Автор Тема: Эмиграция  (Прочитано 3770 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Онлайн vasily ivanov

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 7835
Эмиграция
« : 28/01/11 , 18:06:24 »
Письмо из Канады

Возвращение в Киевскую Русь

В январе 2011 года в редакцию газеты «Киевская Русь сегодня» пришло письмо из Канады из города Ванкувера от Юрия Авдиева, в котором выражалась тревога за судьбу Евразийского Отечества  и предлагались пути взаимодействия.
В переписке между Санкт-Петербургом и Ванкувером мы нашли  общие точки соприкосновения, в том числе по вопросам о необходимости объединения славян и других коренных народов на территории бывшего СССР в Единую культурную общность.
Взгляды далёкого канадского земляка мне показались очень интересными.  Но переписка – это факт личного роста, не более, поэтому я попросил Юрия выразить свои взгляды в виде статьи для публикации их в газете и на сайте Международного союза общественных объединений «Киевская Русь» для ознакомления широкого круга наших читателей.
Статья под названием «Возвращение в Киевскую Русь» получилась, на мой взгляд, очень интересной и актуальной. К тому же, как сообщил нам Юрий Авдиев, он со своими единомышленниками 11 января 2011 года юридически оформил общественную организацию под названием "Russian Multicultural  Society of British Cjlumbia" - Русское Многонациональное Сообщество Британской Колумбии.
Материал Юрия Авдиева во многом меняет сложившиеся представления о Канаде.

