Автор Тема: Людоедство на Западе  (Прочитано 21090 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Бесогон

  • Гость
Re: Людоедство на Западе
« Ответ #15 : 09/07/10 , 20:58:56 »
УСОПШИХ - В КАНАЛИЗАЦИЮ И НА КОМПОСТ
Для создания такого компоста останки умерших замораживают при температуре минус 196 градусов, затем при помощи механической тряски их превращают в крупнозернистый порошок, который высушивают и очищают от примесей металлов. В итоге от тела весом 75 кг остается около 25 кг гранулированного порошка светло-розового цвета, который можно использовать в качестве удобрения.

Изобретение Сюзанны Вииг уже запатентовано в 35 странах.
Ну что, не за горами время, когда хоронить только жыдов будут!
А гоев - на компост!

Марина Чернова

  • Гость
Re: Следи за тем, что ешь!
« Ответ #16 : 29/08/10 , 15:33:06 »
                          Ресторан для каннибалов

Все больше жителей Берлина недовольны "пиаром" странного ресторана. Многие вспоминают в связи с этим о каннибале Армине Майвесе, в 2006 году приговоренном к пожизненному заключению за убийство Бернда Юргена Брандеса. В 2001 году Майвес убил Брандеса, а затем отрезал от тела пенис и приготовил его с чесноком, солью и перцем. :o

Новый берлинский ресторан Flime, который откроется 8 сентября, привлек к себе внимание открытой пропагандой каннибализма. На сайте ресторана посетителей призывают пожертвовать какой-либо орган или часть тела, а также обращаются за помощью к хирургам, готовым провести соотвествующую операцию.

Также потенциальный посетитель ресторана может заполнить анкету, включающую в себя вопросы о физическом состоянии, массе тела и беременности. Ресторан утверждает, что с пониманием и сочувствием относится к бразильскому племени варикака, члены которого употребляли в пищу органы своих умерших соплеменников.

"Мы считаем употребление пищи "пиром духа", во время которого сила съедаемого передается тому, кто его ест", - заявляют владельцы ресторана.

Майкл Браун, вице-председатель Христианско-демократической партии Германии заявил, что считает объявление, размещенное на сайте ресторана, шуткой. "Тем не менее, эта шутка отвратительна", - подчеркнул он.

Между тем, все больше жителей Берлин недовольны "пиаром" странного ресторана, сообщает Spiegel. Многие вспоминают в связи с этим о каннибале Армине Майвесе, в 2006 году приговоренном к пожизненному заключению за убийство Бернда Юргена Брандеса. В 2001 году Майвес убил Брандеса, а затем отрезал от тела пенис и приготовил его с чесноком, солью и перцем. Он ел человеческое мясо в течение нескольких месяцев, вплоть до своего ареста.

Несмотря на то, что пока владельцев ресторана обвиняют лишь в дурновкусии и бездарном пиаре, точный адрес заведения для каннибалов не сообщается. Следует отметить, что в меню ресторана можно найти немало мясных блюд, однако из какого именно мяса они будут приготовлены, неизвестно. ;D
http://www.newsru.co.il/world/29aug2010/cannib702.html

Оффлайн vasily ivanov

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 7835
Re: Людоедство на Западе
« Ответ #17 : 21/11/10 , 16:00:42 »
Секретарь австрийского посла в России Гвариента Иоанн Корб, бывший в России в 1699 году:

«Куропатки, утки и другие дикие птицы, которые составляют предмет удовольствия для многих народов и очень дороги у них, продаются здесь за небольшую цену, например, можно купить куропатку за две или за три копейки, да и прочие породы птиц приобретаются не за большую сумму».

Соотечественник Корба, Адольф Лизек, состоявший секретарем при австрийских послах, бывших в Москве в 1675-м году: «птиц так много, что жаворонков, скворцов и дроздов не едят».

В том же 17-веке Германии проблему с мясом решали по-другому. Там за время Тридцатилетней войны(1618–1648) было уничтожено около сорока процентов населения. В результате дело дошло до того, что в Ганновере власти официально разрешили торговлю мясом людей, умерших от голода, а в некоторых областях Германии (христианской, между прочим, страны) было разрешено многоженство для восполнения людских потерь.

http://mikle1.livejournal.com/1321264.html

Оффлайн Vuntean

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 7129
Re: Людоедство на Западе
« Ответ #18 : 17/10/11 , 18:39:39 »
Схавали немчуру...

