Автор Тема: Александр Бортникер - Боль за Россию  (Прочитано 2085 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Александр Бортникер

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 16
КОМУ НА РУСИ ЖИТЬ ХОРОШО

         продолжение одноимённой
               поэмы Н.А.Некрасова
             в конце ХХ-начале XI века

                     ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

В столь времечко далёкое,
Что незачем отгадывать,
На столбовой дороженьке
Сошлись семь мужиков.
Семь временно обязанных
Подтянутой губернии,
Уезда Терпигорева,
Из смежных деревень.
Старик Пахом – с Заплатова,
Кузнец Роман – с Разутова,
С Горелова – сердечные
Иван и Митродор,
Лука – отец малёночка,
Что шёл в село Иваньково
Позвать Отца Прокофия
Ребёнка окрестить.
Демьян – с села Дырявина
Спешил в кабак за водочкой.
К зятьям своим за помощью,
С Неелова, шёл Пров.
Сошлися и заспорили:
Кому живётся весело –
Вольготно на Руси?

Но сколько бы, не спорили
И сколько не искали бы,
И в драках меж собой они
Бока себе не мяли бы,
А истину заветную,
Всё ж, так и не нашли!

Вернулись наши странники
В свои голодны вотчины.
Судьбину окаянную
Дожили, как положено.
Пропили всё, что пилося,
Проели всё, что елося.
Повырастили детушек.
Оброка, сколь положено,
Снесли своим помещикам.
И без задержки, вовремя,
Перед Всевышним – Батюшкой
На суд верховный праведный
Души свои мятежные
Представили они.

Ну, долго ли, коротко ли
Судили да рядили их,
Про то узнать не дадено,
Покуда носом дышится,
Глазами вольно видится,
Ушами чётко слышится,
Душа же тихо спит.

Господь их всех помиловал
За тихую безропотность,
За спины круто битые,
За их житьё убогое.
За то, что церкви божеской
По будням да по праздникам
Носили свои кровные,
От дома отымаючи.
За то, что малым детушкам
На денежки остатние
От кабака да водочки
Носили мятных пряничков.
За то, что жён, как водится,
Лупили, да не до смерти,
А лишь любя, жалеючи
Калечили дубьём.
Господь признал, что праведно
Прожили наши странники.
Архангелам и ангелам
Велел в Эдем их снесть.
Чтоб отдохнули души их
От тяготы прижизненной,
От телесов убожеских,
Нашли покой хоть здесь.
            ***
В раю голубом,
Где беспечность покоя,
В сиянье златом
Звуки арф и гобоя.
Всё счастием дышит,
Повсюду услада.
Никто в нём не слышит
Стенанья из ада.
Чистейшая влага,
Нежнейшая зелень!
Всем райские блага,
Не кроит их темень!
             ***
И вот уж души странников
Под песни херувимчиков
В раю прекрасном божеском
Прожили и пронежились
Столетие с лихвой.
Но, сколько бы ни нежились,
И, сколько бы ни тешились
Бездельем райским божеским,
А мера есть всему.

Призвал их как – то Боженька
И говорит им ласково,
С оглядкой, осторожненько,
Чтоб Змий, вражина каверзный
Не навредил чего:
- Ну, вот что, мои чадушки,
Пожили вы, понежились
В раю моём божественном,
Пора и меру знать!
Меня ведь тоже старого
Интересует до смерти:
Кому живётся весело –
Вольготно на Руси?

Так вы опять сойдите все
На землю мою грешную.
Родитесь вы вновь рядышком
У православных матушек
Все в городе одном.
Там всем вам уготовано
Родиться, прожить заново,
Зачать всем малых детушек,
Преставиться и вовремя
На суд верховный – праведный
Опять ко мне придти.
Ну, а покуда живы вы,
Повелеваю,встретиться
И вновь пройти Русь-Матушку
И вдоль, и поперёк.
А чтобы ваши знания
Вам в жизни не мешали бы,
Я вам их все сотру.
Найдите человечину,
Чтоб на Руси жил счастливо
И не нуждался в чём.

Как сказано – так сделано!
И души наших странников
Архангелы и ангелы
На землю нашу грешную
Вновь бережно снесли.
Да Змий – вражина  каверзный,
Назло Господу-Батюшке,
Всех семерых по Матушке –
России раскидал.
В России « демократия»
Была к тому уж времени.
Трудненько было Дьяволу
Пристроить души странников
Среди рожениц праведных,
Однако, растолкал!

             ЧАСТЬ   2

И вот, родились вскорости
У семерых молодушек,
В Российских разных вотчинах,
Семь шустреньких мальцов.
С судьбою уготованной
Слоняться – путешествовать
По Матушке – Руси.

С душой Пахома – Ванечка
Родился в селе Дракино,
Новогородской области.
С душой Романа – Коленька
Явился в свет в Клину.
У рыжей домработницы,
Вятички неотёсанной,
Родились братья Волины
Семён и Константин.
У пьяницы в Саратове
Явился на свет божеский,
Похожий на соседушку,
С душой Луки, Петро.
В селе Новоуродино,
Что бывшее Знобишино,
У двух дородных фермеров
Родилися наследники –
Мальцы, Олег и Влад.

Прожили детство разное.
Учёбу все окончили.
И вот, пришло их времечко
Всем в Армии служить.
И тут, судьба свершилася
По божьему велению:
В военной части танковой
Сошлись все мужики.
Иван из села Дракино,
Что в Новгородской области.
С Клина, Московской области
Кудрявый Николай.
Из лопоухой Вятчины,
Родные братья Волины
Семён и Константин.
Петро – сыночек старшенький
Саратовского пьяницы.
С села Новоуродино,
Олег и Влад – наследники
Дородных фермачей.
Сошлись, перезнакомились.
Хоть иногда и ссорились,
Но чаще бурно спорили:
Кому живётся весело,
Безбедно, без заботушки,
Вольготно на Руси?

Иван кричит: - Челночникам!
Они, слышь, тыщи рубликов
Берут сверх цен затраченных,
Коль продадут товар!
- Нет, рекетиру наглому,
Что мзду берёт у всякого
Торговца и челночника –
Твердит, не соглашается
Упрямый Николай.
- Банкиру толстопузому –
Упёрлись братья Волины
Семён и Константин.
- Министрам государевым,
Да думским, слышь, бездельникам-
Шумит, кричит, волнуется
Сын пьяницы, Петро.
- Пахану криминальному –
Олег орёт уверенно.
А Влад сказал, как вырубил:
- Нет! Лучше всех в Россиюшке
Живёт сам Президент!

Мужик, что бык: втемяшится
В башку, какая блажь,
Колом её оттудова
Не выбьешь! Упираются,
Всяк на своём стоит!
Такой ли спор затеяли,
Что сослуживцы воины
Подумали: - Ребятушки
Знать клад нашли богатенький
И делят меж собой.
И долго этак спорили,
Однажды и подралися.
Друг другу понаставили
Лиловых синяков.
Да приструнил их вовремя
Отсидкой в гауптвахточке,
По трое суток каждого,
Их ротный командир.

Год за годом скатилися.
Закончен службы срок.
Но парни не простилися,
А вместе сговорилися
По всем российским областям
Пройти -  пропутешествовать
Покуда не найдут
Того, кто жизнью радостен,
В достатке, в изобилии,
Ни в чём не зрит кручинушку,
Живёт всегда лишь весело –
Вольготно  на Руси.

                 ЧАСТЬ  3

Собрав , недолго думая,
Пожитки холостятские,
Однажды, рано утречком,
По столбовой дороженьке
Все семеро пошли.
Покуда шли, всё спорили,
Кричали и толкалися,
Что всречный всяк сторонушкой,
Со страхом, недоверием
Их обходил кругом.
За спором не заметили,
Как солнце златоокое
За горизонтом спряталось
И вечер наступил.
                    ***
Ах, солнце, солнце жаркое,
Для всех ты одинаково,
Да светишь – то по- разному
Ты каждому из нас.
Кого-то, ясноокое,
Одариваешь нежностью,
Загарчиком румяненьким
Средь пальм и моря южного.
А большинство – солёненьким
Душистым потом потчуешь
Средь пашен пыльных злаковых
И сенокосов утренних,
На стройках и на фабриках
Рабочею порой.
Шахтёры же подземные,
Землицу ковыряючи,
Тебя не видят сутками,
Особенно зимой.
           ***
Так думали ребятушки
К ночлегу собираючись
Поставили  шалашики
Среди ветвей раскидистых,
У стройных трёх берёз.
Собрав сухого хвороста,
Костёрчик разожгли.
Поразостлав газеточек
На чистеньком пригорочке,
Продукты приготовили
Кто – что имел с собой.
И горькую, как водится,
Не позабыли малые
С собою принести.
Разлили по стаканчикам,
Со звоном крепко чокнулись.
С кряхтеньем да с надрывами
Сглотнули то зельё.
И снова расшумелися,
Заспорили, завздорили,
Гляди, чуть не подралися:
- Кому живётся весело –
Вольготно на Руси?

Иван кричит: - Челночникам!
Они, слышь, тыщи рубликов
Берут сверх цен затраченных,
Коль продадут товар!
- Нет, рекетиру наглому,
Что мзду берёт у всякого
Торговца и челночника –
Твердит, не соглашается
Упрямый Николай.
- Банкиру толстопузому –
Упёрлись братья Волины
Семён и Константин.
- Министрам государевым
Да думским, слышь, бездельникам-
Шумит, кричит, волнуется,
Сын пьяницы, Петро.
- Пахану криминальному –
Олег орёт уверенно.
А Влад сказал, как вырубил:
- Нет! Лучше всех в Россиюшке
Живёт сам Президент!

И тут, как у Некрасова:
У маленькой, у пеночки
С испугу птенчик крохотный
Из гнёздышка упал.
Упал и потихонечку,
Помалу, по пол саженке,
Низком перелетаючи
К костру подобрался.
Поймал его Иванушка,
Поднёс к огню, разглядывал
И молвил: « Пташка милая,
Окрепнут скоро крылышки
И полетишь свободно ты
Куда глаза глядят.
Пичужка, пташка милая,
Отдай нам свои крылышки!
Россию всю убогую
На них мы облетим.
Посмотрим, поразведаем,
Поспросим и дознаемся:
Кому живётся весело –
Вольготно на Руси?»

-Зачем нам её крылышки?
Нам РАФик, хоть не новенький
Был нужен бы сейчас!
На нём бы мы Русь-матушку
И так бы перемерили –
Сказал угрюмо Влад.

- а к РАФику бензинчика,
Что б были баки полные.
Да хлебушка на каждого
В день нужно по буханочке,-
Сказали в шутку Волины,
Семён и Константин.

- Да по ведру бы водочки, -
Сказал, охочий к выпивке,
Петро, сыночек старшенький
Саратовского пьяницы, -
Хоть раз бы в день иметь.

- Колбаски не мешало бы
По палочке на каждого,
Чтобы была закусочка, –
Добавил Николай.

- А вечером-то сладенький
Чаёчек не мешало бы, -
Сказал, мечтая,  трезвенник,
Сын фермера, Олег.

Пока они гуторили,
Вилась-кружилась пеночка
Над ними. Всё прослушала
И села у костра.
Чивикнула, подпрыгнула
И человечьим голосом
Ивану говорит:
- Пусти на волю птенчика!
За птенчика, за малого
Я выкуп дам большой.

От удивленья странники
Чуть в обморок не бросились.
Почудилось, что голос тот
Им  слышен с НЛО.
Потом поразглядели всё ж,
Что говорит им пеночка.
И, успокоясь несколько
Спросили осторожненько:
- А что ты дашь?
                         - Дам водочки
Столь, сколько вы и просите,
В день ровно по ведру.
Колбаски для закусочки,
По палочке на каждого
По вашему желанию
Вы будете иметь.
И по буханке хлебушка.
А вечером попьёте вы
И сладкого чайку.

- Где ж ты найдёшь всё, пеночка?-
Вскричали братья Волины.
- Не я найду, а сами вы
Найдёте, что вам надобно.
А я, пичуга малая,
Скажу вам, как найти.
С рассветом вы скорёхонько
Идите в поле чистое.
Против столба тридцатого,
Высоковольтной линии,
Сверните вы в лесок.
По лесу прошагаете
Вы километр в точности
Пряменько на восток.
Увидите развалины
Когда-то церкви божеской –
Остаток от старинного
Неелова села.
Там, где стояла звонница
Расчистьте камни ветхие,
Увидите плиту.
Открыв её, спуститесь вы
В тот лаз, что вам откроется.
На дне подполья тёмного
Найдёте сундучок.
В том сундучке окованном
Есть скатерть самобраная,
Когда-то схоронённая
Нееловским крестьянином.
Возьмите вы её.
Да сундучок не трогайте.
Та скатерть самобраная
По моему велению
Исполнит все желания,
Что скажете вы ей.
Накормит и оденет вас.
Лишь путь-дорожку верную
Не сможет указать.
Вы расстелите скатерку
На ровненькой поверхности,
Скажите ей тихонечко:
« эй, скатерть самобраная,
Попотчуй мужиков!»
Тот час же всё появится,
Всё, что не пожелаете.
Да только водки требуйте
Не больше ведра в день.
Коль больше вы запросите
И раз и два исполнится,
На третий – быть беде.
- А как же быть нам с РАФиком? –
Спросили дети фермеров,
Вдвоём, Олег и Влад.
- Машину, что вам надобна,
Вы сами раздобудете
У первого же встречного
Районного механика,
Демида – алкаша.
Он за ведро вам водочки
Не то, что РАФик старенький,
А новый КРАЗ продаст.
- А как с бензином?
                             - Будет вам
Бензина баки полные.
Всё скатерть самобраная
Их будет доливать.
Ну, отпустите птенчика!

