Автор Тема: Дети на войне  (Прочитано 10946 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Онлайн Ashar1

  • Политсовет
  • *****
  • Сообщений: 6211
Re: Дети на войне
« Ответ #15 : 30/01/16 , 20:06:14 »

Онлайн Людмила

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 8545
Re: Дети на войне
« Ответ #16 : 20/05/16 , 10:48:28 »
http://images.vfl.ru/ii/1463730385/7d1097da/12728532.jpg height=562

Марат Казей – юный герой страшной войны


Наблюдая за нынешней молодежью с их гаджетами, увлечением социальными сетями и пивом, поневоле задумываешься, а смогут ли эти дети, пойти на подвиг? Как делали их сверстники, ребята и девчонки в страшные годы Великой Отечественной войны.

Раньше фотографии юных героев висели в каждой школе, их биографии печатали на обложках тетрадей, им ставили памятники, открывали мемориалы, называли в их честь улицы и корабли. За последние 20 лет память о них начала угасать. Современные школьники не знают имен Володи Дубинина, Зины Портновой, Марата Казея. Сейчас, пожалуй, только Беларусь хранит память об их подвигах. Там сохранились и памятники, и память о героях.

http://s017.radikal.ru/i438/1505/bc/bc072472f0c0.jpg

Один из них – белорус Марат Казей. Родился он 29 октября 1929 года в деревне Станьково Дзержинского района Минской области Белоруссии в крестьянской семье. Окончил 4 класса сельской школы. Необычное для Белоруссии имя он получил стараниями отца. Тот служил на Балтийском флоте, на легендарном линкоре «Марат», бывший «Петропавловск».

У парня была совсем непростая судьба еще до войны. Отец его был репрессирован. Арестовали и мать, но ее быстро выпустили. Но семья не озлобилась, не возненавидела Родину.

Когда пришли немцы, учеба Марата кончилась, в пятый класс он уже не пошел. В школе расположилась немецкая казарма.
Мать Марата, Анна Александровна, жена репрессированного, прятала у себя дома советских партийных деятелей, партизан. Ее скоро разоблачили, отправили в Минск и там повесили. После этого дети, Марат и Ариадна сбежали в Станьковский лес, в партизанский отряд. Собственно, им уже не с кем было оставаться. Новому партизану Марату Казею было тогда двенадцать лет. Это было 21 июля 1942 года.
http://cs605928.vk.me/v605928834/4340/S7B6tRVcnbM.jpg height=456
Партизаны берегли мальчика. Он вступил в первый бой только в январе 1943 года. В первом же бою его легко ранило в руку, но он не ушел с позиции. И своим примером поднял товарищей в контратаку. За что был представлен к медали «За отвагу». Настоящей боевой, солдатской медали, которую давали только за серьезные заслуги, за реальную храбрость. А дальше, поправившись, он занимался разведкой, ходил в тыл к немцам, участвовал в подрывах железных дорого. После его разведки, партизаны предприняли неожиданную и дерзкую вылазку и разгромили немецкий гарнизон города Дзержинска.

В марте 1943 года отряд им. Фурманова попал в окружение. Все попытки вырваться из кольца, ни к чему не приводили. Промедление грозило гибели всему отряду. Но Марат сумел чудом пробиться сквозь плотные ряды нападавших немцев и привести подкрепления. Благодаря этому десятки наших бойцов остались живы, и отряд сохранился как полноценная боевая единица.

Во время непростой партизанской жизни, когда бойцы очередной раз выходили из окружения, отморозила ноги его сестра Ариадна. Ее чудом переправили самолетом на Большую землю, в тыл, но ноги молоденькой девочке, ей было семнадцать лет, пришлось ампутировать. Кстати, сестра Марата потом прожила долгую жизнь, окончила педагогический институт, работала школьной учительницей, занималась общественной деятельностью. Стала Героем Социалистического труда, депутатом Верховного Совета.

http://teachpro.ru/EOR/School%5COBJSupplies11/Html/der11163.files/image001.jpg

Тогда, в 1943 году, Марату Казею тоже предлагали эвакуироваться в тыл, вместе с сестрой, окончить школу, поправиться после ранения. Но мужественный мальчик категорически отказался.

Он продолжал служить Родине, ходить в разведку. Так, зимой 1943 года, во время боя на Слуцком шоссе, Марату удалось добыть важнейшие документы – карты и планы немецкого командования. Переправленные наступающим Советским войскам они очень помогли в деле освобождения Белоруссии.

Но вот 11 мая 1944 года Марат Казей вместе с командиром партизанской разведки возвращались с задания. Возле деревни Хоромецкое Узденского района Минской области их обнаружили немцы. Командир погиб почти сразу. Марат отстреливался до последнего патрона. Он уже был тяжело ранен. Когда боеприпасы кончились, чтобы не попадать живым в руки противника, он, дождавшись пока немцы подойдут совсем близко, подорвал себя и их гранатой.

Фантастически героическая жизнь мальчика, ребенка, который был настоящим патриотом Родины. Повторю, эвакуироваться, уйти из отряда, он мог много раз. Что двигало им, сыном повешенной матери, братом изуродованной сестры? Думаю не только чувство мести за близких людей. Просто дети той поры были воспитаны по-другому, в любви к Родине, в самоотверженности и честности перед собой и своими товарищами.

https://img1.postila.ru/storage/10464000/10459582/01d5812eca38ec9608b9ce338a72e3b6.jpg

 Памятник Марату Казею : (Беларусь - Минск)

В Минске пионеры собрали деньги, и в 1959 году в парке имени Ивана Купалы был открыт памятник Марату Казею. Прекрасная работа скульптора С. Селиханова и архитектора В. Волчека. Чуть раньше, в 1958 году был установлен обелиск на могиле Героя в его родной деревне Станьково Минской области. А8 мая 1965 года, в ознаменовании двадцатилетия победы над немецко-фашистскими захватчиками, Марату Казею за проявленный героизм в борьбе с оккупантами было присвоено звание Героя Советского Союза, посмертно. Звезду Героя и орден Ленина, высшие награды СССР, передали его сестре.

Сохранения памяти о таких людях, обычных мальчишках и девчонках, которые встали на защиту Родны ни смотря на трудности, возможные обиды, несмотря на совсем не боевой возраст – вот задача нынешних поколений ребят живущих в наших странах.

Владимир Казаков



   
         Марат Казей

        В первый же день войны Марат увидел двоих на кладбище. Один, в форме танкиста Красной Армии, заговорил с деревенским мальчиком:
      Послушай, где тут у вас
      Глаза незнакомца беспокойно бегали по сторонам.
      Марат обратил внимание ещё на то, что пистолет висел у танкиста почти на самом животе. Наши так не носят оружие, мелькнуло в голове мальчика.
      Я принесу молоко и хлеб. Сейчас. Он кивнул в сторону деревни. А то пойдёмте к нам. Наша хата на краю, близенько
      Неси сюда! уже совсем осмелев, приказал танкист.
      Наверное, немцы, подумал Марат, парашютисты
      Немцы не сбрасывали на их деревню бомбы. Вражеские самолёты пролетали дальше на восток. Вместо бомб свалился фашистский десант. Парашютистов вылавливали, но никто не знал, сколько их сброшено
      В хате отдыхало несколько наших пограничников. Анна Александровна, мама Марата, поставила перед ними чугун со щами, кринку молока.
      Марат влетел в хату с таким видом, что все сразу почувствовали неладное.
      На кладбище  они!
      Пограничники бежали к кладбищу за Маратом, который вёл их короткой тропкой.
      Заметив вооружённых людей, переодетые фашисты бросились в кусты. Марат  за ними. Добежав до опушки леса, танкисты начали отстреливаться
      Вечером к хате Казеев подкатил грузовик. В нём сидели пограничники и двое пленных. Анна Александровна со слезами бросилась к сыну  он стоял на ступеньке кабины, ноги у мальчика были в крови, рубашка изодрана.

      Спасибо вам, мамаша! пожимали воины по очереди руку женщине. Смелого сына вырастили. Хорошего бойца!