Останки немецкого яхтсмена из Гамбурга Стефана Рамина, исчезнувшего без вести в прошлом месяце, найдены на тропическом острове Нуку Хива во Французской Полинезии; согласно первым выводам следствия Рамин был съеден, затем его тело расчленили и сожгли, но для окончательных выводов в Париже будет проведена экспертиза, сообщает The Telegraph.

Стефан Рамин отправился в путешествие по Тихому океану вместе со своей подругой, к чему они готовились несколько последних лет.

В прошлом месяце Рамин отправился на остров Нуку Хива для охоты на горных овец. С ним был проводник из местных жителей, первым сказавший подруге Рамина, что произошёл несчастный случай, в котором яхтсмен пострадал. Когда девушка пыталась поднять тревогу, полинезиец ударил её и она потеряла сознание, а проводник скрылся. Его местонахождение до сих пор неизвестно.



В свете данного информационного сообщения забавно выглядит реклама с крупнейших туристических порталов:

"Великолепный остров Нуку-Хива... Многие талантливые писатели и художники во все времена стремились сюда в поисках вдохновения... Столица острова поселение Таиохаэ располагается на берегу чарующего залива, и славится непринужденной, гостеприимной атмосферой... Отпуск на Нуку-Хива доставит вам множество ярких впечатлений и запомнится надолго.
Если вы отправляетесь на отдых в Полинезию, остров Нуку-Хива, безусловно, заслуживает внимания любого туриста. ...И действительно, отдых на Нуку-Хива подарит много чудесных открытий. Обычаи и устои местных жителей, особенности религии и культуры, памятники истории - все это притягивает как магнит. ...Остров Нуку-Хива - отличное место для хорошего отдыха. Посетите достопримечательности этого прекрасного курорта, отведайте местную кухню, прогуляйтесь по магазинам и здешним лавочкам, познакомьтесь с жителями - несомненно, вы запомните этот остров надолго"
:))))))))))))))))))


А вообще, западные гандоны, оставьте Океанию в покое. Появившись на том же острове Нуку-Хива, вы завезли оспу, проказу, венерические заболевания, другие неизвестные здесь доселе болезни, занимались работорговлей, просто резвились, охотясь на полинезийцев, в результате чего население острова сократилось с около 100 тысяч человек в 20-х годах XIX века до 635 человек в 1934 году!!! Что это, если не ещё один пример жесточайшего геноцида со стороны западных оккупантов?! Кстати, русские моряки Крузенштерна, появившись на Нуку-Хива в 1804 году, напротив, установили с аборигенами дружеские контакты, не вмешиваясь в их повседневную жизнь, и оставили о себе исключительно добрую память...


Нуку-Хива

http://general-ivanov.livejournal.com/1026173.html

Оффлайн Vuntean

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 7129
Людоедство на Западе
« Ответ #19 : 19/02/12 , 00:17:40 »
В деградирующей Европе разрабатываются "проекты" смывания покойников в канализацию




Бельгийские предприниматели планируют расщеплять тела умерших и смывать их в канализацию. По мнению авторов этого метода, в есть несколько преимуществ: это менее затратно, чем захоронение на кладбище, и практически не наносит вреда окружающей среде в отличие от дыма крематориев. Для полного растворения тела в щелочном растворе нужно почти три часа.

Представитель фламандской Ассоциации предпринимателей рассказал, что тело после помещения в контейнер для утилизации превратится в пепел и жидкость, которые могут быть слиты в канализационную систему, и затем попадут на очистные сооружения. Власти Бельгии еще обсуждают возможность подобной утилизации. Изучается этот метод и в ЕС, и, если предложение будет одобрено, "смывать" покойников будут по всей Европе, - сообщает TCH.ua.

В свою очередь противники идеи сравнивают ее авторов с Франкенштейном и обвиняют в черствости. В публикации также отмечается, что "растворение покойников" недавно было узаконено в шести штатах США - Мне, Колорадо, Флориде, Миннесоте, Орегоне и Мэриленде.