Разжал ладонь Иванушка.
И птенчик малый радостно,
Чивикнув на прощание,
За матерью по веточкам
В гнездо перелетел.
Задумались ребятушки:
Толь верить, толь не верить им?
Да больно не естественна
Попалась птица та.
Решили: будь, что сбудется,
А утром спозараночку
Идти искать скатёрочку
И счастье испытать.

                      ЧАСТЬ    4

Вот только,что забрезжило,
Поднялись наши странники.
Пошли по полю чистому
К высоковольтной ЛЭП.
Против столба тридцатого
Свернули к лесу тёмному,
А на лесной опушечке
Свернули на восток.
Километр отмерили,
Увидели развалины
Старинной церкви божеской.
Полдня понять старалися,
(Чуть не переругалися)
Где звонница была.
В конец уже расстроившись,
Нашли вдруг ржавый колокол.
Расчистив камни ветхие,
Увидели плиту.
Схвативши ,поднатужившись,
Кой-как её в стороночку
Спихнули всемером.
Пред ними затхлым воздухом
Пахнуло лаза тёмного,
Всё паутиной, плесенью
Покрытое нутро.

От страха засосало вдруг
У каждого под ложечкой.
А ну, как вдруг от ветхости,
Когда все туда спустятся,
Обрушится оно!?
Однако расхрабрилися.
Решили: друг за дружкою
Спускаться осторожненько
Вниз только впятером.
Тихонечко спустилися
И, посветив фонариком,
В углу полузаваленном,
Нашли тот сундучок.
А сундучок, как новенький,
С блестящими застёжками,
Как драгоценный камушек,
Коль поглядеть внимательно,
Светится изнутри.

Однако время дорого.
Да и, серьёзно вымолвить,
У страха-то у всякого
Глаза ведь велики!
Трясутся наши странники,
Сундук тот открываючи,
Открыли. Видят скатерку.
Забрали и услышали,
Как будто в подземелии
Тяжёлый  вздох прошёл.
Все разом к лазу кинулись,
С торчащим дыбом волосом,
С глазами округлёнными
И выскочили вмиг.
Опрометью все семеро
Бежать по лесу бросились.
Но скатерку желанную
Держали при себе.
Из леса скоро выбрались.
Свалились на пригорочке
И, отдышавшись вволюшку,
Ребята огляделися.
Но ни столба тридцатого,
Ни рядом леса тёмного
Не видит больше глаз.
- Вот это наваждение! –
Дивились наши странники, -
Однако ж самобраная
Скатёрка-то у нас!
- Да!.. Испытать бы надобно
Скатёрку самобраную,
А то уж жрать всем хочется –
Предложил дюжий Влад.
И вот на том пригорочке
Расправили скатёрочку
И тихо хором молвили:
- Эй, скатерть самобраная,
Попотчуй мужиков!

Тот час же над скатёрочкой,
Как тучки, еле видные,
Огромными  кувалдами
Возникли две руки.
Ведро вина поставили,
Наклали гору хлебушка,
На каждого по палочке
Сложили колбасу.
- А, как бы нам огурчиков
Солёненьких немножечко, -
Петро несмело вымолвил.
Олег прибавил ласково:
- И сразу бы чайку!
Всё тотчас появилося.
И радостно ребятушки,
Расхваливая пеночку,
Уселись пировать.

- Так исстари надеется
Мужик российский лапотный,
Что будто волшебство ему
Удачу принесёт.
Безропотно всё мается,,
Лезть из нужды старается,
А государство подлое
С него семь шкур дерёт.
Что толку в наших фермочках,
Коль душат нас налогами?
Все овощи жрёт бабочка,
Взамен хлебов заплатами
Растёт один осот.
Да разве наработаешь
Руками лишь мозольными
Всё то, что нужно Родине,
Чтоб прокормить народ? –
Промеж собой гуторили
Сыны сельхоз работников
Олег и дюжий Влад.

Насытилися странники,
И скатерть самобраную
Давай благодарить.
Вмиг с скатерти остатки все
Исчезли, словно не было,
А скатерть с лёгким шелестом
Сложилась вчетверо.
И снова подивилися
Ребята чуду дивному.
Все разом повалилися
С усталости поспать,
Решив, что не отступятся
От цели путешествия.
А утро всё же вечера
Мудрёней, как всегда.

Оффлайн Александр Бортникер

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 16
          ЧАСТЬ   5
Наутро наши странники
Позавтракали плотненько.
Ещё раз подивилися
Тому, что приключилося,
Умылись у ручья.
И, вспомнив слова пеночки
О Дёмке – алкоголике,
Узнали у прохожего,
Что есть такой « механичек»
В районном АТП.
Он ведает машинами.
Штук пять приватизировал,
Штук десять, как изношенных,
Совсем списал на лом.
А то, что эти РАФики,
УАЗики и ГАЗики,
Почти что были новыми,
Нет дела никому.

Хозяйничает Дёмушка
На малом предприятии
В Акционерном Обществе
« Районный АТП»,
Что в городе Дебилкове,
Куда ведёт дороженька,
Налево уходящая,
Всего лишь с три версты.
Демид в том предприятии
Ремонтом занимается
Машин, что в этом обществе.
А заодно и частнику
За мзду, весьма не малую,
Не прочь он пособить.
Да говорят, что Дёмушка
Охочий, слышь, до выпивки.
И хоть слывёт он жилистым,
Да за пакет « зелёненьких»,
Иль ящик спирта чистого,
Что хочешь, вам продаст.

Задумались ребятушки:
- Уж, коль судьба-злодеюшка
Сама к нам в руки просится,
Машина не оладышка, -
Сказал им дюжий Владушка, -
В один день не износится,
Так что ж её не взять!
Решили! И все семеро
Отправились на поиски
Демида, что командует
На малом предприятии
В Акционерном Обществе
« Районный АТП».

Пришли. Нашли то Общество,
Нашли и предприятие.
Демида, чуть не до смерти,
Перепугали странники.
Решил, что то разбойники
Пришли с него брать пошлину
За то, что у народа он
Без меры всё гребёт.
Но, видя добродушие
Пришедших к нему странников,
Немного успокоился,
Спросил: - Что нужно вам?

Как самый представительный,
Влад начал речь приветливо:
- Не бойтесь нас Демид Ильич,
Ребята мы степенные,
Все только что из Армии.
Сошлись из разных областей:
Из Клина, да из Дракина,
Из Вятчины, Саратова,
С села Новоуродино.
Идём по делу важному,
У нас забота есть.
Такая ли заботушка,
Что не даёт возможности
Добраться к дому отчему.
С работой раздружила нас,
Отбила от еды.
Сошлись мы в нашей Армии,
Сошлися и заспорили:
Кому живётся весело,
Безбедно и привольненько
Сегодня на Руси!
Иван сказал: - Челночникам.
Они, слышь, тыщи рубликов
Берут сверх цен затраченных,
Коль продадут товар.
- Нет, рекетиру наглому,
Что мзду берёт у всякого
Торговца и челночника –
Твердит, не соглашается
Упрямый  Николай.
-  Банкиру толстопузому –
Упёрлись братья Волины,
Семён и Константин.
- Министрам государевым
Да думским, слышь, бездельникам –
Шумит, кричит, волнуется
Товарищ наш , Петро.
- Пахану криминальному –
Олег орёт уверенно.
Моё ж такое мнение:
- Нет! Лучше всех в Россиюшке
Живёт лишь Президент!

Мужик, что бык: втемяшится
В башку, какая блажь,
Колом её оттудова
Не выбьешь. Как не спорили,
Не согласились мы.
Решили, сговорилися
По всем Российским вотчинам
Пройти-пропутешествовать,
Покуда не найдём
Того, кто жизнью радостен,
В достатке,в изобилии,
Ни в чём не зрит кручинушку,
Живёт всегда лишь весело –
Вольготно на Руси.
Да вот беда,пешком сейчас
Не больно- то набегаешь.
О Вас же мы наслышаны,
Что добротой Вы славитесь
И можете Вы страждущим
В вопросе том помочь.
А мы бы соответственно,
Вам, за старанье доброе,
Преподнесли подарочек
От чистой всей души.

Глаза Демида наглые
Тот час же загорелися
Искрою алчной. Выгоду
Увидел в просьбе их.
И предложил он странникам
За полмильона долларов
Хоть старый и изношенный,
Но в добром состоянии
Микроавтобус « FORD».

Переглянулись странники:
Где взять такие денежки?
Да вспомнили о скатерке
И молвил Влад: - Добро!
И тут же сговорилися,
Что встретятся на выезде
Из города Дебилкова
И принесут расчёт.
Демид же, как условились,
Пригонит «FORD»-ик к вечеру,
Поужинают плотненько,
«Обмоют» «FORD» в счёт
                                   странников.
А утречком, как выспятся,
На поиски счастливчика
В машине все, вперёд!

И вот ребята быстренько
Явились в место сговора.
Раскинули скатёрочку
И тихо хором молвили:
- Эй, скатерть самобраная,
Попотчуй мужиков!
Вмиг скатерть развернулася,
Возникли руки дюжие.
Горой наклали хлебушка,
Ведро вина поставили,
Наклали колбасы.
Солёненьких огурчиков,
Яиц и чаю сладкого,
Олега просьбу выполнив
Всё выдали сполна.

Но тут же Влад поласковей
Сказал: - Эй, скатерть милая,
Не можешь ли ты долларов
Нам миллиончик дать?
Тот час же появилися
Купюры, что им надобно
И пачками сложилися
У всех их на виду.
Обрадовались странники.
Сложили деньги быстренько
В, видавший виды, старенький
Солдатский вещмешок.
Раскинули палаточку,
Перенесли провизию
И стали ждать с машиною
Демида – алкаша.

Недолго ждали. К вечеру
К ним подрулил не новенький,
С ремонта капитального
Микроавтобус « FORD».
Демид из того «FORD»-ика
К ним вышел весь сияющий,
За ним, взгляд избегающий,
Детина, ростом с шкаф.
Сошлися, познакомились,
С машиной ознакомились.
Что по закону надобно,
Бумаги все оформили,
Пересчитали денежки.
Демид отдал их бережно
Детине ростом с шкаф,
Велев домой отправиться,
Сказав, что сам останется
С парнями неразлучными
Слегка повечерять.
Поужинали странники,
Споили Дёмке водочку,
Домой его спровадили.
А сами на том « FORD»-ике
В сторонку от Дебилкова
За сотню вёрст смоталися,
Подальше от греха.

          ЧАСТЬ     6

Дороги, дороги!
Километры ,вёрсты.
То прямы, как персты,
То дико убоги.
Поближе к столицам
Вы больше прямые,
В убогих деревнях,
Как сучья кривые.
России дороги
Вас могут завесть
Туда, куда леший
Не может залезть.
           ***
И вот уж наши странники,
Машиной управляючи,
К столице подъезжаючи,
На станции Подлянники
Увидели, что с поезда,
Из государства дальнего,
Сошёл толпой народ.
Кто с сумками огромными,
С рекламными наклейками
Все с чужестранной надписью,
К вокзальному парадному
Подъезду лихо прёт.
Кто ящики метровые,
К тележкам приторочивши,
Перед собой толкаючи,
Банан заморский жрёт.

Узнали наши странники,
Что прибыли челночники.
С одним словоохотливым
Поближе познакомились.
Представились, как водится,
По очереди все:
Иван, из села Дракино
Новогородской области.
С клина, что в Подмосковии,
Кудрявый Николай.
С Вятчины – братья Волины
Семён и Константин.
Петро  - с земли Саратовской.
С села Новоуродино –
Влад и земляк Олег.

Челночник недоверчиво
Вначале к нашим странникам
Отнёсся, но заверчено
Вино уж было белое,
Что скатерка услужливо
Преподнесла им всем.
По рюмке, по две выпили,
Похрустали огурчиков,
Колбаской позабавились.
А что же на халяву-то
В охотку не поесть!

Вот разомлели малые,
А там и слово – за слово.
Узнали, что челночника,
Аж с самого рождения,
Отец назвал – Атнер.
Что родом из Чувашии,
Из Чебоксар, что берегом
Вдоль Волги расположенный.
На вид весьма опрятненький,
Что не в пример другим.
К нему с вопросом тягостным
И обратились странники,
Желая точно выведать:
Приятно ль у Атнерушки
Вольготное житьё.

- А то, слышь, мы несчастные,
Сойдясь из разных областей,
Такую вот заботушку
Взвалили на себя,
Что не даёт возможности
Добраться к дому отчему,
С работой раздружила нас,
Отбила от еды.
Сдружились мы все в Армии.
Сдружились и заспорили:
Кому живётся весело,
Безбедно и привольненько
Сегодня на Руси.
Мы долго бурно спорили,
Уж много раз повздорили.
Частенько и мутузили
Друг дружку под бока.
Да толку не добилися,
Покуда не решилися
Пройти Россию – Матушку,
Найти, кого нам надобно
И расспросить у них.

Один из нас, а именно
Иван сказал: - Челночникам.
Вот мы с тобой и встретились.
Так расскажи же нам:
Живёшь ли ты вольнёхонько?
Без счёта ль тратишь денежки?
Имеешь ли, что хочется?
Всегда ль доволен жизнею?
Тебе… , ну, словом вымолвить,
Счастливо ль, безмятежно ли
Живётся на земле?