Главный редактор газеты «Киевская Русь сегодня» Сергей Лисовский

Наш отъезд в Канаду казался нам чем-то обыденным, не выбивающимся из ряда наших повседневных насыщенных делами бизнеса будней. Собирались так, как будто бы ехали в очередную турпоездку по теплым странам или в бизнес-командировку – никаких особых терзаний или сомнений не было. Вот только помню, что уезжать мне не хотелось почему-то: что-то немного тревожило, где-то там - глубоко в подсознании. Уже гораздо позже, по приезду в Ванкувер, месяц на шестой стало проявляться то, что теперь уже можно определить даже не ностальгией – это тоска по Родине.
О таком явлении, которое называется непонятным словом «эмиграция» много написано, да и я, как и каждый, мог бы что-то добавить из своих ощущений, рассказать о том, как начал понимать, что за поступок я совершил, покидая Родину, оставляя свой выстраданный, поднятый на собственных жилах безнес, который с 2000 по 2007 годы мы с женой растили, как капризное, но любимое растение. Но это песня о другом. Я же расскажу, что меня поразило, потрясло в таком явлении, как «русскоязычная эмиграция».
С самого первого дня, после может быть короткого очарования Ванкувером, находящемся на самом побережье западного, тихоокеанского края Канады - городом, цветущим огромными розовыми цветами рододендрона и японской вишни, пахнущим океаном, гордящимся своими заснеженными вершинами невысоких, но совсем близких гор - мы стали присматриваться к людям и прислушиваться к их речи, в которой слышались языки и наречия, которых мы никогда не слышали. В Ванкувере много китайцев, индийцев, иранцев – их речь была нам непривычна и мы с интересом слушали мелодику необычных для нас языков. Периодически мы улавливали знакомые напевы славянских языков, из которых наш слух сразу же выхватывал родную русскую речь в звучании различных наречий и говоров – южных, уральских, северных, сибирских, азиатских и любых других, которые нам были милы и дороги - самые разные, как цвета одного большого мелодичного колейдоскопа. Мы с радостью и даже без какого бы то ни было стеснения, стараясь быть ненавязчивыми, вступали в разговор с людьми, говорящими по-русски, надеясь увидеть в глазах наших «русских» людей ответную приветливость.
Иногда мы получали ответный приветственный импульс, такой же теплый, как и наша надежда, и тогда у нас завязывался хороший, добрый разговор. Но чаще в ответ мы получали сдержанное, иногда недоуменное, казавшееся холодным и чужим, но всё же приветствие, заканчивающееся несколькими словами.
Иногда был и просто вежливый игнор, после чего никакого дальнейшего диалога быть не могло. Мы долго, очень долго потом пытались понять такое поведение наших бывших «соотечественников», пока многое не стало проявляться само-собой, со временем.
Эмиграция, вышедшая из бывшего СССР и говорящая в основном по-русски – это крайне разношерстная группа людей, которые в большинстве своём осознанно, в отличие от меня, покинули «страну исхода», как они не преминут назвать, и часто имеющие в своём сознании какие-либо претензии к своей «бывшей родине».
Люди делят себя здесь в основном по времени приезда в Канаду, и месту, откуда уехали, некоторые проходят через другие страны эмиграции - Израиль, например. Есть самая ранняя волна эмиграции, вернее их потомки – духоборцы, которые прибыли в Канаду еще в 19 веке, спасаясь от преследования Правоверных христиан в России за свои протестанские религиозные идеи. Эти люди, часто совершенно далекие от современной России и Украины, в большинстве своём сохранили русский язык, хорошо понимают и говорят на том давнем русском языке 19 века, и это совершенно поразительно. Уважение к таким людям просто безусловное, даже, несмотря на то, что встретить их в Ванкувере очень сложно - они живут в основном на границе провинций Британская Колумбия и Альберта. Другая эмиграция, «харбинская» или «белая» - это потомки тех, кто потерял свою Русскую Родину в результате Гражданской войны начала 20 века – они тоже сохранили во многом свою «русскость» вместе с прекрасным языком, который неуловимым образом отличается от нашего своей мелодичностью и правильностью, которая в нашем языке уже встречается редко или никогда.
Еще одна волна эмиграции – «коммунисты», как их называют «белые» за то, что во время Великой Отечественной войны они помогали СССР всем, чем могли, да и потом тоже старались поддерживать контакты с СССР вплоть до его развала - «трудовая эмиграция» конца 20 – начала 30-х годов – это те, которые уезжали от коллективизации и индустриализации сталинского периода  - эти люди, в основном из рабочих и крестьян, русский язык здесь звучит не часто.
Следующая волна эмиграции – «брежневская». Это, в основном, люди, выехавшие по «еврейской линии» - они помнят русский язык, многие говорят на иврите, поскольку сначала эмигрировали в Израиль. Среди них есть люди разные – те, кто хорошо относятся к русским и те, кто хорошо относятся к израильтянам. И «красные» и «белые» помогали «брежневцам» подыматься, но не получив взаимной отдачи, прекратили помогать не только им, но и всем последующим эмигрантам, замкнувшись в себе, и теперь пробиться к ним со своей «русскостью» последующим приезжим «соотечественникам» совсем непросто: они пускают к себе в общение крайне редко – в основном игнорируют.
Далее идет «ельцинская» волна эмигрантов 90-х годов – это те, кто выехал из бывшего СССР в период первоначального накопления капитала – это люди, приехавшие, в основном, с деньгами, и на общение с «обычными» «русскоязычными» их «развести» сложно. Эти ребята, если так можно сказать, дети периода «первичного накопления капиталла», когда деньги  стали божеством...
«Новая» волна эмиграции - первых годов нового столетия - это люди разные и наименее обиженные на свою Родину, выехавшие из стран бывшего СССР в основном по мотивам экономическим или безобидно-авантюристическим, как мы, например. Даже, несмотря, на то, что в странах бСССР дела обстоят далеко не наилучшим образом из-за, в основном, отсутствия всяческой вразумительной политики – экономической, национальной, межнациональной и пр. – эти люди уже больше склонны сами конструировать свою жизнь и имеют такой опыт, из-за чего менее склонны все свои беды сваливать на кого-нибудь – пусть даже на свою «прежнюю родину».