Однако, глубина мышления в нынешней Европе и её прагматизм, позволяют считают этот "способ" несмотря на минимум затрат, этот способ утилизации тел является неэкономным, так как не использует возможности, которые дают останки человеческого тела. Как предложила биолог из Швеции Сюзанна Вииг, из них можно делать очень хороший компост. "Изначально было задумано природой, что умершие остаются лежать на земле, становятся добычей животных и постепенно превращаются в почву", - отмечает она. Поэтому тела умерших людей следует превращать в компост, на котором их родственники могут вместо памятника вырастить цветы, которые и станут "наилучшим памятником". Для создания такого компоста останки умерших замораживают при температуре минус 196 градусов, затем при помощи механической тряски их превращают в крупнозернистый порошок, который высушивают и очищают от примесей металлов. В результате от тела весом 75 кг остается около 25 кг гранулированного порошка светло-розового цвета, который можно использовать как удобрение. Эту технологию уже запатентовали в 35 странах.

http://rusinform.ru/index.php?newsid=224

Оффлайн Vuntean

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 7129
Людоедство на Западе
« Ответ #20 : 09/03/12 , 17:06:39 »
Пепси-кола с человечиной



Федеральная комиссия США по ценным бумагам и биржам (SEC) разрешила компании PepsiCo выпустить новую газировку с усилителем вкуса на основе клеток человеческих эмбрионов, полученных при абортах.

Пищевому гиганту будет позволено заключить контракт со специализирующей на биотехнологиях компанией Senomyx, которая использует клетки почек мертвых эмбрионов (HEK 293 – Human Embryonic Kedney) при разработке усилителей вкуса.

В соответствии с решением SEC от 28 февраля, договоренность PepsiCo с Senomyx для производителя прохладительных напитков подпадает под определение "обычные деловые операции".

Ранее некоторые из акционеров Pepsi ужаснулись намерению менеджмента и составили резолюцию, в которой заявили, что "корпоративная политика компании в рамках соблюдения прав человека и этических норм рассматривает неприемлемым использование останков человеческих существ как в частных, так и в совместных исследованиях".

Предполагаемое появление на магазинных полках продукта с усилителем вкуса на основе эмбриональных клеток вызвало резкую критику со стороны простых американцев и, в особенности, религиозных объединений в США. Эстафету американских борцов за право человека на жизнь подхватили католические организации по всему миру.

Глава американской организации Children of God for Life Дебби Виннидж заявила, что "поражена пассивностью и равнодушием" руководства PepsiCo и администрации Барака Обамы.

http://top.rbc.ru/wildworld/08/03/2012/640966.shtml

Оффлайн Vuntean

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 7129
Re: Людоедство на Западе
« Ответ #21 : 27/10/12 , 12:19:45 »
Полицейского обвинили в подготовке убийства ста женщин


Офицера нью-йоркской полиции обвинили в заговоре с целью похищения и убийства десятков женщин. Как сообщает в четверг, 25 октября, Agence France-Presse, число потенциальных жертв достигает сотни.
Как следует из материалов дела, 28-летний Гилберто Валле (Gilberto Valle) обсуждал с неназванным лицом преступления, которые планировал совершить. Планы подозреваемого предполагали, что он будет усыплять женщин с помощью хлороформа и приносить их к себе домой. Далее злоумышленник описывал, как будет держать жертву в духовке или над огнем, а затем есть.

Валле был арестован в среду в своем доме в нью-йоркском районе Куинс. Ни одна женщина от его действий не пострадала.

У полицейского были сообщники, но о них никаких подробностей не сообщается. По меньшей мере одному человеку Валле пообещал похитить женщину за плату.

В компьютере полицейского нашли список из сотни женщин с именами, фотографиями, адресами и другими данными. Для составления списка потенциальных жертв он использовал базы данных правоохранительных органов.

Сообщается также, что Валле по меньшей мере однажды встречался с одной из потенциальных жертв.

В случае, если вина полицейского в подготовке сговора с целью похищений и убийств будет доказана, ему грозит пожизненное заключение.

http://lenta.ru/news/2012/10/26/police/

Онлайн Ashar1

  • Политсовет
  • *****
  • Сообщений: 6769
Re: Людоедство на Западе
« Ответ #22 : 08/11/12 , 19:55:23 »
Пожизненное заключение не за совершение преступления, а за намерение его совершить.  В эРэФии следом за США к этому тоже идут семимильными шагами. Пример: Квачков, Хабаров. И в то же время пьяный убийца пятерых человек за рулём автомобиля рассчитывает максимум на три года тюрьмы. Кошмар...