Потупился Атнерушка,
Над рюмкою задумавшись,
И молвил: - Эх, друзья мои,
Не буду лгать, увиливать.
Живу…, а как? Послушайте.
Скажу вам правду-истину.
А вы уж своим разумом
Смекайте.
                  - Ну, давай!
- В чём счастие по- вашему?
Чтобы без счёта денежки?
Чтоб дом – полна коробушка?
Чтобы в своих движениях
Ни перед кем не кланялся?
Не так ли, други милые?

Ребята молвят: - так!
- Теперь посмотрим, братия,
Легко ли добываем мы
Проклятые те денежки?
Когда с утра до вечера
С поклажею мы носимся.
И ладно, кто с тележкою,
А то, как чаще водится,
На собственном горбу.
Конечно, есть такие, что
Везут товар машинами.
Иные самолётами
И поездом везут.
Да вся беда в том, братия,
Что вкруг нас, добывающих
На спекулянтском поприще,
Грабитель ошивается –
Нахлебник всех мастей.
Покуда до товара мы
С деньгами добираемся,
Того гляди, что выманят,
Обчистят, так отделают,
Что собственная матушка,
Коль возвернёшся к дому ты,
Тебя не узнаёт.

Тогда уж не до денежек.
Добро, вернуть бы здравие,
Да на свои, на кровные,
До пенсии тянуть.
Когда же добираемся
Мы до товара нужного,
Тут каждый нас челночников
Старается « надуть».
Суёт товар подпорченный,
С дефектами не видными.
Продукты залежалые
Стремится нам спихнуть.
Но мы, конечно, ушлые,
Не раз судьбою битые,
Всё, что от нас сокрытое,
Тот час же узнаём.
Иной раз и впросак попасть
Бывает, что приходится.
Но тут уже, как водится,
Мы ищем покупателя.
Которому втридорога
Удастся всё продать.
На этом не кончаются
Потуги наши грешные.
Везти товар ведь надобно
Через таможни всякие,
Через посты полиции,
Через посты ГАИ.
Везде, куда не сунешься,
С тебя сдирают пошлины.
За все придирки ихние
Плати, плати, плати!

А доберёшся до дому,
Опять печаль-кручинушка!
Товар ведь надо сбыть!
Придёшь на рынок – там тебя
Свои встречают хмырики.
Опять за всё плати.
За место, за « охранников»,
Налог с торговой выручки.
И хоть в цену накидывать
Расходы эти дикие
Приходится всегда,
Да много ли набросишь-то?
Ведь если слишком дорого,
То не продашь совсем.
Но,  в общем, мы, естественно,
Навар имеем с этого,
Хотя не столь большой.
Вот и суди, ребятушки,
Без счёта ль наши денежки,
Чтоб без оглядки тратиться
Могли позволить мы?

Теперь же расскажу я вам:
Мой дом – полна ль коробушка?
Живу, конечно, милые,
Я не в гнилом сараюшке,
А в городском, как все из нас,
Жилье благоустроенном.
В квартире многокомнатной,
Где есть санузел с кухнею,
Вода, тепло и газ.
И мебель есть фасонная,
И импортные тряпочки.
Коврами позавешаны
Все стены сверху до низу.
На кухне холодильников
Три, с продуктовой всячиной.
И телики, и видики,
И магики , и плейеры,
Всё в доме у меня!

В одном лишь недостаточек:
Покоя нет семейного.
Покуда я за шмотками
Скитаюсь по Россиюшке,
Семейство моё милое
Гуляет без меня.
И в результате вот уже
Четырежды обчистили
Квартиру мою дочиста.
Добро ещё страховочку
Я оформляю вовремя.
А так бы быть беде.
Теперь вот дверь железную
С тремя замками хитрыми,
Пред тем, как вновь отправиться
На дальнюю сторонушку,
Поставил у себя.
К тому ж сигнализацию
Мне местная полиция,
За десять тысяч рубликов
Недавно провела.
Хотя, конечно, радости
От той сигнализации
Не много. Не надёжная.
И чую, когда надобно,
Не действует она.
Теперь решайте сами вы:
Приносит ли мне радости
Тот склад квартирной прихоти,
Хоть там полно всего?

Переглянулись странники.
И, головой качаючи,
Вздохнули тяжело.
- А что же с вольной волюшкой? –
Сказали братья Волины, -
Иль может в своих действиях
Зависим от кого?

- Да нет, други сердечные,
Никто мной не командует.
Ни перед кем не кланяюсь
Я в выборе пути.
Но всё же вольной-волюшки,
Как с детства мне мечталося,
Как мать с отцом старалися,
Как в школах обучалися
В советское – то времечко,
Мне видно не найти!
Иной раз мне так хочется
К мечтам вернуться розовым,
Что мной владели в юности!
Мне так хотелось музыкой
Заняться по серьёзному,
Да не судьба видать!

Пришлось, женившись, денежки
Искать да зарабатывать.
А тут вдруг с перестройкою,
На шею, на народную
«Свалился» Горбачёв.
Пошли все прахом светлые
Надежды мои юные.
Остался без квартиры я,
Без денег, что на севере
Лет десять зарабатывал,
Чтобы купить жильё.
Все деньги мои кровные
Чубайс приватизировал
С благословенья Ельцина.
Пришлось мне торговать,
Вернее спекулировать.
Чего греха таить!

Ведь, как гласит пословица:
С трудов честных и праведных
Палат просторных каменных
Никто не приобрёл.
А коли так, рядите-ка:
Могу ль я вольной-волюшкой
Идти куда хочу?
Путь мне диктуют денежки,
От них мои стремления,
От них мои владения,
От них мои умения,
От них моё житьё!
Вот  так - то други милые.
Быть может кто – то счастливо
Живёт в этой Россиюшке,
Да только не средь нас.

Атнер поднялся. Вежливо
Благодарил за кушанье,
За водочку халявную.
Откланялся и далее
Ушёл своим путём.
                         ***
А шестеро товарищей,
Как словно сговорилися.
С отборной матерщиною
И глупыми упрёками
Набросились на бедного
Ивана  Новгородского,
И ну, ему пенять:
- Что, взял, башка упрямая!
Дубина деревенская!
Туда же лезет в спор!
Челночник, вишь-ты, счастливо
Живёт, и припеваючи,
Без пота, без заботушки,
Без счёта, без оглядушки
Деньгу себе гребёт!
Ну вот тебе хвалебное
Челночника житьё!
Чего орал, куражился,
На драку лез, анафема!
Не тем ли думал взять,
Что кулаки пудовые
И шея, как у нашего
Колхозного быка!
Забыл, однако, притчу ты,
Что сила ломит силушку?

Иван стоял, помалкивал,
Боялся, не наклали бы
Товарищи в бока.

Оно бы так и сталося,
Но, к счастью, дети фермеров
Друзей всех урезонили
И погасили спор.
- Давай в начале двинемся
Мы снова в путь-дороженьку.
Поищем тех, что названы
Во время споров нами же.
Быть может и найдём
Кому живётся весело,
Безбедно, без заботушки,
Вольготно на Руси.

Оффлайн Александр Бортникер

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 16
          ЧАСТЬ     7

Как быстро несутся
Назад километры!
Лишь рокот мотора
Да мгла.
Вдогонку нам шелест
Попутного ветра
И гладью дорога легла.
Легла перелесками,
Взгорками, спусками,
Средь белых берёз и равнин.
Широкою трассой
И лентою узкою
По суши,
Вдоль водных стремнин.
Сменяется темь
На дневное светило.
Дороге не видно конца.
Асфальт ранним дождиком
Щедро полило
И утренний запах сенца.
Проносятся мимо
Деревни, посёлки.
Невольно бросаешь
Ты взгляд,
Как рядом с уродством
Роскошные горки:
Хибарки с дворцами стоят.
Хибарки свой век
Доживая в забвенье,
Бросают на вас свой укор,
Что вырастив
В чреве своём поколенья,
Пойдут по пилу и топор.
Про детский в них лепет
Забыли с годами,
Забыли про юности цвет.
О праведной жизни
Добытой трудами,
Никто уж не вспомнит здесь,
Нет!
А вот особняк
Красно- каменной глыбой,
Пред взором возник
Всей красой,
Как символ бессмысленной
Роскоши грубой,
С мансардой под крышей косой.
Награбил, как видно,
Немало хозяин.
Закон для таких не указ.
На скольких несчастьях
Расцвёл этот каин?!
              ***
Но вновь я продолжу рассказ.
                         
Вот долго ли, коротко ли
Проколесили странники.
Закат уж стал лазоревым,
На небе тучек рать.
Сошли с просёлка бойкого
И для присмотра зоркого
На платную стояночку
Припарковали « FORD»ика.
Пошли повечерять.

- А что б нам ресторанчиком
Хоть раз не позабавиться?
Быть может невзначай
Там с рекетиром встретимся?
Глядишь и познакомимся,
Да за святым стаканчиком
Нам душу свою грешную
Раскроет, не побрезгует?! –
Предложил Николай.
Уж так хотелось малому
Взглянуть в глаза удалому,
Без чести и без совести
Работнику примерному
Ножа и топора.

Идут по шумным улицам.
Везде снуют мешочники,
С базара  уходящие
Безмерною толпой.
Машины роем носятся
По улицам загаженным
Окурками, обёртками,
Стеклом и шелухой.
Огни рекламных вывесок
Где скромно, где назойливо,
Клиентов зазываючи,
Пестрят, переливаются,
Большим клубком сливаются
В цветистый балаган.
Везде ларьки железные
С товаром одинаковым
Всё забугорной выделки,
С крикливою обёрткою
И с чужестранной надписью.
Но вот и ресторан.

Ребята дружной группою,
Похваливая скатерку,
За деньги, что им выдала
Удобною купюрою,
Заходят в вестибюль.
Навстречу им осанистый
Ну, прямо, как с картиночки,
Швейцар встречает вежливо.
Всем семерым услужливо
Одежду мягкой щёточкой
Почистил, в гардеробную
Повёл, помог раздеться им
И попросил их в зал.
Ребята догадалися:
Коль стариной запахло тут,
То надо раскошелиться
И дать тому швейцаришку,
По старому обычаю, на чай.
И хоть прижимисты
На трудовую денежку
Ребята были с младости,
Но каждый сотню дал.
Петро – сыночек старшенький
Саратовского пьяницы
Подумал: - Ну и ну!
Ведь если за день с каждого
По сотне? Это ж надо же!
По сколько в день сбирает он
С клиентов, коли сотня их?
А ежели их две?
А если не по сотенке,
А по две, или по пяти?
Ведь это ж миллион!
И всё за день!! Не этот ли
Счастливчик, тот, что ищем мы,
Живёт вольготно – весело
Сегодня на Руси?
А впрочем вряд ли! Исстари
Известно, что нет счастия,
Коль служишь ты зависимо
От зависти хозяина.
Тут большего, чем выдаст он,
Ты лучше не проси.

За стол уселись странники.
Всё здесь для них в диковинку.
Просторный зал, заставленный
Столами, с виду ветхими,
Но современной выделки.
Светильников обилие
На низком потолке.
Однако все заделаны
Так, что в пол силы  светятся,
Как свечи в разузорчатом
 Жестяном туеске.
В уютных нишах, убранных
Коврами заграничными,
В удобных креслах кожаных
За столиками узкими,
Заставленными яствами,
Расселись в позах царственных
Какие-то тузы.
Пред ними полуголые
Девицы пышнотелые,
В макси раскрытой  юбочке,
В мини одетым бюстиком,
Не раз, не два познавшие
Развратности азы.
За стойкой перед кухнею
Витрина винной роскоши
С красивыми наклейками.
Чего там только нет!
На фоне этой роскоши,
Как кукла разнаряжена,
Картинкой разукрашена
Буфетчица дородная,
С фигурой супермодною
Зажатою в корсет.

Изящной, лёгкой поступью
Официанты юные
Во фраках чёрных с бабочкой
И брюках нежно-розовых
С изысканными блюдами
На жёстсковских подносиках
Среди столов снуют.

Семён всё посетителей
Тихонечко высматривал.
Ужимки их и выходки,
Кто толст, кто тонок в талии,
Как смачно те жуют.
Заметил, что не каждого
Обслуживают мальчики
С почтеньем да усердием.
Кому-то мимоходом лишь
Приносят блюда, взятые
С раздаточного столика.
Других наоборот,
Обслуживают группою.
Малейшее желание
Стремятся быстро выполнить.
С почтением в стороночке,
Приказа ожидаючи,
Стоят по смирной стоечке,
Заглядывая в рот.

Но, наконец, и к странникам
Официант молоденький
С буклетом блюд изысканных,
Напитков и закусочек,
Представив их безденежье,
Небрежно подошёл.
Однако с удивлением
Заказ ребят он выслушал,
Почёсывая за ухом.
Чтоб не забыть обильное
Еду, питьё для странников,
Он быстро и старательно
В блокнотик записал.

Тут Николай тихонечко
Официанту на ушко
Печаль-заботу общую
В словах  двух, но доходчиво,
Чтоб за соседним столиком
Алкашики не слышали,
Подробно рассказал.
Учтиво, со вниманием,
Парнишка его выслушал
И жест многозначительный,
Двумя перстами тонкими,
Перед носами странников,
Нахально показал.
Те молча  согласилися
И выложив тысчёночку,
Как ныне всюду водится,
Велели парню бойкому
Свести и познакомить их
С таким, кто в этом городе,
Средь криминала всякого,
Слывёт за пахана.

Прошло немного времени.
Еду для наших странников
С проворностью и ловкостью
Официанты бойкие,
На стол пред каждым странником
Расставили старательно.
В фужерчики хрустальные
Разлили всем вино.