Настало время уделить внимание совершенно отдельному слою эмигрантов с территории бывшего СССР – это «украинская» эмиграция. Я не большой знаток этой эмиграции, поскольку она тоже неоднородна, но я имею ввиду именно «западэнскую» эмиграцию, которая никаким образом себя не ассоциирует ни с русскими, ни, кажется, со славянами. По-русски они стараются не говорить и никак не участвуют в делах даже «русскоязычных» людей, (как, например, иудейская коммюнити, которая никогда не прочь побыть «русскоязычными» в целях продвижения своих бизнесов, продать какой-нить товарчик) принципиально не участвуют.
Что же такое «украинская» община и почему она так себя позиционирует? «Что это такое», я вряд ли смогу описать, хотя к их чести, они здесь не бедствуют, имеют хорошие, ухоженные церкви и культурные центры и сохраняют свою «украинскую» культуру, как могут. Хотя, по рассказам людей, имеющих доступ в эти центры общения, в их среде никакого единства нет и проблемы общения такие же, как и у всех других, кто ощутил на себе последствия развала некогда сильного государства – СССР. Но вот попробовать понять, что за идея движет людьми, отгораживающими себя от «русских» со всей решительностью убежденных людей, можно попытаться.
Ничего особенного, отличающегося от общей идеи, разделившей некогда единый народ Киевской Руси на «русских» и «украинцев», нет, но здесь она живет во всей своей красе и определяет себя совершенно четко: «украинец» - это не «русский» и уж тем более - не «москаль».
Стоит только вспомнить историю возникновения и развития понятий «Украина», как становится понятным, что она связана теснейшим образом с историей Речи Посполитой, Австро-Венгерской империи и общими усилиями государств Западной Европы на отделение некогда Киевской Руси от Российской империи и разделение единого славяно-русского пространства на отдельные, желательно воюющие части. Вся история Киевской Руси, начиная от великого князя Святослава, Владимира-Крестителя, через Литовское Княжество, Речь Посполитую, Запорожскую Сечь, Гетьманщину шла к Переяславской раде 1654 года, когда Богдан Хмельницкий принял подданство Русского царства. Тогда же было заложено и гражданское противостояние между сторонниками «российской» и «украинской» ориентации, из которого возникала Руина – гражданская война в Гетьманщине в рамках Русско-Польской войны 1654-1667 годов. Далее, это противостояние возникает уже на новом витке и уровне во время Первой мировой войны, когда Австро-Венгры, с одной стороны подвергают репрессиям галицких русинов, а с друглой – всячески буддируют «про-украинские» настроения среди русинов в захваченных землях Галиции. И уже по окончании Первой мировой войны, с Февральской и Октябрьской революциями и последующей Гражданской войной на территории «Малой Руси», понятие и идеология «украинства», рожденная как идеология «западэнства», тяготения к Западу - от Руси, стала существовать как посттравматический синдром Первой мировой войны, практически разделив русский многородный народ Киевской Руси на «русских» - стремящихся в Русь и «украинцев» - стремящихся в Европу. А теперь представьте себе современость – ничего не напоминает?
Казалось бы, спор этот носит чисто идеологический характер, но это совсем не так: если у «украинцев» основной мотив идеологический и возник он со времен активных попыток поляков, литовцев и австро-венгров присоединить киево-русские земли к своим государствам во времена их формирования, то русский дух и культура для Киевской Руси – дело не идеологии, а исконного Прошлого.
Что это означает для Киевской Руси сегодня и для последователей таких установок? – только то, что они есть и каждый будет придерживаться того, что ему ближе и дороже. А поскольку спор этот мировоззренческий, то и решать его можно только с учетом не сиюминутных, текущих интересов, которые, как мы видим, меняются по сто раз за век, а на основе фундаментальных установок Прошлого, говорящих о том, что начиная со времен «антов» и «склавинов» это земли русские, славянские. Если же вспомнить, что начиная с XII века киевские русичи переселяются на север во владимиро-суздальские земли и под предводительством Юрия Долгорукого великое княжение в 1169 г. из Киева переходит во Владимир, куда переезжает и метрополит киевский. Это говорит и о том, что «москалей» с «киевлянами» роднит не просто «общее Прошлое»: мы гораздо ближе - мы родня. Но если есть желание взглянуть еще глубже, во времена каганата, гуннов, готов, или еще глубже, когда эти земли были под властью сарматов, скифов, киммерийцев, то мы вынуждены признать, что осознание себя как оседлого народа-хозяина этих земель приходится именно на времена славяно-руссов, но никак не «украинцев».
Теперь, немного вспомнив наше общее Прошлое, я с уверенностью могу предположить, что «украинцы» - это заблудившиеся в идеологии и интересах, «русские» люди, которым пора уже вспомнить свою родословную и вернуться в семью русских-славянских родов и племен, пусть даже со своей вечной тягой на Запад, в котором они уже живут здесь, в Канаде. Ну, а тем же, кто уже не считает себя «русскими», но с некоторых пор идеологическими «украинцами», у тех своя дорога - вдаль от русских земель, в искусственно созданные мечты об «Украине», которая всегда в контрах с «Русью».
   Что же такое, кто же такие «Украинцы» на «Украине»? С одной стороны, для меня - это русские люди, живущие на территории русского государства под нынешним названием, с другой - это только слова, олицетворяющие пару-тройку-вековой идеологической агрессии на территории Киевской Руси со стороны центров власти западнее с целью расчленения нашего единого духовно-ментального пространства, за которым совсем просто нас стереть с лица земли как народ, физически. Мы не нужны другим центрам власти как культура - мы это видим повсеместно как на примерах завоевания других пространств - Америки, Австралии, Африки и пр. - так и на нашем собственном примере: то, что и как происходит на нашей территории в смысле расчленения единого государства, его разворовывания, генерирования внутренних конфликтов, травли через СМИ, наркоту, алкоголь и пр., говорит нам, мыслящим людям о многом.
   Наше спасение в возрождении нашей общей единой и столь разнообразной исконной русской многородной Культуры Великих земель ЕврАзии (чтобы не использовать слово "цивилизация", как чуждое и не отражающее сути нашего Мира). К тому же, в «западэнской» идеологии древняя Киевская Русь всего лишь «окраина» чего-то, что несправедливо к ее величественному статусу «матери Земли Русской».
   Мы - русские люди, многородный русский-славянский-тартарский народ.