* * *       

Рос Марат без отца  он умер, когда мальчику не было и семи лет. Но отца, конечно, Марат помнил: бывший балтийский матрос! Служил на корабле Марат и имя сынишке захотел дать в честь своего корабля.
      Анна Александровна, старшая сестра комсомолка Ада и сам Марат  вот и вся семья Казеев. Дом их  на краю села Станьково, у шоссейной дороги, что ведёт в Минск.
      Днём и ночью по этой дороге громыхают вражеские танки.
      Дзержинск, районный городок, занят фашистами. Уже несколько раз наведывались они и в Станьково. Ворвались в хату к Анне Александровне. Перерыли всё, что-то искали. Счастье для Казеев, что не догадались поднять половицу в сенях. Там Марат запрятал патроны и гранаты. Целыми днями он пропадал где-то и возвращался то с обоймой патронов, то с какой-нибудь частью от оружия.
      Осенью Марату не пришлось бегать в школу, в пятый класс. Школьное здание фашисты превратили в свою казарму. Многих учителей арестовали, отправили в Германию. Фашисты схватили и Анну Александровну. Пронюхали враги, что она держит связь с партизанами, помогает им. А через несколько месяцев Марат с сестрой узнали: их маму гитлеровские палачи повесили в Минске, на площади Свободы.
      Марат ушёл к партизанам в Станьковский лес.
      Шагает по заснеженной дороге маленький человек. На нём драная фуфайка, лапти с онучами. Через плечо перекинута холщовая сума. По сторонам  печи сожжённых хат. Каркают над ними голодные вороны.
      Проходят по дороге немецкие военные машины, попадаются навстречу и пешие гитлеровцы. Никому из них и в голову не может прийти, что по дороге идёт партизан-разведчик. У него боевое, немного даже грозное имя  Марат. Нет в отряде такого ловкого разведчика, как он.
      Мальчишка с нищенской сумой идёт в Дзержинск, где очень много фашистов. Марат хорошо знает улицы и здания, потому что бывал до войны в городке не один раз. Но сейчас каким-то чужим, неузнаваемым стал городок. На главной улице немецкие вывески, флаги. Перед школой раньше была гипсовая фигурка пионера-горниста. На его месте теперь стоит виселица. На улицах много гитлеровцев. Шагают, надвинув каски на лоб. По-своему приветствуют друг друга, выбрасывают правую руку вперёд: Хайль Гитлер!
      Увлечённый выполнением задания, он не заметил, как наскочил на немецкого офицера. Поднимая оброненную перчатку, офицер брезгливо поморщился.
      Дяденька! застонал Марат. Подайте что-нибудь, дяденька!
      Гитлеровец прошагал дальше. Теперь уже Марат стал осторожнее.
      Через несколько дней партизанский отряд ночью разгромил фашистов в Дзержинске. И партизаны благодарили Марата: помогла разведка. А он уже готовился в другую дорогу, такую же опасную и такую же дальнюю. Ходить хлопчику приходилось гораздо больше, чем остальным бойцам. А опасностичтобы пионер-разведчик возвратился ни с чем, с пустыми, как говорят, руками. Обязательно принесёт важные сведения.
        Марат узнавал, куда и по каким дорогам пойдут вражеские солдаты. Он замечал, где расположены немецкие посты, запоминал, где замаскированы вражеские пушки, расставлены пулемёты.
  * * *       

Зимой партизанская бригада разместилась в деревне Румок. Каждый день шли и шли в Румок советские люди  старики, подростки. Они просили дать им оружие. Получив винтовку или автомат, принимали партизанскую клятву. Приходили в отряды и женщины. Дозорные посты пропускали их без задержки.
      Морозным утром 8 марта по дорогам, что вели в Румок, двигались большие группы женщин. Многие несли ребятишек на руках.
      Женщины уже были у леса, когда к штабу на взмыленных конях подлетело трое всадников.
      Товарищ командир! Подходят не женщины  переодетые немцы! Тревога, товарищи! Тревога!
      Конники понеслись вдоль деревни, поднимая бойцов. Впереди скакал Марат. Полы его широкой, не по росту, шинели развевались по ветру. И от этого казалось, будто всадник летит на крыльях.
      Послышались выстрелы. Почуяв опасность, женщины начали падать в снег. Падали так, как это могут делать хорошо обученные солдаты. Распеленали они и своих младенцев: то были автоматы.
        Начался бой. Над Маратом не раз проносились пули, пока он доскакал до командного пункта и укрыл коня за хатой. Здесь же беспокойно топтались ещё две оседланные лошади. Их хозяева, связные, лежали рядом с командиром бригады Барановым, ждали его приказаний.
      Мальчик снял автомат, подполз к командиру. Тот оглянулся:
      А, Марат! Плохи наши дела, браток. Близко подошли, гады! Сейчас бы отряду Фурманова им с тыла ударить.
      Марат знал, что фурмановцы километрах в семи от Румка. Они действительно могли бы зайти немцам в тыл. Надо им сообщить! Мальчик уже хотел было ползти к коню. Но комбриг обратился к другому партизану:
      Давай, Георгий! Скачи, пусть не мешкают ни минуты!..
      Но связному не удалось даже выбраться из деревни. Он упал с коня  скосила пулемётная очередь. Не суждено было проскочить и второму связному.
      Не спрашивая ни о чём командира, Марат пополз к своему Орлику.
      Подожди! Баранов подошёл к нему. Береги себя, слышишь? Скачи прямиком, так вернее будет. Мы тебя прикроем. Ну!.. Марат почувствовал, как к его лицу прижалась колючая щека командира. Сынок
      Стреляя по врагу, командир то и дело поднимал голову, чтобы посмотреть на поле, по которому летел крылатый конь. Всадника почти не видно. Он прижался к лошадиной шее, словно слился с Орликом. До спасительного леса оставались считанные метры. Внезапно конь споткнулся, и сердце у командира сжалось, глаза невольно закрылись. Неужели всё? Комбриг открыл глаза. Нет, показалось, Марат продолжал стремительно лететь вперёд. Ещё рывок! Ещё
      Все, кто наблюдал за Маратом, закричали ура.
      И всё же бригаде пришлось уйти из сожжённого села: партизанская разведка донесла, что немцы решили двинуть на Румок танки и самолёты.
      Отряды покинули старые места.
      Но через несколько месяцев партизаны вернулись в Станьковский лес.

* * *       

Однажды пошёл Марат в разведку с комсомольцем Александром Райковичем. Ушли разведчики, да что-то долго не возвращались. В отряде забеспокоились: уж не случилось ли что? Вдруг слышат: по лесной просеке мчится машина. Партизаны схватились за оружие, думали  фашисты. А как увидели, в чём дело, рассмеялись. В офицерской штабной машине восседали Марат с Александром. Разведчики сумели в тот раз добыть ценные сведения и у врага из-под носа угнали машину.
        Но когда уходили на работу подрывники во главе с Михаилом Павловичем, бывшим станьковским учителем, Марат сам провожал их завистливыми глазами. Давно хотелось ему сходить с Михаилом Павловичем на железную дорогу.
      Пристал ты ко мне, как репей! сказал однажды минёр. Вот идём сейчас к товарищу Баранову. Что он решит.
      Однако и от Михаила Павловича зависело многое. Он повернул разговор так, что Баранов ответил:
      Что ж, я не возражаю, и, обращаясь уже к Марату, сказал: Ты, сынок, передай своему взводному наше решение и собирайся. Дорога у вас впереди нелёгкая.
        В группе Михаила Павловича десять человек. Всю дорогу приходилось быть очень осторожным, пробираясь мимо вражеских постов и застав.
      На второй день пути группа вышла к деревне Глубокий Лог. Там жил партизанский связной. Чтобы двигаться дальше, надо было узнать у него, не грозит ли подрывникам опасность. Идти в Глубокий Лог днём было слишком рискованно. А ждать до темноты  значило потерять много времени.
      И тут Марат неожиданно предложил:
      Я схожу!
      Вытащил из рюкзака лапти с онучами, изодранную шапку. Всё это он прихватил с собой на всякий случай.
Быстро переодевшись, Марат пошёл в тихую, безлюдную деревню. Партизаны старались не выпускать его из виду, в случае чего готовы были сразу прийти на выручку. Но всё обошлось хорошо. Через полчаса Марат возвратился к своим товарищам.       Михаил Павлович! Через Глубокий Лог утром немцы проезжали. Человек сорок. Они в Васильевке теперь. На Мостищи идти нельзя: засады.
        Из донесения разведки подрывники поняли: шагать и шагать им теперь обходными путями.
      Шли партизаны шагом  гуськом, на расстоянии двух-трёх метров друг от друга. Ступали точно след в след. Марату приходилось прыгать, чтобы попасть в след.
      Апрельский снег на дорогах стал водянистый. И ноги часто проваливались до самой воды.
      Завечерело. Время от времени в небо взлетали ракеты, освещая всю округу. Тогда бойцы падали на мёрзлую землю. Марат повредил себе руку. Было больно. Он едва не вскрикнул. Лёжа на талом снегу, Марат ясно услышал метрах в десяти немецкую речь. Становилось всё холодней. Мокрые ветви обмёрзли. Когда партизаны отводили их рукой, они звенели.
      Спина у Марата стала мокрой от пота, ноги подкашивались. Думал он только об одном: Скорей бы взорвать.
      Какой же счастливой показалась мальчику та минута, когда увидел он сноп искр, вылетавших из трубы паровоза. Михаил Павлович крепко стиснул мальчику локоть.
      Тяжело дыша, вынырнули из темноты партизаны  они закладывали взрывчатку. Один из них передал Михаилу Павловичу что-то в руки и лёг. Рядом расположились остальные.
      Так, произнёс полушёпотом Михаил Павлович, так теперь можно Марат, держи-ка! протянул мальчику подрывную машинку, от которой тянулся электропровод к минам. Когда скажу крутнёшь ручку, как я тебя учил
      Поезд шёл на большой скорости. Рявкнул гудок паровоза, и почти в тот же миг Михаил Павлович крикнул:
      Давай, Марат!
      Мальчик повернул рукоятку подрывной машинки. Короткая вспышка озарила платформы и стоящие на них орудия. Гул пронёсся по лесу.
      Горячей воздушной волной Марата оттолкнуло назад. Но он не отрывал взгляда от железнодорожного полотна. Вагоны с грохотом катились под откос, натыкаясь друг на друга.
      Отходи! прозвучала команда Михаила Павловича. Пробираясь цепочкой к условленному месту, партизаны отчётливо слышали вопли искалеченных фашистских солдат.
      Радость не покидала Марата всю дорогу. Сегодня и я отомстил им!  думал мальчик, шагая за Михаилом Павловичем.
      Михаил Павлович точно видел под талым снегом все лесные тропинки. Выбирал из них те, что вели к партизанскому лагерю. Под сапогами хрустел ледок. Подмораживало. Опять хотела взять верх зима. Но уже было видно: весна скоро осилит её.
      И осилила!