А в это время парень тот,
Что взял заказ у странников,
Обслуживал угодливо,
Вверху в отдельном номере
Мужчину, в окружении
Девиц смазливой внешности.
Затем, набравшись храбрости,
Что знал о наших странниках
Он боссу рассказал.
Как ездят эти странники
По весям и окраинам.
Всё человека ищут, так, чтобы
Жилось ему привольненько,
Безбедно, без заботушки,
Счастливо на Руси.
Один из этих странников,
Назвался Николаем он,
Твердит, что только рэкетом,
( словечко-то не русское),
Добыть  возможно счастие,
Богатство и признание,
Жить вольно на Руси.
К Вам, господин, все семеро
Передают прошение.
Желают с Вами встретиться
И в дружеской беседушке
Узнать: живёте ль счастливо
Вы, ну и Вам подобные.
И есть ли у Вас тяготы
В делах, в семействе ласковом.
Ну, словом, вольно ль, радостно
Живётся Вам сейчас.

Босс с мрачным взглядом выслушал.
Ему вдруг детство вспомнилось
И деревенской вольницы
Советское житьё.
Отец тогда зав. фермою
Служил для «дела общего»,
И что ни день – домой тащил
Сметану и говядину.
Тихонько приторговывал
Общественным имуществом.
Рабочих тайно спаивал,
Чтоб были все зависимы
От нрава его буйного
И деньги всё копил.
А мать в сельмаге новеньком,
Отстроенном селянами
Для блага всенародного
И дела благородного,
Заведущей была.
Чего только не пряталось
В подвалах дома отчего:
Колбасы, водка, пряности,
Икра, одежда, сладости,
Всё оседало там.
Да вот беда, - нельзя было
Присваивать в открытую,
В советское-то времечко.
Тайком все деньги вложены
В недвижимость и золото.
К приходу горбачёвщины
Скопился капитал.
От страха да от жадности
Сгубил здоровье  батюшка.
И мать за ним же вскорости
Богатство своё отпрыску
Оставила всё полностью.
И души свои грешные
Отдали небесам.

Очнулся босс. Пред ним стоят:
Официант испуганный,
Девицы пышнотелые,
И два телохранителя
Мальчишку держат за руки
И ждут его приказ.
- Хозяин, что случилося? –
Один верзила вымолвил, -
С чего Вы побледнели вдруг?
Ужели, что обидное
Сказал, иль сделал плохо Вам
Этот плюгавый клоп?
Так раздавлю я враз его!..
- Не стоит, друг, оставь его.
Я просто призадумался.
А ты, малыш, ступай сейчас
Обратно к этим странникам,
И скажешь им: согласен я
Излить им душу грешную.
Но только, чтоб без фокусов,
Иначе быть беде.
Пусть завтра в десять утречком
На площадь Маяковского
Придут туда все семеро.
Там люди мои верные
В машинах будут ждать.
Они же привезут их всех
В мою, слышь, резиденцию.
И, коли парни храбрые,
За дружеским застолием
Я их готов принять.
А дальше, как получится.-
И босс захохотал.

Официант от радости,
Что так легко отделался,
Бегом обратно к странникам
Примчался и всё  выложил,
Пытаясь дрожь унять:
- Велел-де босс вам странникам
Назавтра, в  десять утречком,
На площадь Маяковского
Придти, без всяких фокусов.
Там люди его верные
В машинах будут ждать.
Они же привезут вас всех
В его, слышь, резиденцию.
И, коль вы парни храбрые,
За дружеским застолием
Он вас готов принять.-
Официант всё выдохнул,
Довольный отработкою
Той тысячи, что взяты им,
Чтоб познакомить странников
С одним из паханов.
За то, что не пришлось ему
Ту денежку халявную –
Заботу его главную,
Всю сущность его « славную»
С нахлебником делить.

Ребята закручинились
И думают сердечные:
- Как быть? Ведь напросилися
На встречу столь рисковую.
И отступать уж некуда.
Не для того Россиюшку
Мы столько перемерили,
Чтоб трусить пред служителем
Ножа и топора.
Решили: будь, что сбудется!
И рыбка трудом удится.
Коль Магомед нейдёт к горе,
Так пусть идёт гора.

          ЧАСТЬ     8

Назавтра, в десять, утречком
Пришли ребята вовремя
На площадь Маяковского.
Решили выждать полчаса
Покуда, как обещано,
Кто- либо подойдёт.
И тут ребят окликнули.
Пред ними, лихо вырулив,
Остановились чёрные
Две  « волги». Словно молнии
Блестит на солнце лак.
А стёкла все зеркальные.
Ничто сквозь них не высмотришь.
Не знаешь, так подумаешь:
Как видит шофер улицу,
Ведёт машину как?
Но дверцы отворилися
И к странникам прямёхонько,
Могучего сложения,
Весь в одеяньи кожаном.
С замками да с заклёпками,
Мужчина подошёл.

Всех оглядел внимательно,
Велел карманы вывернуть
И, извинившись вежливо,
Сказал, что в ресторане их
Он раз уже осматривал
По приказанью главного,
Но сделал всё тайком.
- Теперь же вот приказано
Везти вас в резиденцию,
Но так, чтобы никто из вас
Не видел, где находится
Хозяйский особняк.
Так что, друзья не сетуйте,
Что повезти придётся вас
В машинах приспособленных
Для этой цели полностью,
Где стёкла не прозрачные.
Салон же для водителя
От вас глухою стенкою
Закрыт, а потому не страшен вам
Там никакой сквозняк.-
Заржал верзила весело.

Что делать?! Наши странники
Решив, недолго думая,
В салоны «волг» уселися.
В одну залезли четверо,
В другую лишь втроём.

Машины тут же тронулись.
Ребята осмотрелися.
Стекло хоть не прозрачное,
Но свет дает достаточно.
Петро сообразительный,
Чтоб не сболтнули лишнего
Его друзья-приятели,
Подал всем знак молчать.
Но, вот так через полчаса,
Они остановилися,
Вкатив на территорию
Какого – то двора.
Открылись дверцы. Странники
Все вышли, огляделися.
Как - будто бы опасности
Пока - что не предвидится.
Вокруг дубы зелёные,
Каштаны пышнолистые.
На клумбах гладиолусы,
Вокруг бассейна ивушки
С ветвями, словно волосы.
В дали  увита зеленью
Огромная нора.
Не знали наши странники,
Что гротом называется
Нора, где днями жаркими
Хозяин упивается
Прохладой ароматною.
Невдалеке – сверкающий
Изящною отделкою
Под черепицей розовой,
Лепниной разузорчатый,
Как драгоценный камушек,
Стоит дворец – гора!
А от дворца по тропочке
Мощёной джамским камушком,
Бордюром огороженной
Гранитным, цвета Каинды,
Навстречу нашим странникам
Идёт хозяин сам.
Почтенный с виду возрастом,
Но крепкого сложения.
Одетый по фазаньему:
Крикливо, пёстро, вычурно.
В столь явной дисгармонии
По возрасту, лицу ему –
Контраст бьёт по глазам.

Смутил он наших странников,
Привыкших жить по скромному.
В труде и поте праведном
На жизнь зарабатывать,
Чужих жил не выматывать,
Копейкой дорожить.
Сошлися, познакомились.
Представились, как водится
По очереди все:
Иван – из села Дракино,
Новогородской области.
С Клина, что в Подмосковии,
Кудрявый Николай.
С Вятчины – братья Волины
Семён и Константин.
Петро – с земли Саратовской.
С села Новоуродино –
Влад и земляк Олег.
Пытливым взглядом въедливым
Хозяин всех осматривал.
Затем и сам представился:
- Зовите меня, милые,
Кондратием Петровичем,
А, впрочем, если попросту,
То можно лишь по отчеству,
Оно мне так приятнее.
Теперь же для беседы вас
В грот приглашаю всех.

Вошли, расселись. Взглядами
Весь интерьер обшарили,
Дивясь богатству убранства,
Большим коврам изысканным,
Светильникам узорчатым,
Хрустальным вазам, мебели,
Оружию старинному.
На стенах поразвешаны
Картины непристойные,
На них смотреть-то грех.
По знаку мимолётному
Сурового хозяина
По чашке кофе подали.
Кондрат Петрович вежливо
Предложил закурить.
Сам на тахту покрытую
Медвежьей шкурой бурою
Уселся, ноги вытянул
И начал разговор:
- Ну, что ж, друзья-приятели,
По всем статьям решаю я,
Вы много уж отмерили
Путей-дорог Россиюшки.
Вас привело ко мне?

Как старший из приятелей
Влад начал осторожненько.
И что же, горемычные,
Не ровен час, сболтнёшь чего
В обиду вдруг хозяину,
Ведь кулаками голыми
От них тут не отмашешься:
- Кондрат Петрович, люди мы
Спокойные, степенные.
Все только что из Армии.
Сошлись из  разных областей,
Из Клина да из Дракино,
Из Вятчины, Саратова,
С села Новоуродино.
Идём по делу важному,
У нас забота есть.
Такая ли заботушка,
Что не даёт возможности
Добраться к дому отчему,
С работой раздружила нас,
Отбила от еды.
Сошлись мы в нашей Армии,
Сошлися и заспорили:
Кому живётся весело,
Безбедно и привольненько
Сегодня на Руси?

Иван сказал: - Челночникам!
Они ведь тыщи рубликов
Берут сверх цен, затраченных,
Коль продадут товар.
- Нет, рекетиру бойкому,
Что мзду берёт у всякого.-
Твердит, не соглашается
Упрямый Николай.
( смягчил Влад выражение,
 что Николаем сказано)
- Банкиру толстопузому.-
Упёрлись братья Волины –
Семён и Константин.
- Министрам государевым
Да думским, слышь, бездельникам.
- Шумит, кричит, волнуется
Приятель наш, Петро.
- Пахану криминальному –
Олег орёт уверенно.
А я сказал: - Нет, лучше всех
Живёт лишь Президент!

Мужик, что бык, втемяшится
В башку какая блажь,
Колом её оттудова не выбьешь.
Как ни спорили. Не согласились мы!
Решили, сговорилися
По всем Российским вотчинам
Пройти, пропутешествовать
Покуда не найдём
Того, кто жизнью радостен,
В достатке, в изобилии,
Ни в чём не зрит кручинушку,
Живёт всегда лишь весело-
Вольготно на Руси.
С тех пор вот всё и шастаем.
С одним разговорилися,
Все думали, что счастлив он,
Однако –же  увы!
И всё ж в надежде маемся,
Кого нибудь стараемся
Найти средь люда русского,
Хоть бы и глазом узкого,
Кто был бы счастлив, радостен,
Печаль нужду не ведовал.
Подумали, что вдруг это,
Петрович, может Вы!

Смех разобрал Кондратия,
Как вспомнил то, что прожито,
Каким путём всё нажито,
Как вся блатная братия
И служит вроде преданно,
А за глаза грызёт.
Какое уж тут счастие?
Уж, слава Богу, в деле хоть
Пока ещё везёт.
Умолк. Взяв в руки ножницы,
Конец сигары толстенькой
Отрезав аккуратненько,
( слуга тотчас хозяину
подставил зажигалочку)
Кондратий закурил.
И начал речь неспешную:
Ну что ж, дружина храбрая,
Не стану вас отталкивать.
Коль уж пришли, так слушайте.
Поведую вам правду  я,
Как на духу, а дальше уж
Вы сами, своим разумом
Решайте: есть ли счастие
В моём житье – бытье?!

Оффлайн Александр Бортникер

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 16
           ЧАСТЬ     9

           РАССКАЗ  КОНДРАТА

Так давно всё это было!
Тридцать лет уже проплыло,
Как напутственный отцом,
Стал я добрым молодцом.
Поначалу всё шло гладко.
Ел и пил, и спал я сладко.
От родительской печи
Вволю брал я калачи.

Мой отец,  тогда  зав. Фермой,
Был служака он примерный,
Разорял родной колхоз.
Всё, что мог оттуда нёс!

Норму мясу мы не знали,
Хоть скотину не держали.
Шерсти, шкур – в пору зашейся,
Молока – так хоть залейся!
Всё ныряло к нам под пол.
А потом в Зелёный Дол
Тайно ночью увозили.
А оттуда привозили
Дефицитный всё товар.
Видно был с того навар!

Часть товара отправляли
В магазин и продавали
Тихомолком, ведь при всём
Мать была хозяйкой в нём.

Так вот вместе и крутили.
Столько дел наворотили!
Но однажды прокурор
Учинил нам всем раззор.

Долго ферму проверяли.
По судам отца таскали.
Шельма-следователь весь
Водкой нашей пропил спесь.
К счастью, вышла неустойка:
Объявили перестройку.
В результате мой отец
В дом вернулся, наконец.
Метил – скоро в арестанты,
А попал он в коммерсанты.
Стали жить да поживать,
Да «зелёных» наживать.

Школу кончил я успешно.
Да пожаловаться грешно.
Я в учёбе не корпел,
По два года не сидел,
Хоть страдал частенько ленью.

По отцовскому  веленью
В институт пошёл лесной.
Как за каменной стеной
За отцовским-то карманом
Начал грезить я и  РАНом.

Наставленье дал отец:
- Ты, Кондраша, молодец!
Ты старайся лезть повыше
И, держись всегда под крышей
Тех, кто выше над тобой.
Да кумекай головой:
Где, кого благодарить,
Где, кому презент дарить,
Где-то, просто улыбнуться,
Перед кем-то и согнуться
Не грешно. К тебе ж вернутся
Благодарностью потом
Разоренья кошельком.

