получившая широкую известность, – поддельное «письмо Кобулова» №725/М от 24 марта 1941 г., разоблаченная «Комсомольской правдой» 20 сентября 2008 г.

Но мы хотим также обратить внимание суда, как именно разоблачаются фальшивые исторические документы, созданные с использованием технических средств и компьютерных технологий. Козлов пишет: «Можно сказать, что подлог всегда «фонит» нестыковкой своего содержания с действительными фактами прошлого, известными из подлинных источников, спорными внешними признаками, неопределенностью камуфляжа, неоднозначной общественной реакцией после легализации. Наличие такого «фона» является одним из признаков подлога. Собственно говоря, в ряде случаев именно этот «фон» является основным доказательством подлога, поскольку нам не известно ни одного случая самопризнания автора фальсификации в совершенном подлоге, а примеры обнаружения авторизированных подготовительных материалов фальсификаций редки».

В своей книге Козлов дает такой конкретный пример разоблачения фальшивки о том, что СССР, якобы, топил в Балтике отравляющие вещества. Козлов пишет: «…Ксерокопия «Справки» в официальном порядке была направлена в Росархив на экспертизу. Экспертизу проводили опытные сотрудники бывшего архива Общего отдела ЦК КПСС, много лет имевшие дело с документами, создававшимися в ЦК КПСС, и хорошо знакомые с порядком ведения делопроизводства. Уже 23 февраля 1993 г. ими был подготовлен акт делопроизводственной экспертизы «Справки», безупречно доказавшей ее фальсифицированный характер.

Согласно акту, фальсификатор допустил, по меньшей мере, семь ошибок, изготовляя подлог. Во-первых, в соответствии с содержанием документ должен был иметь высший гриф секретности – «Особая папка», а не «Совершенно секретно». Во-вторых, в делопроизводстве ЦК КПСС никогда не применялся делопроизводственный номер, подобный имеющемуся в «Справке». В-третьих, формула «Справка к записке» никогда в делопроизводстве аппарата ЦК КПСС не использовалась. В-четвертых, оказались недостоверными обозначения должностей и подписи. В 1989 г. в ЦК КПСС не было «организационного» отдела и «отдела оборонной работы», а имелись соответственно Отдел партийного строительства и кадровой работы ЦК КПСС и Оборонный отдел ЦК КПСС. В названных отделах и вообще в аппарате ЦК КПСС в 1989 г. ни Майданников, ни Письменник не работали. В-пятых, содержание опубликованного документа не соответствовало данному ему заголовку, поскольку в таком случае с ним должны были ознакомиться секретари ЦК КПСС, а значит, должен был, согласно правилам ЦК КПСС, стоять адресат – «ЦК КПСС». В-шестых, фальсифицируя документ, автор (или авторы) оказался невнимательным: в тексте дважды проскочило «считаю нецелесообразным», тогда как под документом имеются подписи руководителей двух отделов. В-седьмых, одна из фраз документа: «Подготовить справку-план... для доклада на Центральном Комитете Коммунистической партии Советского Союза...» совершенно не соответствовала ни делопроизводственной практике ЦК КПСС, ни устоявшимся в ней формулам: «справки-плана» как вида документа просто не существовало, так же как и раскрытой аббревиатуры ЦК КПСС».

Обращаем внимание суда, что такие признаки, как старение бумаги, подлинность подписей и печатей при определении подложности «документов», якобы найденных в архиве, специалистом по подделкам Козловым вообще не рассматриваются, поскольку по этим признакам качественно исполненную фальшивку обычный эксперт-криминалист не распознает. При сегодняшнем уровне развития техники и технологии можно воспроизвести и подпись, которую никто не отличит от настоящей, и искусственно состарить бумагу, и нанести на документ оттиски любых штампов и печатей. Подложность исторических документов определена в работе В.П.Козлова только по несоответствию текстов делопроизводственным правилам той эпохи, плюс, автор логично указывает на необходимость сравнивать текст документа с действительными историческими фактами.

А теперь просим уважаемый суд обратить внимание на то, сколько делопроизводственных и исторических признаков подделки находится в тех документах, на которые ответчики ссылаются, как на свое главное доказательство вины Сталина в убийстве поляков. Для удобства сгруппируем признаки поддельности по разделам и начнем с прямо указывающих на подделку, общих для всех документов неясностей места их хранения, сомнительных обстоятельствах обнаружения и легализации.

Раздел I.  Место хранения, обстоятельства обнаружения и легализации

1. Не ясны ни место архивного хранения документов «закрытого пакета» №1 до декабря 1991 г., ни обстоятельства их «чудесного обретения» сотрудниками архива Президента СССР. М.С.Горбачев утверждает, что до декабря 1991 г. он этих документов не видел, а в двух «закрытых пакетах» Политбюро по Катыни хранились совершенно другие документы – о виновности в катынском расстреле немецкой стороны. И что лишь за несколько дней до ухода Горбачева с поста Президента СССР 24 декабря 1991 г. архивисты, якобы по своей инициативе, передали ему через руководителя президентского аппарата Григория Ревенко папку с найденными документами. («Жизнь и реформы». Кн. 2, М., 1995, с. 348-349). А.Н. Яковлев в книге «Сумерки», а также в статьях и выступлениях неоднократно утверждал что до 24 декабря 1991 года и он этих документов никогда не видел. Кроме того, Яковлев сообщил такую важную деталь, что внутри переданной в этот день Горбачевым папки с документами по Катыни находилась также и некая «записка Серова». Однако в архивном перечне документов «закрытого пакета» №1, переданных 24 декабря 1991 г. от Горбачева к Ельцину, эта записка отсутствует. А ответчик по нашему делу А.Ю. Яблоков в своей книге «Катынский синдром…» на стр. 386 утверждает: «В июле 1992 г. в Архиве Президента РФ тогдашний руководитель президентской администрации Ю.В. Петров, советник Президента Д.А. Волкогонов, главный архивист Р.Г. Пихоя и директор архива А.В. Коротков просматривали его совершенно секретные материалы. 24 сентября они вскрыли «особый пакет № 1». То есть, кто-то лжет – или Горбачев с Яковлевым, утверждающие, что документы хранились у Горбачева и в начале зимы 1991 года были переданы последним Ельцину в присутствии Яковлева, или архивисты, утверждающие, что нашли этот пакет сами только осенью 1992 года. Однако в данном случае понятно, что лгут и те, и те – ни в каких архивах и пакетах эти документы не находили – их сфабриковали, но не сумели придумать единую легенду и заставить ее заучить всех фигурантов дела, особенно, больших начальников, посему каждый из них врал, что сумел запомнить.

2. Впервые данные документы были ведены в оборот осенью 1992 года на заседании Конституционного суда как доказательства вины КПСС в Катынском деле, но даже при беглом осмотре их судьями, вскрылась подложность этих документов, в результате Конституционный суд в своем итоговом постановлении даже не упомянул об этом эпизоде обвинения.

3. О подделке свидетельствует также и то, что эти действительно сенсационные «документы» не были сразу же представлены российской общественности после их обнаружения, хотя вся пресса была заполнена цитатами из них. После фиаско в Конституционном суде, текст некоторых из этих документов опубликовали только через 2 года, и не в известных исторических изданиях, а в подставном, как бы, периодическом издании – журнале «Военные архивы России». После выпуска № 1 журнала, в котором и было опубликована часть подделок в массе иных, подлинных документов из российских архивов, этот журнал вместе с редакцией бесследно исчезли.

4. В этой первой публикации «документов», публикаторы не указали, вопреки правилам, те делопроизводственные особенности этих документов, которые прямо подтверждали их фальшивость, то есть, сами публикаторы понимали, что публикуют подделки.

5. Номер журнала «Вопросы истории» № 1 за 1993 год, в котором впервые в России были описаны эти «документы», описал только три из пяти документов, но даже при таком сокращении этот номер до 1995 года не поступал подписчикам и в библиотеки.

6. В России до сих пор так и не был официально опубликован самый выдающийся по степени поддельности документ «закрытого пакета» №1 – так называемая «выписка для Шелепина». Это ещё раз подтверждает, что сами публикаторы прекрасно осознавали и осознают подложность публикуемых ими документов.

Раздел II.  Несоответствие сведений достоверным историческим фактам

7. В документах «закрытого пакета» №1 говорится о создании некой «специальной тройки НКВД», которая, якобы, приговорила поляков к расстрелу. Однако в массиве остальных, действительно подлинных архивных документов того периода нет ни малейших упоминаний ни об учрежденной, согласно указанных документов, «тройке», ни о том, что вообще какие-либо поляки в 1940 г. расстреливались в СССР во внесудебном порядке. Словами специалиста архивного дела А.П.Козлова, эти документы «фонят» «нестыковкой своего содержания с действительными фактами прошлого, известными из подлинных источников».

8. Реально работавшим в те годы судебным тройкам предписывалось судить, то есть, осуждать виновных, в зависимости от их персональной вины, и освобождать невиновных. А в «письме Берии» «тройке» не дается никаких судебных прав, а просто предписывается всех поляков расстрелять, то есть, «тройке» не определяется реальная судебная работа. Эта «тройка» была заведомой фикцией, позорящей придумавшего ее автора. Реальный Берия никогда не предложил бы Политбюро оторвать от реальных дел трех высокопоставленных работников НКВД, включая себя, для того, чтобы они сидели и расписывались на 22 тысячах бумажек, которых никто, кроме них, не увидит.

9. При создании «тройки» нарушен основной принцип создания судебных троек – из первых лиц НКВД и ВКП(б) с обязательным участием прокурора.

10. В «тройке» как коллегиальном органе нарушен принцип равноответственных членов – к двум высшим должностным лицам НКВД (наркому и его первому заместителю) добавлен начальник третьестепенного отдела. В реальных судебных тройках было недопустимо участие подчиненных кого-либо из членов тройки.

11. Берия не мог предложить создание «тройки», поскольку все судебные тройки были накануне ликвидированы совместным постановлением правительства СССР и ЦК ВКП(б), т.е. никакая «тройка» была уже невозможна с точки зрения судебного законодательства. После принятия указанного совместного постановления, ни один исполнитель не то, что не расстрелял бы, а и не арестовал бы никого по указанию незаконной «тройки», публично запрещенной в СССР правительством и партией.

12. Если считать эти документы «закрытого пакета» №1, подлинными, то Политбюро ЦК ВКП(б) превысило свои полномочия – приняло решение о создании «тройки», хотя руководящий орган партии - ЦК - их упразднил. Такое совершенно немыслимо. В Постановлении от 17 ноября 1938 г. Совета народных комиссаров СССР (правительства Советского Союза) и ЦК ВКП(б) – органа руководства партией, более высокого, нежели Политбюро, было приказано: «Ликвидировать судебные тройки, созданные в порядке особых приказов НКВД СССР, а также тройки при областных, краевых и республиканских управлениях РК милиции. Впредь все дела в точном соответствии с действующим законодательством о подсудности передавать на рассмотрение судов или Особого совещания при НКВД СССР».

13. В документах «закрытого пакета» №1 никак не учтены те 395 военнопленных офицеров, полицейских и пограничников, которые одновременно с отправкой основной массы пленных в исправительно-трудовые лагеря ГУЖДС были отправлены в лагерь военнопленных в Юхнов и далее в Грязовец.

14. «Решение Политбюро», заложенное в «документах», для Берия было невыполнимо: из элементарного чувства самосохранения его окружение нашло бы способ уклониться от исполнения заведомо преступного приказа наркома. Ведь именно за исполнение преступных приказов своего начальника в 1937-38 г.г. были расстреляны приближенные предшественника Берия на посту наркома внутренних дел – Ягоды. А незадолго до рассматриваемых событий, 4 февраля 1940 г., за то же самое были расстреляны заместители другого предшественника Берии – Ежова. О нахождении поляков в плену у СССР знал весь мир, и никто в высшем руководстве НКВД не рискнул бы исполнить противозаконный приказ об их расстреле, поступивший от Берия, проработавшего в НКВД всего полтора года, из которых на посту наркома чуть более пятнадцати месяцев.

Раздел III.  Внутренние противоречия.

15. В «письме Берии» предлагается расстрелять 25.700 граждан бывшей Польши, а «записка Шелепина» сообщает, что якобы были расстреляны лишь 21.857 человек. Никаких объяснений тому, на каком основании не были расстреляны 3.843 подлежащих безусловному расстрелу поляков, не приводится.

16. В «письме Берии» объявлены «неисправимыми врагами советской власти» 14.736 офицеров и 18.632 заключенных, но расстрелять предлагается 14.700 одних и 11.000 других без разъяснения, что делать с остальными «закоренелыми» врагами и как отделить одних от других. Таким решением полномочия «тройки» делегировались непосредственным исполнителям на местах и они самостоятельно должны были решать, кого именно осуждать к расстрелу, что немыслимо и чего в реальном предложении Берия быть не могло.

17. Согласно пометкам на оборотной стороне «выписки для Берии», в период с 5 марта 1940 г. по 15 ноября 1956 г. с неясными целями были отпечатаны два дополнительных экземпляра выписки, а 15 ноября 1956 г. два экземпляра уничтожены. В рамках версии о страшной секретности документов «закрытого пакета» №1 подобные манипуляции с экземплярами выписки, предназначенными неизвестно кому, рациональному объяснению не поддаются».

В следующей статье я продолжу цитирование заявления о подложности, сделанное суду Стрыгиным, в котором Сергей Эмильевич переходит к рассмотрению следующей группы признаков - индивидуальных признаков поддельности каждого документа из «закрытого пакета» №1.

 
Юрий Мухин


Источник

Онлайн Ashar1

  • Политсовет
  • *****
  • Сообщений: 6591
Re: ПРАВДА О СТАЛИНЕ
« Ответ #23 : 20/10/09 , 12:07:21 »
Товарищи! Всем, кто интересуется политической биографией товарища Сталина, советую посетить форум кпрф.ру, раздел "кпрф - практика", тему "Песни русско- советского сопротивления". Здесь уже более двух месяцев публикуется очень интересная, ранее нигде не предлагаемая подборка материалов о великом вожде. Очень рекомендую обратить на неё ваше внимание!

Бесогон

  • Гость
Re: ПРАВДА О СТАЛИНЕ
« Ответ #24 : 21/10/09 , 08:29:04 »
Суд над Сталиным: «Письмо Шелепина» написано с густым польским акцентом

Закончу цитирование заявления о подложности, сделанное С.Э. Стрыгиным.

«А теперь мы перейдем к рассмотрению следующей группы признаков -индивидуальных признаков поддельности каждого документа из «закрытого пакета» №1.

Раздел IV.  «Письмо Берии» №794/Б

18. С формально-юридической точки зрения, «письмо Берии» №794/Б является подложным из-за элементарного несоответствия своих главных атрибутов – даты и номера. Ведь согласно официальной регистрации, Сталину из НКВД была направлена записка №794/б от 29 февраля 1940 г., а в архиве, якобы, найдена совсем другая записка с этим же номером - №794/Б от этого же марта 1940 г., - но без указания числа. Чтобы понять нелепость этой ситуации, представьте себе гражданина, паспорт которого заполнен с ошибками и датой выдачи значится март, а при проверке по записям отдела внутренних дел выясняется, что данный паспорт выдан в феврале!

19. На «письме Берии» резолюция и росписи членов Политбюро нанесены так, что строки «письма» в момент нанесения подписей должны были быть в вертикальном положении. Ни один реальный руководитель-правша так не расписывается. Зато так мог расписаться специалист по подделке почерков, который хотел оставить на документе скрытый намек на его подложность.

20. «Письмо Берии» имеет номер при отсутствии даты. В подлинном документе такое невозможно, поскольку это одна запись в журнале регистрации, причем, дата важнее номера.

21. В «письме Берии» генералы объединены в одной строке с подполковниками, чего в подлинном документе НКВД быть не могло – во всех подлинных документах НКВД генералы вносились отдельной строкой и не объединялись даже с полковниками.

22. Согласно справке из архивного управления ФСБ, письмо №794/б зарегистрировано в секретариате НКВД 29 февраля 1940 г. В подлинное письмо Берия от 29 февраля не могли попасть данные из справки Сопруненко от 3 марта, фигурирующие в «письме Берии» из «закрытого пакета» №1. Следовательно, «письмо Берии» №794/Б с этими данными - подделка.