* * *       

В мае, когда Марат Казей отправился в новую разведку, берёзы стояли усыпанные зелёным пушком. Впереди ехал начальник разведки Михаил Ларин.
      Выехали на опушку.
      На-ка, глянь, Ларин протянул свой бинокль пареньку. У тебя глаза поострее
      Пока разведчики ехали лесом, заметно стемнело. Выехали на опушку леса. Марат сразу же залез на дерево. Ему удалось разглядеть лежащую впереди деревеньку. По всем приметам, фашистов в ней не было. Но всё-таки Ларин решил переждать в лесу и ночью пробраться в деревню.
      Деревня, казалось, вымерла: ни звука, ни огонька. Но разведчики знали: тишина бывает обманчива, особенно ночью. Марат нащупывал гранаты за поясом. А бывалый конь его ступал осторожно.
      Задворками партизаны подъехали к хате, которая ничем не выделялась среди других хат. Ларин постучал рукояткой плети в окно. Никто не ответил. Было слышно, как в хлеву вздыхал телёнок.
      Постучали ещё. В темноте окна проплыл огонёк свечи.
      Дверь отпер старик в холщовой рубахе. Не спрашивая, кто пожаловал к нему в такой поздний час, он пропустил гостей вперёд.
      Дед, на заре подымешь нас, сказал Ларин старому белорусу, молча стоящему перед ним с огарком свечи. Устали мы Да и кони пусть передохнут. Ты уж покорми их чем-нибудь.
      Хозяин кивнул. Марата неудержимо тянуло ко сну. Не раздеваясь, улёгся он на жёсткой лавке.
      Лишь только закрыл глаза, как Ларин затряс его:
      Скорее! Фашисты!
      Марат вскочил, нашарил автомат.
      На коней и к лесу! командовал Ларин. Держи прямо к бору! А я правее
        Низко пригнувшись к лошадиной гриве, Марат смотрел только вперёд, на зубчатый край леса, чуть видный в предрассветной мгле. А вдогонку уже летели вражеские пули. Вдруг неожиданно застрекотал пулемёт, и конь под Маратом рухнул на землю. Не чувствуя боли от падения, Марат побежал по полю к кустам. Они были совсем близко, высокие, густые. Только бы добежать! Оставшуюся сотню метров мальчик уже полз  пули свистели с разных сторон.
      Марат вытащил из-за пояса две гранаты, положил их перед собой.
По полю длинной цепью двигались фашисты. Шли смело: знали  в кустах всего-навсего один партизан.        Марат не знал, что Ларин не успел добраться до леса, что убит он с конём посреди поля.
      У мальчика была ещё надежда, что вот сейчас вместе с ним застрочит по фашистам ещё один автомат. Выпустив длинную очередь, Марат прислушался. Нет, он остался один. Надо экономить патроны.
      Враги залегли, но почему-то не стреляли. А через несколько минут цепь поднялась.
      Вот она приближается к укрытию юного партизана. Уже можно различить, что в центре вышагивает офицер. Марат долго целился в него. Автомат, казалось, застрочил сам, злобно и метко. Фашисты снова ткнулись в землю. А когда они поднялись, офицера уже не было. Да и цепь заметно поредела.
      Марат припал к дрожащему автомату. И тут кончились патроны! Фашисты словно почувствовали это. Они уже бежали, обходя кустарник с обеих сторон. И только теперь Марат понял: его хотят схватить живым.
      Марат выждал, пока гитлеровцы подбежали совсем близко. Швырнул в них гранату. Послышались дикие крики и стоны. Теперь мальчик поднялся во весь рост:
      Берите же меня! Ну!
      В кулаке Марат зажал вторую, вот-вот готовую разорваться гранату. Но не выпустил её из рук. Раздался взрыв!
      От взрыва полегло ещё несколько гитлеровцев.
      Это случилось 11 мая 1944 года.

* * *       

На то место, где держал оборону юный партизан-разведчик, приходят новые вёсны.
      Над весело зеленеющей поляной стоит лёгкий дымок.
      О чём-то хлопочут в берёзах птицы.
      Там жители окрестных деревень поставили памятник.
      На родину Марата, в деревню Станьково, идут и идут отряды пионеров.
      Много километров проходят ребята, чтобы посмотреть на старый Станьковский парк, на реку и на хатку за рекой. В ней жил тот самый мальчик, что в свои 14 лет стал Героем Советского Союза.

* * *       

За участие в боевых операциях юный партизан награждён медалью За боевые заслуги, медалью За отвагу, орденом Отечественной войны I степени.
      9 мая 1965 года Указом Президиума Верховного Совета СССР Марату Казею посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.
      Славное имя Марата Казея носят многие пионерские отряды.
      Ежегодно 11 мая, в день гибели Марата, у его могилы собираются боевые друзья, родные, представители различных делегаций, приезжающие почтить память героя.
      В Станьково в этот день приезжают пионеры школы 54г. Минска.
      Пионерской дружине этой школы первой в Белоруссии присвоено имя Марата Казея.
      В городе Минске открыт памятник юному герою.

* * *       

Постановлением Совета Министров РСФСР одному из кораблей Советского флота присвоено имя Марата Казея.
 

Онлайн Людмила

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 8545
Re: Дети на войне
« Ответ #17 : 02/06/16 , 20:53:37 »
http://static.oper.ru/data/site/kravchukkostia1op.jpg height=934 height=675

72 года назад, 1 июня 1944 года 12-ти летний киевский пионер Костя Кравчук был награждён орденом Красного Знамени. Во время оккупации он спас полковые знамена 968-го и 970-го стрелковых полков Красной Армии.

 19 сентября 1941 года в Киев вошли немцы. Десятилетний Костя Кравчук, укрывавшийся от боев в подвале, выглянул на улицу и увидел группу раненых красноармейцев. Удостоверившись, что Костя - пионер, они передали ему сверток с полковыми знаменами и попросили сохранить его.  Костя поначалу просто прикопал свёрток в своем саду, но с началом дождей решил спрятать знамёна в более надежное место и подальше от своего дома. Он упаковал их в холщовый мешок, тщательно осмолил его и спрятал в заброшенном колодце. Регулярно проверяя сохранность знамён, Костя попал во внимание немецкого патруля, который задержал мальчика и отправил его в Германию. Через некоторое время ему удалось бежать и обратно перейти линию фронта. Киев к тому времени уже был освобожден, поэтому Костя достал из тайника знамёна и передал их коменданту города. Красноармейцы были потрясены мужеством мальчика, который бесстрашно выполнил возложенную на него миссию.