Ну, учёба, что за дело,
Пять лет быстро пролетело!
За тысчонок пять потом
Красный я купил диплом.
Те же деньги помогли
Мне пролезть потом в НИИ.

Там три года кантовался.
Там же я и повстречался
С дочкой крупного парт босса.
И решение вопроса,
Как иметь « лимонов» до ста
Стало даже очень просто!
В 37, без всяких  прений,
Что-то там насчёт «решений»,
Я на доктора диплом
Защитил. Ещё при том
Был я выдвинут завлабом.
И уж тут вцепился крабом
Я, как истинный гурман,
В государственный карман!
Вот была потом потеха!
Никому теперь успеха
Столь большого не видать.
То ни в сказке рассказать,
Ни пером не описать!

Ну да, что же в том за дело?
Год ли, два ли пролетело,
Только стал я примечать:
Трудно стало величать
Мне кого-то над собою
Генеральным, иль главою.
И решил, что мне пора
Гнать кого-то со Двора.
Ну, хотя бы с Автотреста.
Я наметил себе место
И однажды, вот мой сказ –
Я скупил весь « ЛогоВАЗ».
Весь, со всеми потрохами.
Недвижимостью, станками,
С производством « жигулей»…

Эй, Махмуд, вина налей!
Что-то в горле стало сохнуть.
Не пора ли всем нам « охнуть»
За обеденным столом?
Доскажу я вам потом.

На стол накрыли быстренько
Две пышные красавицы.
Пред каждым мяса вволюшку,
В пузатых штофах водочка.
В бутылочках игристое
Вино, заморской  выделки.
Невиданные овощи,
Приправы всевозможные.
По вазам фрукты дивные.
Кондрат Петрович радостно
Всех пригласил за стол.

Ребята засмущалися,
Но всё ж за стол расселися.
Отведать таких кушаний
Не всякий раз приходится,
Но вспомнили скатёрочку
И про себя подумали,
Что надо б самобраную
На кушанья заморские
Раз, как-то, испытать.
Но вслух об этом странники,
Чтоб не было завистников,
Решили промолчать.

Кондрат по хлебосольному
Всех угостить старается.
Ведь в первый раз пришлось ему
Принять людей без корысти,
С душевною открытостью.
Поведать им всю истину,
Очистив душу грешную
От наслоений подлости.
И без суда стороннего,
Без страха, подозрения,
Угроз. Интриг, презрения,
Хоть день с душой свободною
Почувствовать себя.

Поели сытно, вволюшку.
Развеселились странники.
Свободною беседою
Между собой, с Кондратием,
При лёгком опьянении,
Без страха занялись.
Забылись, было мальчики,
Но Николай, опомнившись,
Прервал беседу вольную
Напомнив, что не плохо бы
Дослушать им Кондратия,
Не тратя время попусту.
Ведь говорит пословица:
Что делу – больше времени,
Ну, а потехе – час!
И вновь своим вниманием
К Кондрату обратилися.
Тот, с добрым намерением,
Приветливым стремлением,
На ложе своё пышное
Уселся поудобнее
И начал речь неспешную,
К ребятам обратясь:

- Ну-с, ребятки, в самый раз
Мне продолжить свой рассказ…
Надо ж, кажется, забылся!
Где я там остановился?

Николай тут не поскромнил
И Кондратию напомнил:
- Вы закончили рассказ,
Как скупили « ЛогоВАЗ»,
Весь, со всеми потрохами,
Недвижимостью, станками,
С производством « жигулей».

- Ах, да, точно, « жигулей»!
Ну, так что же; раз на сходне
У директоровской сводни,
Я с самим главой якшался.
Он ко мне так привязался,
Что, не медля, в тот же час
Огласил такой указ:
« Быть в правительстве Кондрату.
Положить ему зарплату
Миллионов этак десять.
Да ещё ему повесить
В должность, чтоб держал ответ
При правительстве, Совет
По промышленным делам
Да хозяйственным дворам,
Тот, что создал, словно в дар,
Наш Егорушка Гайдар.
Вы же знаете такого
Пузача, как пень тупого?
Так сложилась наша рать
Та, что может крупно брать,
Ни за что не отвечая,
Да правительством играя.
Поздно в общем или рано
Я прибрал к рукам охрану
Самого, слышь, Президента,
Вместе с главным его ментом.
Кержаком его зовут.
Так кажись, если не лгут.
И с тех пор , как истуканом,
Стал крутить я тем паханом.
Если что тот мент не может,
Значит сам « гарант» поможет.

Вроде всё в рассказе гладко,
Да не всё, однако, сладко.
Ведь, достигнув свой удел,
И врагов я заимел
Столько, что на этом свете
Не дадут мерзавцы эти
Без забот, без страха жить,
Что задумано свершить.

Помните, в обход закона
С «ЛогоВАЗ» овского лона
« тачек» тысяч сорок пять
За бугор сумел угнать?
Мне в тот день взорвали дачу
Да гараж снесли в придачу,
Новый «Вольво» увели
Цвета выжженной земли.
А за пошлин удвоенье
Мне в селе сожгли именье.
И пришлось мне тут гадать:
Как с врагами совладать?
До чего ведь докатились:
Меня ранить умудрились!
Больше я уж не стерпел.
И рабам своим велел,
Чтоб Москву всю перерыть,
А виновников добыть.

Долго результатов ждал,
Аж терпенье потерял.
Наконец мы порешили
Дура Мотокартишвили
В это дело подвести,
И всех « левых» потрясти.
Дур тот, выходец из срама,
У меня был в роли зама.
Автор самых грязных дел.
От тюрьмы  уйти  сумел,
При своём на то уменьи
И моём благоволеньи.
Так, что я ему поверил
И дела вести доверил.
Этот Дур мой – иудей,
Кровопийца и злодей.
За доллары даже мать
Лютой смерти может дать.

В общем Дурик постарался
И с врагом моим сквитался,
Подорвав, в показ всей прессе,
Прямо в личном  мерседесе,
Главаря того оркестра –
Патриотика  Сильвестра.
Так, что шума было много!
От хозяйского порога
Мне пришлось тогда уйти,
Чтоб концы все замести.

Год ли, два ли пролетело,
Снова взялся я за дело.
Тут приспели выбора
Для хозяина Двора.
Как тут было не тужиться?
Он задумал было скрыться
От народа своего.
Значит, было от чего!
Только мы уговорили.
Коньяком, вином поили.
Ох и любит эта тать
Заграничну водку жрать!
А потом по две недели
Весь в дерьме лежит в постели.
А стране его врачи –
Крохоборы и рвачи,
Распродавши всяку совесть,
Всем сучат другую новость,
Вас, считая за дурдом:
« Ишемический синдром
У гаранта приключился,
Малость переутомился,
Потому и отключился
Он на несколько недель.
И теперь ему постель
Прописали мы от лиха…»
И тот час его в Барвиху
На парные молока
Подлечить ему бока,
Чтоб поднять его слегка.
Одним словом выборами
Занялись в тот раз мы сами.
               ***
          Передёрнуло Ивана:
          - Что за мерзкого болвана
       Тем проклятым прошлым летом
         Мы избрали Президентом! –
         Про себя подумал тихо,-
         Не избыть теперь нам лиха!
                 ***
Стали думать да гадать,
Как народу всё подать,
Чтоб поменьше сомневался,
В дураках опять остался?
Все мы знали: если вдруг
Победит Володин друг,
Нам тогда несдобровать,
И тюрьмы не миновать.
Если кой-что не похуже.
Чтоб не плюхнуться нам в лужу
Денег столько мы собрали,
Что на все расходы дали.
Где кого-то подкупить,
А кого-то задобрить.
Телевиденье скупили.
В избиркоме посадили,
Кроме прочего всего,
Человека своего.

Да опять осечку дали.
В телевиденье взыграли
Вдруг амбиции дружка –
На канале петушка.
Так зовём мы там ведущих.
Одному из вездесущих
Захотелось вдруг убрать
Из программы, так сказать,
Нашу бойкую рекламу –
Разухабистую даму,
Выдавать за пуп земли,
Хоть и ноги не несли,

С рожей вздувшейся буграми
И дрожащими руками
Того пьяного болвана –
То бишь, нашего пахана.
Парня было, мы пытались
Урезонить, но остались
Каждый в мнении своём.
Чтож, тогда уж не споём
С ним, решили мы на сходе.
И однажды на восходе
Он велел всем долго  жить.
Ну, а нам чего тужить!

В телевиденье бедлам:
Трам-тарам да тарарам!
Все кричат, руками машут,
Подозрения все кажут!
Даже сам « гарант» при всех
В следствии сулил успех.
Обещал, что поднажмёт
И убийцу кара ждёт.
Да куда там! Он же знал,
Кто царька того убрал.
Сам же дал на то добро.
Да и нет средь нас Зорро,
Чтоб убийц привлечь к ответу.
Словом, к середине лета
Все об этом замолчали.
Да и, собственно, все знали
В деле том наверняка,
Чья замешана рука.

Ну, короче, с выборами
И долларами, и сами
Провернули всё же дельце,
И остался в кресле Ельцин,
Выполняя наш наказ,
Гарантируя всех нас.
Над людьми поизгалялись,
Все блага им обещались.
Ну, народ нам и поверил,
Снова царствовать доверил.
А про те, про обещанья,
Мы забыли и названья.
Так вот я и существую,
Каждый день за жизнь воюю.
Вроде всё в достатке есть,
Да проблем-то ведь не счесть.
Если что- нибудь не так,
Хоть богатый, хоть бедняк
Норовит меня лягнуть,
Моим прошлым козырнуть.
Травят на меня Пахана
Из геннадьевского стана.
Впору браться за УЗИ,
С жизнью этакой в связи.
Так, что, братья-бандерлоги,
Зря вы топчете пороги.
Среди нас счастливца нет!
Вот мой сказ. И мой совет:
Коль вернётесь вы домой,
Помозгуйте головой.
Где, когда, с какого века
Для любого человека
Уготован был покой?
Хотя, нет же, был такой!

По библейскому сказанью
И всеобщему признанью –
Прародитель наш, Адам.
Только к взрослым то годам,
Говорят и он зазнался,
И творца, слышь, отказался
Слушать ради девки Евы.
Под её, как мёд, напевы
Стал себя он богом мнить
И создателя гневить.

Бог, прознав их преступленье,
Всё людское поколенье
Погрузил в своё проклятье.
Наложил на всех заклятье:
В поте, крови и дерьме
Добывать на жизнь себе.
От того весь род людской
Не найдёт теперь покой.
И с тех пор, скажу я так:
Счастлив только лишь дурак!
Хоть до Бога вы дойдёте,
А счастливца не найдёте
В нашей матушке Руси.
И любого хоть спроси:

Там, где правят деньги бал,
Никто счастья не видал!

И теперь меня простите,
За рассказ мой не взыщите.
Рассказал вам всё, как есть.
А теперь имейте честь
Дать покой моим костям.
И Кондрат своим гостям
Повелел подать машины.

Зашуршали мягко шины
И две « волги», как в тот раз
Распахнули дверцы враз.
Парни молча поклонились
И в машины погрузились.
Снова в путь, теперь обратный.
Нет дороги на попятный.
Толь на площадь привезут,
То ли пули в лоб дадут?
Шутка ль, слову-то поверя,
В самом логове у зверя
Умудрились побывать.
Как бы всем им  сдобровать!
Страх холодный сердце гложет,
Но, надеюсь, Бог поможет
Моим парням. Только вот,
Резкий сделав поворот,
Встали. Тут же настежь двери
Распахнулись. Им велели
Выйти вон и дальше пешим
Убираться ко всем лешим.
«Волги»-ж, словно юркий сиг,
Укатили в тот же миг.

У парней прошёл испуг.
Огляделися вокруг,
Наступает уже вечер,
Да и площадь недалече.
Слева светятся уже
Два желанных  « М» и « Ж».
Посетив тот пункт народный,
Совершив обряд природный,
С облегчением вздохнули
И до дома повернули.


Труден был обратный путь!
Дайте, братцы отдохнуть.

         ЧАСТЬ     10

Придя к себе в гостиницу,
От страха и усталости
Молчали долго странники,
И каждый сам по- своему
Осмысливал случившее.
Молчком достали скатерку,
На стол послали ровненько,
Семён тихонько вымолвил:
- Эй, скатерть самобраная,
Попотчуй мужиков!

И в тот же миг над скатертью
Как тучки, еле видные,
Огромными кувалдами
Возникли две руки.
Ведро вина поставили,
Наклали гору хлебушка,
На каждого по палочке
Сложили колбасу.
Грибочков маринованных,
Политых постным маслицем
Поставили в тарелочках,
Как попросил Олег,
По просьбе братьев Волиных
Кокосов дали каждому,
А трезвенникам фермерам
Поставили чайку.

Наелись парни досыта
И вновь было заспорили,
Да Влад одёрнул спорящих,
Как старший среди них.
Решили, что к согласию
Придут лишь только утречком.
Ведь утро против вечера
Мудрёней, говорят.
Поднявшись ранним утречком,
Позавтракали вволюшку,
Что им дала скатёрочка.
Часа три с гаком спорили,
Где им искать счастливого.
В конце концов, условились,
Чтоб время зря не тратилось,
Спор этот прекратить.
А с той печалью выйти им
К тем, кто горбом и разумом
На жизнь свою грешную
По крохам зарабатывать
Весь век привык безропотно.
Кто знает, может счастие
Таким вот обездоленным
Способно лишь светить?!