Оффлайн Vuntean

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 7129
Re: Людоедство на Западе
« Ответ #23 : 23/11/12 , 20:54:31 »

Американские сувениры из костей убитых японцев


23 ноя, 2012 at 7:24 PM






Почему-то обычно принято считать, что во время Второй Мировой войны ТОЛЬКО в Германии (точнее - фирмой "Луи Виттон" по заказу правительства Германии) было принято шить сумочки и всякие там кошельки, а также абажуры для торшеров и настольных ламп и т.п. из кожи евреев.


Абажуры эти часто выставляли на показ на выставках, так что в наличии оных сомневаться не приходится, вот, например - из кабинета Геббельса (кстати, - генетический анализ этого абажура говорит о том, что он сделан не из еврейской кожи, а из чешской):





Это утверждение (что только в Германии) не верно. Всего неделю назад я публиковал у себя тут в ЖЖ пост про Тибет - где было множество фотоснимков например отрубленных и засушенных рук тибетцев из коллекции Далай-Ламы, который это вообще обожает (там это подарки ко дню рождения, на Новый Год и т.д. - после бегства из Тибета он вынужден был оставить эту коллекцию - и теперь очень страдает без неё...). Коллекция (а там не только руки, но ещё засушенные желудки, головы и т.д.) собрана как раз преимущественно в годы Второй Мировой войны:





Но это всё факты, к которым вроде как все и так привыкли, которые воспринимаются нормально. Ну, в том смысле, - что от обезьяноподобного дикаря Далай-Ламы - никто ничего иного и не ждёт, а про Германию с Гитлером и Геббельсом уже столько всего наговорили, что никто в принципе ничему не удивляется.


А вот про то, что американцы не только забросали Японию атомными бомбами ради испытания их на людях, но и перед этим всю войну коллекционировали в качестве трофеев черепа и прочие кости японцев - об этом знают и помнят не все. А между тем - это далеко не выдумка - и в 40-е общеизвестный факт, характеризующий американских англо-саксов как мало что ещё (ну - про бомбардировку британскими англо-саксами Дрездена я тоже писал подробно), причём это явление было абсолютно массовым.


Начнём с того, что один из сенаторов подарил Президенту Рузвельту нож для открывания писем, рукоятка которого была выполненна из плечевой кости японца. И Президент публично расстался с этим подарком лишь после того, как разразился скандал из за вот этой милой истории: в журнале Лайф был опубликован снимок (который я ниже привожу) со следующим комментарием - "Когда два года назад высокий, красивый лейтенант прощался со своей 20-летней невестой, он пообещал ей голову японца. На прошлой неделе Натали дождалась подарка, который подписан автографами её любимого и его 13-ти друзей."







У американцев вообще достаточно специфические отношения с телами врагов. Выдиранием золотых зубов, этим неизбежным для любой войны явлением, дело не ограничивалось. Хотя, конечно, и зубы выдирали, куда ж без этого.


"Японец был жив. Он получил тяжёлое ранение в спину и не мог пошевелить руками, иначе он бы сопротивлялся до последнего вздоха. Во рту его сверкал большой золотой зуб, который привлёк победителя. Морпех поддел основание зуба концом ножа и ударил по рукоятке ладонью. Поскольку японец дрыгал ногами и дёргался, лезвие соскочило и вошло глубоко в рот жертвы. Морпех выругался и резким движением разрезал его рот до ушей. Он поставил ногу на нижнюю челюсть и снова попытался достать зуб. Кровь полилась в рот умирающего. Он издал булькающий звук и дико забился. Я закричал: “прикончи его наконец”. Подбежал другой морпех и всадил пулю в голову жертвы, тем самым прекратив агонию. Стервятник с недовольным ворчанием продолжил извлекать свою добычу."


"With the Old Breed: At Peleliu and Okinawa", Eugene Sledge.





Первого февраля 1943 года журнал Лайф опубликовал фотографию с изображением отрезанной головы японца, которую морпехи закрепили под орудием танка. Лайф получил письма протеста от людей, “не способных поверить, что американские солдаты могут проявлять такое зверство”. Редакторы возразили, что “война неприятна, жестока и бесчеловечна, и забыть об этом было бы ещё хуже”. Впрочем, изображение привлекло в два раза меньше внимания, чем фотография подвергшегося жестокому обращению кота.





Уже в октябре 1943 года верховное командование США было озабочено большим количеством газетных заметок с фотографиями подобного рода. Например, в одной из них рассказывалось про солдата с ожерельем из японских зубов, а в другой даже приводились фотографии, наглядно демонстрирующие процесс приготовления черепа, включающий отваривание и очистку костей от плоти.