   Юрий Авдиев,
   Канада, Ванкувер, ВС, 12 января 2011 г.

Оффлайн Vuntean

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 7124
Re: Эмиграция
« Ответ #1 : 10/10/11 , 14:17:17 »
Настоящие русские. Аляска, наше время
10-Окт-2011 12:57 pm


Ирина, Ульяна, Лукия, Феонилла и Анастасия – старообрядческая семья из Николаевска

На карте, однако, деревни нет. Но дорога, только в нее и ведущая по еловым лесам, нарисована - не заблудишься. Я был в деревеньке два раза - зимой и летом. Среди домов - почти игрушечная церковка с луковицей, прямоугольник школы, "тарелка" антенны у почты. Дома глядятся иначе, чем в старых русских деревнях, обиты тесом, покрашены - американская технология. Но что-то наше родное, российское есть в деревне. Валяется бочка рядом с дорогой, перекошен наполовину сломанный забор. И это все не от бедности. Деревня в этих лесах, как крепкий здоровый орешек, - у каждого дома автомобиль, а то и два. Российская привычка к простору, небрежность и беззаботность - "сойдет и так". Характер! Куда его денешь. Характер, привычки, уклад бытия человек сохраняет и носит с собой, как черепаха панцирь. Тут же случай особый - староверческая община!




Человек из Москвы

- Здравствуйте!

- Здравствуйте, здравствуйте. Откеля будете?.. Из Москвы... Вот оно как...

- Кума Анисья! - обращается мой спутник к женщине в ярко вышитом сарафане, ведущей двух девочек в длинных, не фабричного шитья платьицах. - Человек-то издалека, из Москвы... У Анисьи удивления нет.

- Штой-то к нам народ зачастил, - отвечает она, с любопытством разглядывая гостя.

Улавливаю во взгляде хорошо знакомую по сибирским староверческим селам настороженность к пришлому...

Конец субботнего дня. Деревня курится банями. Звонит "к вечерне" церковный колокол. Мужчины встречные - бородаты, ребятишки - кто в подпоясанных расшитых рубашках, кто в кафтанах до пяток. На мотоцикле сидящего в таком кафтане видеть особенно непривычно. Рыжебородый дьякон проехал к церкви в автомобиле. Старушка вся в черном, опираясь на палку, идет. Речь кругом русская, хотя так же, как и одежда, отличается от того, что слышишь сегодня в нашей деревне.




Первый работник - поп

Первым, с кем я тут познакомился, был поп. Он в общине лицо не просто духовное, он лидер во всех житейских делах - первый работник, блюститель нравственности, первый советчик во всем. Руку мне подал среднего роста человек в шляпе, из-под которой на рясу ниспадали рыжеватые волосы.

- Фефелов Кондратий Сазонтьевич. А это - матушка Ирина Карповна. И сын - одиннадцатое по счету дите. Наверное, уже последышек? - батюшка весело подмигнул матушке.