 Так украинский школьник, рискуя своей жизнью и жизнями своих близких, спас и сохранил во время фашистской оккупации знамёна 968-го и 970-го стрелковых полков 255-й стрелковой дивизии. За спасение Боевого Знамени в Советском Союзе полагалось награждение орденом, и 23 мая 1944 года на Костю были составлены наградные документы. 31 мая о Косте Кравчуке доложили Сталину, а уже 1 июня был подписан Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении Константина Кононовича Кравчука, 1931 года рождения, орденом Красного Знамени.

Онлайн Людмила

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 8545
Re: Дети на войне
« Ответ #18 : 18/08/16 , 08:29:43 »
О том, как 11-16 летние детдомовцы два дня защищали свою деревню от фашистов. Враг был отброшен.

http://mtdata.ru/u15/photoC159/20996043105-0/original.jpeg#20996043105
Фото условное

Подвиг "Волоколамских мальчишей"

Один из отрядов подвижной группы полковника Порфирия Георгиевича Чанчибадзе из 30-ой армии, действуя в прифронтовом тылу противника, 15 декабря 1941 года после короткого боя освободил деревню Стеблево. Оккупанты спешно отступили, оставив большое количество военного имущества, оружия и техники. К исходу дня отряд ушел дальше для выполнения боевых заданий. Жители Стеблева, восторженно встретившие своих освободителей и оказавшие им помощь, остались без защиты: если возвратятся фашисты — не пощадят никого.

Тогда молодые рабочие совхоза, воспитанники теряевского детдома,Володя Овсяников и Саша Крыльцов предложили организовать дружину для обороны, в которую вошли также 11—16-летние подростки и юноши Толя Володин, Коля Печников, Павлик Никаноров, Толя Николаев, Витя Печников, Ваня Рыжов, Петя Трофимов, Володя Розанов и Ваня Дервянов. Их руководителем и организатором обороны стал участник войны с Финляндией Иван Егорович Володин. В боевой обстановке он учил юных партизан навыкам владения оружием и ведения прицельного огня.

 Попытки фашистов вновь овладеть деревней начались утром 16 декабря.

 Первым воспользовался винтовкой Саша Крыльцов. Услышав утром следующего дня треск, а потом и увидев немецкого солдата на мотоцикле, мальчик несколько раз выстрелил. Мотоциклист сразу повернул назад. Днем ребята увидели большую группу приближавшихся к деревне фашистов. Теперь стрелять начали уже все. Фашисты стали отходить. С трех выгодных рубежей их встретил ураганный огонь. Все атаки противника были успешно отражены.Так повторялось несколько раз, перестрелка продолжалась и утром следующего дня, но к полудню немцы, как видно, решили, что деревню защищают советские солдаты, отступили.
В полдень 17 декабря в Стеблево вошло подразделение передовых частей советских войск. Усталые, но радостные партизаны приветствовали их. Командование поблагодарило боевую группу за помощь в изгнании фашистов и за трофеи. Вот так группа подростков почти на три дня раньше помогла изгнать оккупантов из своей деревни.

О том, как 11-16 летние детдомовцы два дня защищали свою деревню от фашистов. Вгаг был отброшен height=800 height=531
Так подмосковная деревня Стеблево прославилось как место подвига "Волоколамских мальчишей".

Онлайн Ashar1

  • Политсовет
  • *****
  • Сообщений: 6211
Re: Дети на войне
« Ответ #19 : 18/08/16 , 09:12:20 »
Дети войны. Музыка и слова Константина Шатрова, исп. Сергей Елфимов.
https://www.youtube.com/watch?v=6YzYGsst2rI

<a href="https://www.youtube.com/v/6YzYGsst2rI" target="_blank" class="new_win">https://www.youtube.com/v/6YzYGsst2rI</a>

Онлайн Людмила

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 8545
Re: Дети на войне
« Ответ #20 : 18/09/16 , 09:06:19 »
http://ruheroes.ru/wp-content/uploads/2013/12/%D0%98%D0%B2%D0%B0%D0%BD-%D0%A4%D0%B5%D0%B4%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%B2-540x714.jpg

Память, вот что святое. Пора убирать из обихода хрущёвский Волгоград, наши люди погибали в Сталинграде.

Битва под Сталинградом, 1942 год. Район площади Дзержинского и тракторного завода кромсали тысячи бомб. Пошли вражеские танки, изрыгая огонь, палили пушки. Убит наводчик Сергиенко, упал командир орудия Мишин.

 Ваня Федоров заменил погибших, палил по танкам. Горело 8 танков, один подбил Ваня. Сотни самолетов бомбят наши позиции. Опять пошли танки. Из 57 оставшихся от дивизии Очкин насчитал только 6 человек. На них идут десятки танков. Ваня гордится, что его командир воодушевляет бойцов и его, Ваньку: «Продержись, братишка!»  Вдруг Алексей увидел, что у Вани выпал из левой руки автомат: раздробило руку. Кровь хлестала из раны, но он остервенело швырял гранаты здоровой рукой. Но вот разорвался снаряд, и у юного бойца оторвало кисть другой руки. От бессилия у Вани выступили слезы.

 Лейтенант и бойцы видели, как над пылающей землей с гранатой в зубах поднялся Ваня и рванулся навстречу ревущему танку. Фашистский танк застыл, а за ним - вся бронированная колонна.

 Так шагнул в бессмертие Иван Федоров. Было ему неполных 14 лет. Его имя золотыми буквами высечено на красном мраморе в зале воинской славы на Мамаевом Кургане.

Онлайн Людмила

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 8545
Re: Дети на войне
« Ответ #21 : 18/09/16 , 09:27:33 »
http://i0.wp.com/topnewsrussia.ru/wp-content/uploads/2016/09/DSC_7506.jpg?resize=777%2C437

Катя Сусанина 

Вскоре после освобождения белорусского города Лиозно в 1944 году при разборе кирпичной кладки разрушенной печи в одном из домов был найден маленький желтый конверт, прошитый нитками. В нем оказалось письмо белорусской девочки Кати Сусаниной, отданной в рабство гитлеровскому помещику. Доведенная до отчаяния в день своего 15-летия она решила покончить жизнь самоубийством.

Перед смертью написала последнее письмо отцу. На конверте стоял адрес: «Действующая армия. Полевая почта №… Сусанину Петру». На другой стороне карандашом написаны слова: «Дорогие дяденька или тетенька, кто найдет это спрятанное от немцев письмо, умоляю вас, опустите сразу в почтовый ящик. Мой труп уже будет висеть на веревке». Номер полевой почты, написанный на конверте, устарел, и письмо не могло попасть адресату, но оно дошло до сердца советских людей. Опубликовано в «Комсомольской правде» 27 мая 1944 года.

   

Март, 12, Лиозно, 1943 год. Дорогой, добрый папенька!

Пишу я тебе письмо из немецкой неволи. Когда ты, папенька, будешь читать это письмо, меня в живых не будет. И моя просьба к тебе, отец: покарай немецких кровопийц. Это завещание твоей умирающей дочери.

Несколько слов о матери. Когда вернешься, маму не ищи. Ее расстреляли немцы. Когда допытывались о тебе, офицер бил ее плеткой по лицу. Мама не стерпела и гордо сказала: «Вы не запугаете меня битьем. Я уверена, что муж вернется назад и вышвырнет вас, подлых захватчиков, отсюда вон». И офицер выстрелил маме в рот…

Папенька, мне сегодня исполнилось 15 лет, и если бы сейчас ты встретил меня, то не узнал бы свою дочь. Я стала очень худенькая, мои глаза ввалились, косички мне остригли наголо, руки высохли, похожи на грабли. Когда я кашляю, изо рта идет кровь — у меня отбили легкие.

А помнишь, папа, два года тому назад, когда мне исполнилось 13 лет? Какие хорошие были мои именины! Ты мне, папа, тогда сказал: «Расти, доченька, на радость большой!» Играл патефон, подруги поздравляли меня с днем рождения, и мы пели нашу любимую пионерскую песню…

А теперь, папа, как взгляну на себя в зеркало — платье рваное, в лоскутках, номер на шее, как у преступницы, сама худая, как скелет,— и соленые слезы текут из глаз. Что толку, что мне исполнилось 15 лет. Я никому не нужна. Здесь многие люди никому не нужны. Бродят голодные, затравленные овчарками. Каждый день их уводят и убивают.
Да, папа, и я рабыня немецкого барона, работаю у немца Шарлэна прачкой, стираю белье, мою полы. Работаю очень много, а кушаю два раза в день в корыте с «Розой» и «Кларой» — так зовут хозяйских свиней. Так приказал барон. «Русс была и будет свинья»,— сказал он. Я очень боюсь «Клары». Это большая и жадная свинья. Она мне один раз чуть не откусила палец, когда я из корыта доставала картошку.