Началось всё это уже с битвы за Гуадалканал. То есть достаточно рано. Фактически – как только представилась первая возможность. А в 1944 году даже таможня на Гаваях интересовалась у прибывающих американцев, не перевозят ли они японские кости.


Несомненно, большое значение в колекционировании частей тел врага сыграла экономическая составляющая. На такие сувениры был громадный постоянный спрос в самих США. Их отсылали домой в качестве подарков семье или друзьям. Иногда родственники даже сами просили о подобных подарках.


Известен случай, когда мать выпрашивает для сына разрешение отправить ей ухо, и даже случай подкупа капеллана (соответственно - из Епископальной (англиканской) Церкви) японскими ушами.


В 1942 году Алан Ломакс записал блюз, в котором чернокожий солдат обещает своему сыну японский череп и зуб (пытался его сейчас найти в ютубе - но не смог, может вы мне поможете?).


Когда в 1984 году произошла репатриация останков японских солдат с Марианских островов, приблизительно 60 процентов тел оказалось без черепов. Согласно большинству отчётов, то же самое творится и на Иводзиме.


Собственно, до сих пор черепа японцев (времён второй мировой) и вьетнамцев (времён вьетнамской войны; тогда американцы занимались точно таким же коллекционированием) продолжают продаваться в интернете и выкупаются у наследников американских солдат WW-II частными японскими фондами (это не широко афишируется, разумеется - т.к. Япония ныне стопроцентный сателлит Америки).


Это всё факты, друзья мои. Скажем так - не общеизвестные (ибо работает мощная американская пропаганда совершенно в другую сторону), но общедоступные - в т.ч. из американской же прессы тех лет и журнала "Лайф" (известнейшего и уважаемого) в частности.


Вы понимаете - что это за дикари и психи?! Вы можете себе представить, чтоб русские солдаты занимались таким коллекционированием? Ну просто хотя бы теоретически - можете себе такое представить?!


И после этого кто-то не верит фактам о зверствах американцев по всему миру - от Вьетнама и Кореи до Сербии и Ливии? Да как же ещё могут себя вести люди, которые на войне коллекционируют черепа убитых пративников, отсылая их в подарок мамам и невестам?!...


http://nordsky.livejournal.com/565824.html

Оффлайн Vuntean

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 7129
Re: Людоедство на Западе
« Ответ #24 : 23/11/12 , 21:55:15 »

"Дембельский альбом" американского солдата




   
Вдогонку к предыдущему посту.





А вот череп вьетнамского солдата, привезённый бравыми американскими военными коллекционерами с Вьетнамской войны.


Сейчас, надо понимать, - американцы везут сербские, иракские и ливийские черепа.


Завтра сирийские или иранские.


Послезавтра китайские и наши, возможно.


http://eriklobakh.livejournal.com/1309090.html

Оффлайн Vuntean

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 7129
Re: Людоедство на Западе
« Ответ #25 : 19/02/13 , 18:37:23 »

Сергей СМИРНОВ


ЛЕЧЕБНОЕ ЛЮДОЕДСТВО


За что Европе дали Нобелевскую премию

Широко известен анекдот: вождь каннибальского племени выговаривает белому завоевателю: «Белые называют нас дикарями, а сами — самые настоящие дикари — убивают людей больше, чем могут съесть!»


Этот мрачный юмор, увы, остается актуальным и в наши дни, когда Запад устраивает все новые и новые войны и революции, обращающие в руины еще вчера цветущие страны. Причем мотивы этих действий, уносящих множество человеческих жизней, явно выходят за рамки обычной корысти и прагматизма. Они сугубо иррациональны и прямо говорят о страшной нравственной поврежденности тех, кто ради реализации своих странных теорий готов сеять смерть, разрушение и хаос.


Как получилось, что некогда христианский Запад «сделался жилищем бесов и пристанищем всякому нечистому духу, пристанищем всякой нечистой и отвратительной птице», превратился в жуткого монстра, несущего смерть и разорение? Очевидно, что у этого превращения, происшедшего не в одночасье, немало причин. Попробуем рассмотреть одну из них.