23. Первые три страницы «письма Берии» напечатаны не на той пишущей машинке, на которой напечатана четвертая страница (Экспертное заключение прилагается). Суд понимает, что в подлинном письме НКВД такого быть не может, поскольку изменить начало документа после того, как его подписал нарком, - это совершить преступление.

24. Четвертая страница напечатана на пишущей машинке, использовавшейся для подготовки других, заведомо подлинных писем Берия, а первые три страницы – на машинке, шрифты которой не выявлены ни в одном из пятнадцати найденных в архивах и исследованных к сегодняшнему дню писем Берия за период с декабря 1939 по сентябрь 1940 г.

Последнее обстоятельство раскрывает наиболее вероятный способ подделки этого письма. Предположительно, фабрикаторы взяли в архиве подлинное письмо Берии №794/б от 29 февраля 1940 г. с предложением осудить поляков Особым совещанием при НКВД (ОС) к различным срокам заключения в трудовых лагерях. Фабрикаторы уничтожили первые страницы и вместо них отпечатали три новые, переделав их так, как будто Берия предлагал пленных расстрелять. После чего приложили к этим трём подделкам четвертую, подлинную страницу, в которой Берия предлагал количественный («тройка») и персональный (Берия, Меркулов, Баштаков) состав Особого совещания.

Согласно Положению об Особом совещании, его количественный и персональный состав обязан был меняться в зависимости от рода рассматриваемых дел. Если событие происходило на территории союзной республики, то членом совещания был и нарком НКВД этой республики, если дело было сугубо уголовным, то членом Особого совещания был и начальник Управления милиции.

В данном случае Берия предлагал Особое совещание в сокращенном составе - в составе трех человек – тройки. Он предложил себя в качестве председателя (он был председателем ОС по Положению), своего первого зама (тоже члена ОС по Положению) и начальника отдела, который готовил дела военнопленных на рассмотрение их Особым совещанием – для удобства в организации и проведении заседаний. Предложение Берии было логичным, но, все же, отступало от буквы Положения об ОС – начальник первого спецотдела в Положении, как член ОС, не был указан, в связи с чем, Берия и согласовывал свое предложение с Политбюро.

Однако Политбюро с его логикой не согласилось – оно сочло недопустимым, чтобы сам нарком в данном случае тратил время на рутинное рассмотрение чуть ли не двух десятков тысяч уголовных дел. Посему Сталин вычеркнул Берию, оставив вместо него председателем Особого совещания первого заместителя наркома НКВД Меркулова, и дописал Кобулова – начальника главного экономического управления НКВД – того, кто по своей должности курировал следственные дела в отношении военнопленных и использование их на работе. Причем, Сталин не написал фамилию Кобулова над вычеркнутой фамилией Берии, иначе получилось бы, что Кобулова назначили председателем, а вписал его после Меркулова перед Баштаковым. То есть, если понимать, что первые три страницы «письма Берии» - это подделка, а подлинное письмо было об Особом совещании, то такое письмо полностью согласуется со всеми известными историческими фактами.

Раздел V.  «Выписка из протокола Политбюро» № 1 (на имя Берии)

25. Бланк выписки начинается предупреждением: «Подлежит возврату с течение 24 часов во 2-ю часть Особого Сектора ЦК», - а слева вертикально на бланке еще одно предупреждение: «Товарищ, получивший документы, не может ни передавать, ни знакомить с ними кого бы то ни было, если нет специальной оговорки ЦК. Копировка указанных документов и делание выписок из них категорически воспрещается. Отметка и дата ознакомления делается на каждом документе лично товарищем, которому документ адресован, и за его личной подписью. Основание: Постановление Пленума ЦК РКП(б) от 18/VIII-24 г.». «Выписка для Берии» является первым экземпляром (оригиналом), в отличие от «выписки для Шелепина», являющейся отпуском. Именно оригинал выписки в соответствии с рассылкой должен был быть послан Берия для ознакомления. Об этом же свидетельствуют пометки на оборотной стороне, в том числе, рукописная пометка о, якобы, повторном направлении данной выписки Берия 4 декабря 1941 г. Однако на «выписке для Берии» отсутствуют какие-либо отметки и подписи Л.П.Берия, подтверждающие факт его ознакомления с выпиской как в 1940, так и в 1941 г.

26. На «выписке для Берии» отсутствуют обязательные для подлинных выписок факсимильная подпись секретаря ЦК И.Сталина и мастичная печать ЦК ВКП(б). По своим канцелярским атрибутам «выписка для Берии» является незаверенной информационной копией для внутреннего делопроизводства Политбюро, а не подлинным экземпляром выписки, подлежащем направлению адресату.

27. «Выписка для Берии» отпечатана на бланке, не применявшемся в практике делопроизводства Политбюро. До сегодняшнего дня известны лишь два экземпляра такого бланка – оба из «закрытого пакета» №1 по Катыни.

28. На бланке «выписки для Берии» отсутствует абсолютно необходимый для всех официальных документов ЦК ВКП(б) элемент - лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». Все бланки Политбюро, предназначенные для документов выходивших за пределы ЦК ВКП(б), обязательно начинались с главного лозунга коммунистов: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». Раздел VI. «Выписка из протокола Политбюро» № 2 (на имя Шелепина)

29. Документ на бланке ВКП(б) заверен печатью КПСС. Это такой шедевр маразма фальсификаторов, что Конституционному суду только его хватило, чтобы понять, что перед ним подложные документы и не связывать КПСС с убийством польских офицеров.

30. В «выписку для Шелепина» подпись Сталина, исходящая дата и фамилия адресата вписаны другой пишущей машинкой.

31. Выписка датирована 27 февраля 1959 года и теперь получается, что поляки продолжали сидеть в лагерях до этого времени и только в 1959 году их решили расстрелять.

32. Указание о создании тройки и расстреле Политбюро адресовало Шелепину, но из состава «тройки» на тот момент в живых оставался только Баштаков.

33. Чтобы заверить выписку, Сталин в 1959 году встал из гроба и явился на заседание Политбюро.

34. Внешне «выписка для Шелепина» оформлена как заверенная копия, но фактически она не заверена ни одним должностным лицом ЦК КПСС – фальсификаторы не знали элементарного – того, что круглая печать любого учреждения ставиться только на подпись. Смысл печати – заверить подлинность подписи.

35. На лицевой стороне выписки имеется пометка синими чернилами «Возвр. 27/II-59 г.», что является грубейшим нарушением элементарных правил архивного хранения документов, категорически запрещающих сотрудникам архивов делать какие-либо пометки на документах, за исключением вписывания в правом верхнем углу простым карандашом нового номера листа при переброшюровки дел.

36. На выписке стерта имевшиеся ранее фамилия адресата «тов. БЕРИЯ» и дата «5 марта 1940 г.». Вместо них впечатаны новая фамилия адресата «тов. ШЕЛЕПИНУ» и новая дата «27 февраля 1959 г.». Подобные подчистки текста также категорически запрещены правилами архивного хранения документов.

37. Аналогично «выписке для Берии», «выписка для Шелепина» отпечатана на бланке, не использовавшемся в практике Политбюро, и не имеет обязательного лозунга «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». Раздел VII. «Записка Шелепина» Н-632-ш

38. «Письмо Шелепина» послано в ЦК КПСС через канцелярию КГБ, поскольку имеет исходящий номер (Н-632-ш) и дату отправки 3 марта 1959 г., поэтому отсутствие входящей регистрации в марте 1959 года в ЦК КПСС – признак подделки.

39. На «письме» нет ни малейших помет или распоряжений ни одного секретаря ЦК КПСС – фальсификаторы не смогли их придумать, но теперь получается, что письмо Шелепина из секретарей ЦК вообще никто никогда не видел, что по отношению к письму Председателя КГБ невозможно.

40. Описывая «решение Политбюро», которое должно было лежать у исполнителя «записки Шелепина» перед глазами, он написал «Постановление ЦК», чего не могло быть – Шелепин безусловно знал разницу между ЦК и Политбюро.

41. Описывая «решение Политбюро ЦК ВКП(б)», исполнитель написал «ЦК КПСС». Но ни Шелепин, ни исполнитель подлинной записки на имя первого лица страны не могли в столь важном документе спутать названия партии.

42. В «письме Шелепина» уже во втором предложении пишется: «Всего по решениям специальной тройки НКВД СССР было расстреляно 21.857 человек, из них: в Катынском лесу (Смоленская область) 4.421 человек, в Старобельском лагере близ Харькова 3.820 человек, в Осташковском лагере (Калининская область) 6.311 человек и 7.305 человек были расстреляны в других лагерях и тюрьмах Западной Украины и Западной Белоруссии». Но тысячами документов установлен и, более того, входит неотъемлемой частью в версию самих клеветников России неопровержимый факт того, что в апреле-мае 1940 года пленные поляки были вывезены из Старобельского и Осташковского лагерей военнопленных живыми! Как же настоящий Шелепин, глядя на настоящие документы, мог написать, что поляки расстреляны в Старобельском и Осташковском лагерях?!

43. Настоящий Шелепин, глядя на настоящие документы, не мог написать, что Старобельский лагерь находится «близ Харькова». Ведь в настоящих документах был указан истинный адрес Старобельского лагеря, который в действительности находился не в Харьковской, а в Ворошиловградской области - почти за 250 км от Харькова!

Это далеко не все признаки поддельности документов «закрытого пакета» №1, но сторона истца хотела бы на этом закончить.

Уважаемый суд, подложные документы из «закрытого пакета» №1 жестко связаны друг с другом смысловым содержанием. Поэтому любой признак подделки одного из них, является признаком подделки и остальных документов. Это причина, по которой Конституционный суд не только не оперся в своих выводах на это доказательство, но и не стал публиковать эти позорящие Россию документы в «Материалах дела». Специалист по подделкам Козлов утверждает, что 7 признаков подделки с головой выдают подложный документ. Уважаемый суд, у нас на три взаимосвязанных между собой исторических текста имеется 43 признака подделки!

В связи с этим, а также руководствуясь статьей 186 ГПК РФ, просим суд предложить ответчикам представить суду другие доказательства сообщенных ими в оспариваемой статье сведений: «Сталин и члены Политбюро ВКП(б), вынесшие обязательное для исполнителей решение о расстреле поляков»».

Так закончил чтение нашего заявления о подложности С.Э. Стрыгин, при этом, его утверждение, что это не все выявленные признаки подделки, не является преувеличением.

К примеру, я могу добавить следующее (продолжу нумерацию признаков подделки):

44. Впервые эти фальшивки были вброшены на заседаниях Конституционного суда по делу КПСС и в этих первоначальных версиях фальшивок в «письме Берии» стояли не только номер 794/б, но дата «5 марта». На заседании 16 октября 1992 года, эту дату с председателем Конституционного суда Зорькиным обсуждал защитник КПСС Ю.М. Слободкин, который обратил внимание суда, что записка Берии датирована 5 марта и указано, что заседание Политбюро тоже состоялось 5 марта, но практически этого никогда не было. Обсуждение этой даты осталось в протоколах Конституционного суда, а то, что эта дата в позднейших версиях фальшивок исчезла, является очередным признаком подделки.

45. Никакой делопроизводитель не поставил бы на «письмо Шелепина», посланное в 1959 г., штампик входящего номера в 1965 году. Ведь из этого следует, что этот канцелярист общего отдела ЦК не передавал сверхсекретное письмо Генеральному секретарю ЦК 6 лет и 6 дней! И тот канцелярист, который поставит этот штамп, будет за это незаконное хранение секретного письма неизвестно где, отвечать. А если он его в американское посольство передавал фотографировать? Ведь Вознесенский, председатель Госплана и один из первых заместителей главы правительства СССР, расстрелянный в 1949 году, был обвинен и в утрате документов, то есть, в передаче их вражеским государствам. Канцеляристу ЦК надо было такое обвинение?

46. Еще смешнее то, что на письме есть еще один штамп от 20 марта 1965 года. Теперь получается, что письмо уже давно не работающего председателем КГБ Шелепина, было действительно передано уже находящемуся на пенсии и объявленному «волюнтаристом» Хрущеву, и тот после прочтения отослал его в другой отдел ЦК, где его от «волюнтариста» на пенсии приняли и зарегистрировали. Те, кто фальсифицировал эти документы, полагали, что штампики на письмах - это украшения писем, фальсификаторы не понимали, что это отметка людей в том, что они принимают эти письма на хранение от того, кого обязаны принять, и головой отвечают, чтобы эти письма не прочел тот, кому это не полагается.

47. Письмо написано от руки, но не Шелепиным, зарегистрировано в канцелярии КГБ, следовательно, отправлено обычной почтой. И если не считать его подделкой, то это означает, что в 1959 году на весь Комитет госбезопасности была всего одна пишущая машинка, да и та, к этому времени сломалась.

48. В «письме Шелепина» указаны на 1959 год целыми и хранящимися в архиве «учетные дела на военнопленных» Старобельского лагеря, но эти дела были сожжены еще 25 октября 1940 г., о чем инспектор Письменный и сержант госбезопасности Гайдидей в тот же день составили акт, до сих пор хранящийся в архиве.

49. «Письмо Шелепина» написано с густым польским акцентом. Это только в понимании иностранцев: раз Советский Союз, то в нем должны быть и «советские органы власти». Внутри СССР так никто не сказал бы, поскольку слово «советский» абсолютно однозначно и определенно относилось только к законодательной ветви власти в СССР - к Верховному Совету, облсовету, райсовету. Но только назывались они не «советские органы власти», а «органы советской власти», и только так, поскольку «советский» в данном случае это не принадлежность к государству, а собственное имя специфического органа власти. (Кстати, органы советской власти к Катынскому делу никакого отношения не имели). И названия этих органов даже рядовыми гражданами не путались, а уж работниками КГБ! Поэтому строки «письма Шелепина»: «Для Советских органов... по инициативе Советских органов власти», - режут слух своим иностранным происхождением точно так же, как и «моя твоя не понимай».

Козлов писал, что признаком подделки разобранного им письма, является раскрытая аббревиатура ЦК КПСС. Действительно - какой дурак в ЦК КПСС не знает, что такое ЦК КПСС? Кому надо это сокращение раскрывать? Точно так же и в данном случае: настоящий Шелепин или сотрудник КГБ никогда не написал бы «советские органы власти», в подобном данному случаю, они, скорее всего, употребили бы более точное название «партийно-государственные органы».

Ответчики (Резник, Бинецкий) в обсуждении заявления упирали на то, что эти документы «закрытого пакета №1» не оспариваются всеми «серьезными историками» и на то (Яблоков), что каждый, в том числе Сталин, Берия, Шелепин и их подчиненные, могут ошибаться. На первый довод следует сказать, что из тех историков, кто признает подлинность этих документов, заявляют о их подлинности только кавалерши креста «За заслуги перед Польшей» Лебедева и Парсаданова, остальные «серьезные историки» прикидываются малокультурными валенками, вынужденными верить кавалершам.

Что касается ошибок, то давайте те, кто что-то помнит из математики, подсчитаем их вероятность. Предположим, что и в Сталинском СССР, и в послесталинском СССР было полное отсутствие дисциплины, и всяк делал то, что моча в голову стукнула. Скажем, печать, которой заверялись подписи секретарей ЦК, висела на веревочке у входа в ЦК, и всякий мог поставить ее на ту бумагу, на которую ему хотелось, Сталин плевал на избиравший его ЦК, а нарком НКВД, после расстрела двух его предшественников, плевал и на председателя Совета народных комиссаров, и на Сталина. Ну, если ты малограмотный идиот, то почему бы такое и не представить?