Я, признаться, не сразу поверил, что у этих двух еще моложавых людей был такой выводок детворы.

В первую встречу зимой мы снимались около церкви, сходили в школу, отведали матушкиных блинов... Летом я увидел попа сидящим за рычагами бульдозера. Так же ловко он водит грузовичок. Я видел его среди плотников с топором, видел стоящим в рубке рыболовного судна - рыбак, штурман и капитан. Слушал его заутреню. Он был то в рыжем подранном свитере, то в рясе. Никакой сановитости, прост, приветлив, умен.

Прошлись мы с Кондратием Сазонтьевичем по деревне, сходили на холм, откуда Николаевск выглядит горсткой домов, кинутых в синь еловых лесов. Никаких следов человека, только чистая змейка дороги.

- В 1967 году трое наших приехали сюда оглядеться. И это место облюбовали - уединение для нас подходящее, вода родниковая самотеком течет. Купили у штата Аляски за четырнадцать тысяч квадратную милю земли. И через год застучали тут топоры...

Кондратий Сазонтьевич на русской земле стоял лишь недавно, съездив в Москву. Родился же, как и все старшее поколение нынешних николаевцев, где-то вблизи Харбина. Тут родители его все начинали с нуля - поставили хибарку, скопили денег на лошадь...

И случилась очередная ломка! Пришедшая в 45-м году наша армия в "кержацкие" села принесла горе. Эту пору Кондратий Сазонтьевич хорошо помнит: "Кулаки, беглецы! Э, как живут!" Уводили у нас коров, лошадей. Самое страшное - забрали отцов. Незаконно-де границу перешли в двадцатых годах...Куда кто делся, не знаем". Хозяевами в семьях остались вчерашние подростки. На их плечи легла забота о матерях, младших братьях и сестрах.

"А в 50-х годах - напасти с другой стороны. В Китае к власти пришли коммунисты. Нам сказали, проживание нежелательно, уезжайте, куда хотите". Куда уезжать? Похлопотала Организация Объединенных Наций о "кержаках". Уговорила принять их страны Южной Америки - Аргентину, Бразилию, Парагвай, Чили. Каково было русскому бородачу ехать в какой-то неведомый Парагвай! А что делать? "Приезжали советские агитаторы: давайте домой, поселим на целине. Кое-кто согласился, но очень немногие - хорошо помнили, как уводили отцов..."

В огромной массе переселенцы сбились в Гонконге. Возникли неизбежные в этих делах задержки, неувязки. В громадном перенаселенном городе не было места для бородатых крестьян, привыкших иметь дело с землей, озабоченных судьбою детей и веры.

Их все-таки переправили за океан - кого в Аргентину, кого в Парагвай. Большинство же - несколько тысяч - попали в Бразилию. И тут русаки опять же вцепились в землю. Опять пришлось начинать все с нуля.

И пришел час, сбросились в шапку, да получив еще помощь от "толстовского фонда", послали переселенцы ходоков в Вашингтон. И те преуспели, привезли разрешение переселиться в штат Орегон. И стали семья за семьей уезжать из Бразилии. Но и тут не всем староверам жизнь пришлась по душе. Увидели: дети врастают в чужую жизнь, поддаются влияниям и соблазнам, "вера теряла крепость". Тут и бросили взгляд на Аляску. Может, спасемся там?



Все - родня

Деревню поставили скоро - за год. Рубили дома, били дорогу, завели огороды и пашню. Шестьдесят семей - четыреста человек - сюда собрались. Первым среди них был Кондратий Сазонтьевич с семейством, другие - Фефеловы, Мартишовы, Реутовы, Якушкины. Тут все - родня.

Начали с раскорчевки тайги. Построили лесопилку. И сразу принялись за дома. Почувствовали: Аляска - это как раз то, что надо, - "зимы много", и здешней природе нужны люди выносливые, неприхотливые. "Первый год работали по пятнадцать часов. Отрывались только на сон". Обращение к земле показало: растет тут все - ячмень, овес, картофель, горох, всякий овощ. Однако кормиться тут лучше не от земли, а от воды. Мужики, "покумекав", стали ездить на фабричку, изготовлявшую рыболовные катера. Дело требовало умения. Стали терпеливо учиться. Потом образовали маленькую компанию. За огородами в Николаевске соорудили крытую верфь. И пошли в гору.