После освобождения Московского Кремля казаки перерезали всех поляков гарнизона, невзирая на то, что за многих из них можно было получить немалый выкуп. Дело в том, что осажденные ляхи пробавлялись в Кремле людоедством. А с точки зрения казаков и московских людей, вкусивший человечину переходил некую грань, моментально нравственно деградировал и становился нелюдем. И потому подлежал немедленному уничтожению.


Точно так же поступали с каннибалами и во время голода в Поволжье, на Украине и Кубани. Поскольку психические, нравственные и духовные повреждения людоеда имеют необратимый процесс.


«Целебная» сила смерти
Под словом «Возрождение» применительно к эпохе, пришедшей на смену Средних веков, понимается возвращение к «золотому веку» античности, которая в представлении «передовых людей» того времени была временем расцвета культуры и наук, не ограниченных жестокими рамками религии.


И действительно, многое из того, что казалось навсегда ушедшим из жизни человечества и навсегда погребенным под толщей веков, внезапно возвращалось в мир живых.


В античности, в качестве мощнейшего лекарственного средства практиковался каннибализм. Так, например римляне употребляли кровь гладиаторов и казненных как средство от эпилепсии и ряда других заболеваний. Из жития равноапостольного Константина Великого мы знаем, что когда он, еще будучи язычником, заболел проказой, некий медик предлагал ему лечиться кровью младенцев, но услышав плач матерей, он сжалился над ними и отказался от такого «лечения».


В античности многие полагали, что поедание себе подобных помогает им сохранить молодость и продлить жизнь. Исследователь Анжелика Медведева в своей работе «Каннибализм в древнем мире» указывает, что ведущую роль в наиболее архаичных обрядах каннибализма играли, судя по всему, женщины. Мотив, который заставил их заниматься этим, был довольно прост, но для женщины существенен — желание сохранить молодость.


Имеющиеся факты достаточно убедительно указывают на то, что в Греции микенского периода, в Финикии, Карфагене и, возможно, на Крите с той же целью ели детей, причем, именно собственных. Можно так сформулировать точку зрения адепта подобных обрядов: «поедание сына возвращает отцу молодость», а также, следуя определенной логике, наделяет «сверхъестественной силой, властью».


Значительно позже под каннибализм была подведена философская база. По изложению Секста Эмпирика, для стоиков — «примером их благоволения к умершим будут наставления в людоедстве. Ведь они считают, что нужно есть не только мертвых, но и свое собственное тело, если случится какой-либо его части быть отрезанной. Хрисипп сказал в труде «О справедливости»: «Если отпадет от членов тела какая-либо часть, годная в пищу, то не следует зарывать ее, ни отбрасывать в сторону, но надо съесть ее, чтобы другая часть возникла из наших частей».


В сочинении «О долге», рассуждая о погребении родителей, он выразительно говорит: «По кончине родителей надо погребать их как можно проще, как если бы их тело ничего не значило для нас, подобно ногтям или волосам, и как если бы мы не были обязаны ему подобным вниманием и заботливостью. Поэтому если мясо родителей годно для пищи, то пусть воспользуются им, как следует пользоваться и собственными членами, например, отрубленной ногой и тому подобным»».


В «Сатириконе» римлянина Петрония (60-е гг. I века нашей эры) поэт-неудачник Евмолп оглашает завещание, обязывающее наследников съесть его труп. Хотя это и можно списать на своеобразную месть родне, однако тенденция налицо.


Нельзя утверждать, что «медицинский» каннибализм вошел в жизнь Западной Европы именно из античности, но фактом является то, что в исторических источниках он начинает упоминаться именно с эпохи Возрождения, а его апологеты тщательно изучали древние источники.



Парацельс - один из главных теоретиков лечебного людоедства


Впрочем, возможно, были у них и другие учителя, подсказавшие эти «замечательные» методы лечения. Так, к примеру, во время путешествий Парацельса (одного из главных теоретиков лечебного людоедства) по Востоку, константинопольский маг и алхимик Соломон Тризмозис подарил ему «волшебный камень». В нем был якобы заключен демон по имени Азот, что в переводе с греческого — нежить.


Сущность сия, по словам великого целителя, многое открыла ему и многому научила. Возможно, что и использовать человеческую кровь и плесень с черепа покойника. Или сообщила рецепт мази из бешеного паслена, мака, цикория и детского жира, с помощью которой можно впадать в транс и общаться с духами.


Впрочем, не столь важно, откуда получали «заветные знания» мэтры средневековой медицины, главное, что на их основе в Западной Европе возникла целая школа, просуществовавшая почти до ХХ столетия.