Положим, что в таком случае, в каждом десятом распорядительном документе, была бы «ошибка», которую мы считаем признаком подделки. Какова вероятность того, что все эти ошибки могли встретиться в трех текстах, оформлении и хранении взаимосвязанных между собой документах по Катынскому делу? Вероятность будет равна - десять в минус сорок девятой степени. Я пишу это число прописью, поскольку не знаю, как его назвать. Скажем, вероятность погибнуть в авиакатастрофе равна одной десятимиллионной, или 10 в минус седьмой степени, тогда вероятность одновременного появления всех этих «ошибок» в катынских документах меньше вероятности погибнуть в авиакатастрофе в десять в минус сорок второй степени раз. Я и это число, обозначаемое единицей, деленной на единицу с 42 нулями, тоже не могу назвать. Из-за этой моей беспомощности, давайте, считать, что в СССР вообще не было ну никакой дисциплины даже близко, и в каждом втором распорядительном документе партии и правительства была подобная «ошибка». Тогда вероятность появления 49 ошибок в катынских документах равна десяти в минус пятнадцатой степени. Вычтем семерку вероятности гибели в авиакатастрофе и получим, что вероятность появления стольких «ошибок» в катынских документах в сто миллионов раз ниже, нежели вероятность сесть в самолет и не долететь в нем до благополучной посадки. Но вы же летаете! С чего тогда вы эти документы считаете подлинными?

Но дело даже не в идиотских допущениях и сверхастрономических числах. Ведь мало-мальски объективному человеку понятно, что если Сталин и Молотов (партийно-государственная власть СССР) приказали: «Ликвидировать судебные тройки, созданные в порядке особых приказов НКВД СССР», - то никто не создаст в НКВД эту тройку, и не будет исполнять ее решений. Напомню, что по моему и Стыгина заявлениям о подложности доказательств, закон предусматривает всего два решения судьи - суд может назначить экспертизу для проверки заявления о подложности или предложить стороне представить иные доказательства. Но это написано для каких-то виртуальных законопослушных судей, которых я, к примеру, в Москве еще не встречал. Поэтому и Лопаткина чихнула на требование закона и сообщила, что она наши заявления «учтет при вынесении решения». После этого суд приступил к прениям сторон.

 
Юрий Мухин


Источник

Бесогон

  • Гость
Re: ПРАВДА О СТАЛИНЕ
« Ответ #25 : 22/10/09 , 07:35:41 »
Суд над Сталиным: выносившие неправосудные приговоры судьи заканчивали свою карьеру в лагерях

Вынужден опять прервать репортаж о суде, чтобы вернуться к теме, которую уже затронул в своем третьем репортаже по этой теме (на ФОРУМе.мск он дан под заголовком «Суд над Сталиным: мы проиграли – это плохо! Но кто-то удивлен?» ).  Посетитель Аршинский 19.10.2009 возразил мне:

«Автор написал неплохой памфлет на тему "А судьи кто?", однако слишком, с лихом увлёкся обелением Сталина и Сталинской эпохи. Мой прадед, простой русский железнодорожный рабочий в Забайкалье осенью 1937 г. был арестован НКВД и осуждён как "японский шпион". Его жена, простая русская неграмотная деревенская женщина с несколькими малолетними детьми на руках была выслана в ссылку в г. Канск, где они жили впроголодь в землянке. Приговор об их ссылке как "врагов народа" относился напрямую и к этим детям, в том числе дошкольного возраста, - к каждому индивидуально, о чем свидетельствуют последующие дела об их реабилитации каждого отдельно - согласно послевоенным решениям так уважаемого автором Советского суда. Мой прадед умер (так записано официально) в лагере уже в 1938 г., и где он похоронен неизвестно. Старшая дочь в семье моя бабушка проявила настойчивость и после войны добилась в уважаемом автором Советском суде полной РЕАБИЛИТАЦИИ своего отца, по результатам которой моя прабабушка всю оставшуюся жизнь получала небольшую пенсию в качестве компенсации от Советского государства. Я это пишу не для того чтобы "очернить Сталина", а для того чтобы напомнить автору, что в СССР были репрессированы сотни тысяч, возможно миллионы, простых рабочих таких как мой прадед, были репрессированы по разнарядкам (типа, требуется "разоблачить" такое-то количество "японских шпионов" и т.п.). Эти разнарядки исходили в регионы напрямую из Москвы, и всё это массовое зверство происходило полностью с ведома Сталина, о чем свидетельствуют документы из архивов Политбюро. Может быть Сталин был "вынужден" репрессировать и уничтожать миллионы простых Советских рабочих, крестьян, включая малолетних детей -- пусть автор нам пытается объяснить, кто Сталина к этому принуждал. И желательно при этом, чтобы он не привлекал для своих объяснений Тухачевских, Резников и Лопаткиных. Достаточно простой человеческой совести. И по совести Сталин был людоед невиданных масштабов, оправдания которому нет и быть не может».

Начну с того, что Аршинскому можно было бы запросить в архиве дело своего прадеда и почитать его. Я такого сделать не могу, поскольку дела невинных жертв засекречены и их разрешено увидеть только родственникам, а среди, пожалуй, сотни моих прямых родственников (простых украинских крестьян), никто не пострадал от репрессий – не заработали. Правда половина моих дядьев погибла на фронте, отец и дядя Илларион вернулись израненными, ну да разве это повод для скорби в нынешней России? Это же не невинные жертвы репрессий, чего о них писать «книги памяти», какие пишет «Мемориал» о невинных страдальцах Сталина?

Я ведь долгое время думал точно также, как и Аршинский, - считал Сталина извергом, а его невинные жертвы считал героями (по своим же словам, был быдлом). Правда, не все было так просто, какие-то червячки сомнений все же были. Первым таким страдальцем, которого я увидел еще подростком, был живший у нас одно время на квартире литовец. Когда я узнал, что он реабилитирован, то пристал к нему с расспросами, и он неохотно рассказал примерно следующее:

«Когда в 1944-м русские начали наступать, мы с отцом стали уходить в Курляндию, а когда немцы там сдались, то меня призвали в Советскую Армию. Служил в Германии, а когда отслужил, то уехал на работу на Дальний восток и там меня арестовали по приказу хабаровского прокурора и этапировали в Белоруссию. А там две сумасшедшие старухи показали, что мы с отцом, якобы, расстреливали русских партизан. Меня посадили, а когда началось разоблачение культа личности, то один сидевший в лагере инженер помог мне написать письмо Хрущеву, и меня реабилитировали».

Помню, уже тогда меня покоробило, что он говорил не «наши наступали», не «наши партизаны», а «русские». И было непонятно, почему он после службы не в Литву вернулся, а дернул на Дальний восток? Но как не поверить? Ведь реабилитирован, невинная жертва!

Это уж потом, по мере того, как я собирал информацию, мнения о происходивших тогда событиях начали меняться и у меня. И не у одного меня такие сомнения возникают. Вот воспоминания лучшего аса Корейской войны Е.Г. Пепеляева о своем невинно пострадавшем командире полка майоре Казанцеве, который имел обычай здравить Сталина и свою жену в одном тосте.

«Вскоре я уехал из полка, получив назначение на должность инспектора-летчика соединения. Через некоторое время я узнал, что майора Казанцева осудили и дали несколько лет заключения. Так как это происходило на Дальнем Востоке, то ехать Казанцеву далеко не пришлось, места заключения на востоке были рядом. После войны, в Хабаровске, я случайно встретил начпрода (начальника продовольственной службы) того же АТБ. Он мне рассказал, что сидел одно время с Казанцевым, которого осудили и разжаловали якобы не за преступления и не за промахи в работе, а за то, что на одном из застолий он дискредитировал товарища Сталина, произнеся тост за здоровье Сталина и своей жены одновременно, поставив вождя на одну ступень со своей женой. Вот такая жуткая история случилась с майором Казанцевым на аэродроме Желтый Яр в начале 1943 года. Эта версия казалась вполне правдивой и подходит особенно ко временам перестройки, когда все хорошее, что было во время Советской власти, стали мазать грязью и черной краской. На самом деле, как я позднее узнал, майора Казанцева осудили не по политическим причинам, а за воровство. Вместе с ним осудили и отправили в лагеря начальника продовольственной службы батальона и начальника ГСМ батальона — этого за воровство и разгильдяйство: пропало более 30 тонн бензина».

Такие вот «невинные страдальцы». Не стоит считать японцев лохами, не догадавшимися создать разведывательную сеть в Забайкалье, поэтому Аршинскому стоит заглянуть в дело прадеда – возможно того действительно оклеветали «жертвы Сталинского террора», а, возможно, Аршинский узнает не то, к чему уже привык. Но проще выслушать не прикидывающегося невиновным «реабилитанта», а откровенного врага, скажем, Д. Панина. В 1940 году он сел по статье 58-10: «Пропаганда или агитация, содержащие призыв к свержению, подрыву или ослаблению Советской власти или к совершению отдельных контрреволюционных преступлений». А к чему призывали в «их кругу», Панин написал в своей, изданной на Западе (эмигрировал в 1972 году), книге «Лубянка-Экибастуз».

«Вопрос о возврате к капитализму в нашей стране не вызывал у нас никаких сомнений. Мы были бы согласны даже на его первоначальную форму девятнадцатого века. Все-таки рабства тогда не было, труд был добровольным, с капиталистами можно было бороться, парламент и филантропы помогали... …Гитлер обещал войну против Сталина, и это давало надежду и силы переносить жуткие условия существования, терпеливо дожидаясь своего часа. Разные слои населения ждали войны как освобождения, и им было все равно, кто ее развяжет. Мечтали только о том, чтобы она поскорей началась. Поддержка Гитлером антикоммунистических сил Испании говорила тогда в его пользу. …Мы, молодые люди тридцатых годов, хорошо знали обстановку в своей стране, но Запад представляли как единую цельную логически действующую схему. На Западе много писалось о желательности драки между Гитлером и Сталиным. Естественно, это приветствовали и мы. Ясно было, что ради этого Запад шел на многие уступки, вплоть до Мюнхенского соглашения, по которому Гитлеру была отдана Чехословакия. Но для реализации схватки между двумя деспотами нужна была общая граница, и с позиций Мюнхена непонятно, почему решили пожертвовать Чехословакией. Когда из-за нападения Гитлера на Польшу образовалась общая граница, многие решили, что война с Советским Союзом не за горами — народ был убежден в ее неизбежности. И вот Гитлер напал на Сталина. Черчилль, который за свою долгую жизнь не раз декларировал, что он борец против коммунизма, и даже обещал вообще покончить с ним, немедленно бросился к Сталину, заключил договор, а затем они вместе с Рузвельтом буквально спасли этот чудовищный режим».

Как видите, этому шакалу хотелось, чтобы Гитлер напал на СССР, да еще и СССР не имел бы помощи союзников, и ему глубоко плевать, что в так желанной им войне погибли более 23 миллионов советских людей, в том числе, и мои дядья. Этого шакала тоже, небось, реабилитировали.

Но вернемся к нашему делу. Надо сказать, что на суде ответчики сразу поперли на нас именно с посмертной реабилитацией – с тем, что начиная с хрущевских времен Верховный Суд реабилитировал сотни тысяч человек. Но ответчик Яблоков, до своей работы следователем по Катынскому делу, как раз и был тем прокурором, который реабилитировал. И нам осталось суду зачитать цитату из оспариваемой статьи Яблокова:

«Пересмотр дел репрессированных, хоть и осуществлялся в индивидуальном порядке, но во многом был процессом формальным, поскольку на деле прокуроры были заняты лишь оформлением политической воли руководства страны реабилитировать определенные группы репрессированных».

Так, что прадед Аршинского, как и все остальные реабилитанты, был реабилитирован не потому, что был невиновен, а потому, что такова была воля Хрущева. Аршинский задает мне ехидный вопрос:

«Может быть Сталин был "вынужден" репрессировать и уничтожать миллионы простых Советских рабочих, крестьян, включая малолетних детей -- пусть автор нам пытается объяснить, кто Сталина к этому принуждал?».

Думаю, что Сталина не надо было принуждать уничтожить «пятую колонну», но ради исторической точности и Аршинскому следует знать, что требование уничтожить ее исходило снизу, и не было идеей Политбюро. С одной стороны, надвигалась война, которую призывали все эти панины, с другой стороны, надвигались свободные выборы 1938 года, и требовалось, чтобы народ был доволен Советской властью, иначе он за нее не проголосует – не придет на выборы или проголосует «против». А будет народ доволен властью, если при этой власти вольготно чувствуют себя уголовники, старые враги власти, лица, призывающие Гитлера начать войну, уроды, которые вякают про то, что СССР нужен капитализм в его форме 19-го века? И требование предварительной очистки страны на пленуме ЦК был поднят снизу – секретарями обкомов.

Народ требовал очистить страну. «Демократам», ни во что не ставящим народ, и привыкшим считать «народом» только себя, этого не понять. Ну, представьте, что сегодня поставили бы на голосование вопрос: нужно ли вычистить Россию от олигархов, уголовников, продажных чиновников и политиков? Как бы проголосовал народ? Нет, не тусовка, которая вертится на экранах телевизоров, а тот народ, который сегодня не ходит на выборы? Поэтому Политбюро и Сталину оставалось принять меры, чтобы процесс чистки не затрагивал невиновных.

Немного фактов. Вот прочтите такой документ.

«ЦК ВКП(б) — товарищу Сталину И.В. 10 июля 1937 г.

Сообщаю, что всего уголовных и кулацких элементов, отбывших наказание и осевших в гор. Москве и Московской области учтено 41305 чел. Из них уголовных элементов учтено 33436 чел. Имеющиеся материалы дают основание отнести к 1-й категории уголовников 6500 чел. и ко 2-й категории — 5272 чел. Кулаков, отбывших наказание и осевших в г.Москве и районах области учтено 7869 человек. Имеющийся материал дает основание отнести из этой группы к 1-й категории 2000 чел. и ко 2-й категории — 5869 чел. Комиссию просим утвердить в составе тт.Реденс — Нач. Управления НКВД по М.О., Маслов — Зам.прокурора Московской области, Хрущев Н.С. — Секретаря МК и МГК с правом, в необходимых случаях, замены т.Волковым А.А. — вторым секретарем Московского Горкома. Секретарь МК ВКП(б) Н.Хрущев».


Как видите, Хрущев просил назначить себя членом судебной тройки, чтобы он мог лично приговорить к расстрелу только уголовников и кулаков 8 500 человек. Возможно, основываясь на более точных данных, а, возможно, просто из осторожности, Политбюро уменьшало запросы снизу, вводя «лимиты», то есть, пределы для репрессий. Политбюро не давало расстреливать столько, сколько просили все эти хрущевы.

К примеру, через месяц, приказом по НКВД №0047 от 30 июля 1937 года Хрущеву было разрешено расстрелять уголовников, кулаков, членов фашистских, повстанческих и бандитских организаций, а также не упомянутых им членов антисоветских партий всего 5000 человек, то есть, значительно меньше, чем Хрущев просил расстрелять только уголовников. Вот эти указания «репрессировать не более» сегодня выдаются, в том числе и Аршинским, за приказы Сталина «расстрелять».

Между тем, даже в упомянутом приказе Ежова № 0047 требуется:

«Утвержденные цифры являются ориентировочными. Однако наркомы республиканских НКВД и начальники краевых и областных управлений НКВД не имеют права самостоятельно их превышать. Какие бы то ни было самостоятельные увеличения цифр не допускаются. В случаях, когда обстановка будет требовать увеличения утвержденных цифр, наркомы республиканских НКВД и начальники краевых и областных управлений НКВД обязаны представлять мне соответствующие мотивированные ходатайства».

Вот снизу, из областей и мотивировались ходатайства об увеличении лимитов, и, в конце концов, многие домотивировались до того, что Политбюро репрессировало и самих мотивировщиков. Но, тем не менее, эффект от репрессий был безусловный, видимый, так сказать, невооруженным глазом. Американский посол в СССР в 1937-1938 гг. Джозеф У. Девис после нападения Германии на СССР записал в своем дневнике (7 июля 1941 г.):

«…Сегодня мы знаем, благодаря усилиям ФБР, что гитлеровские органы действовали повсюду, даже в Соединенных Штатах и Южной Америке. Немецкое вступление в Прагу сопровождалось активной поддержкой военных организаций Гелена. То же самое происходило в Норвегии (Квислинг), Словакии (Тисо), Бельгии (де Грелль)… Однако ничего подобного в России мы не видим. «Где же русские пособники Гитлера?» — спрашивают меня часто. «Их расстреляли», — отвечаю я. Только сейчас начинаешь сознавать, насколько дальновидно поступило советское правительство в годы чисток».