Суденышки "лепят", или, точнее сказать, "отливают", из стекловолокна и смолы. Я был на верфи, видел остро пахнувший корпус очередного судна и видел потом в рыболовном порту эти невеликих размеров, но годные для плавания в океане посудины. Оснастка, отделка - по высшему классу: рубка, камбуз, каюта для сна, холодильник для рыбы. Мотор у катера - шестьсот сил. Навигационная техника - самая современная. Четыре радиостанции: для разговоров с портом, со спасательной службой и специально с домом. Одна из систем позволяет "автопилотом" выходить прямо на оставленный в море буй. Спрос на эти ставшие именоваться "русскими" катера постоянный, "сколько сделаем, столько и продадим". Мотор и оснастка, разумеется, покупные. Это все стоит более трети общей цены катера. А за все готовое судно берут николаевцы сто пятьдесят тысяч долларов. Делают в год тринадцать - пятнадцать посудин. И всего на Аляске ловят рыбу более сотни николаевских катеров. Доходное дело их строить.



Рыбный день

Однако, приглядевшись как следует к жизни, амурские мужики поняли: еще более доходное дело - ходить за рыбой. Стали учиться, помогая друг другу. И дело пошло не хуже, чем у самых опытных рыбаков, промышляющих в этом краю. Появилось даже некое превосходство, американцев называют насмешливо - "шоколадниками". На промысел ходят далеко в океан, аж до самой Японии. Ловят лососей и палтуса. Выход в море (четыре дня хода, день - лова) может дать сразу восемнадцать-двадцать тысяч долларов. Игра стоит свеч. Правда, можно и пролететь, прогореть: в рыболовстве не последнее дело - удача. Но уже много построенных катеров куплено самими николаевцами. Я их видел в рыболовном порту, по названиям отличал: "Русак", "Орел", "Гусь", "Волга", "Кавказ"...

Доходы сейчас же сказались на образе жизни. Лошадей, скотину и огороды забросили, даже кур перестали держать. В каждом доме - автомобиль, а то и два. Садится Акулина или Аксинья в своем староверческом сарафане за руль и едет в прибрежный Хомер, покупает там все, что надо для стола и хозяйства.

Все в этой деревне, в этой общине держится на прилежном труде. Женщины, как наседки, - с детьми, мужики - постоянно в делах. К труду, к возможности заработать приучают с малого возраста.



Воскресный день у николаевцев

Поближе с житьем-бытьем николаевцев я познакомился в доме Кулигиных. День был воскресный. Все были в сборе. Накрыт был стол. В семье двенадцать детей. Старшему - двадцать один, младшему - одиннадцать. Имена: Анна, Улита, Люба, Стахея, Алексей, Марина, Корнелий, Давид, Маврикий, Олимпиада и самый младший, общий любимец, веселый веснушчатый Поликуша, по-взрослому- Поликарп.

Хозяйка дома одета в просторный, зеленого цвета праздничный сарафан. Муж, Анисим Стафеевич, сел за стол в вышитой красной рубахе. Обоим за пятьдесят. Поженились двадцати лет в Бразилии. И тяжкий путь общины от Приморья сюда, на Аляску, - это и путь Кулигиных. Их родители на Амуре жили в деревне Каменка. В Китае деревенька называлась Романовка. О том, что было в Романовке в 45-м, Анисим говорит одним словом: "Злодейство!"

Сюда, на Аляску, Кулигины прибыли с шестью ребятишками.

- Восемь месяцев жили в палатке, пока рубили избу. Снег выпал. Сердце заходится, как вспомнишь, что пережили...

Кормил семью Анисим плотницким делом. Работа эта нужна на Аляске везде - хорошему плотнику платят тридцать долларов в час. И семья быстро поднялась на ноги - стали помогать подраставшие дети. Дом Кулигиных не лучше, но и не хуже других. Анисим провел меня по комнатам с сундуками и зеркалами, по сеням и кладовкам, где стояли соленья, варенья, ящики с лимонадом, грушами и бананами. Соломея Григорьевна с гордостью показала свой огород - единственный в деревне, где растет все, что тут может расти. Держат Кулигины и корову. Для ребятишек - "чтобы не отвыкали" - держат лошадь, кажется, единственную теперь в деревне, и с теми же воспитательными целями - "чтобы поспевали за жизнью" - завели трактор. Держат в доме винтовку и два пистолета. С оружием возятся старшие сыновья. Анисим, промышлявший ранее зверя, тут к охоте поохладел, разве что ради мяса застрелит одного-двух лосей - "они тут рядом, даже в огород забредают".