Живу я в дровяном сарае: в комнату мне входить нельзя. Один раз горничная полька Юзефа дала мне кусочек хлеба, а хозяйка увидела и долго била Юзефу плеткой по голове и спине.

Два раза я убегала от хозяев, но меня находил ихний дворник. Тогда сам барон срывал с меня платье и бил ногами. Я теряла сознание. Потом на меня выливали ведро воды и бросали в подвал.
 
 
Сегодня я узнала новость: Юзефа сказала, что господа уезжают в Германию с большой партией невольников и невольниц с Витебщины. Теперь они берут и меня с собою. Нет, я не поеду в эту трижды всеми проклятую Германию! Я решила лучше умереть на родной сторонушке, чем быть втоптанной в проклятую немецкую землю. Только смерть спасет меня от жестокого битья.

Не хочу больше мучиться рабыней у проклятых, жестоких немцев, не давших мне жить!…

Завещаю, папа: отомсти за маму и за меня. Прощай, добрый папенька, ухожу умирать.

Твоя дочь Катя Сусанина…

Мое сердце верит: письмо дойдет.


http://2.bp.blogspot.com/-8AkNL1aloF4/T5P3XKR984I/AAAAAAAAA10/YLwGec-de0I/s640/UZ1gx5xGp7s.jpg

http://4.bp.blogspot.com/-YSDMGoAJpGw/T5P0JR49y_I/AAAAAAAAAx8/XM6rvcXE6dE/s640/ekoLP498g8s.jpg

http://4.bp.blogspot.com/-SdG2PE3d-9c/T5P3grhSkII/AAAAAAAAA2E/DrAVbqhkAo0/s640/vguL_NL4URM.jpg
 

Онлайн Людмила

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 8545
Re: Дети на войне
« Ответ #22 : 02/10/16 , 09:17:40 »
https://pp.userapi.com/c604521/v604521596/2dd1c/hgzSK-IclrM.jpg

Сталинградские каникулы Толи Курышова
 
Летом 1942 года в деревне Тюхменево (нынче Тихменево), что в глубинке Пензенской области, здоровых мужиков не осталось. Глава семейства Курышовых тоже ушел добровольцем на фронт. Пятиклассника Толика, «чтоб не болтался», посадили на проходящий состав и отправили на каникулы к тете в Сталинград. Мать-доярка, ухаживая сутками за колхозным скотом, имела, увы, смутное представление о положении на фронте…
 
Позагорать на белых волжских отмелях Толе не пришлось. Город на глазах превращался в единое военное укрепление.
 
На восьмой день вторжения фашистов в Сталинград обессилевший мальчик метр за метром проползал между обломками зданий в надежде встретить советских людей. Вдруг его подхватила за шиворот чья-то рука и втащила в подвал дома. В подземелье Толик услышал голос: «Тебе что, жить надоело? Здесь кругом немцы! Я дед Захарыч. Сиди тихо». Утром старик увидел на шее пацана пионерский галстук и потребовал спрятать в груде мусора все «лишнее», не то «неровен час - нагрянут...». Во мгле Толик рассмотрел двух мальчишек, а в дальнем углу на полу - красноармейца с кровоточащей раной. Так началось существование по адресу, который останется в истории страны навсегда: площадь 9 Января, дом № 61.
 
В конце месяца в проеме показались четверо наших вооруженных солдат. Старший представился: «Сержант Павлов. Разведотделение... Вы тут тихо сидите, а мы поработаем».
 
«Работа» вскоре была закончена. Анатолий Николаевич запомнил, как за стеной рвались гранаты, молотили автоматы и с криком вываливались немцы из оконных проемов четвертого этажа. Но вскоре фрицы очухались и опять открыли по потерянному объекту шквальный огонь. Именно с 27 сентября официально исчисляется период обороны Дома Павлова, продолжавшейся 58 суток. До конца ноября перед глазами героических бойцов и их малолетних соратников стоял кромешный ад. Никогда Толику Курышову не забыть нечеловеческое рыдание ровесника Леши, которого привалило рухнувшей стеной. Под градом свинца и в брызгах осколков к умирающему в муках пареньку защитники дома в те мгновения так и не сумели добраться.
 
Сержант Яков Павлов с первых же часов обороны начал превращать занятый дом в «крепость людей, не ведающих страха». Об этом бастионе, который летописцы назвали «сталинградским волнорезом на пути фашистов к переднему краю нашей обороны», сказано, казалось бы, уже немало. Одна официальная историческая статистика чего стоит: в боях за всю Францию гитлеровцы потеряли живой силы в десятки раз меньше, чем при штурме одной сталинградской площади 9 Января.
 
- Дом трещал по швам, но круговая оборона без сна и перерыва продолжалась, хотя трофейные боеприпасы были на исходе, - вспоминал Анатолий Николаевич. - По просьбе командира Павлова я разыскал в лабиринтах дома раненого санинструктора Калинина и передал приказ: добраться до штаба полка, передать полковнику Елину просьбу о срочной поддержке. Но подкрепление прибыло только через трое суток беспрерывного боя. Фамилии большинства бойцов этой легендарной интернациональной группы 42-го гвардейского полка 13-й дивизии по-том станут известны по фильмам и газетам. Я хорошо помню многих из них: Александров, Мосиашвили, Афанасьев, Цумба, Довженко, Мурзаев, Демченко, Степананошвили. И чудом выжившая тройка героев - кавказец Горя Хохолов, узбек Камолжан Тургунов, пулеметчик с Орловщины Илья Воронов, о котором после писали в мемуарах маршал Чуйков и генерал Родимцев.
 
Увы, в широко известных книгах лишь мельком упоминается Толик Курышов. Но достаточно привести всего один эпизод, чтобы осмыслить масштаб его недетского подвига. Сержант Павлов, видя, как энергичный паренек рвется в бой, пытался беречь ребенка, подносившего почти без отдыха боеприпасы к позициям. Но однажды Якову все же пришлось доверить Толе рискованное задание «по размеру» - пробраться через подвальное оконце к ближнему дому и на расстоянии разведать обстановку. «Но в фашистское логово даже не заглядывай!» - предупредил командир.
 
- Через канализационный люк я выбрался к соседнему зданию, - рассказывает Анатолий Николаевич. - Потом пробрался в подъезд. В одной из квартир первого этажа я схватил со стола папку с немецкими бумагами. «Будет на чем после боя рисовать», - прикинул я в первый момент, так как с малых лет художничал. Тут послышались шаги, чужая речь, и я выскользнул обратно, доставив Павлову трофей. Яков отругал меня за инициативу. Заглянув затем в папку, он задумался и ночью отправил меня и добытые документы в штаб полка в сопровождении опытных разведчиков. Сержант давно пытался обезопасить меня, переправив в тыл. Вскоре я узнал, какой ценности «листочки» попали мне в руки, а именно - план захвата немцами одного из районов Сталинграда. Тогда же комполка полковник Елин распорядился найти способ переправить меня через линию фронта.
 
Маленький разведчик, подслушав разговоры командования, сбежал из штаба, спрятался в руинах и на вырванном из старого журнала листке нацарапал огрызком карандаша письмо командиру: «Дядя Яша! Если со мной что случится, сообщите в деревню Тюхминево маме Елизавете Никитичне. Курышов.». Когда Толик благополучно вернулся до рассвета в дом-крепость, Павлов в сердцах влепил ему за самоуправство очередной подзатыльник. А непрочитанная Павловым записка вместе с красным галстуком так и осталась лежать в руинах.
 
Силы крошечного гарнизона Павлова к середине октября, казалось бы, иссякали. Поддержки ждать не приходилось. Торцевая стена полностью рухнула, оголив прежнюю позицию. Израненные, изможденные солдаты между боями пытались сделать в фундаменте подкоп, чтобы вести огонь из оконных проемов соседнего подъезда. Но лаз оказался слишком мал. И здесь опять-таки, как засвидетельствовал потом сам Яков Павлов, «все решил пионер Курышов». Мальчик, не сказав никому ни слова, пробрался по узкому тоннелю в затопленный подвал и по пояс в ледяной воде расширял саперной лопаткой спасительное отверстие.
 
Остатки группы благодаря Толику смогли сменить огневые позиции и продолжать ожесточенный бой. Героический ребенок, продрогнув в ледяном подземелье, окончательно простыл, пылал от внутреннего жара. Лечиться было нечем и некогда. Наступала кульминация сталинградского чистилища.
 