Значит ли это, что в ходе предвоенных репрессий не пострадали невиновные? Пострадали, и очень многие. Только под руководством Берии и только в 1939 году было реабилитировано и выпущено на свободу 360 тысяч человек, а с учетом ссыльных – до миллиона. Надо же понимать бесхитростную тактику «пятой колонны» - оговорить как можно больше людей, исходя из принципа «всех не посадят». С другой стороны, члены «пятой колонны» во множестве были у власти, в том числе в судах, прокуратуре и НКВД. Они всячески стремились этими репрессиями дискредитировать Советскую власть. Давайте прочтем отрывки из книги высланного из СССР в США антисоветчика Петра Григоренко «В подполье можно встретить только крыс». Он подробно описывает террор в те годы, и пусть это и длинновато, но зато подробности делают это описание убедительным.

«В начале 1938 года приехал ко мне Иван, мой старший брат. Поздно вечером… он рассказал, что только сутки прошли с того момента, как его выпустили из запорожской следственной тюрьмы НКВД.. Его бросили в камеру, буквально набитую людьми. По разговорам он понял, что это все "враги народа", о которых говорили на заводских и цеховых собраниях. Он работал на заводе комбайнов "Коммунар" в литейном цехе инженером.

…Привели в следственную камеру в 8 часов вечера, увели в 4 часа утра - не допрашивали. Следователь предложил ему написать подробную автобиографию и оставил одного. В соседней камере пытали людей. Брату было слышно каждое слово, крик, стон; через дверь, общую для камер, заходил в пыточную следователь, оттуда выходили покурить и передохнуть пыточных дел мастера. Дверь при этом либо оставалась совсем открытой, либо только полуприкрывалась. И брата не оставляло ощущение присутствия на пытке. Когда брат вернулся от следователя, к нему подполз человек, вернувшийся с "выстойки" перед самым уводом Ивана на допрос. Этот человек, инженер с "Запорожстали", впоследствии подписал признание, что готовил взрыв на заводе. Он же, уже после того, как его следствие закончилось, сказал брату:

- Вас не пытают, значит, могут еще освободить. Это им тоже для чего-то надо; кое-кого освобождают. Если освободят, то старайтесь не забыть то, что здесь видели.

…И надо сказать, брат отлично выполнил завет этого инженера. Я был просто поражен количеством лиц, чьи фамилии, дела и пытки он запомнил. Мы просидели почти до утра, и я все писал о вымышленных диверсиях, терроре, шпионаже, биографии этих "врагов"", применявшиеся к ним пытки, зверские избиения, раздавленные пальцы и половые органы, ожоги от папирос на лице и теле, пытки выстойкой и светом (человека на многие часы ставят под мощную электролампу), жаждой. Я записал рассказ брата и сказал ему, что пойду с этим к генеральному Прокурору СССР Вышинскому.

…На следующий день я пошел пробиваться к Вышинскому. Приемная прокуратуры СССР была забита толпами людей и гудела, как потревоженный улей. Но майор в те времена был величиной, и дежурная по приемной очень быстро свела меня со следователем по особо важным делам. Часть приемной была разгорожена фанерными переборками на небольшие комнатки. В одну из таких загородок зашел и я. Приятный и любезный на вид мужчина приподнялся, указал на стул перед столом, подал руку, назвался: "Реутов".

- Ну, рассказывайте, какая нужда привела вас сюда? - заговорил он.

Я начал рассказывать, но рассказать ничего не успел. Как только он понял, о чем будет речь, движением руки остановил меня:

- Не будем здесь говорить об этом, - и он указал на перегородки.

Я замолчал. Он снял телефонную трубку и набрал номер:

- Лидочка! В понедельник прием состоится? А много у вас? Пятнадцать? Норма? Ничего не поделаешь, Лидочка, придется добавить шестнадцатого. Дело такое же, как минское. Тут очень симпатичный майор, генштабист. Но я прошу дописать его первым, Лидочка, первым.

…В понедельник я пошел на прием. Как и просил Реутов, меня Вышинский принял первым. Он, приветливо улыбнувшись, сказал:

- Вы не торопитесь, майор, у нас с вами времени достаточно. Рассказывайте спокойно.

И я сразу успокоился. Появилось чувство раскованности. Я изложил суть дела менее чем в 5 минут. Правда, ни фамилий, ни описания пыток в моем докладе не было. Но я сказал ему, что все это у меня есть. Выслушав, он вызвал своего секретаря и распорядился:

- Попросите Нину Николаевну.

После этого задал мне несколько вопросов. Пока я на них отвечал, зашла пожилая женщина в военной форме и со значком чекиста на груди. Вышинский, не приглашая ее садиться, сказал:

- Нина Николаевна, вот майор сообщает чрезвычайно важные факты из Запорожья. Запротоколируйте, пожалуйста, подробно его рассказ и доложите мне со своими предложениями. А вас, товарищ майор, я прошу рассказать Нине Николаевне со всеми подробностями, с фамилиями и описанием всего, что там происходило.

С чувством горячей признательности и глубокого уважения уходил я от этого человека, который, по моему разумению, принял близко к сердцу и хочет решительно пресечь те нарушения законности, о которых рассказал Иван. Это посещение убедило меня в том, что пытки - местное творчество. Правда - не единичное. Я ведь запомнил Реутовское: "такое, как минское". В общем, мне стало "ясно" - на местах много безобразий, но Москва с ними борется.

Мы дошли с Ниной Николаевной до ее кабинета. Здесь она сказала:

- А собственно, зачем мы вдвоем будем заниматься одним делом. Вы, майор, человек грамотный. Поэтому вот вам бумага, садитесь и все опишите, а я потом прочитаю и если что неясно, задам вопросы.

Так мы и поступили. Ушел я довольно поздно, утомленный, но с приятным чувством исполненного долга.

Читаю …письмо Ивана. В нем сообщается, что расследовать мое заявление приехал прокурор Днепропетровской области. Свою резиденцию расположил в здании областного НКВД. Вызывают лиц перечисленных в моем заявлении, спрашивают, каким образом сведения о них дошли до Москвы, принуждают опровергать. Вызвали и Ивана. Пропуск отобрали. Посадили в той же комнате, откуда слышны стоны и вопли истязуемых. Продемонстрировали, что приезд днепропетровского прокурора ничего не изменил. Потом допрашивали Ивана.

- Кто у вас в Москве?

- Младший брат.

- Кто он?

- Майор.

- А где служит?

- Где служит, не знаю. Чего он сам не говорит, я и не спрашиваю.

- А откуда он знает о том, что с вами произошло?

- Я рассказывал ему.

- Как же вы это сделали?

- А я ездил к нему.

- Когда?

- Сразу же, как вышел от вас.

- Вы что, может, хотите в соседнюю комнату попасть?

- То ваше дело. Но только я, прежде чем идти сюда, послал брату телеграмму о том, что вызван к вам. И если он завтра утром не получит от меня другой телеграммы, будет знать, что я арестован.

После этого Ивану был подписан пропуск, и он ушел. …По письму Ивана я снова обратился к Реутову. Я бил тревогу - в Запорожье перемен нет. Там по-прежнему пытают людей. Но к Вышинскому попасть было нельзя. Он выехал в Белоруссию. И Реутов направил меня к первому заместителю Вышинского Роговскому.

Когда я зашел в его приемную, там, кроме девушки-секретаря, сидели двое спортивного вида молодых людей, удивительно похоже одетых. Девушка попросила мой пропуск и положила его себе в папку. Идя в кабинет, по звонку оттуда, папку взяла с собой. Выйдя, пригласила меня зайти. Когда я зашел, Роговский, сидя в кресле с высокой судейской спинкой, даже не взглянул на меня. Рядом с креслом Роговского, опираясь плечом на его спинку, стоял маленький тщедушный человечек. Он на целую голову был ниже спинки кресла. Это был главный военный прокурор армвоенюрист Рогинский. Его присутствие здесь я расценил, как попытку давить его четырьмя ромбами на мои две шпалы.

- Ну, что скажете? - не глядя на меня, произнес Роговский.

- Дело в том, что в Запорожье ничего не изменилось. Там по-прежнему людей истязают.

- А откуда это вам известно?

- У меня там брат.

- А от нас туда был послан прокурор Днепропетровской области и он донес, что там были отдельные небольшие нарушения, они устранены, и законность полностью восстановлена.

- Это неправда. Ровно неделя прошла с тех пор, как брат лично слышал как истязали заключенных.

- Так вы что же верите брату и не верите областному прокурору?

- Да, не верю!

- Вы видите, - повернулся Роговский к Рогинскому, - для него областной прокурор, видите ли, не авторитет.

- А для него, видите ли, вообще авторитетов нет. Он видит старшего по званию, лицо высшего начальствующего состава и никакого внимания.

- Почитали бы вы, как он пишет. Никакого уважения, никакой сдержанности. Вот, послушайте, - Роговский достает мое заявление, которое я написал и оставил Нине Николаевне, и читает: - ...это не советская контрразведка, а фашистский застенок.

Я резко перебиваю:

- Но кому он это писал?

- Как кому? Разве не вы это писали?

- Нет, писал это я. Но я вас спрашиваю, кому я это писал? В "Нью-Йорк Таймс" или, может, товарищу Вышинскому?

- Да, конечно, Вышинскому. Но... тон.

- Тон я не подбирал. Вышинскому я могу писать в любом тоне. Я это не только написал. Я и говорил это ему лично. И он мне замечания не сделал. И вообще, я в одном учреждении вижу разные стили. Вышинский начал с того, что предложил мне стул. Затем успокоил меня и выслушал все, что я хотел сказать, а у вас я стою перед столом, как школьник, и мне бросают реплики, имеющие целью взвинтить меня. Вот и вы, товарищ армвоенюрист, упрекнули меня в неуважении. А ведь вы здесь гость. Я пришел к Роговскому, и всякий воспитанный гость должен, по крайней мере, не мешать хозяину этого кабинета заниматься делом, за которое он взялся, пригласив меня в кабинет. Или здесь моим делом заниматься не хотят? Тогда позвольте уйти, тов. Роговский. Вы что думаете, я не найду другого пути для решения моего вопроса?!

- Извините, товарищ Григоренко. Не надо обижаться. Садитесь. Вопрос сложный, занимался им сам товарищ Вышинский. Я не совсем в курсе дела и пытаюсь разобраться. Может, вопрос не так поставил. Оскорбить вас я этим не хотел. Но перейдем к делу. Скажите, чего вы хотите?

- Я хочу, чтобы мое заявление было проверено, чтобы пытки были прекращены, а виновные наказаны.

- Ну хорошо, я дам телеграмму Днепропетровскому областному прокурору, чтобы он еще раз внимательно проверил все дело и доложил.

- Я вам уже сказал, что не доверяю Днепропетровскому прокурору. По-моему, в самой Днепропетровской области дела обстоят не лучше. Поэтому он и не хочет вскрывать у соседей то, что прячет у себя. Я прошу назначить кого-нибудь другого.

…Я открыл двери, и в это время прозвучал звонок в приемной. Девушка, взяв папку, пошла мне навстречу и скрылась в кабинете. Через некоторое время вышла. Сделала какой-то знак "спортивным" людям, и они оба удалились из приемной. Девушка открыла папку, достала мой пропуск, поставила на него штамп, расписалась и вручила мне.

Вскоре я получил письмо от Ивана. Без всякой шифровки. В этом письме Иван сообщал, что прибыла новая поверочная комиссия, которая работает в помещении городской прокуратуры. Его вызывали, очень любезно разговаривали. Возглавляет комиссию Реутов из прокуратуры СССР. Все следователи, участвовавшие в пытках, арестованы. Арестован Запорожский городской прокурор и областной прокурор Днепропетровской области. Начали освобождать тех, кого я перечислил в своем заявлении. Иван уже встречался кое с кем из них, в частности, с инженером из "Запорожстали»».

…На втором этаже основного нашего здания, на Кропоткинской улице, 19, имелось относительно большое фойе. Его превратили в проходной зрительный зал, соорудив здесь сцену. В день, о котором я рассказываю, оба курса были собраны здесь на лекцию "Коварные методы иностранных разведок по разложению советского тыла". Читал какой-то чин (с двумя ромбами) из наркомата внутренних дел. Во время перерыва я вышел в тыльную часть зала, начал закуривать и вдруг за своей спиной слышу:

- Вы не могли бы мне показать майора Григоренко?

Я обернулся. Увидел, что вопрос этот задает сегодняшний лектор.

- Я Григоренко, - взглянул я на него.

- Вы не возражаете, если я задам вам несколько вопросов?

После паузы он спросил:

- Вы хорошо помните ваш прием у Роговского?

- Да, конечно.

- И Рогинский там был? С самого начала или потом пришел?

- Нет, был уже там, когда я вошел.

- А в приемной кто был?

- Девушка - секретарь Роговского и еще два каких-то, в гражданском.

- А пропуск у вас при входе отбирали?

- Да, девушка взяла его и положила в свою папку.

- Так, все правильно. А как вы думаете, почему вас не арестовали?

- А я не знал, что меня кто-то хотел арестовывать. И не понимаю, за что меня могли бы арестовать.

- Ну, арестовывали же и ни за что. Вы же сами об этом писали. Вот и вас должны были арестовать в тот день. Для этого и Рогинского пригласили. Он должен был ордер подписать, как главный военный прокурор. Вопрос об аресте был решен твердо. Не договорились только о том - принимать вас или забрать прямо из приемной. Потом, видимо, решили принять и арестовать по выходе в приемную. Но что-то им помешало. Что-то напугало их. Но что?!

- А почему бы вам не спросить об этом у них самих?

- Поздно. В свое время не спросили, а теперь поздно. Расстреляны».

Следует сказать, что Григоренко приукрасил эпизод, поскольку на самом деле упомянутый Григоренко Г.К. Рогинский в 1939 году был арестован, но не расстрелян. Он получил 15 лет лагерей за то, что (цитирую обвинительное заключение) «проводил вредительскую работу, умышленно извращая революционную законность. Давал необоснованные санкции на массовые аресты и сознательно, с целью вызвать недовольство населения против Советской власти, не принимал никаких мер по жалобам осужденных и их родственников». И то, что это действительно было так, антисоветчик Григоренко, как видите, подробно и убедительно показал.

Вот как из этого эпизода можно сделать вывод, что Политбюро давало разнарядку репрессировать невиновных? Наоборот, Сталин, опираясь на честных людей, в данном случае, на Вышинского, делал все, чтобы невиновные не пострадали.

Между прочим, о том, что Вышинский жестоко карал всех фабрикантов незаконных дел, рассказывает и другой антисоветчик, бывший бургомистр оккупированного Смоленска, а до войны адвокат Меньшагин. В Смоленске в годы репрессий устроили показательный суд над «вредителями», в первой инстанции судил облсуд, а обвинителем был облпрокурор. Приговорили невиновных к расстрелу. И Меньшагин описывает, практически, то же, что и Григоренко. Меньшагин, как адвокат, поехал с жалобой к Вышинскому, узнав, что дело расстрельное, его пропустили к Вышинскому без очереди. Тот исполнение приговора остановил, затребовал дело, в результате невиновных освободили, председателя областного суда выгнали, облпрокурора посадили.

Многие удивятся – как же так, мы же с детства слышали, что Вышинский требовал всех бить и пытать до тех пор, пока они не признаются в преступлении, которое не совершали. Это же он сказал, что «признание - царица доказательств».

Признание во все времена было и остается до сих пор царицей доказательств, а Вышинский – это пример того, как можно быдлу показывать на белое и говорить «черное». Дело в том, что в СССР признание на предварительном следствии не имело никакой доказательной силы. И именно Вышинский требовал, чтобы следствие на признание не ориентировалось. Вот его слова на мартовском пленуме 1937 года.