Так порешив, ребятушки
Пожитки свои скромные
Сложили в «FORD»ик старенький
И вновь в дорогу дальнюю
Отправились на поиски
Того, кто в счастье, в радости,
Без тяжести, заботушки
В Россиюшке живёт.

И вот от града стольного
На сторону восточную
Поехали,чтоб высмотреть
Кто, где и как вольготное
Житьё, господней милостью
Ведёт в лесах растерзанных,
В полях заросших мусором,
В деревнях, в грязь утоптанных,
В паскудных городах.

Безмерно долго странники
На «FORD»ике потрёпанном
Просторы проколёсили.
Известно, Мать-Россиюшка
И длинна, и широкая.
На тысячи километров
Куда ни кинь, всё тянется,
В один день не пройдёшь.
Притихли наши странники,
Задумавшись над виденном.
Не счесть числа селениям
С убогими домишками,
Хоромами огромными,
Что поражают яркою
Безвкусицей своей.
Вольготно людям жилося
В советское-то времечко.
Всяк норовил по силушке
Урвать с кармана общего.
Тащили всё « бесхозное»
Народное добро.
И в тайниках хоронили.
Кто деньги счётом полненьким,
Кто в злато переделывал
Всё, что сумел стащить.
Кто честно и безропотно
Трудился в поте праведном,
Как были, так осталися
Лишь с тем, что заработано,
Порой  не потом, кровию
И с кошелёчком тощеньким,
Да с тесненьким жильём.

Однако жизнь ровная,
Уверенною поступью,
Без  срывов, тягот, пошлости,
С надеждами на лучшее
Текла в те времена.
Всяк знал, что государственной
Заботой не обделится.
И, что под старость с голода
Подохнуть не дадут.
Это сейчас плюют в неё,
Охаивая прошлое
И грязно мерзко лгут.

Но времена сменилися.
Исподволь души чёрные
К вершинам власти наглостью,
Обманом лезли, с корыстью,
Чтоб всё, что есть враждебное
С Америки и с запада
Впустить на землю отчую,
Сломав партийный шлюз.

Воспользовались жадностью
Людской мещанской низменной,
Завистливой до чуждого,
Позволив всем, кто на руку
Не чист, и алчным душами
Разграбить всё, что нажито
Советским братством праведным.
И пал, смертельно раненный,
Советский наш Союз.

Заликовали вороны,
Что труп страны растерзанный
Дают им безнаказанно
Растаскивать по вотчинам.
Теперь бояться нечего:
Компартия бесправная,
Правители – предатели,
Наглей и не страшись.
Прокляли Революцию,
Отняли всё, что дедами
Добыто для трудящихся:
Права на труд, учение,
На отдых, на лечение,
На жизнь под тёплой крышею,
Образованье высшее.
Всё захватили отпрыски
Князей, белогвардейщины,
Кулацкое отродие,
Церковники бесстыжие.
Теперь только держись!

А каково-то немощным,
Кто силы израсходовал
На процветанье Родины,
Кто в лихолетье тяжкое
Не дал на поругание
Страну свою любимую,
Собою заслонил.

С такой тяжёлой думою
Остановились странники
Во граде во Владимире.
Устроились в гостинице,
Одной из лучших в городе.
Тем более, что деньги им
Скатёрка дала вволюшку.
Трястись же в тесном «FORD»ике
Уж не осталось сил.

Оффлайн Александр Бортникер

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 16
                ЧАСТЬ  11

Иван на утро выведал,
Что в этой же гостинице
Певица всем известная
Уж третий день живёт.
Зовут её Надеждою
Костровой. Что сегодня же
В столичной филармонии
Концерт она  даёт.
- Уж не она ль счастливая?-
Подумали ребятушки,-
А что, коль песни звонкие,
Как соловей поёт!

Узнав час выступления,
Пришли все в филармонию,
Купив билеты. В партере,
Как короли расселися
На первом же ряду.
Решив, что не отступятся
Пока не познакомятся
С заслуженной артисткою.
Олег сказал: - Друзья мои,
Как только всё закончится,
Я сразу к ней в гримёрную
Не медля и зайду.
Договорюсь, чтоб встречу нам
В один из дней назначила.
А коль все дни расписаны,
Терять доход откажется,
Иль плату вдруг потребует,
Так уж извольте, братушки,
Придётся заплатить.

Ребята согласилися.
На сцену все уставились.
Там в ярком свете радужном,
В златом великолепии,
Изящною походкою,
Под звук фанфар оркестровых,
Артистка вышла к зрителям.
Взорвался зал овацией,
В восторге стал вопить.
Ребята подивилися
Такому изливанию
Любви и почитания.
Хотя, конечно видели
В кино, по телевизору,
Как в заграницах зрители,
Восторг свой выражаючи,
Свистят, орут, стучат.
Видать свинячьи выходки
Недолго были поприщем
Лишь демократий западных.
И к нам, в обнимку с долларом
Зараза эта мерзкая
Проникла в души хилые,
Поймав нас в сеть зловонную,
Как глупеньких зайчат.
Но вот певица бойкая,
Кривляясь всеми членами,
Почти- что обнаженная,
Под грохот электроники,
В три строчки песню дикую
Полу пропитым голосом
Под завыванье зрителей,
В каком-то дымном мареве,
В экстазе  стала петь.

Два с лишним часа мучились
Ребята в этом хаосе.
Но всё-таки дождалися
Конца той вакханалии,
Не поняв, что прекрасного
В сем безобразном грохоте,
В пропитом и прокуренном
В надрывном хриплом голосе,
И как с нормальной психикой
Такую вот безвкусицу
Можно желать смотреть?

Раскланиваясь зрителям
С улыбкой благодарности,
Собрав букеты яркие
Цветов своих поклонников,
По свист и визги радости
Сокрылась « птица певчая»
За ширмы декорации.
За ней Олег последовал
С корзиной алых роз.


Зайдя за ней в гримёрную
И выразив восторженность
Её красой и статностью,
От имени товарищей
Поклон и розы алые
Ей передал торжественно,
В глазах усталых радостных
Увидев капли слёз.
Смутившись, передал он ей
Прошение друзей своих
Про поиски счастливого.
Об их желанье выведать
У столь прекрасной женщины:
Не та ли она самая,
Что в счастии купается,
В тоске, нужде не мается
Сегодня на Руси.

-  Надежда Николаевна,
Мы искренне все просим Вас
Про Вашу жизнь поведать нам
За дружеской пирушкою.
Решить наш спор безудержный,
Что не даёт покоя нам,
Отбил от дома отчего,
С работой раздружил нас всех.
По всей стране таскаемся
И в спорах задыхаемся,
Как в луже караси.

Надежда рассмеялася
Над этим предложением.
Но всё же согласилася,
Что встретится с ребятами
В конце гастроли утречком,
В ближайшем воскресении.
И в номер свой гостиничный,
Часов в двенадцать полудня
Всем семерым без робости
Велела подойти.

Но вот и воскресение.
Собрались наши странники
На разговор с актрисою.
Надели всё, что лучшее
Сумела им скатёрочка
С одежды поднести.
Ну, словом, прифрантилися.
Деликатесных кушаний
Собрали для закусочки,
К шампанскому и водочке.
И в полдень, как обещано,
Подъехали к гостинице.
Поднялись в номер названный,
Готовые душевную
Беседу повести.

Надежда им приветливо
Велела всем устроиться
Кому и как удобнее
Без всякого смущения.
Как с ней знакомый ранее
Олег ребят представил ей
Насколько можно яркими
Высоких степеней:

- Иван – умелец Дракинский
Новогородской области,
Кузнец и резчик опытный,
Искусный лозоплёт.

Вон тот кудрявый, словно бы
Сейчас из парикмахерской,
Наш друг из Подмосковии
Литейщик Николай.
А эти – братья Волины,
Затмившие талантами
Свою родную Вятчину,
Семён и Константин.

Тот смуглый, из Саратова,
Известный знатный каменщик –
Строитель лучший в области
По прозвищу Петро.

Влад – землепашец златовый,
Хлеба растит богатые.
Большой спец. в агрономии.
А я, его земляк.
Горим мы все желанием
Послушать Вас и выведать:
Живётся ли Вам весело,
Вольготно, без заботушки.
Простите,что не так!
Надежда Николаевна,
Окинув взглядом странников,
Вдруг, с загрустившим голосом,
Предложила в начале им
Отведать угощения
То, что она сготовила,
Их утром поджидаючи,
Всех, пригласив к столу

Ребята не смутилися.
( Чего тут удивляться-то?
Ведь хлебосольство русское
Везде и всюду славится.)
Вокруг стола расселися.
Поставили шампанского,
Наклали в вазы сладостей,
Дарованные скатертью,
И, пожелав хозяюшке
Успехов, счастья, здравия,
Принялись за еду.

Вино, известно, каждому
Язык от пут смущения
Освобождает быстренько.
Разговорились молодцы.
Надежду даже Наденькой
( С её же разрешения
И тайного желания)
Кой  кто стал называть.

Однако время дорого.
Влад вежливо напомнил  всем,
Что цель их путешествия
Не стол со знаменитостью,
А спор решить, заботушку,
Что не даёт покоя им,
Лишила их возможности
Добраться к дому отчему,
С работой раздружила их,
Отбила от семей.

- Надежда  Николаевна,
Скажите нам по совести
И без лукавой выдумки,
В чём счастье ваше женское?
Вольны ль в своих стремлениях?
Полна ли жизнь личная?
В чём видите Вы  счастие
Такой судьбы своей?
Актриса призадумалась.
О чём поведать странникам?
Понравились ребята ей
Душевною открытостью,
Своей наивной честностью
И добротою вежливой.
Без корысти и наглости,
Что так присущи нынешним
Её друзьям- приятелям,
Тянущих свою выгоду
С таланта её яркого,
Крутящихся, как бабочки,
Вокруг неё – светильника.
Но, чтобы жить в безбедности,
Приходится служить им всем
И всех их ублажать.

- Ох, парни, парни бравые!
Спою я лучше песню вам
Про счастье наше женское.
Про то, как мы, девчоночки,
Туман любви глотаючи,
Частенько обжигаемся.
И горечь  жизни лютую
Потом весь век влачим.
И есть ли в этом счастие
Своим умом судите вы,
И вам о том решать.

       ПЕСНЯ   НАДЕЖДЫ

В глуши России
           Среди камня и берёз,
В объятиях родных и близких
Девчонка, полная любви
                         И детских грёз
Цвела, назло
                    Ударам резким.
Ничто не предвещало
                    В жизни ей беду,
Но первый гром
                        Раздался вскоре,
Ушёл отец,
                  Оставив мать её  одну,
Но не поняла она горе.
В кругу семьи, где бабушка и дед
На сердце детское
                       Тепло лили и свет,
Ей виделось всё в розовом свету,
Как в солнечный рассвет.
Бездонным синим небом
                          Детство пронеслось,
Угасли юности фанфары,
Мечты с туманом
                     Быта серого слилось
И жизни яркие стожары.

Ушли, кто песни
                            Нежные ей пел.
Остался творчества
                        Суровый ей удел.
По этому пути она пошла,
Как Бог того хотел.

Тернист к сердцам людей
                    Суровых песен путь.
Не любят правды в этом мире.
И трудно было ей
                      Себя перешагнуть,
Чтоб зазвучала песня шире.

Душе угодно было
                      Грусть в народ нести
О том, что все мы потеряли,
Чтоб Родину
                      От разрушения спасти,
Чтоб все беду свою поняли.

Чтоб каждый встать
                        За честь свою хотел,
А не влачил всю жизнь
                         Рабский свой удел,
Чтоб каждый,
                     Пламенем борьбы горя,
С ней песни бы запел.

Но этих песен
Не давали ей пропеть.
Всем нужно было развлеченье.

И чтоб в судьбе своей
                  Нужду ей не терпеть,
Пришлось идти на поклоненье.

Эстрадный грохот
                   Душу ей затмил.
Продюсер – сволочь,вскоре
                      Честь её купил.
Зато певица стала шиковать,
Забыв кто сердцу мил.

И с той поры она поёт
                      Лишь только то,
За что ей платят
                  Толстосумы.
На ней играют,
                    Возят всюду на авто,
Как вещь для красоты в хоромы.

Нет воли, нет свободы,
                      Нет семьи, любви.
Расписана жизнь по минутам.
И крутится перед бездельем
                           Цвет зари
И жертва алчности – Анюта.

Но гложет совесть,
                      Требует отдать
Дань песням чести,
                 Чтоб могли её понять.
Но нету сил себя перебороть
И с пошлостью порвать.

А знает ведь,
                    Не вечно молодой
Придётся быть.
                     Осеннею водой
Красу с признаньем
                     Быстро унесёт.
Забвенье дальше ждёт!
             ***
Затихла песня грустная.
Ребята призадумались:
- Коль так, то где же счастие?
Скорей наоборот!
Артистка хоть и бойкая,

Хоть в роскоши купается,
И хоть в нужде не мается,
Да сердце её женское
Тоска, как змий, грызёт.

С Надеждой попрощалися.
В признанье ей изысканный
Набор фруктово – ягодный,
У нас никем не виданный,
Из жарких стран экватора
( благо скатёрка потчует
по приказанью пеночки)
В подарок поднесли.

Все в номер возвратилися.
Задумались о будущем.
Что делать? Где искать ещё
Такого, чтобы был всегда
Доволен жизнью собственной,
Всё было б в изобилии,
Ни в чём не знал кручинушку,
Ни чем не беспокоился,
Был счастлив на Руси!