- Старался скрыть болезнь, - рассказывал Курышов - Ведь мою простуду нельзя было сравнить с состоянием израненных защитников дома, державшихся за счет каких-то нечеловеческих усилий воли. Пулеметчика Илью Воронова, как потом сообщили госпитальные хирурги, ранило... 30 раз! Как он жил и при этом вел прицельный огонь - медики так и не поняли. Форма его, помню, была вся черно-бурого цвета. Передвигаться он уже не мог, но смотрел в прицел и давил на гашетку. Я был рядом, когда пуля раздробила ему тазобедренную кость. Перед тем, как потерять сознание, он, словно захлебываясь, прорычал: «Тащи боеприпасы...». Когда я подтянул к пулемету коробку с патронами, Илья, как мне показалось, уже не дышал. Используя затишье в одном из секторов обстрела, несколько немцев успели добраться до подоконника. Вдруг Воронов резко дернулся, выхватил у меня из рук гранату, вырвал чеку и бросил лимонку в проем.
 
Через мгновение за стеной грохнул взрыв. Судя по крикам, часть фрицев осталась жива, а наш пулеметчик снова сник. Я пытался сам выдернуть чеку очередной гранаты и прижался к умирающему. Точно помню, как он шептал: «Погибнем, но гадов не подпустим...». Еще мгновение, и мы взорвались бы вместе с врагами. Но буквально в эту секунду по противнику открыла огонь прорвавшаяся к нам группа автоматчиков лейтенанта Афанасьева. Перед тем, как впасть в забытье, Воронов успел вставить чеку на место. Отбив натиск немцев, товарищи перетащили его в медсанбат. После ампутации ноги и длительной серии сложных операций Илья Васильевич прожил в родном селе Шаблыкино на Орловщине до конца 2005 года.
 
Жар и распухшее горло не помешали Толику продолжать защищать дом-крепость. В один из дней Сталинградской битвы Курышов пробирался в соседний подъезд. Вдруг его пронзила нестерпимая боль, и время будто остановилось. Как вспоминал потом сам Павлов, «ударной волной мальчишку отбросило от места взрыва. Он распростерся. Я кусал руку, но ничего сразу же не мог сделать. Казалось, что озверевшие фашисты решили вылить на дом весь оставшийся боезапас».
 
Под прикрытием всех огневых средств 11-летнего бойца в бессознательном состоянии все же удалось втащить в укрытие. Осколок врезался в голову пионера, отполосовал ухо, тяжелая контузия сковала мышцы лица. Тогда Павлов вслух подумал, что потерял Курышова навсегда. Но несколько оставшихся в живых солдат, рискуя жизнями, доволокли Толика до палатки фронтового лазарета... Врачи резали вдоль и поперек окаменевший от гари и крови несоразмерный бушлат, прилипший к изувеченному худенькому тельцу, но сохранили найденную в кармане за-писку: «Этот мальчик, Толик Курышов, с 28 сентября по 24 ноября находился со мной в торцевом доме № 61 на площади 9 Января. Отражал атаки немцев. Считаю его бойцом своего гарнизона и прошу содействия в спасении его жизни. Гвардии сержант 3-го разведбатальона 42 гв. полка Я. Ф. Павлов».
 
Затем был санитарный поезд до Пензы. Таких составов мчалось в тыловые госпиталя с Волги тогда немало. Мать Толика Елизавета Никитична, отпрашиваясь у председателя колхоза, встречала тогда на станции Кузнецка все без исключения поезда со стороны Сталинграда, расспрашивая медсестер о сыне. В одном из вагонов, прибывшем на платформу морозным утром в конце 1942 года, находились сразу три тяжелораненых мальчика. Лицо одного из них, лежавшего на нижней полке без сознания, скрывала сплошная повязка. Мать приподняла одеяло и окаменела. Наколка «Толя», сделанная когда-то по глупости его братом на руке, вместе с запиской от Павлова явились прямым доказательством для начальника поезда, которого мать молила выдать сына для выздоровления в стенах родного дома. Пожилой офицер таки сделал опасное для здоровья раненого и собственной карьеры исключение.
 
Маленький боец через несколько дней пришел в себя в родной светелке. Детский организм, поддержанный парным молоком, стал крепнуть. Но все близкие и друзья вскоре поняли: Толик потерял память. Он называл себя Лешей (имя погибшего на глазах ровесника). И никто поначалу даже не знал подробностей его подвига в Сталинграде. Отец, вернувшись в 1945 году с фронта, призадумался, когда увидел записку, подписанную самим героем Павловым. Но подтвердить ее подлинность через высшие военные инстанции в то тяжелое время тюхменевцы даже не попытались. Следующей зимой амнезия на фоне пережитого многодневного шока Толика стала проходить. Катаясь на самодельных коньках по льду, подросток все постепенно вспоминал.
 
Спустя годы, после переезда с родителями в Приамурье, Анатолий Курышов узнал о присвоении ему ордена Красной Звезды, впервые увидел свою орденскую книжку за номером 806357, подписанную секретарем Верховного Совета СССР. Об этой запоздалой награде узнал и Герой Советского Союза Павлов, считавший мальчика погибшим, много лет переживая горькую утрату.

Онлайн Людмила

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 8545
Re: Дети на войне
« Ответ #23 : 05/12/16 , 19:22:32 »
 

ВИТЯ ХОМЕНКО И ШУРА КОБЕР. ИМ БЫЛО ВСЕГО ПО 16 ЛЕТ. 5 декабря 1942 года были казнены немцами

Витя Хоменко. Родился 12 сентября 1926 года в городе Кременчуге Полтавской области. Был активным участником партизанского подполья в Николаеве. А 1942 году вместе с Шурой Кобером перешел линию фронта и доставил ценные сведения в штаб партизанского движения, находившийся в Москве. 5 декабря 1942 года был казнен фашистами в Николаеве.

Шура Кобер. Родился 5 ноября 1926 года в городе Николаеве. Во время немецко-фашистской оккупации был разведчиком и связной в одном из организаций Николаевского подпольного центра. 5 декабря 1942 года был казнен фашистами в Николаеве.

Свой героический путь борьбы с фашистами пионер Витя Хоменко прошел в подпольной организации "Николаевский центр".
...В школе по немецкому у Вити было "отлично", и подпольщики поручили пионеру устроится в офицерскую столовую. Он мыл посуду, случалось, обслуживал офицеров в зале и прислушивался к их разговорам. В пьяных спорах фашисты выбалтывали сведения, которые очень интересовали "Николаевский центр".

Быстрого, смышленого мальчишку офицеры стали посылать с поручениями, а вскоре и вовсе сделали посыльным при штабе. Им и в голову не могло прийти, что самые секретные пакеты первыми читали подпольщики на явке...

Вместе с Шурой Кобером Витя получил задание перейти линию фронта, чтобы установить связь с Москвой. В Москве, в штабе партизанского движения, они доложили обстановку и рассказали о том, что наблюдали в пути.

Вернувшись в Николаев, ребята доставили подпольщикам радиопередатчик, взрывчатку, оружие. И снова борьба без страха и колебания. 5 декабря 1942 года были схвачены фашистами и казнены десять подпольщиков. Среди них два мальчика - Шура Кобер и Витя Хоменко.

Они жили героями и погибли как герои.


Онлайн Людмила

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 8545
Re: Дети на войне
« Ответ #25 : 25/12/16 , 20:56:05 »

Онлайн Людмила

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 8545
Re: Дети на войне
« Ответ #26 : 29/01/17 , 10:53:23 »


РАЗВЕДЧИК САН САНЫЧ!
 
Шёл тысяча девятьсот сорок первый год. По нашей земле ходили немецкие солдаты, сжигали наши деревни и поселки, угоняли в плен детей и женщин. Сашкин отец ушел на фронт и сказал ему : «Береги маму, Санька!» Мальчик очень хотел к отцу на фронт, но никто серьезно с ним не разговаривал. Казавшийся очень взрослым пятиклассник Вовка, уходя на дежурство в народную дружину, как-то посоветовал ему: «А ты сбеги...» Пошутил рыжий Вовка, а Саньке запало в душу. Но зимой заболела мама, и он все время просидел с ней. Решил: «Вот закончу первый класс и сбегу». Потом прошел еще один военный год. Мама совсем выздоровела и работала на заводе. Отец писал письма с фронта и все повторял: «Вот победим в войне – соберемся втроем, и больше никогда не будем расставаться». Саньке хотелось, чтоб поскорей это сбылось. И весной сорок третьего года, Сашка с другом сбежали со школьных уроков и отправились на войну...
 