«Вышинский: Соприкасаясь с работой НКВД в течение ряда лет сначала в качестве заместителя прокурора Союза, а затем прокурора Союза ССР и в качестве работника, не только обвинителя, но человека, которому пришлось председательствовать в суде по таким делам, как «Шахтинское дело», «Дело промпартии», Дело электровредителей (Метро — Виккерс), я должен сказать, что в основе всех этих процессов лежал всегда материал вполне объективный, убедительный и добросовестный. Это же нужно сказать и о двух последних процессах. Но, однако, сплошь и рядом чувствуется, что в следственном производстве имеется целый ряд недостатков. В большинстве случаев следствие на практике ограничивается тем, что главной своей задачей ставит получение собственного признания обвиняемого. Это представляло значительную опасность, если все дело строилось лишь на собственном признании обвиняемого. Если такое дело рассматривается судом и если обвиняемый на самом процессе откажется от ранее принесенного признания, то дело может провалиться. Мы здесь оказываемся обезоруженными полностью, так как, ничем не подкрепив признание, не можем ничего противопоставить отказу от ранее данного признания. Такая методика ведения расследования, опирающаяся только на собственное признание, — недооценка вещественных доказательств, недооценка экспертизы .и т.д. — и до сих пор имеет большое распространение. Известно, что у нас около 40% дел, а, по некоторым категориям дел — около 50% дел кончаются прекращением, отменой или изменением приговоров. Против этой болезни и была еще в 1933 году направлена инструкция 8 мая. В чем заключается основная мысль этой инструкции? Она заключается в том, чтобы предостеречь против огульного, неосновательного привлечения людей к ответственности. Я должен добавить, что до сих пор инструкция 8 мая выполняется плохо».

И Сталин, Политбюро и Вышинский не просто требовали исполнения инструкций от тех, кто репрессировал невиновных, они их безжалостно наказывали за репрессии против невиновных. В книге военных юристов А.И. Муранова и В.Е. Звягинцева «Досье на маршала» (М: «Андреевский флаг», 1996) рассматриваются конкретные дела конца 30-х годов. Авторы ярые антисталинисты, тем не менее, они сообщают.

«Только в 1937 — 1938 годах были арестованы и тайно осуждены (как правило, несудебными органами) председатели военных трибуналов округов — А. И. Мазюк (ЛенВО), Я. К. Жигур (СКВО), А. Ф. Козловский (ХВО), А. Г. Сенкевич (ЗабВО), Ф. Я. Бауманский (Зап.-СибВО), Б. П. Антонов (ВТ ОКДВА), председатели военных трибуналов корпусов М. И. Ситников, И. В. Смирнов, Ф. В. Марков, члены коллегии трибуналов окружного звена К. Я. Петерсон, И. С. Чижевский, К. Г. Сеппе, многие другие руководители военно-судебных органов и рядовые судьи...».

Причем, поскольку в те годы судьи обязаны были руководствоваться собственным убеждением в виновности подсудимых, то доказать, что они вынесли заведомо неправосудный приговор было трудно, поскольку преступные судьи твердили, что таково было их убеждение. В результате судей судили Особым совещанием при НКВД. Этот орган был создан для социальной защиты от преступников, преступность деяний которых была понятна, но доказательств этой преступности не хватало для обычного суда. Так, скажем, царская прокуратура ни разу не собрала достаточное количество фактов, чтобы осудить Сталина за его революционную деятельность, и его семь раз отправляли на каторгу по решению Особого совещания при МВД царской России. Особое совещание было и в СССР, поэтому Муранов и Звягинцев сетуют: «Военных юристов пропускали через заседания Особого совещания, и они умирали в лагерях при невыясненных до конца обстоятельствах...».

Авторы этой книги все же вынуждены и объяснить, за что при Сталине отправляли судей в лагеря.

«Одним из таких судей и был И. С. Чижевский. Его арестовали 17 июня 1938 года. К этому времени Чижевский отдал правосудию два десятка лет. Работал в реввоентрибуналах Петроградского военного округа, Туркфронта, Каспвоенфлота. В 1926 году, после реорганизации системы военно-судебных органов, был уволен из армии и стал народным судьей Ленинграда. В период нарастания массовых репрессий вновь призван на службу. В трибунал ЛенВО пришел в самое мрачное время — в августе 37-го. Включился в работу. Рассматривал контрреволюционные дела, выносил по ним и смертные приговоры. Трудно понять причину, но по большинству из этих дел Военная коллегия приговоры отменила…»

Как видите, юристам нынешней России уже трудно понять, почему отменяла приговоры кассационная инстанция – нынешним юристам уже и в голову не приходит, что кассационная инстанция должна отменять неправосудные приговоры.

И авторы так заканчивают свой горестный рассказ о конце карьеры Чижевского.

«Одним из последних процессов под председательством Чижевского было дело начальника политотдела 16-й стрелковой дивизии бригадного комиссара Идельсона. Согласно обвинительному заключению, он являлся злейшим врагом Советской власти — бундовцем и троцкистом. В совещательной комнате Чижевский убедил народных заседателей в том, что дело следует возвратить на доследование. Они согласились и подписали определение. Однако сразу после процесса один из них, политрук А. Фокеев, написал на имя начальника особого отдела Смирнова заявление, что Чижевский «не судил, а беседовал с врагом народа Идельсоном», а также предложил ему написать на имя прокурора заявление о том, как его сажали в карцер, сутками мучили на допросах, лишали сна и избивали. Это заявление народного заседателя послужило непосредственным поводом для ареста Чижевского».

Как видите, при Сталине выносившие неправосудные приговоры судьи заканчивали свою карьеру в лагерях. Давайте зададимся вопросом, а безобидно ли мнение быдла о том, что в смерти невиновных в предвоенные годы виноват Сталин? Какая нам сегодня разница, что было более 70 лет назад?

Есть разница, и касается она не Сталина, а проблем сегодняшнего дня. Давайте рассмотрим поэтапно, как гибли невиновные. Их расстреливал, не Сталин, а палачи. Значит палачи виноваты? В те годы па?

Бесогон

  • Гость
Re: ПРАВДА О СТАЛИНЕ
« Ответ #26 : 22/10/09 , 07:39:22 »
Окончание

Как видите, при Сталине выносившие неправосудные приговоры судьи заканчивали свою карьеру в лагерях. Давайте зададимся вопросом, а безобидно ли мнение быдла о том, что в смерти невиновных в предвоенные годы виноват Сталин? Какая нам сегодня разница, что было более 70 лет назад?

Есть разница, и касается она не Сталина, а проблем сегодняшнего дня. Давайте рассмотрим поэтапно, как гибли невиновные. Их расстреливал, не Сталин, а палачи. Значит палачи виноваты? В те годы палачи назывались служащими коменданта Управления Внутренних дел, а сам комендант организационно входил в Административно-хозяйственный отдел Управления. Из-за трудностей в поисках палача, их было не много. Скажем, на Москву и Московскую область команда коменданта состояла из 12 человек. Кроме этого они, судя по всему, приводили приговоры в исполнение и в других городах.

Ответчик по нашему делу и бывший следователь А. Яблоков снисходительно пишет, что палачи НКВД были двуногими зверьми, полностью морально выродившимися. К этому мнению Яблокова, в фильме «Память и боль Катыни» присоединяются и семь генералов и полковников юстиции, упирая на то, что палачи НКВД, дескать, занимались этой работой потому, что им после расстрелов давали водку.

Должен сказать, что к такому выводу могли придти только те, кто сам за водку согласен убить кого угодно, если безнаказанность будет обеспечена. К своей работе советские палачи относились очень ответственно, что отмечают даже антисталинисты. Палачи делали все, чтобы по их вине ни один невиновный не пострадал. Общество «Мемориал» пишет:

«Непосредственно перед расстрелом объявляли решение, сверяли данные. Делалось это очень тщательно. Наряду с актами на приведение в исполнение приговоров, в документах были обнаружены справки, требующие уточнения места рождения, а нередко и имени-отчества приговоренного. При той поспешности, с которой велось тогда следствие, не приходится удивляться, что в Бутово для исполнения приговора могли привезти одного брата вместо другого или человека, приговоренного не к расстрелу, а к 8 годам заключения; причиной приостановки казни могло еще служить отсутствие фотографии, по которой сверялась личность приговоренного. Во всех этих случаях исполнение приговора откладывалось, людей возвращали назад в тюрьму. Эта скрупулезность на месте казни иногда действовала в интересах людей, но случаи отмены «высшей меры» были крайне редки».

Сталинисты злорадствуют — многие из палачей НКВД впоследствии застрелились. Да, застрелились! Как еще эти честные и совестливые люди могли воспринять хрущевские вопли о том, что при Сталине, дескать, убивали невиновных? Палачи ведь расстреливали преступников, в чем их уверяли бумаги, подписанные судьями и прокурорами. Что палачи должны были чувствовать, какой Шекспир опишет их переживания и муки?

Но кто ответит на вопрос, а сколько застрелилось тех подонков-прокуроров, которые требовали для невиновных смертной казни, сколько застрелилось судей, подписывавших смертные приговоры невиновным? Дождетесь вы этого от двуногих зверей! Прокуроры, которые фабриковали дела на невиновных, стали при Хрущеве фабриковать теперь уже реабилитационные дела на тех, кого они убили. А те же самые подонки-судьи, выносившие смертные приговоры, скажем, председатель военной коллегии Верховного суда А. Чепцов, начали посмертную реабилитацию. Твари без чести и совести!

Так кого мы выгораживаем, сваливая вину за невинно пострадавших на Сталина? Правильно - тех прокурорско-судейских уродов, которые и сегодня творят беззакония, уверенные, что когда их возьмут за горло, то они отбрешутся, что им, дескать, так начальство приказало. Антисталитнистское быдло не Сталина позорит, оно обеспечивало Хрущеву установление беззакония в СССР, оно обеспечивает сегодняшнее беззаконие в России!

 
Юрий Мухин


Источник

Бесогон

  • Гость
Re: ПРАВДА О СТАЛИНЕ
« Ответ #27 : 24/10/09 , 06:15:24 »
Суд над Сталиным: Немцы скрывали свое убийство поляков и фальсификацию Катынского дела

«А может быть правительство засекретило Катынское дело чтобы просто «бабки» не платить? – спрашивает bw, - А не для того, чтобы кто-то там не облажался. Если бы поляков расстреляли немцы, а русские фальсифицировали и оговорили себя, тут бы любое российское правительство за этот факт ухватилось бы: как не крути - скандал в пользу России. Так что логика Мухина мне не понятна. Открылись обстоятельства при которых осужденный не прав, а он сам сжег документы в печке».

Надеюсь, вы понимаете, что сжигают доказательства (делают их недоступными) только преступники. Сжигают либо подлинные доказательства своего преступления, либо фальшивые доказательства, чтобы невозможно было разоблачить самих фальсификаторов и фальсификацию, либо и для того, и другого, если преступники фальшивкой прикрывают само преступление. Давайте посмотрим на поведение соучастников, вернее, соратников и учителей нынешних фальсификаторов из ГВП и правительства России, – немцев. Они в 1943 году провели в Катынигромкие раскопки могил польских офицеров комиссией судмедэкспертов под командой немецкого врача Бутца, и, якобы, нашли в могилах с трупами поляков грузовик документов, «обличающих» в этом убийстве СССР.

Кроме этого, у немцев (в нежных руках гестапо), якобы, и «свидетели» из числа советских граждан показали, что поляков в 1940 году расстреляли русские. Немцы привезли на раскопки международную комиссию врачей-судмедэкспертов и те (в нежных руках гестапо) подтвердили, что поляков расстреляли русские. Все, казалось бы, было в ажуре, как сегодня у Главной военной прокуратуры России и ее президента. Вроде немцам было, кого допросить и что показать судьям Нюрнбергского трибунала, чтобы защититься от обвинения в расстреле пленных поляков. Ведь еще в 1944 году союзники предупредили немцев, что на краю света разыщут военных преступников и накажут.

Казалось бы, немцы должны были, как зеницу ока, беречь Бутца и пылинки сдувать со свидетелей и с документов, чтобы предъявить их в предстоящем Нюрнберге. А что в итоге? А в итоге перед уходом из Смоленска немцы перестреляли своих, не успевших спрятаться «свидетелей», перед капитуляцией Германии сожгли все «доказывающие их невиновность» документы по Катынскому делу, и на десерт сами убили Бутца. Далее, лондонские поляки перед Нюрнбергским процессом убили последнего уцелевшего советского «свидетеля», сдуру сбежавшего от «кровавого» НКВД в Лондон, а Армия Крайова в Польше убила польского прокурора Мартинека, который готовил свидетелей и доказательства для выступления в Нюрнберге с обвинением немцев в Катынском деле со стороны Польши. И понятно, что освободившись от нежных ручек честнейшего гестапо, после войны все члены международной комиссии судмедэкспертов отказались от своих заключений 1943 года и стали утверждать, что по степени разложения трупы поляков не могли находиться в могилах с весны 1940 года.

А что же немцы оставили доступным в доказательство своей невиновности? Некие книжицы, написанные «серьезными» историками под руководством известного доктора философии Йозефа Геббельса. Правда, книжицы написаны так глупо, что нынешние «серьезные» ученые и следователи-соратники Геббельса их стесняются и на них не ссылаются даже за польские злотые. И точно так же поступают и ГВП с президентами России. Они сделали недоступными свои «доказательства» вины русских по Катынскому делу, засекретив это дело и не предъявляя его в суд, хотя их и не предупредили, что найдут на краю света. (Сжигают ли они документы? Я полагаю, что сжигают). А что президенты и ГВП предъявляют миру и избирателям России, обвиняя русских в убийстве поляков? А некие книжицы, написанные поляками и умельцами «Мемориала» под руководством доктора марксисткой философии А.Н. Яковлева. Один к одному!

Немцы скрывали свое убийство поляков и фальсификацию Катынского дела, а какие преступления скрывают ГВП и президенты СССР и России? Их тоже два: фальсификация Катынского дела, как и у немцев, и подрыв безопасности России тем, что с помощью этой фальсификации президентам удалось вызвать ненависть народа Польши к СССР, в связи с чем, этот народ и проголосовал за вступление Польши в НАТО. Отсюда и идентичное с немцами поведение.

А теперь я прошу А. Баранова дать стенограмму выступления Г. Резника в прениях. Предварительно обязан сообщить читателям, что устный текст существенно отличается от предварительно написанного (как у меня) тем, что говорящий использует интонации, мимику, жесты, в связи с чем, устная речь на бумаге выглядит коряво, что в данном случае нельзя убрать редакторской правкой. Поэтому следите за мыслью Резника, а не затем, как она изложена.

Речь Г. Резника в прениях

«Уже в послеоктябрьские времена у нас трижды переиздавалась работа Сергеича «Искусство речи на суде». Я имел честь написать предисловие к третьему изданию, совсем недавно, два года назад. Там выдающийся судебный деятель сформулировал некие, как он говорил, золотые правила, ведения полемики в суде. Одно из этих правил такое, никогда не переходить на личность оппонента, даже если оппонент затрагивает твою личность. Поэтому я, абсолютно не собираюсь ни коим образом оценивать ни одного из представителей ответчиков, и единственно из вашего замечания, господин Мухин, допускаю только одно. Господин Мухин относиться к числу тех субъектов, которым не дано меня оскорбить!

Теперь, собственно говоря, об иске, о его рассмотрении, о чем почти ничего не было сказано в выступлениях истцов, которые повторяю, решили использовать вот этот, зал судебного заседания, как некую трибуну для пропаганды своих взглядов и оценок. И так, ваша честь, иск о защите чести и достоинства, рассматривается судом на основе пятидесятой(?) европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, в толковании, которое дается в решениях европейского суда и статьи 152 Гражданского кодекса, в том толковании, которое дано основным(?) пленумом верховного суда 24 февраля 2005 г. Главное, на что обращает внимание европейский суд, начиная с дела Гингенса 1986 года, и что в 2005 году, наконец-то очень внятно было сказано, постановлением пленума Верховного суда, хотя на практике, безусловно, такое разграничение проводилось. Это отделение описательных суждений от оценочных. Основа основ демократии – это право на свободу слова, самовыражение и свобода прессы, поэтому ограничить это фундаментальное право можно только распространением сведений, порочащих чье либо честь и достоинство, и деловую репутацию.