              ЧАСТЬ     12

-  Давайте, парни, разумом
Решать, что делать дальше нам –
Предложил Влад товарищам, –
Бессмысленно счастливого
Искать среди нахлебников,
Среди воров, бездельников.
Нет счастья у челночников,
Хотя и тыщи рубликов
Берут сверх цен затраченных,
Коль продадут товар.
И, думаю, согласны все,
Что здесь Иван не прав.
 Нет счастья у грабителя
Налогового , частного,
Хоть как не назови его:
Министр иль милиция,
Судья или полиция,
Директор предприятия,
Или банкиров братия,
Пахан ворья, иль мелкий вор.
Так, что не будем разговор
О них вести, друзья.
Не прав  и я. Нет счастия
У Президента нашего
Хоть власть его не меряна,
Богатство сверх обильное,
Да подлость его гнусная
Мешает, чтобы счастливо
Прожить в народной почести.
Стремится вечным ворогам
Россию – нашу Родину
С лесами, пашней, недрами,
С заводами и реками
За доллары продать.
К тому ж в делах не волен он,
Погрязший в обязательствах,
За то, что ему выборы
Паханы обеспечили.
В долгах перед буржуями
Европы и Америки.
А свора доморощенных
Финансовых грабителей,
Сосущих кровь народную,
Толкают его мерзкого
На ссору, конфронтацию
С народом, со страной.
 И вряд ли есть счастливые
Средь стариков, что пенсию
Лишь получают крохами,
Хотя,не спорю, многие
Трудились добросовестно
В младые годы давние.
За процветанье Родины
Почли б за счастье жизнь свою
Без жалости отдать.

Уверен, что счастливого
Не встретим мы и среди тех,
Кто жизнь свою талантами
Поднял недосягаемо.
Творит рекорды громкие,
Машины конструирует,
Картины пишет славные
И служит верой – правдою
Народу своему.

Но нет у них спокойствия
На этот день и будущность.
Их труд сейчас не ценится.
Не нужна людям живопись.
Взамен берут посредственность
Голографии  вычурной.
Не нужны песни добрые,
Их заменили шлягеры
Из секса, порнографии.
Романы Достоевского,
Ефремовых, Ивановых
Затмила кровожадная
Доценковых стряпня.

Мы не найдём счастливого
И среди нас, трудящихся.
В чём счастье у рабочего,
Иль землепашца сельского?
В том, чтоб влачить убогое
И рабское житьё?
Жить в страхе безработицы,
Зарплату ненадёжную
Ждать, что урежут вскорости?
С тоской и гневом чувствовать
Нужду своих семей?

А потому, считаю я,
Осталось лишь нам выслушать
Того, кто сам на наш призыв
Откликнится с желанием.
А тот призыв мы поместим
Во  все газеты местные.
Глядишь, найдётся труженник,
Или бездельник сыщется
Счастливый на Руси.

Ребята согласилися,
Что бесполезно сутками
Мотаться по Россиюшке,
Километры отмеривать.
А лучше объявлением
Призвать к себе счастливого,
Предложив угощение,
Гостиницу, экскурсию,
Ну, словом, как положено,
С обратным возвращением
Весь оплатить расход.
Но только лишь счастливому.
А если не докажется,
Что счастлив гость и радостен,
Не зрит печаль – кручинушку,
Во всём есть изобилие,
Живёт вольготно – весело,
В обратный путь – дороженьку
Отправится нисчем.

Мужик, что бык. Втемяшится
В башку, какая блажь,
Колом её оттудова
Не выбьешь. Объявление
Во все газеты местные
В три дня было помещено.
И стали наши странники
С надеждой и желанием
Приезда гостя ждать.

И надо ж, окаянные,
Дождались посетителя!
Хотя почти два месяца
Слонялись по Владимиру
Безрезультатно, попусту,
Подумали уж бросить всё
И по домам разъехаться,
Чем бестолково ждать.

Однажды, перед завтраком,
Вошёл к ним представительный,
С седой главой, уверенный,
С глазами, как у коршуна,
Мужчина средних лет.
Вошёл и поздоровался.
Всех оглядел внимательно
И молвил твёрдым голосом,
Отказа не приемлющим:
- Так это вы счастливого
Изволите искать?

Ребята гостя вежливо
Приветствовали. Стул ему
Предложили для отдыха.
Спросили: кто, и как его
Им надо величать?


Пришелец им представился:
- Я родом из Издешкова,
Того, что на Смоленщине.
Дворянского сословия.
Когда – то деды древние
Баронами считалися.
А сам сейчас без имени,
Без титула высокого.
Но Бог, по доброй памяти,
Весьма обильно дарами
Меня вот наградил.
В миру зовут Петровичем,
Друзья зовут Василием,
Для всех – Василь Петров.
Живу сейчас в провинции.
Семейство всё повыросло.
Труду свою обязанность
Отдал сколько положено.
Сейчас вот вольным соколом
Слоняюсь по стране.

Да невзначай увидел здесь
То ваше объявление,
Где вы счастливых ищете.
Тех, кто в нужде не мается,
Всегда живёт лишь весело
Вольготно на Руси.
А  кто же вы?

                           Олег тот час
Назвал своих приятелей,
Дав им характеристику
Такую, что к « герою» их
Всех можно представлять.
Потом добавил горестно:
- Ребята мы степенные,
Сошлись из разных областей:
Из Клина, да из Дракино,
Из Вятчины, Саратова,
С села Новоуродино.
У нас забота есть.
Такая ли заботушка,
Что не даёт возможности
Добраться к дому отчему,
С работой раздружила нас,
Отбила от еды.
Все вместе сговорились мы
Найти, кто жизнью радостен,
Живёт всегда лишь весело –
Вольготно на Руси.

Коль Вы по объявлению,
Петрович, к нам явилися,
Знать Ваша жизнь счастливая.
И мы хотим Вас выслушать,
Чтоб знать наверняка:
Что значит жизнь счастливая
В сегодняшней Россиюшке?
В чём счастье мужика?

Пока Олег беседовал,
На стол, раскинув скатерку,
Ребята тихо молвили
( Чтоб гость не видел чуда их):
- Эй, скатерть самобраная
Попотчуй мужиков!

Тот час же над скатёрочкой,
Как тучки, еле видные,
Огромными кувалдами
Возникли две руки.
Ведро вина поставили,
Наклали белых булочек,
На каждого по палочке
Сложили колбасу.
Грибочков маринованных,
Политых постным маслицем
Поставили в тарелочках
По просьбе братьев Волиных.
Кокосов дали каждому,
Рахат – лукума нежного,
Бананов светло – жёлтеньких.
Для трезвенников фермеров
Поставили чайку.

Исчезли руки. Странники,
Предложив гостю завтрак свой,
Уселись вкруг стола.
Начали речь неспешную
Про жизнь свою грешную,
Про то, как их старанием
Изъезжена Россиюшка,
Но счастья до сих пор ещё
Они всё ж не нашли.
Их всех Василий выслушав,
Сказал: - Вы зря стараетесь.
Поймите меня, братушки,
Ужель вам невдомёк?
Нигде, во всей Россиюшке
Вы не найдёте счастия.
Куда бы вы ни ехали,
Кого бы ни спросили вы,
Всяк скажет, что несчастлив он.
И это вам урок.

Не так искать то надобно
Счастливого мирянина!
Вы не найдёте счастия
Для всех людей единого.
Всяк счастлив лишь по своему,
И то лишь в чём-то мелочном.
А счастие великое –
Народное признание,
Увы, дано не всем!

Вот так, друзья – приятели.
Хотите притчу вольную
О том, как добрый молодец
По миру счастье полное
Без устали искал?
Как испытал на собственной
Он шкуре тяжесть честного
« свободного» труда.
А в результате по миру
С сумой пустой и посохом,
Чуть не пошёл тогда.
Как полюбил красавицу,
У коей милый папенька
Был ново-русский вор.
И как , чуть было, вместе с ним,
Свершив аферу крупную,
Не влип в тюремный двор.
Как  стал предпринимателем,
Как побывал старателем,
Как чуть не умер на меже,
Как стал хозяином судьбе.
Ну, словом, как нашёл себе
Он счастье по душе.

Ребята с удовольствием
Решили гостя выслушать.
( Уже в который раз!)
А гость вина отведовав,
Уселся поудобнее
И начал свой рассказ.

Оффлайн Александр Бортникер

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 16
            ЧАСТЬ    13
Рассказ Василия Петровича.

Просторный зал. С усталым видом
Григорий мыслью облачён.
Недавнюю прогулку с гидом
Довольный вспоминает он,
Как принят, был средь депутатов,
Как  академик -  сам  Арбатов
Приветствовал его в фойе,
С послом французским Де Жувье.
Хотя кривил при этом губы
И, расточая комплименты,
При случае ловил моменты,
Чтоб колкость выдавить сквозь зубы.
Как Жириновским встречен был.
Тьфу! Имя я его забыл.

Пройдя сквозь выборов преграды
И заручившись большинством,
( Врагов газетные тирады
Решимость не убили в нём)
Он представителем народным
Упрямым, умным, благородным,
Вершить дела стал в нашей Думе,
Среди раздоров, в крике, шуме.
Где депутаты всех слоёв,
Скрестившись в битвах пустословий,
Карман лишь банковских сословий
Наполнить могут до краёв.
А чтоб страны в защиту встать,
Так им на это наплевать.

Послушать их, так каждый хочет
Решить проблемы без затей.
Вон, Жириновский, рвёт и мечет
В потугах ярости своей.
Сегодня с « яблоком» он спорит,
« Едросов» завтра всех уморит,
Представив чудненький сюжет,
Как растранжирить гос. бюджет.
Он кровный враг для коммунистов.
Им мстит при случае всегда,
За то, что в ихние года
Не смог достичь вершин лоббистов.
Что вместо дать, он мог лишь брать,
Но, не успел наворовать.

Другой, не мене бойкий малый,
Себя мнит Бонапартом здесь –
Явлинский , « яблочник» удалый
Высказывает перед всеми спесь.
Чтоб скрыть свою глухую тупость,
Порой такую порет глупость,
Что и соратники по « древу»
Не вторят глупому напеву.
Да только, что ему братва!
Упрям он, как осёл афганский.
Готов стать хоть шутом дурацким.
Была бы думская жратва,
Иммунитет на все права,
А там – хоть не расти трава!

Ещё один, внучок Гайдара.
В тени скрываясь словно пёс,
Соавтор смертного удара,
Что деда детищу нанёс.
Визглив и толст боров двуглавый,
Холоп буржуйский и кровавый.
Он жизнь голодную лютую
На всю б страну распространил,
Противников бы всех сгубил,
Продав страну, набил карманы,
Наобещав всем божьей манны.
А сам бы жрал без меры всласть,
Когда бы дали ему власть.

Григорий вспомнил, как однажды,
(Ещё был юным удальцом)
Отстаивая правды жажду,
Подрался с наглым подлецом.
Борясь за правоту закона.
С тех пор, как белая ворона,
Среди подонков всех мастей,
Он рвал себя на сто частей,
Людское горе разделяя.
Он видел беженцев невзгоды,
Бесправьем глохшие заводы,
И защищал их, сам сгорая.
Средь многих неотложных дел
Всегда придти помочь умел.

Он вспомнил, как после учёбы
Искал к безбедной жизни путь.
Иметь большие деньги чтобы,
Пришлось ему перешагнуть
Через неприязнь к буржую,
Плюющему на жизнь чужую.
Закрыть глаза на то, что он
Повсюду нарушал закон.
На то, как тот скрывал доходы,
Налог с продажи не платя,

Как пред полицией кряхтя,
Он всё ссылался на расходы.
Но, компенсируя те платы,
Недодавал он часть зарплаты.

Григорий стал работать в  фирме
С названьем громким « Евро стиль».
В той, что порой в рекламном фильме
« Мечту преобразует в быль».
Стал строить он особняки
На Подмосковье у реки
Где воздух чист и птиц концерты,
И непонятные трансферты
Туда текут изо дня в день.
Кто заказал, кому хоромы,
Кто покупает эти домы?
Сие в густую скрыто тень.
Но, слава Богу, не скучал
Когда зарплату получал!

Порой бывало пачкой тыщи
Давал хозяин за труды.
Григорий стал разборчив в пище
И « колу» пить вместо воды.
Так пролетело год, иль два,
Что оперившись он едва,
Стал думать о своей машине
И о невесте Катерине.
Ему мечталось, что он к дому,
Сидя небрежно за рулём,
Подкатит с девушкой вдвоём
И поведёт к крыльцу родному.
Да только нет, « не суждено
Тому кто с язвой пить вино!»

Пришёл раз как-то на объект
С гурьбой рабочих своей смены,
Их встретил некий там субъект
С людьми из утренней замены.
Велел всем быстро собрать вещи,
Чтоб не было чего похлеще
Им быстро из Москвы убраться.
А чтоб домой могли добраться,
Дал на автобус на билеты.
Трудяги было возмутились,
Но тут амбалы появились.
Пришлось всем сматывать штиблеты,
Крутые изверги пока,
Не наломали им бока.

Пошли к хозяину ребята,
Чтоб выпросить свою зарплату,
Да не дошли. Их два солдата,
На каждого срыгнув по мату
Отправили в известно место,
Сказав, что их хозяин Тестов
Сбежал три дня назад с деньгами:
- так что выпутывайтесь сами.
Нам тоже подлый фанфатил,
Зато, что падлу охраняли
И рекетиров отгоняли,
За месяц мзду не заплатил.
Ну, попадётся этот гад,
Загоним  ……  ему мы в зад!