Им удалось забраться в товарный поезд, но вскоре их поймали и отправили домой. По дороге Сашка убежал от сопровождающих: его уже никто не смог остановить, он ехал бить фашистов… Добравшись почти до самого фронта, Саша встретил танкиста Егорова, который после госпиталя возвращался в свой полк. Санька рассказал ему грустную выдуманную историю о том, что отец его тоже танкист и сейчас на фронте, а маму он потерял во время эвакуации и остался совсем один... Танкист решил привести Сашу к командиру, а тот уже решит, что с ним делать.
 
Когда Егоров рассказал своему командиру о Сашке, как тот хочет бить фашистов, как он сбегал от патрулей, какой он ловкий, тот спросил: – А сколько лет мальчику? Егоров ответил: – «Двенадцать». Командир сказал: – «Таким маленьким не место в армии. Поэтому мальчика накормить, а завтра отправить его в тыл!» От обиды Сашка чуть не расплакался. Всю ночь он думал как быть, и под утро, когда все спали, выбрался из блиндажа и стал пробираться в лес. Вдруг раздалась команда «ВОЗДУХ». Это немецкие самолеты стали бомбить позиции наших войск. Прямо над головой пролетали фашистские стервятники и сбрасывали бомбы. Сашка успел услышать, как вдалеке сержант Егоров искал его и звал «Сашка! Где ты? Вернись». Кругом взрывались бомбы, а Саша все бежал и бежал. Одна бомба разорвалась совсем близко, и его отбросило волной в воронку от разорвавшейся бомбы. Несколько мгновений мальчик лежал без сознания, а когда открыл глаза то увидел в небе, как сбитый фашистский бомбардировщик падает, а от него отделяется парашютист и приземляется прямо на Сашку. Купол парашюта накрыл обоих. Когда фашист увидел мальчика, он стал доставать пистолет. Сашка изловчился и бросил ему в глаза горсть земли. Фашист на какое-то время потерял зрение и стал стрелять в слепую. И тут произошло невероятное. Кто-то перепрыгнул через Сашу и вцепился в немца. Завязалась борьба, а когда немец стал душить нашего солдата, Сашка взял камень и ударил фашиста по голове. Тот тут же свалился без сознания, из под него вылез сержант Егоров. Они связали немца, и Егоров принес его к командиру. Когда командир спросил Егорова, кто взял «языка», тот гордо ответил: «САШКА!»
 
Так в двенадцать лет Сашка был зачислен сыном полка – в 50-й полк 11-го танкового корпуса. И получил свою первую боевую награду медаль «ЗА ОТВАГУ», которую ему вручил командир перед всеми бойцами…
 
Солдаты сразу полюбили Сашу за его смелость и решительность, с уважением относились к нему и называли Сан Саныч. Дважды ходил он в разведку во вражеский тыл, причем оба раза с заданием справился. Правда, в первый раз чуть не выдал нашего радиста, которому нес новый комплект электрических батарей для рации. Встреча была назначена на кладбище. Позывной – утиное кряканье. На кладбище он добрался ночью. Картина ужасающая: все могилы разворочены снарядами... Вероятно, больше от страха, чем это было надо: мальчик раскрякался так усердно, что не заметил, как сзади подполз наш радист и, зажав Сашке рот ладонью, прошептал: «Сдурел, парень? Где же это видано, чтобы утки ночью крякали?! Спят они по ночам!» Тем не менее, задание было выполнено...
 
В июне 1944 года 1-й Белорусский фронт начал подготовку к наступлению. Сашу вызвали в разведывательный отдел корпуса и представили летчику-подполковнику. Тот с сомнением смотрел на мальчугана, но начальник разведки заверил, что Сан Санычу вполне можно доверять, он «стреляный воробей». Летчик-подполковник рассказал, что фашисты недалеко от Минска готовят мощный оборонительный заслон. По железной дороге к фронту непрерывно перебрасывают технику. Разгрузку осуществляют где-то в лесу, на замаскированной железнодорожной ветке в 70 километрах от линии фронта. Эту ветку необходимо уничтожить. Но сделать это вовсе не просто. Парашютисты- разведчики с задания не вернулись. Авиационная разведка также не может ничего обнаружить, все замаскировано. Задача – в течение трех дней найти секретную железнодорожную ветку и обозначить место ее расположения, развесив на деревьях старое постельное белье.
 
– Это дело, Саня, – словно издалека звучал голос командира, – мы решили поручить тебе. – И полковник положил свою большую руку ему на плечо.
 
Ночью группа разведчиков уходила на задание. Когда все было готово, к командиру группы подвели паренька.
 
– Пройдете с ним линию фронта, а дальше у него свое задание.
 
...Всю дорогу шли молча. Отряд растянулся цепочкой так, что Санька смог заметить лишь пожилого мужчину, да молоденького лейтенанта. Потом ему уже было с ними не по пути, и они расстались. Сан Саныча переодели во все гражданское, дали тюк постельного белья. Получился подросток-беспризорник, меняющий белье на продукты. Пробирался лесом вдоль основной железной дороги. Каждые 300 метров парные фашистские патрули. Изрядно вымотавшись, он днем задремал и чуть не попался. Очнулся от сильного пинка. Два фашистских полицая обыскали его, перетрясли весь тюк белья. Обнаруженные несколько картошин, кусок хлеба и сало тут же отобрали. Захватили и пару наволочек и полотенец с белорусской вышивкой. На прощанье «благословили»:
 
– Убирайся, щенок, пока мы тебя не пристрелили!
 
Несколько километров пробирался он вдоль проволоки, пока не вышел к основной железнодорожной магистрали. Повезло: военный эшелон, загруженный танками, медленно свернул с основного пути и скрылся между деревьями. Вот она, загадочная ветка! Гитлеровцы замаскировали ее отменно. Ночью Санька забрался на верхушку дерева, растущего у стыка железнодорожной ветки с основной магистралью и развесил там первую простыню. К рассвету вывесил постельное белье еще в трех местах. Последнюю точку обозначил собственной рубашкой, привязав ее за рукава. Теперь она развевалась на ветру, как флаг. На дереве просидел до утра. Было очень страшно, но больше всего он боялся заснуть и прозевать самолет-разведчик. Самолет появился в срок. Фашисты его не трогали, чтобы не выдать себя. Самолет долго кружил поодаль, затем прошел над Сашкой, развернулся в сторону фронта и помахал крылышками. Это был условный сигнал: «Ветка засечена, уходи – будем бомбить!»
 
Сашка отвязал рубашку и спустился на землю. Отойдя всего километра два, услышал гул наших бомбардировщиков, и вскоре там, где проходила секретная ветка врага, полыхнули разрывы. Эхо их канонады сопровождало его весь первый день пути к линии фронта. На следующий день вышел к реке и перебравшись через нее, встретил наших разведчиков, с которыми вместе переходили линию фронта. По осунувшимся лицам Саня понял, что разведчики находятся у моста уже не один день, но ничего не могут сделать, чтобы уничтожить переправу. Подошедший эшелон был необычным: вагоны опломбированы, охрана эсэсовская. Не иначе как боеприпасы везут! Состав остановился, пропуская встречный санитарный поезд. Автоматчики из охраны эшелона с боеприпасами дружно перешли на противоположную от нас сторону – взглянуть, нет ли знакомых среди раненых. Сашка выхватил взрывчатку из рук бойца и, не дожидаясь разрешения, бросился к насыпи. Подлез под вагон, чиркнул спичкой... Тут вагонные колеса двинулись с места, с подножки свесился кованый сапог немца. Вылезти из-под вагона невозможно...
 
Как же быть? Он открыл на ходу угольный ящик «собачник» – и залез туда вместе с взрывчаткой. Когда колеса глухо застучали по настилу моста, снова чиркнул спичкой и запалил бикфордов шнур. До взрыва остались считанные секунды. Выпрыгнул из ящика, проскочил между часовыми, и с моста – в воду! Ныряя раз за разом, поплыл по течению. Несколько охранников и часовых стреляли по уплывающему Сашке одновременно. И тут рванула взрывчатка. Вагоны с боеприпасами стали рваться, как по цепочке. Огненный смерч поглотил и мост, и поезд, и охрану.
 