В данном случае речь идет о чести и достоинстве в исковом заявлении и не соответствие с действительностью. На соответствие действительности могут проверяться только описательные суждения, то есть, как они иначе называются – утверждения о фактах. Ограничение фактов от оценок и в этом деле, я полагаю, играет определяющую роль для вынесения решения. Кстати, это ограничение бывает в ряде дел достаточно не простым. По данному делу, я особых сложностей не вижу, но, все–таки, определенным образом прокомментирую. О каких фактах сообщено в статье Яблокова и какие оценки даны в его же статье, но перед этим ваша честь я хочу обратить внимание на не состыковку мотивировочной части искового заявления и просительной части. Такие вопросы задавались, и мы можем считать, что четыре высказывания Яблокова, именно высказывания (я соответственно дальше конкретизирую о том, что это такое, утверждение о фактах или это оценочное суждение) можно считать относящимися к личности Сталина, и в известной степени порочащими, бросающими тень на его чистейшую репутацию, из презумпции которой исходят представители истца. Это три первых высказывания, которые в исковом заявлении, и в четвёртом высказывании, относительно того, что секретными протоколами к пакту Молотова – Риббентропа было предусмотрено, что СССР будет участвовать на стороне Германии в нападении на Польшу.

Почему? Потому что в самом исковом заявлении, с учётом его, соответственно, уточнения, указывалось в самом исковом заявлении, что вот эти высказывания, они касаются, да, личности Сталина и оскорбляют его честь и достоинство. Но в исковом заявлении затем, неожиданно истцы, они просят опровергнуть большее число высказываний, и на вопросы о том, а вот остальные-то, вот эти вот, последние четыре высказывания, я не буду ваша честь их называть, в исковом заявлении они изложены. На каком основании их-то просят опровергнуть, нам довольно мутно было сказано, что они связаны вот с этими, первыми высказываниями. Ну, я могу вам сказать, что не в исковом заявлении, ни в объяснениях, нам внятно не было сообщено о том всё-таки, например, вот как такое высказывание, что не смотря на подтверждающие правоту этих документов показаний Шелепина, там Супруненко и Токарева, подлинность этих документов была дополнительно и тщательно проверена, ну какое отношение это имеет к чести и достоинству Сталина? Всё таки, это лишнее подтверждение того, что, во всяком случае, двое из троих представителей истцов, они решили использовать судебное заседание, это цель, для того, что бы свою позицию, которая в исторической науке считается маргинальной, поскольку они неоднократно с ней выступали, они излагали её в книгах, в статьях она не принимается подавляющей частью историков, не является не только ни какой-то точкой зрения, которая, на ряду с другими, обсуждается, она определённо маргинальна, она не разделяется их коллегами.

По этой причине, исходя из того, что в исковом заявлении и в объяснениях, уточнении иска, всё таки с оскорблением чести и достоинства, о порочном чести и достоинства Сталина, связано четыре высказывания, я на них собственно остановлюсь, поскольку остальные четыре, они непосредственно не имеют отношения даже о посредственном отношении к фигуре Сталина, но как известно, всё связано со всем, и если сделать бесконечное такое количество шагов, то соответственно можно всё возложить, все нынешние безобразия на само развитие материи. Итак, после вот этих уточнений, которые были сделаны, вот эти исковые требования, они приобрели несколько курьёзный характер.

Вот первое высказывание «Сталин и чекисты повязаны большой кровью и тягчайшими преступлениями, прежде всего против собственного народа», ну почему-то представители истца хотят видеть усечённой эту фразу, ну вот они и усекли. Что в таком случае? В таком случае, собственно говоря, эта фраза становится более ещё общей: «Сталин и чекисты повязаны большой кровью и тягчайшими преступлениями».

Значит, вчера ещё можно было так поиграться, вот собственного народа, чужого народа, иск уточнили. У нас высказывание, которое обладает очень высокой степенью общности. Но вот из третьего высказывания «Бывший отец народов, а в действительности кровожадный людоед», признаки - все внимание сюда, - почему то уточнено только одно, они просят опровергнуть «кровожадный людоед», но, в таком случае, не понятно, к кому относится эта характеристика. «Бывший отец народов» соответственно он исключён, причём, причём не понятно, по какой причине: толи истцы согласны с тем, что Сталин действительно был «бывший отец народов»- вот, толи они не хотят исследования этого обстоятельства, ну а, что «признан эффективным менеджером», видимо, наверно, в их глазах это тоже носит какой-то порочащий характер потому, что неясно почему предприняты такие меры, для того, что бы это убрать из исковых требований. И так вот, ваша честь, очень чётко разделяются факты и их оценки. Три высказывания из четырёх, они, безусловно, оценочные. Фраза первая «Сталин и чекисты повязаны большой кровью и тягчайшими преступлениями, бывший отец народов, действительно кровожадный, признан эффективным менеджером, кровожадный людоед» и второе: «По договору о ненападении Советский Союз должен участвовать на стороне Германии в нападении на Польшу».

Второе высказывание действительно носит характер описательный. Почему я называю это оценочным, и что здесь является фактом? И на это были направлены вопросы нашей стороны, и мы достигли по фактам согласия. Какие это факты? Первый факт, что в стране при Сталине имели место массовые репрессии огромного количества, цифры расходятся: десятки миллионов называют, миллионы называют, сотни тысяч называют, не виновных людей которые реабилитированы, но нам пришлось выслушать такие довольно любопытные суждения о том, что реабилитация не означает признания невиновным. Мне уже пришлось давать реплику о том, что реабилитируются только невиновные, а виновные амнистируются и милуются. Так вот это факт, а его можно было представить и наверно бы, если бы, в своих выступлениях истцы давали оценку этому факту, можно было б так сказать, что Сталин, ну, к примеру, и чекисты, они покрыты вечной славой за кровавую борьбу против врагов народа.

Вот, собственно говоря, в принципе оценочное высказывание, которое прямо вытекало из той позиции, которую в частности занимал господин Жура. Вы плохо чувствуете себя? (Жура: «Отлично себя чувствую».) Я б, нет-нет, мне показалось, что вы… (Жура: «Это вовсе не значит…») извините, пожалуйста.

Дальше, «кровожадный людоед» абсолютно оценочное суждение, господин Мухин на мой прямой вопрос с огорчением признал, что применительно к Сталину вот эта характеристика, увы, даётся Яблоковым не верно, я должен сказать, что в начале «кровожадным людоедом» Сталина называли политзэки невиновные, которые сидели в лагерях, не совершав никаких преступлений. Об этом нам поведали в своих произведениях Александр Савич Солженицын и Варлам Шаламов, а вот в оборот большой зоны, как иногда называли Советский Союз, то есть в оборот уже общественного мнения, это выражение пустила великий русский поэт Анна Андреевна Ахматова. На замечания, что ну как же так, надо видеть и положительное в деятельности Сталина. Анна Андреевна сказала, это примерно, это широко известно, это общеизвестно, это примерно так же, как сказать, да, конечно, он людоед, но нельзя не признать, что он неплохо играет на скрипке. Четвертое высказывание: какой факт, по которому мы с господином Мухиным достигли полного консенсуса.

Факт в отношении протокола Молотова – Риббентропа и его реализации состоит вот в чем, и так и должен описываться. Предусмотрен был раздел Польши, это было названо разграничением сферы интересов и первого сентября Гитлер вторгся на территорию Польши, а 17 числа вторглись наши войска. Вот это, таким образом, должен описываться чистый факт, а вот дальше историки могут спорить, относительно того, как это? Было ли это, можно считать, оценкой того, что Сталин выступил на стороне Гитлера или это надо считать, что отстаивали собственные интересы. Идет спор по этому поводу, вообще, и вот, например, историк Строй, да и не только он, исходя из того, что агрессор первого сентября напал на независимую страну, с которой, между прочим, у СССР был договор о ненападении, а затем в спину ударили наши войска, значит это нужно оценивать. Понятно, да? Что пришли на помощь Гитлеру. Сам Гитлер, между прочим, тоже высказывался, что он был избавлен от задачи уничтожения там остатков польской армии. А можно, наверно, никто же не отрицает право высказывать самые даже глупые, безумные оценки, сказать -Советский Союз, он преследовал исключительно свои интересы.

Ну, можно сказать, что, как это пошло на пользу Советскому Союзу. Что вот эта оценка, опять повторяю, Советский Союз в данном случае, он облегчил свою войну с Германией, опровергается простым фактом, что вот этой новой границей, которая была установлена по пакту Молотова – Риббентропа, германская армия прошла буквально, чуть ли не за два месяца и докатилась до Москвы, три миллиона военнопленных, фактически разгромлена была советская армия, вот так Сталин подготовился к войне. Но я оставляю, ваша честь, это, это всё сфера оценок и, наконец, вот такое высказывание: «Сталин и члены политбюро, вынесшие обязательное для исполнителей решение о расстреле поляков, избегая моральной ответственности за тягчайшее преступление».

Моральная ответственность, тягчайшее преступление – это оценки, оценка правовая, оценка моральная, а вот первая часть, она фиксирует факт. Наша позиция, ваша честь,- речь идёт во всех этих случаях, относительно массовых репрессий, которые были при Сталине. Относительно пакта Молотова – Риббентропа, относительно вторжения в Польшу, относительно решения о катынском расстреле, всё это наша сторона считает общеизвестными фактами, которые избавляют нас от обязанности доказывания. Мы представляли вот эти доказательства в обоснование того, что действительно эти факты общеизвестны, по той причине, что сторона истца, это пыталась отрицать. Ну, а общеизвестными факты признаёт суд, но какие факты признаются общеизвестными? Понятно, это факты, которые фиксируются, на высоком государственном уровне, они признаются, изложены в решениях руководства страны, никем не опровергнуты на этом же уровне, либо они настолько признаются очевидными в науке, что включаются в учебники, в учебники для школьников и студентов. И вот такого рода документы были представлены, причём, очень важно, ваша честь, что они в разного рода источниках.

Каждый, кто хочет поинтересоваться, может эти источники прочесть, посмотреть и в этом деле убедится, что это ваша честь, было ну наверно прекрёстно, хотя я объяснял это. Это было ответом, опять же, на доводы истцов, которые утверждали «да никаких Сталин обязательных указаний никому не давал», опять же немножко, всё-таки исказили смысл вот этих документов, которые были представлены, а я брался доказывать единственный факт, кем бы Сталин ни был, вот кем бы он ни был, он был генеральным секретарём, он был просто секретарём, он возглавлял Совет труда и обороны, он возглавлял совет народных комиссаров, он затем на краткое время, опять после войны пошёл в ВКПб, в политбюро, дальше он опять вышел оттуда. Не важно, кем бы он ни был, к нему обращаются руководители органов государственной безопасности за согласием и за разрешением привлечь кого-то к уголовной ответственности, направить дело в суд. Это ваша честь факты абсолютно очевидные по той причине, что они признаны уже. Много лет назад, общеизвестно, начиная с 1956 года, это выступление Хрущёва на съезде партии, единственный документ представлен, это комиссия Шверника, которая работала очень долго и которая констатировала вот эти преступления, прежде всего Сталина перед страной.

Дальше ваша честь, по Катыни. Исходя из того отношения, ко всем правителям после, видимо, наверно Черненко, даже не знаю, или Андропов тоже относится к числу, вот этих вот, как они говорили, наверно не относится, я вот думаю. (Мухин: «Тонкошеих вождей?»). Значит, думаю, что к несостоятельным абсолютно, руководителям, которые по сравнению со Сталиным бледная тень какая-то, ну уж точно абсолютно в негодяях у нас, руководители страны, когда она стала на путь демократических реформ. Это отношение к Горбачёву, это отношение к Ельцину и, как мы выяснили сейчас, частично отношение к Путину.

Давайте представим себе, можно предположить, мы много наслушались здесь предположений, разных трактовок, сопоставлений, оценок, что оставим уделу историков. Но вот предположить, что руководитель страны, в начале СССР, а затем России демократической, признаёт ответственность Советского государства за расстрел польских офицеров и передаёт туда документы, вообще не удостоверившись в их подлинности. Ведь дело в том, что Горбачёву и Ельцину, не надо было ждать расследования, которое проводит Яблоков или ещё кто-то там ещё другой, они-то имели доступ, простите, к этой секретной паке, и тогда, когда они, люди, которые видели множество документов с подписями Сталина, прекрасно знали его почерк, они, между прочим, могли бы естественно из секретной папки, которая хранится за семью печатями, убедится в том, кто повинен в расстреле польских офицеров. А ведь действительно, на протяжении тридцати шести лет вина работников НКВД в расстреле поляков, она отрицалась. И действительно была комиссия Бурденко создана, и каких-то девять, соответственно, военнослужащих было там описано, здесь я просто вынужден повторится, но это важно ваша честь. Нюренбергский процесс, куда были представлены вот эти доказательства советской стороны, как подтверждения преступления против человечности, гитлеровских преступников. Нюренбергский процесс счёл эти доказательства весьма неубедительными, и в приговоре Нюрнбергского трибунала они отсутствуют, что касается суда Конституционного, то я уже соответственно говорил, факты, которые являются преступными, Конституционный суд признавать не вправе, если нет окончательного постановления на этот счёт уполномоченного органа. Это может быть судебный приговор, ну, разумеется, это может быть, как и постановление о прекращении дела, не отменённое, не изменённое на тот момент.

Такого рода решения, которые выносили бы правоохранительные органы, общей юрисдикции суды, их не было. Поэтому я могу только оценить, как весьма недобросовестную оценку постановления Конституционного суда, который якобы, отверг, чуть ли не признал фальшивками вот эти документы, которые были вброшены. По этой причине ваша честь констатация этих фактов, на таком высоком уровне, непересмотренность их, в настоящий момент. Широкое их представление, в разного рода источниках, научных источниках, учебниках, естественно делает эти факты общедоступными. А мы, соответственно, общеизвестными, а мы, повторяю, представляли наши доказательства просто, в ответ на позицию представителей истца, для того, что бы просто ещё раз напомнить и как-то укрепить, что действительно такого рода обстоятельства являются общеизвестными.

Я уже ваша честь, говорил о том, что представители истцов использовали судебное заседание, как трибуну для пропаганды своих политических и, отчасти, научных взглядов, я не выполню свой профессиональный и правозащитный долг перед моими доверителями, если очень кратко не коснусь значения этого процесса. Представитель истца, господин Жура заявил о том, что этот процесс имеет политический характер, я б сказал так: он имеет некоторую политическую окраску, которая абсолютно никак не должна влиять на то, что решение гражданский суд выносит в рамках своих полномочий и на основе тех правил, которые установлены в законе. И соответствующий прецедент европейского суда, в разъяснениях пленума Верховного суда, но не могу не коснуться. И это прямо вытекает из характера этого иска, если выявляется о защите чести и достоинства Сталину, это означает, что истец и представители, считает, что этот человек обладает высокими моральными качествами, которые порочатся вот этими высказываниями. Ну и мы услышали сейчас, мы, услышали неоднократно, представители истцов считают Сталина гением всех времён и народов, человеком который вёл страну от победы к победам, который не понятно каким образом мог эту страну, каким-то образом ввести в какое-то русло такое, что бы она не сгинула.

Я согласен с представителями истцов, я тоже считаю Сталина гением, абсолютным гением злодейства. Среди описанных в истории злодеев, Сталин занимает особое место, в отличие от Нерона, в отличие от Калигулы, я упоминаю в связи с тем, вот я говорил о том, что хоть дворником ему можно было назваться. Калигула, он прославился тем, что он ввёл в Сенат коня и соответственно посчитал, что он будет сенатором, а я, по-моему, достаточно, ваша честь, обосновал, какой бы формально Сталин пост не занимал, и какие там акты не выносились, по жизни вся власть в стране принадлежала этому человеку. В чём гениальность Сталина, гениально построил систему, систему злодейства, он построил общество, основанное на насилии и лжи. Врагом Сталина была свобода, Сталин убил её так, как ни убивал ни один диктатор, ни один тиран, он убил её везде, он убил её тотально. В этом отношении не Гитлер, не Муссолини, как тотальный диктатор. Ну, тем более, Франко, это вообще оперетта в Испании была, с ним не сравнится, потому, что Сталин уничтожил свободу везде. Она была уничтожена в экономике, государство стало единственным собственником, никогда и нигде, со времён фараоновского Египта, не уничтожалась так частная собственность. Он уничтожил её в политике, он создал ситуацию, при которой никакие абсолютно политические выражения со стороны каких-то других партий, других каких-то групп были невозможны просто-напросто, осталась одна партия соответственно, и он прекратил в ней всякие дискуссии.