Домой ни с чем вернулся Гриша.
Надежды прахом. Нет работы.
В доме отца прогнила крыша,
Нужен ремонт. Кругом заботы!
И как буржуя того высечь?
Ведь не додал он триста тысяч!
А тут ещё болеет мать.
Где деньги на лекарства брать?
Другим его проблемы чужды.
Все сбереженья на машину
И на невесту Катерину
Пришлось пустить на эти нужды.
Что в пору самому пешком
Идти с сумой да посошком.

Но тут вмешалась Катерина,
Предложив Грише у отца
Стать шофером. Ну а машина
Его уж ждёт у их крыльца.
Григорий вновь воспрянул духом.
Её отец, судя по слухам,
Преуспевающий делец.
И есть возможность, наконец,
Наладить собственное дело.
Допустим, овощи растить,
Иль, скажем, мебель мастерить.
С деньгами можно браться смело.
Лишь бы помог на место сесть
Потенциальный Гришин тесть.

Случилось так, что  Гриша вскоре
В делах у тестя стал своим.
Никто не мог перечить в споре,
Когда вопрос решался с ним.
Серьёзное бывало дело
Так проворачивал умело,
Чтоб даже в случае запроса
Не подточил комар и носа.
Не раз налоговый фискал
Доход сокрытый всё искал.
И потрудился в том не мало,
Но всякий раз, свой кейс забравши
Он шёл не солоно хлебавши.
И вот Григорий наш женился,
Стал жить у тестя примаком.
Характером остепенился.
В двадцатых слыл бы кулаком,
Теперь же гордо коммерсантом
С умом, недюжинным талантом,
Соседи стали называть.
Да и пора уж было стать!
Похоронив мать и отца,
Помог сестре своей и брату.
Но чужд стяжательству и злату
Избёг он славы подлеца.
Увы, беда одна не ходит,
Всегда другую следом водит!

Однажды тесть ему предложил,
Взяв в банке крупненький кредит,
( А под кредит свой дом заложил)
Свершить с машинами кульбит:
Взять за бесценок некомплектно,
С завода вывезти секретно,
Дав генеральному « лимон»,
Чтоб подписал бумаги он.
Затем машины эти сплавить
Чуть меньше рыночной цены,
Вернуть в банк деньги, что даны,
Навар же весь себе оставить,
Налог в казну себе присвоить.
И тем свой капитал удвоить.

Но тут Григорий отказался
Творить подобные дела.
А Катька Гришу доняла,
Трусливостью его пеняя
И алчностью своей терзая.
Так что в конце- концов он сник,
Поняв в семье своей тупик.
Да тут ещё и тесть попался,
Свершив аферу неумело.
И при расследованьи дела
От страха он во всём сознался.
Потугов мысленных не тратя,
Свалил вину свою на зятя.
Потом в суде разобрались.
И виноватому до рога,
Делишки тестю отлились
В огромный штраф взамен налога.

Тесть это Грише не простил
И появляться запретил
В дому своём. А в завершенье
Жена ему своё презренье
Взамен любви преподнесла.
И вскорости, уйдя к другому,
Деляге бойкому, крутому,
Свой скарб туда перевезла.
А Гриша лиха напившись досыта,
Предстал вновь у разбитого корыта.

Григорий мой венец печальный
Безропотно принял, как должно.
Недолго думая, в путь дальний
Пустился он неосторожно,
В надежде птицу-жар поймать
И вновь счастливым в жизни стать.
Узнав, что на приисках где-то,
До сотни тысяч делают за лето,
Лишь только не ленись, копай.
Чем больше ты намоешь злата,
Тем больше будет и зарплата,
И деньги чохом получай.
Хоть взвоешь ты к зиме шакалом,
Зато вернёшься с капиталом.

Круты Амги скалистой берега,
Выматывает душу гнус таёжный.
Вокруг безмолвная на сотни вёрст тайга
Да шум кедровника тревожный.
То зноем пышет летний небосвод,
То вдруг из туч снежинок хоровод.
Но каждый день нещадного труда
Несла ему таёжная вода
Крупинки золота. И к летнему концу,
Сбираясь в дальний путь обратный,
Что за сезон добыл трудом он ратным,
Продал он скупщику юнцу.
В одеждах золото и деньги затая,
Отправился он в тёплые края.

Уж, коль тебя судьба лихая
Испытывает всякий раз,
Не отогнать беду, рукой махая,
Повсюду тебя сыщет чёрный глаз.
Хоть как крутись, но час придёт
И слава, иль печаль тебя найдёт.
Примеров этому мы знаем много.
И вот таёжную берлогу
Оставил Гриша для других,
Кто чёрною нуждой томится,
Но стать богатым всё ж  стремится,
Чтоб быть подальше от нагих.
И хоть не в золоте купаться,
Но и за хлебом не гоняться.

Амга – Якутск – Калуга – Тверь.
Под перестук колёс вагона
Григорий думал, что теперь
Не быть пустого перегона
В судьбе дальнейшей у него,
И он добьётся своего.
Невзгодам всем наперекор
Осуществит свой приговор.
Он осознал, что никогда
Быть в одиночестве счастливым,
И быть к чужой беде терпимым
Не сможет боле. И тогда,
В свои неполных тридцать лет,
Добиться власти дал обет.

Но вот и дом. Пустынен двор,
Когда-то полный шума, гама.
Не слышен бабий разговор
И не встречает его мама,
Как прежде, нежной теплотой.
Отец с душевной простотой
Уж не обмолвится с ним словом
О жизни, о событьи новом.
Соседи все обзавелись
Стальными мощными дверями.
И окна мелкими кудрями
В стальной узор переплелись.
Как будто каждый в беспредел
В тюрьме укрыться захотел.

За месяц жизни одинокой
Григорий потерял покой.
То дров наколет черноокой,
То деда выручит с клюкой.
Предприниматели к нему
Учиться часто шли уму.
И даже местные « крутые»
Его признали. Лишь пустые
Умом и сердцем дураки
Не в силах были то понять,
Как можно  жить - не воровать.
Но им и жить-то не с руки.
Весь свой неугомонный нрав
Он посвятил защите прав.

Вступив в движенье патриотов,
Он быстро понял, что средь них
Полно различных доброхотов
К народным чаяньям глухих.
Одни пекутся лишь о старых,
Другие – о заботах малых.
Крестьянин, о земле радеет,
Купец, торговлею болеет.
И каждый областной царёк
У президентских мудрецов –
Власть предержащих подлецов
Стремится выклянчить паёк.

Но каждый мнит себе во грех,
Что он патриотичней  всех.
Но вот и выборы в Гос. Думу
Пришла пора уж проводить.
А в грабеже, в развале, шуме,
Всяк норовит верховодить.
И, как поганки в затхлой гнили,
Партийки всякие завыли.
Борцами с бедствием народа
Себя суют подонки рода.
Все зазывают к себе в сети.
И коммунистов всякий раз
Лягнуть стремятся напоказ.
В расчёте, что средь простаков
Найдётся много дураков.

В одномандатный округ свой
Пошёл Григорий кандидатом,
И окунулся с головой
В борьбу за званье депутата.
Собрал он подписи сполна.
И вознесла  его волна
Людского горя и страданья
На лоно Думского Собранья.
Своей любовью и трудом,
Снискав доверие народа,
Он волей  пашни и завода
Вошёл посланцем в Думский Дом,
Чтоб честью, совестью и головой
Народ мог защитить он свой.

Теперь Григорий на трибуне
Пред всем народом говорит.
Поднял всё то, что было втуне,
Законы нужные творит.
Ничто не скроется от взора
Его пытливого ума:
Ни тысяче страничные тома,
Ни таинство чужого разговора.
Во всё он вникнуть норовит.
За всё душа его болит:
За стон российского КАМАЗа,
И бедствия людей Кавказа.
И в чём бы ни были причины эти,
Себя считал за них в ответе.

И  понял Гриша, что ему
Счастливая досталась доля.
Добился дела по уму
И путь его – народа воля!
Он понял значимость для трудовых людей
Всю суть коммунистических идей.
И с той поры себя он посвятил
Борьбе за то, что сам в себе растил:
Стремленье к правде, совести и чести,
К стяжательству и подлости презренье,
В любом труде постичь уменье
Без услуженья, поклонения и лести.
И стал счастливым, Господу в угоду,
Он искренним служением народу!
                         ***

- Ну, вот и всё, любезные.
Не знаю уж, сумел ли я
Вам угодить беседою.
Но я надеюсь, поняли
Вы притчу эту вольную
О том, что счастье полное
Увы, не всем дано.
Однако, тем не менее
Есть люди, что счастливыми
Себя считают искренно
Когда в чём- либо мелочном
Находят утешение
Обычным удовольствием.
Похожее на счастие
Им кажется оно.
Засим не обессудьте вы.
Пора мне и откланяться.
              ***                     
Ребята гостя ласково,
Попотчевав внушительно
Всем, чем снабдила скатерка,
Пошли все провожать.
Расходы, как обещано,
За транспорт и гостиницу
С лихвой вернули странники,
И, попрощавшись, руку все
Василия Петровича
Всем парням захотелося
По-мужески пожать.

На этом и рассталися.

             ЧАСТЬ  14       
                   ЭПИЛОГ               
 Вот , много ли,коротко ли
По Богом данной милости
Ребята куролесили
По всем Российским вотчинам.
Пропили  « FORD- ик старенький.
Распалась шайка  дружная.
Всяк укатил в родительский
Родимый уголок.

Судьба для всех по-разному
Была им уготована.

Иван из села Дракино
Новогородской области,
Служить в Чечню направился
И сгинул паренёк.

В Клину, Московской области,
Найдя подругу милую,
Себе гнездо семейное,
Под крылышком родителей,
Восславив отчий край,
Построил над широкою
« Сестрой» уютной, медленной,
С песчаными откосами
И  ласковыми плёсами,
Упрямый Николай.

Судьба своей суровостью
Не пощадила Волиных.
Вятчина их родимая
Не дождалась ребятушек,
Засох дворовый клён.
Среди «крутых», безудержных
К наживе и беспамятству,
В разборке за влияние
На рынках Подмосковии
Сложил главу Семён.

А брат решил достаточек
Добыть себе коммерцией.
Кредит с процентом кругленьким
Взял в банке. Понадеялся
Продать с большою выгодой
Ткань « мокрый трикотин».
Купил его в Японии.
Но тут дефолт финансовый
В рублёвом исчислении,
Цена взлетела доллара.
От полной безысходности
Покончил Константин.

Петро, сыночек старшенький
Саратовского пьяницы,
Ушёл в путину рыбную
На иностранном сейнере,
На Тихий океан.
Да после года странствия,
Пропившись окончательно,
Нашёл себе пристанище
Рабом араба бойкого.
Попал Петро в Оман.

Лишь земляки - приятели,
Сыны дородных фермеров,
Вернувшись в свои вотчины,
В село Новоуродино
Решили отдохнуть.
По уговору общему
Забрали с собой скатерку
Себе для дела общего.
И с помощью скатёрочки
Делишки провернуть.

Олег и Влад раз вечером,
Скрываясь от родителей,
Пришли на берег озера
С курчавой травкой сочною
И сели под кусток.
Расправили скатёрочку,
Чтоб попросить поподчевать,
Но рядом на пригорочке
Возник вдруг старый дедушка
С аршинный лишь росток.
Возник и на приятелей
Стал двигаться уверенно,
Так тихо, словно воздухом
Его несло по травушке
Так, что не виден след.

Прошёл он по скатёрочке
И вдруг стал вновь невидимым.
Ребята с удивлением
Глядят на травку сочную,
А скатерки-то нет!
Олег вскочил и Влад вскочил,
Стоят и озираются.
Куда девалась скатерка
Понять они стараются.
И в это время пеночку
Услышали опять:
- Чего вы, парни, ищете?
Скатёрка послужила вам
Покуда вы по совести
Счастливого в Россиюшке
Изволили искать .
Вы не нашли счастливого,
И значит этой скатерки
Вам больше не видать!
Идите на подворье вы,
Трудитесь сколько можете,
Своих взрастите детушек
Покуда не представитесь
Пред Господом своим.
Засим прощайте!...
                                      Пеночка
Чивикнула, подпрыгнула,
Взмахнув крылами лёгкими,
Запела свою песенку
И скрылась в синеве!
                                      Конец.

Бортникер  А.Д.  2005 – 2010 гг.

Меч Правосудия

  • Гость
Уважаемый Александр, для того, чтобы продолжить новые главы поэмы, не надо было создавать новую тему, а нужно нажать на ОТВЕТ (отмечено красной галочкой на картинке) в теме "Александр Бортникер - Боль за Россию" - http://forum.17marta.ru/index.php/topic,10766.0.html:

http://firepic.org/images/2015-03/18/whj4v29aen3f.jpg height=230

Новая тема создаётся в том случае, если Вы хотите опубликовать другую поэму.

Оффлайн Александр Бортникер

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 16
Уважаемый "Меч Правосудия", прошу меня извинить, но в виду слабости владения компьютером, я, при размещении своей поэмы "Кому на Руси жить хорошо" допустил повтор части 13 и до конца. Сам я так и не понял, как убрать этот повтор и потому прошу Вас убрать его.

Меч Правосудия

  • Гость
Уважаемый Александр, повтор удалён. Время редактирования сообщений у всех пользователей форума ограничено один часом, если вы не успеваете вложиться в это время, то нужно обратиться к модератору раздела или администратору.

В отведённое Правилами форума время удалить своё сообщение можно следующим образом, нажав на крестик со словом УДАЛИТЬ, на картинке отмечено красной галочкой:

http://firepic.org/images/2015-03/18/u1ermpdiowti.jpg height=131 height=131 height=136