- Живем теперь - грех жаловаться: двенадцать детей и четыре автомобиля!

...Трактор, мопеды, велосипеды - это лишь часть жизненного достатка семьи Кулигиных. Главное приобретение сделано недавно.

Не оставляя плотницкого ремесла, решил Анисим Стафеевич по примеру общинников обзавестись судном. Зажиток для этого был. С некоторым риском занял еще двадцать пять тысяч. Купил. И уже обновил покупку - сходил на первый промысел. За один раз поймали палтуса столько, что сразу "долг целиком - с шеи долой".


Крестины в церкви

В день отъезда из Николаевска утром мы проснулись с Андреем от колокольного звона. Вспомнили: в церкви должны быть крестины. ...Церковь была пустой. Три старушки и мать новорожденного - крупная, тучная женщина - стояли близко у входа. Крестный отец - мальчонка тринадцати лет держал на руках белый, оглашавший церковь криками сверток. Поп с дьяконом скороговоркой приобщали новорожденного к вере. Голосист малый. Хорошим рыбаком или плотником будет.

- А если в космонавты захочет? - сказал я Кондратию Сазонтьевичу, закончившему обряд.

- На все воля божья. Все им предначертано.

И мы присели на скамейке у церкви - закончить наши беседы о великом пути общины сюда, на Аляску.

...Я вычислил на очень подробной карте Аляски место деревни Николаевск и поставил кружок. Интересно было там побывать. И много я передумал сейчас, сидя в подмосковной избе над этим писаньем. Люди одного с нами корня. Какую дорогу осилили! Сколько всего вынесли, претерпели! Пример для нас - эта жизнь обыкновенного русского человека. Поклонимся ему из нашего далека.

Источник:
http://forum.dpni.org/entry.php?b=317

Оффлайн Vuntean

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 7124
Re: Эмиграция
« Ответ #2 : 18/11/11 , 21:53:13 »
Кто эти люди?


Леонида Георгиевна с братом Ираклием "царём Грузинским" - после освобождения союзными войсками - Северная Италия (1945)
http://vkontakte.ru/photo-3103391_114121685 публикация Н.Н. Лукьянова, руководителя московского Мемориального музея Российской Императорской фамилии: "Это фото нам передал находившийся проездом в 1991 году - племянник А.А.Вонсяцкого - Главы ВФП .Анастасий Андреевич - долгое время хранил часть личной переписки и некоторых документов переданных ему от Вел.Кн.Владимира Кирилловича".

Следовательно, потомки Леониды Георгиевны - Государыня Мария Владимировна и Царевич Георгий Гогенцоллерн - могут скорее требовать не дворцы Романовых в РФ, а компенсации от антисемитской Германии... Какая удача по нынешним меркам...




http://www.rusidea.org/forum/viewtopic.php?f=6&t=23&p=39235#p39235

Оффлайн Vuntean

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 7124
Эмиграция
« Ответ #3 : 26/01/12 , 18:45:25 »

Оффлайн MALIK54

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 15226
Re: Эмиграция
« Ответ #4 : 26/09/12 , 18:15:05 »

О железном занавесе, открытых границах и ученых


 Данная статья была написана в 1968-м.


Не буду обращать внимание на отображенные в ней прогнозы, хочется сказать о описанной "утечке мозгов".

Советский железный занавес позволял сохранить в стране те кадры (а имеются в виду, конечно, не все), на подготовку которых страна тратила миллиарды; те кадры, на которые работал весь советский народ; те  кадры, которые в погоне за прибылью радостно продали бы и знания и Родину.
Эти умы, получившие высокое образование, должны были отдать дань своей стране, людям, переносившим тяготы, ради их обучения.
Что произошло после падения железного занавеса известно всем.
США не зря вложили свои средства в развал СССР
http://poltora-bobra.livejournal.com/