Устранив оппозицию сначала левую, потом правую, один уклон, второй уклон, ну и как обладающий стилистическим юмором, на вопрос, что лучше, левые или старые, э, левый или правый уклон, что хуже? Ответил, что оба хуже. Было уничтожено, были, все, сколько-нибудь обладающие весом и влиянием деятели партии, которые вместе с Лениным и Троцким делали эту революцию. Сталин, там вообще была десятая сторона на колесе, это вовсе не означает, что я положительно оцениваю то, что произошло в семнадцатом году, я считаю это величайшим несчастьем страны. И вот сейчас, вот этот иск который предъявлен, а господин Жура, только, что, не даст мне соврать, он сказал мы - сталинисты, сказал господин Жура, мог оговорится, но во всяком случае (Жура: «Сталинцы), вот этот иск, это продолжение фактически, это то, что выходит из недр Сталинщины, это посягательство на свободу слова и мнений. Значит высказывают своё мнение в литературе, ни кто им не препятствует, книжки пишут, статьи. Нет!!! Они отрицают право на высказывание другой точке зрения, в данном случае точки зрения автора этой статьи, потому, что высказывания Яблокова это ни, что иное как мнение, это мнение, которое он имеет на предмет нашей истории, нашей страны.

И вот это как раз маленький пример, заявление такого иска, того, что Сталин-то умер, называть Сталинщиной. Она представлена в нашей жизни, она разлита просто, вот носится в воздухе, она во всём. В отношении государства к обществу, общества к государству, в отношении людей друг к другу, кстати об отношении людей к суду, к тому, что Сталин, он породил такое мнение, что суд это исключительно карательный орган, поэтому, что не делает сейчас, наше правосудие, ни как не получается всё-таки завоевать престиж определённый. Даже гражданским судам, про уголовные я сейчас говорить не буду, и, что же сейчас у нас получилось? Страна засыпает и просыпается под звуки Сталинского гимна, не хочет власть, не хочет ни Путин, не Медведев, ни все эти депутаты, которые сидят у нас там разные люди, не хотят они прихода Сталина, Сталин всех до смерти напугал, он же всех уровнял в стране, уравнял всех в нищете, ну, за исключением может условно номенклатуры, но все в страхе, потому, что все трепетали и ни один человек при правлении Сталина не мог чувствовать себя в безопасности. В любой момент, любого человека без объяснения причин можно было схватить и уничтожить.

И, что же мы сейчас наблюдаем? Мы наблюдаем сейчас по телевидению, заигрывая, знаете, вот считая, как то Сталин должен он немножко присутствовать в политическом раскладе. НТВ даёт лживый бездарный фильм, где Сталин у нас представляется вообще, просто честнейшим абсолютно , честнейшим человеком, который не может никак справится со своим окружением (Жура: «Какой фильм?»). Ну и, наконец, «Имя России», да, я склонен иметь мнение, что возможно вполне, победителем вот в этом проекте оказался не полумифический Александр Невский, который вообще никто-ничто, так особенно внятно никто сказать ничего не может, определённого, я имею в виду, который был совершенно блистательно представлен митрополитом Кириллом тогда, может, и подкрутили. Да, у меня вот такое мнение. Почему? Потому, что ваша честь трагедия, которая связанна со Сталинщиной, она продолжается.

Та же Анна Андреевна Ахматова когда состоялся пленум пятьдесят шестого года ЦК КПСС, она сказала: а вот сейчас страна разделится, она разделится на две половинки, тех кого сажали и тех кто сажал, сидели миллионы, репрессированы были миллионы, но ведь и была масса тех, ведь были сотни тысяч если не миллионы которые репрессировали, все эти стукачи, все эти опера, все эти следаки, все эти вертухаи, ведь дело в том, что они у них были силы, у них ждали потомство, у них дети, у них внуки и не все, кстати сказать, даже из этих внуков могли вписаться (Жура шепотом: «Кошмар!») вот в эту действительно, очень не однозначную действительность которая сейчас, она не может быть другой потому, что она пошла, повернула в другую сторону и заявила в Конституции о том, что главной ценностью являются права человека, рыночная экономика, демократия, разделение властей. Это всё, что отрицал Сталин. И конечно колоссальные издержки, о чём говорить.

Многие люди испытали на себе вот эти издержки, не называю я их тут лихими, неоднозначных девяностых годов. И, что подбрасывается? Альтернативы же другой в стране не было, страна никогда не жила демократически, единственный царь, который хотел цивилизовать Россию, был убит. Александр второй был единственный государь, который хотел действительно демократических перемен. Столыпин опаснейший человек для большевиков, опаснейший, потому, что Столыпин хотел разрушить общину и создать капитализм, тоже уничтожен. Значит, опять же какая альтернатива? И вот здесь мифы о выдающимся, родном, великом, гении. Сталин, этот рябой, маленький, весьма не привлекательный человек, на картинах выглядит, ну, просто напросто, красавцем, великаном усатым, и эти мифы вбиваются людям в голову. Что ж мы сейчас хотим? Когда власть играется с этим именем, с этой фигурой. Не хочет Сталина, но вот считает, что вот должен он, как-то вот должен он соответственно присутствовать, поэтому ваша честь, сейчас, действительно это процесс имеет идейную окраску и за моей спиной сейчас находятся миллионы невинно осуждённых, расстрелянных, превращенных в лагерную пыль, тех жертв политических репрессий, которые выжили и которых долго не хотели признавать жертвами политических репрессий. С каким трудом нам с Мемориалом удалось всё-таки создать прецедент, до Президиума Верховного суда дошли СССР, что дети расстрелянных родителей, которые направлялись в детские дома, чтобы они признавались жертвами политических репрессий, признавались только малолетние которые с матерями направлялись в места лишения свободы, возрастом до полутора лет.

За скамьёй истцов те люди, которые хотели бы удушить свободу в стране и опять основать её на тех традициях, страшных традициях, традициях диктатуры, даже не самодержавия, самой власти которой были между прочим лучше всего подхвачены и превращены в тоталитарный режим Сталина. Поэтому ваша честь, ваше решение будет по конкретному спору и в рамках тех высказываний, которые есть в исковом заявлении и к которым соответственно вы должны отнестись, либо как утверждениям о фактах, либо как оценочным суждениям, как к высказываниям, которые имеют определённую фактическую основу, и оценить фактическую основу, как общеизвестные факты, либо не оценить.

Таким образом, оценить доказательства которые были представлены, но я бы очень хотел, что решение по этому делу послужило б прологом к нашему Российскому Нюрнбергу. Вот это очищающее действие, которое произвёл Нюрнбергский процесс в Германии, и где сейчас дико, например, вообще просто в печати, на телевидении тем более каким-то образом вбрасывать фигуру Гитлера, тоже величайшего преступника всех времён и народов. Не буду повторять о том, что Гитлер не осуждён никаким судом и не мог быть осуждён потому, что он был к этому моменту мёртв, но это будет специфическим, он должен быть нашим специфическим Нюрнбергом, он не может быть юридическим ваша честь, все в могилах, все злодеи в могилах и главный из них это кровожадный людоед. Это должно быть политическое решение, это должен сделать наш парламент, должна сделать Дума. ДолжнО быть, должен быть проведён суд над Сталинщиной потому, что Сталинщина у нас не осуждена и она позволяет Сталинистам вновь и вновь поднимать на щит этого величайшего преступника, повторяю, гения злодейства. Должны быть признаны преступными организации: ВЧК, ОГПУ, НКВД, которые творили произвол и беззакония на протяжении десятилетий. Наша страна, Родина, которую я и мои товарищи любим, должна порвать с этим наследием, просто есть такие традиции, которые столь позорны, что они безоговорочно должны быть осуждены. Но это уже не задача данного суда. Ваша честь мы просим в иске Евгения Яковлевича Джугашвили о защите чести и достоинства его деда отказать, как иску незаконному и необоснованному».

После Г. Резника выступил адвокат А. Бинецкий, речь которого я тоже прошу А. Баранова дать полностью – все же это итоговые оценки светилами московской адвокатуры всех доказательств, которые были предъявлены на процессе.


Юрий Мухин

 
Источник

Бесогон

  • Гость
Re: ПРАВДА О СТАЛИНЕ
« Ответ #28 : 25/10/09 , 02:18:43 »
Суд над Сталиным: «Ему досталась от Плевако не голова, а только …»

Пока речь Резника не слишком забылась, напомню, что истцы привели в доказательство обстоятельства, из которых стороне ответчиков в прениях нужно было дать объяснение хотя бы таким:

- Сталин не обладал никакой официальной государственной властью до 1941 года;

- ответчики не назвали никакого источника власти Сталина – не назвали причин, почему его распоряжения все исполняли;

- истцы показали, что и в 1937 году члены ЦК заставляли Сталина отказываться от своих решений;

- при наличии в УК двух высших мер наказания, политическое руководство СССР обязано было указывать обвинению, какое наказание просить у суда для виновных;

- ситуация, когда руководство страны контролирует, кого следственные органы собираются арестовать или отпустить, для народа лучше, чем ситуация, когда следственные органы бесконтрольны;

- в договоре СССР и Германии нет и намека на совместное нападение на Польшу;

- многочисленные документы показывают, что раздел сфер интересов не предусматривал захват разделенных территорий не только СССР, но и Германией;

- документы Политбюро, на которые опираются ответчики, имеют 43 признака подделки, что начисто исключает их подлинность.

Я в прениях говорил 20 минут, минут десять говорил Жура и минуты три – Стрыгин, а Резник только сам говорил 46 минут! И что он сказал? Он обсудил хотя бы одно из выдвинутых истцами доказательств несоответствия действительности сведений, обнародованных ответчиками? Его утверждение:

«Предусмотрен был раздел Польши, это было названо разграничением сферы интересов и первого сентября Гитлер вторгся на территорию Польши, а 17 числа вторглись наши войска. Вот это, таким образом, должен описываться чистый факт», - вызывает удивление своей смехотворностью.

Ну и что, что вторглись? Ведь то, что Резник родился в 1938 году, еще не означает, что Сталин изнасиловал его мать в 1937 году. Или уже означает? Обсудить что-либо еще, хоть как-нибудь, Резник оказался просто не способен. Конечно, с одной стороны, ему и нечем было крыть, но, с другой стороны, он считается адвокатом, а адвокату нельзя так нагло игнорировать суть дела. Резник ведь лауреат медали имени Плевако!

Вообще, когда я его слушал, то мне вспомнилась и как-то сама перефразировалась эпиграмма Ардова на Михалкова «ему досталась от Эзопа не голова, а только …»: «Ему досталась от Плевако не голова, а только …».

Но продолжу репортаж речью другого светила адвокатской мысли – Бинецкого. Надо сказать, что из-за клоунской внешности (усы с подусниками, как у Александра II, цветные галстуки-бабочки, кашне до пола) этого доктора экономических наук трудно воспринимать всерьез, но разных красивых званий у него еще и больше, чем у Резника, поэтому сначала ориентировка на Бинецкого.

Бинецкий Алексей Эдуардович, известный международный адвокат, руководитель Адвокатского Бюро «Бинецкий и Партнеры». Родился 25 января 1957 года. Практическая деятельность: руководитель Адвокатского Бюро «Бинецкий и Партнеры», МГКА, Москва, Россия; управляющий партнер Адвокатского бюро «Хейфец, Бинецкий, Хейфец», («ХеЛБи»), Москва, Россия; юридический советник Федеральной службы по делам о несостоятельности и финансовому оздоровлению; Член Высшей Экспертной Комиссии по арбитражному управлению при ФСФОРФ; член Московской городской коллегии адвокатов; управляющий Партнер фирмы «Московские юристы»; иностранный юридический советник в американской юридической фирме Milbank, Tweed, Hadley & McCloy, (Вашингтон, О.К., Нью-Йорк, Москва). Профессиональные и общественные организации: Международная ассоциация адвокатов, отделение предпринимательского права Лондон, Великобритания; член Союза адвокатов Российской Федерации; член Московской городской коллегии адвокатов; член Российской гильдии профессиональных антикризисных управляющих; член Российского дворянского собрания; Председатель Правления Некоммерческого партнерства «Русский клуб искусства и культуры».

Речь Бинецкого в прениях:

«Ваша честь, настоящее дело состоит из, на мой взгляд, двух постулатов. Это, правового, правовой оценки, и морально нравственной оценки. Я думаю, как и мой коллега. Что касается правовой оценки, вам были представлены документы, которые, собственно говоря, по большому счёту, можно было бы и не представлять. Несмотря на то, что наша обязанность в качестве представителей ответчиков обосновать текст статьи, на которую было основание для данного иска. Те сведения, которые были указаны или, вернее сказать, мнения, которые были изложены моим доверителем. Они имели место, вот эта суета вокруг дивана, которая происходила с предоставлением документов, заявлением ходатайств, об этом, в общем говоря, для профессиональных адвокатов, каковыми мы являемся.

На протяжение, тридцать лет моя карьера была. Нужды не было, я думаю, что и суд, поскольку изучает исковое заявление или изучал. Понятно, всё, что здесь изложено, в этом исковом заявлении, это такой своеобразный казус. Ни у кого в мире, не возникнет сомнений в том, что все обстоятельства, связанные с определёнными историческими периодами в нашей стране и деятельностью Иосифа Виссарионовича Сталина, на разных постах, какие бы он ни занимал посты, как бы он ни назывался, и какие звания он себе ни присваивал, вплоть до Генералиссимуса. Они связаны, с одной стороны с величайшими победами СССР и народа, населявшего СССР, с другой стороны с чудовищными репрессиями в отношении этих же народов и людей, жившими на территории СССР, и что передовой отряд, осуществлявший репрессии, это были именно чекисты. Потому, что иного передового отряда, после 20-х годов там, в период гражданской войны, некоторые функции этих карательный отрядов выполняла Рабоче-Крестьянская Красная Армия вместе с ВЧК, ну а в последствии, в период, который мы исследуем, это были только чекисты.

Поэтому я сразу перехожу к, так сказать, к возражениям на предъявленные, на обстоятельства, которые истцы рассматривают как унижение чести и достоинства Иосифа Виссарионовича Сталина. Сталин и чекисты повязаны большой кровью, ну, безусловно, а какой же еще они могут быть повязаны. Попытки здесь, в судебном заседании, так не некрасиво, я б даже сказал, не в смысле того, что в моральном смысле, а будь, так случилось бы, будь я на вашем месте, я нашел бы способ, всё-таки преподать, передёрнуть, гораздо более красивые, те обстоятельства, которые у вас в руках были и в общем, говоря, которыми можно действительно каким-то образом оперировать. Представлять документы, которые были апробированы многими государственными органами и следственными органами в нашей стране. Преподать их в качестве фальшивок, ну, по меньшей мере, наивно.

Мой доверитель, на самом деле, вот в этом деле, он такой спецсубьект, потому, что этот человек, который перешел из состояния следователя прокуратуры, одной из самых влиятельных, генеральной прокуратуры нашей страны, перешел в состояния адвоката, то есть свободного человека и написал эту статью, как ученый, высказав определенный свой взгляд, на те документы, которые ему, более чем посчастливилось держать в руках. Почему посчастливилось? Потому, как мы видим, даже в новейшей истории, уже в 2004 году, имея в виду, что вопрос этот, как бы связанный с Катынью, он как бы снят, его, признан президентами, тремя, за истекший период исторический. Тем не менее, его взяли и засекретили.

Можно было рассматривать, конечно, что его засекретили для того, чтобы не выяснилась правда. Можно было рассуждать, как угодно, но те документы, даже те документы, которые известны, они публичны, они представлены. Не дают основания полагать, что иск данный, основанный на одном маленьком эпизоде, связанный с Катынским делом, который породил, как мы сейчас видим, то, что из вины представителей истца, то, что это политическое дело. В этом деле, никакой политики здесь нету.