Как ни старался Сан Саныч отплыть подальше, его догнал фашистский катер. Фашисты били Сашу и от побоев он потерял сознание. Озверевшие немцы затащили Сашу в домик на берегу реки и распяли: руки и ноги прибили гвоздями к стене у входа. Спасли Сан Саныча разведчики. Они увидели, что он попал в руки охраны. Внезапно атаковав домик, красноармейцы отбили Сашу у немцев. Они сняли его со стены, завернули в плащ-палатку и понесли на руках к линии фронта. По пути наткнулись на вражескую засаду. Многие погибли в скоротечной схватке. Раненый сержант подхватил и вынес Сашу из этого пекла. Спрятал его оставив ему свой автомат, пошел за водой, чтобы обработать Сашкины раны, но его убили фашисты… Через некоторое время умирающего Сашу обнаружили наши солдаты и отправили в госпиталь, в далекий Новосибирск на санитарном поезде. В этом госпитале Сашка лечился пять месяцев. Так и не долечившись, он сбежал с выписывающимися танкистами, уговорив няню-бабушку принести ему старую одежонку, чтобы «погулять по городу».
 
Сан Саныч, догнал свой полк уже в Польше, под Варшавой. Его определили в танковый экипаж. Однажды, случайно он встретил того самого летчика-подполковника, который направлял его на задание. Тот очень обрадовался: «Я тебя полгода разыскиваю! Слово дал: если живой, обязательно найду!» Танкисты отпустили Сашку в авиаполк на сутки, там он познакомился с летчиками, которые разбомбили ту секретную ветку. Его задарили шоколадом, покатали на самолетах. Потом весь авиаполк построился, и Сан Санычу торжественно вручили орден Славы III степени.
 
На Зееловских высотах в Германии 16 апреля 1945 года, Саша подбил гитлеровский танк «тигр». На перекрестке два танка сошлись лоб в лоб. Сан Саныч был за наводчика, выстрелил первым и попал «тигру» под башню. Тяжеленный броневой «колпак» отлетел, как легкий мячик. В тот же день фашисты подбили и Сашкин танк. Экипаж, к счастью, уцелел полностью.
 
29 апреля Сашкин танк снова подбили фашисты. Весь экипаж погиб, в живых остался только Сашка, его израненного доставили в госпиталь. Он очнулся лишь 8 мая. Госпиталь находился в Карлсхорсте напротив здания, где подписывали Акт о капитуляции Германии. Раненые не обращали внимания ни на врачей, ни на собственные раны – прыгали, плясали, обнимали друг друга. Уложив на простынь, Сашку подтащили к окну, чтобы показать, как после подписания капитуляции выходит маршал Жуков. Это была ПОБЕДА!
 
В Москву Сан Саныч вернулся летом 1945 года. Долго не решался войти в свой дом на Беговой улице... Он не писал маме более двух лет, опасаясь, что она заберет его с фронта. Ничего так не боялся, как этой встречи с ней. Понимал, сколько горя принес он ей!.. Вошел бесшумно, как научили ходить в разведке. Но материнская интуиция оказалась тоньше – она резко обернулась, вскинула голову и долго-долго, не отрываясь, смотрела на Сашку, на его гимнастерку на которой красовались два ордена и пять медалей...
 
– Куришь? – наконец спросила она.
 
– Ага! – соврал Сашка, чтобы скрыть смущение и не расплакаться.
 
– Ты такой маленький, защищал нашу РОДИНУ! Я так тобой горжусь, – сказала мама.
 
Сашка обнял маму и они оба заплакали...
 
Александр Александрович Колесников дожил до наших дней, о нем сняли художественный фильм «Это было в разведке». Обязательно посмотрите его.


Автор: Филиппов Евгений

<a href="https://www.youtube.com/v/E_h75eb5vrY" target="_blank" class="new_win">https://www.youtube.com/v/E_h75eb5vrY</a>

Онлайн Людмила

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 8545
Re: Дети на войне
« Ответ #27 : 04/02/17 , 00:42:15 »




Сергей Алешкин во время церемонии награждения.

Онлайн Людмила

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 8545
Re: Дети на войне
« Ответ #28 : 06/02/17 , 09:37:00 »

Онлайн Людмила

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 8545
Re: Дети на войне
« Ответ #29 : 07/03/17 , 08:41:37 »
 

МИША РОМАНОВ


Миша Романов родился в 1929 году в Котельниково, что неподалёку от Сталинграда. Семья Романовых по тем временам считалась небольшой: всего двое детей, Миша и его младшая сестрёнка. Зато крепкой была семья и дружной. Отец, Зиновий Афиногенович, - человек деятельный, умный и умелый, практически в одиночку построил небольшой, но добротный дом, разбил сад. В честь рождения детей посадил тополёк и яблоньку. Хорошее будущее виделось Романовым. Впрочем, как и другим семьям нашей большой страны...

К огненному 1941 году Миша успел окончить четыре класса и одним из первых был принят в пионеры. Он очень походил на отца — такой же решительный и спокойный.

- Мы победим! - говорил Миша плачущей маме. - Вот увидишь!
Но пока что до Победы было очень далеко. Настала пора эвакуации. Семья Романовых должна была угнать колхозный скот в Заволжье. Отец с сыном в течение недели буквально не слезали с сёдел, днём и ночью смотрели за колхозными стадами, а мама с дочерью ехали в кибитке.

Надо сказать, прежде Мише не разрешали часто ездить верхом — родители опасались, так как мальчишка не отличался высоким ростом. Но теперь Миша доказал, что способен управляться с лошадьми. И оттого даже в ту страшную пору чувствовал себя немного счастливее других.
Но едва эта работа кончилась, а «женский состав семьи» с горем пополам устроился на новом месте, Зиновий Афиногенович сказал, что уходит назад, в Котельниково, где создан партизанский отряд. Не мог он быть в тылу, когда врагам надо отпор давать.

- И я с тобой! - вдруг объявил Миша.
Мать старалась удержать сына. Ведь мальчик ещё, даже подростком не назовёшь. Под натиском фашистов и взрослые советские солдаты пока что отступают, а тут пацан с ними воевать собрался. Но характер-то у Миши отцовский.
Так появились в котельниковском партизанском отряде двое новых бойцов.

Мишу полюбили все. Он не боялся никакой работы. И всё делал в песней. Чаще всего - с любимой своей песней «Орлёнок, орлёнок, взлети выше Солнца...», которую разучил ещё в мирное время в пионерской дружине. Дубок — так прозвали мальчугана солдаты.

...Тяжёлые бои вёл отряд. Однажды случилось им побывать в родных местах. С трудом отыскали отец и сын место, где прежде стоял их дом. Одна воронка: ни стен, ни сада, ни тополька с яблонькой не осталось. Дом, который Романовы считали почти членом семьи, погиб первым...

...Ноябрь 1942 года, местечко неподалёку от хутора Киселёвка (всё под Сталинградом), занятого фашистами. Раннее утро. Вот уже двое суток партизанский отряд находился в окружении. Бойцы измотаны, подмоги ждать было неоткуда, а силы явно не равны: враг подтягивал ещё и танки. Командир отряда Ломакин собрал партизан на совет. Рассказал, что фашисты предлагают сдаться или грозят уничтожением. Решение было единогласным: ответить отказом, продержаться до темноты, а ночью попытаться выбраться.

В эту тяжёлую минуту Миша решил поддержать однополчан. Встал во весь рост и запел «Орлёнка» И тут случилось неожиданное: из крайней хатки, с чердака, вдруг высунулась рука и помахала платком! Махнула — и исчезла, будто и не было. Но Миша увидел знак, закричал, тоже в ответ замахал руками.

...Те самые женщины, которые сидели в тот момент на чердаке, и рассказали потом историю страшного боя.

Боеприпасов у партизан оставалось мало, они берегли каждый патрон и стреляли наверняка, подпуская врага поближе. А враг отступал, собирался с силами — и снова шёл в атаку. Первыми на отряд вышла не очень большая конница. Во время второй атаки всадников стало гораздо больше — к фашистам пришла подмога. Но наши бойцы отбились.
Тогда немцы подтянули к окопам миномёты...

Партизаны гибли один за другим. Почти самым последним смолк пулемёт Зиновия Афиногеновича. Фашисты увидели, что отряд перестал отстреливаться. Выждали немного и крикнули: «Рус, сдавайся!»

И тут из окопа поднялся мальчик. Маленький такой мальчик — Миша был небольшого роста. Дубок поднялся, последний оставшийся в живых боец котельниковского партизанского отряда.

- Орлёнок, орлёнок, взлети выше солнца! - запел Миша.
И даже звери-фашисты остолбенели. Они не ожидали увидеть такого защитника Сталинграда. А защитник быстро поднял связку гранат и точно метнул их во врагов. И сам упал, изрешеченный пулями, этот очень юный, но настоящий защитник.

...Вечером того дня жители хутора Киселёвка похоронили бойцов. И Мишу, чьим именем сегодня назвала Котельниковская средняя школа.