С моей точки зрения, господа, представители, конкретные представители находящиеся здесь в зале суда, я не имею ввиду сейчас самого Джугашвили, внука Якова Джугашвили, сына Сталина, узурпировали право, потому, что мне, конечно, подчеркиваю, другого возраста, выросшему в определённом кругу, было бы интересно услышать первоисточник или самого внука Сталина. Это было бы, по крайней мере, бы интересно и я думаю, что его точка зрения, она бы сильно бы разошлась, с той позицией, которую используют представители. Как всегда, представители не только защищают интересы, если это только не профессиональные адвокаты, конечно, не только защищают интересы своего доверителя, но и пытаются натянуть на себя одеяло, а ещё за одно и спальный мешок, сапоги и всё, что по дороге можно будет украсть. Имея ввиду, что предмет, который обеспечит, это предметы личных, собственных интересов ещё, не только представлять интересы внука Сталина, а ещё и защищать свои собственные интересы, газету «Дуэль» там, какой-нибудь журнал, какой-нибудь сайт в интернете. И понятно, что та страсть и те оскорбительные высказывания, которые последовали в адрес всех совершенно не заслуженно, в адрес моего коллеги Резника, в адрес суда, в адрес секретарей, наверно, как раз свидетельствует о беспомощности и жалкости всей этой конструкции, которая на самом то деле весьма важна и чрезвычайно интересна, но не с правовой точки зрения, а именно с общественно-политической, которой, конечно, необходимо, было бы придать правовую форму, но мы в рамках этого судебного процесса лишены возможности это сделать.

То, что Сталин, ещё на Политбюро того времени, выносили обязательные для исполнителя решения о расстреле вообще, а не только поляков, я готов согласиться, что вот эти документы подписаны здесь Сталиным слева направо, а Сталин вообще мог вверх ногами писать или на потолке. Если мы это всерьёз выйдем и скажем, то в общем это не вызовет смеха у серьёзных историков и исследователей потому, что это правда. Сталин обладал такой колоссальной силой и такими правами, что он мог делать всё, что ему заблагорассудится. Поэтому оценивать документы с точки зрения, что Сталин написал Молотов, Каганович, сверху вниз, справа налево. Он мог написать как угодно то, что нет такого документа? Извините меня, пожалуйста, значит тот объем информации, архивной информации, которым мы на сегодня обладаем к сожалению, к сожалению, благодаря в том числе и засевшим, и окопавшимся ещё в архивах, и разных других государственных органах Сталинистам и Коммунистам по сути внутри себя, он ничтожен. Мы обладаем минимальным объемом информации, это вам скажут любые историки, журналисты, исследователи.

Получить из архива какие-нибудь серьёзные документы и по сей день представляется чрезвычайно трудно и подтверждением этого, является то, что в 2004 году материалы Катынского дела были засекречены. Ну, что вы думаете, что здесь находятся люди которые с радостью не восприняли решение о рассекречивании Катынского дела, то есть кому-то было нужно, ни чего подобного. Это засекретили те, кто продолжает защищать чудовищный образ Сталина, Ленина и всей коммунистической клики, которая терзала и мучила на протяжении десятков лет все народы населяющие Российскую Империю, а в последствии СССР. Недаром они пытались его называть «бывший отец народов», и это здесь процитировать, и действительно он бывший, и была попытка сделать из него отца народов, а оказался он кровожадный людоед, и в этом, собственно говоря. Это понятно, фигура речи, понятно, что Сталин людей не ел, наверно только лишь по причине внутреннего глубокой, глубокого страха и слабого здоровья, там некоторые люди например, вы знаете, ну, в африканских странах, они очень хорошо питаются и хорошо себя чувствуют. И по этому, и этот вывод, о том, что это каким-то образом, такое изречение оскорбляет память, унижает честь и достоинство Сталина, да не в коем разе!

Я готов с вами даже согласится, в части касающейся, что Сталин был некой положительной фигурой, да, я вот рос в семье, в которой количество убитых, не репрессированных, а именно убитых пьяными матросами, исчисляется несколькими человек. Это люди, которые носили погоны до семнадцатого года, золотые, и поэтому, естественно они должны были быть уничтожены. Я не испытываю никакой любви к советской власти в любых её проявлениях потому, что я считаю, я думаю, что это одно из обоснований, что роль Сталина, каким бы он ни был отрицательным в нашем понимании, была одна положительная черта, он уничтожал с такой же любовью большевиков и коммунистов, которые привели его к власти. И вот в этой части, конечно, мы, в частности я, я ему благодарен, только надо было это делать быстрей и больше, и тогда вполне вероятно, столкновения внутреннего, вот этого вот паучьей шайки, этим бандам, оно бы может быть быстрее привело к тому, что б изменилась политическая система, тогда ещё, перед войной, но к сожалению этого не случилось.

Вы не терпите его положительной фигурой? То, что мы имеем сегодня, это результат и уже говорил коллега Резник, что и сегодня мы ещё, к сожалению, видим, и не просто отрыв, мы видим, что общество разорвано. Разорвано оно в результате, вот деятельности коммунистической партии, Иосифа Виссарионовича Сталина, Владимира Ильича Ленина и многих десятков тысяч людей, некоторые из которых были идейными борцами, и просто чудовищное недоразумение, ненавидели всё, что связано было с населением и людьми которые проживали на этой территории. А другая часть, ну просто заблуждалась в силу малого образования и способности логически мыслить, и не желанием жить в той струе, в которой им было предложено, и пользоваться благами, которыми обладал кто-то из них, что, собственно говоря, и сегодня тоже можем наблюдать с большим успехом. Мотивы, ну может предположить, что действительно вот эти документы, они как бы сомнительны, ну давайте рассуждать на, в том числе, хотя это, никакого сомнения эти документы не вызывают, но есть ещё такое понятие как косвенные доказательства.

Кем были в тридцать девятом году вот эти несколько тысяч польских военнопленных для Сталина и для НКВД, и для Советского руководства? Это были враги, заклятые враги Советской власти, преисполненные ненависти к Советскому строю, я цитирую, но кроме этого они ещё и были чуждыми элементами, социально чуждыми потому, что эта масса офицеров, это были дворяне и интеллигенция, других в армии, польской быть просто не могло, поскольку это была армия того же состава и социального устройства, какова была русская армия до революции. И конечно расстрелять этих людей, с обоснованием, без обоснования, тогдашнему политическому и идеологическому руководству страны, и исполнителям, и конвойным, и перевозчикам, и генералам НКВД, и самому Сталину было огромным удовольствием, хотя бы только по этой причине. И по этой причине у меня никакого сомнения и ни у кого на сегодняшний день не вызывает, что это именно было сделано Советскими войсками.

Вы всё время пытаетесь употреблять советская власть и не пытаетесь употреблять слово русское, но тогда были советские, именно Советская власть во всём своём великолепии, чудовищном великолепии, она и совершала эти преступления против своего собственного народа. Потому, что расстрел поляков, польских офицеров, таким образом, каким это было сделано безусловно, это и есть преступление против собственного народа. Это и сегодня вызывает у вас такой негатив, который поверьте, он вызывает и у нас, никому не хочется оправдываться, никому не хочется тем более расплачиваться, очень хочется иметь за спиной страну и историю, которая была бы красивая, в розах, уютная, но она не такая. И признаваться в этом необходимо, для того, что бы наши дети и та молодёжь сегодня воспитывается на разных примерах, в том числе, и к сожалению, например, когда Сталинские лозунги, времён Сталина, до сих пор вывешиваются в некоторых городах, как мы видели из программ радио и телевидения. Поэтому смысл вашего иска, ещё раз подчёркиваю, заключается с моей точки зрения, совершенно не в том, что сидящий где-то в Гори или в Москве Евгений Яковлевич Джугашвили испытывает такие нравственные страдания, что он поручил вам обратится в суд с иском и взыскать, не малую, кстати говоря, по размерам, то есть он в Грузии, так это вообще сумасшедшие деньги, но и в России на сегодняшний день это деньги совсем не малые.

Здесь ваша честь, я ещё раз обращаю ваше внимание на то, что вопрос, который нам был задан не случайно, мы знаем много исков подобного рода и в этих исках, по разному формулируется способ компенсации. Вот, на мой взгляд, внук Сталина, настоящий, с генетическим кодом, он бы никогда не потребовал деньги, считая себя правым, ну а с усмешкой, так сказать, не хочу сравнивать персонажами, господин Мухин сказал, что вот Лебедев, как вы помните, богатый, он учредитель газеты, пусть заплатит, а какими деньгами можно измерить, честь и достоинство, великого человека, если он действительно великий, руководитель страны? Да никакими, если это правда.

Таким образом, во всех трёх, и с правовой точки зрения, и с моральной точки зрения, и с резолютивной точки зрения возмещения ущерба, вот всё это дело, оно дурно пахнет, оно очень плохо юридически было обосновано стороной истца, и очень хорошо показало, что истинный интерес истцов в данном деле заключается не в правовой оценке Катынского ли дела, фальшивых и не фальшивых документов, а в стремлении использовать это дело, во-первых, представить самих себя в некотором виде, интересном для публики, и, возможно, просто заработать денег на этом деле, что безусловно является, ну чудовищным, по отношению к памяти тех миллионов людей, десятков миллионов людей, которые легли на полях сражений за свою Родину, и которые неизвестно за что погибли в концентрационных лагерях, в тюрьмах, на строительстве различных каналов и различных, совершенных никому не нужных, фабрик и заводов. Поэтому я прошу вас в иске отказать, ну и наверно взыскать судебные издержки с истцов».


Юрий Мухин


Источник

MALIK54

  • Гость
Re: ПРАВДА О СТАЛИНЕ
« Ответ #29 : 19/05/10 , 14:34:01 »
Федор Бармин
«ЗА ЗДОРОВЬЕ РУССКОГО НАРОДА!»

24 мая 1945 года. Москва.
По случаю Победы Советского Союза над гитлеровской Германией и ее союзниками в Кремле был организован торжественный прием с участием руководителей государства, выдающихся военачальников, деятелей науки, культуры и искусства. На этом приеме Сталин произносит свой знаменитый тост «За здоровье русского народа».
«ЗА ЗДОРОВЬЕ РУССКОГО НАРОДА!»

«Товарищи, разрешите мне поднять еще один, последний тост.

Я хотел бы поднять тост за здоровье нашего Cоветского народа и, прежде всего, русского народа. (Бурные, продолжительные аплодисменты, крики «ура»).

Я пью, прежде всего, за здоровье русского народа потому, что он является наиболее выдающейся нацией из всех наций, входящих в состав Советского Союза.

Я поднимаю тост за здоровье русского народа потому, что он заслужил в этой войне общее признание, как руководящей силы Советского Союза среди всех народов нашей страны.

Я поднимаю тост за здоровье русского народа не только потому, что он?— руководящий народ, но и потому, что у него имеется ясный ум, стойкий характер и терпение.

У нашего правительства было немало ошибок, были у нас моменты отчаянного положения в 1941 42 гг., когда наша армия отступала, покидала родные нам села и города Украины, Белоруссии, Молдавии, Ленинградской области, Прибалтики, Карело-Финской республики, покидала, потому что не было другого выхода. Иной народ мог бы сказать правительству: вы не оправдали наших ожиданий, уходите прочь, мы поставим другое правительство, которое заключит мир с Германией и обеспечит нам покой.

Но русский народ не пошел на это, ибо он верил в правильность политики своего правительства и пошел на жертвы, чтобы обеспечить разгром Германии. Это доверие русского народа Советскому правительству оказалось той решающей силой, которая обеспечила историческую победу над врагом человечества,?— над фашизмом.

Спасибо ему, русскому народу, за это доверие!

За здоровье русского народа! (Бурные, долго несмолкающие аплодисменты)».

Различные авторы, в первую очередь историки, писавшие об этой здравице, брали за основу официальный отчет, но интерпретировали содержание тоста по разному. Подборку этих трактовок собрал доктор исторических наук В. Невежин. Так, одни восприняли тост Сталина как программный, направленный на смену в послевоенную эпоху ориентиров в этнополитической сфере. Вождь, дескать, противопоставил русских другим народам страны, чтобы, опираясь на авторитет русского народа, выступая от его имени, сделать его своего рода посредником во взаимоотношениях с другими национальностями.

Другие сочли, что, отметив решающую роль русских в достижении победы, Сталин продемонстрировал недоверие к другим народам, участвовавшим в войне. Получалось, что именно русский народ выступал в роли решающей силы, а «иные» народы Советского Союза были способны в тяжелый час пойти на осуждение Советского правительства.

По мнению третьих, в тосте Сталина просматривалось стремление видеть русский народ покорным, верным и преданным ему лично. В то же время в сталинской здравице от 24 мая 1945 года некоторые увидели исходную точку для развертывания после войны новых политических репрессий. Продемонстрировав стремление к возрождению «русской идеи», вождь дал мощный импульс политико-пропагандистской борьбе против «низкопоклонства» перед Западом и «космополитизма».

Наконец, четвертые обратили внимание на стилистику, на словесно символическое наполнение сталинской здравицы «За русский народ». Вождь превозносил былинные качества русских, такие, как «ясный ум, стойкий характер и терпение». Его речь не столько приобретала необходимую в таких случаях и подобающую политическую тональность, сколько проговаривалась «в человеческом измерении». Поскольку речь, тем не менее, являла собой форму «тоста за здоровье», это обусловливало ее особую доверительность.

Следует подчеркнуть, что авторы, рассуждавшие на эту тему, брали за основу официальный текст застольной речи Сталина, предварительно отредактированный им самим. Предлагаемая читателям «Спецназа России» запись дает возможность заново проанализировать ее содержание и выяснить, какая именно смысловая правка была внесена в нее рукой Сталина перед публикацией газетного отчета о торжественном обеде в Кремле 24 мая 1945 года.

«Товарищи, разрешите мне поднять еще один, последний тост.

Я, как представитель нашего Советского правительства, хотел бы поднять тост за здоровье нашего советского народа и, прежде всего, русского народа. (Бурные, продолжительные аплодисменты, крики «ура»).

Я пью, прежде всего, за здоровье русского народа потому, что он является наиболее выдающейся нацией из всех наций, входящих в состав Советского Союза.

Я пью за здоровье русского народа потому, что он заслужил в этой войне и раньше заслужил звание, если хотите, руководящей силы нашего Советского Союза среди всех народов нашей страны.

Я пью за здоровье русского народа не только потому, что он?— руководящий народ, но и потому, что у него имеется здравый смысл, общеполитический здравый смысл и терпение.

У нашего правительства было немало ошибок, были у нас моменты отчаянного положения в 1941 42 гг., когда наша армия отступала, покидала родные нам села и города Украины, Белоруссии, Молдавии, Ленинградской области, Карело-Финской республики, покидала, потому что не было другого выхода. Какой нибудь другой народ мог сказать: «Ну вас к черту! Вы не оправдали наших надежд, мы поставим другое правительство, которое заключит мир с Германией и обеспечит нам покой». Это могло случиться, имейте в виду.

Но русский народ на это не пошел, русский народ не пошел на компромисс, он оказал безграничное доверие нашему правительству. Повторяю, у нас были ошибки, первые два года наша армия вынуждена была отступать, выходило так, что не овладели событиями, не совладали с создавшимся положением. Однако русский народ верил, терпел, выжидал и надеялся, что мы все таки с событиями справимся.

Вот за это доверие нашему правительству, которое русский народ нам оказал, спасибо ему великое!

За здоровье русского народа! (Бурные, долго несмолкаемые аплодисменты)».

Различия в оригинале и его редакции, как мы видим, немалые. Никогда больше Сталин не говорил так прямо, без прикрас, как в эту ночь?— ночь великого торжества. Никогда больше он не был столь откровенен в драматической оценке событий начала войны. И той исторической роли для судеб всего человечества народа победителя, нравственная сила которого и его огромные жертвы обеспечили торжество справедливости вопреки всему. И тем ценнее это свидетельство, относящее нас к майской ночи 1945 года.
http://www.specnaz.ru/article/?1640