Рецепты из прошлого
Широко известно любимое изречение Парацельса: «Лечить подобное подобным», но далеко не все знают, что понималось оно буквально. Для того, чтобы вылечить болезнь в каком-нибудь органе или части тела, их — этот орган или часть тела — необходимо съесть. Поэтому головные боли лечили порошком из истолченного черепа, а кровь чистили чьей-то кровью.


Историк медицины Ричард Сагг из британского университета Дарема утверждает, что человеческую плоть и препараты, изготовленные из трупов, европейские медики применяли так же часто, как травы, коренья и кору, а части трупа и кровь являлись предметами первой необходимости и имелись в каждой аптеке. На лекарства шли трупы нищих, останки казненных преступников и даже прокаженных.


К примеру, считалось, что человеческий жир якобы помогал при ревматизме и артрите. В XVII веке немецкий фармаколог Иоганн Шрёдер прописывал своим пациентам следующий рецепт: «Человеческое мясо следует нарезать на мелкие кусочки, добавить чуточку мирры и алоэ, несколько дней выдержать в винном спирте, а затем провялить в сухом помещении».


Не верите? Откройте влиятельный германский журнал Der Spiegel за январь 2009 года.


Один из рецептов, связанных с каннибализмом в «медицинских целях», оставил британский проповедник Джон Кеоф, умерший в 1754 году. Среди испытанных снадобий от различных болезней им рекомендованы порошки из костей человеческого запястья и черепа, толченое сердце, дистиллят мозга, экстракт желчи, свежая и сушеная кровь. Ну и, конечно, «мох» (Usnea Cranii Humani), растущий на черепе мертвеца.


Кстати, последний рецепт оставался официальным лекарством в английской фармакопее до XIX века. А головокружения этот достойный муж предписывал лечить «порошком из толченого человеческого сердца, по щепоти утром натощак».


«Королевские капли» Карла II
Нетрудно отметить сходство этих «медицинских» рецептов с теми, что можно почерпнуть из книг по черной магии. И это не удивительно — тот же самый Парацельс (1493-1541 гг.) водил знакомство со знахарями, «бабками», цыганами, каббалистами.


Собственно, можно даже не сомневаться, что подобные методы практиковались и в Средние века. Но тогда их применял сравнительно небольшой круг дьяволопоклонников — колдунов и ведьм, рисковавших в любой момент отправиться на костер.


Однако в эпоху Возрождения эти черно-магические практики и рецепты получили статус «научных» и приобрели широчайшее распространение в Западной Европе. Авторы этих рецептов теперь назывались не колдунами — чернокнижниками, а высокоучеными мужами, лекарями.
Кадры из чёрной комедии «Руки-ноги за любовь»


В числе апологетов лечебного людоедства числился даже Леонардо да Винчи. «Мы сохраняем нашу жизнь благодаря смертям других людей, — как-то сказал он. — В мертвом теле остается бесчувственная жизнь. Она просыпается, когда воссоединяется с желудками живых».


По идее этим медикам продолжал грозить костер. Но это только по идее. Каннибализма не чурались даже «гаранты» католичества. Так, когда в 1492 году Папа Иннокентий VIII находился при смерти, его врачи выкачали кровь трех мальчиков и дали ему ее выпить. Мальчики умерли, впрочем, упырь-понтифик — тоже.


Сей понтифик упомянут в книге Оскара Уайльда «Портрет Дориана Грея» среди «тех, кого Пресыщенность, Порок и Кровожадность превратили в чудовищ или безумцев»: «Джанбаттиста Чибо, в насмешку именовавший себя Невинным, тот Чибо, в чья истощенные жилы еврей-лекарь влил кровь трех юношей». Об этом факте сообщает уже упоминавшейся журнал Der Spiegel.


Томас Уиллис (1621-1675 гг.), выдающийся английский врач, анатом и физиолог, участник первой документированной реанимации и один из создателей Лондонского Королевского научного общества, лечил инсульты микстурой из порошка истолченного черепа и шоколада.


В 1847 году одному англичанину посоветовали смешать истолченный в порошок череп молодой женщины с патокой и дать выпить эту микстуру дочери, больной эпилепсией. Он тщательно выполнил предписание эскулапа, но лечение результатов не дало.


Одним из любимых напитков английского короля Карла II (1660-1685 гг.), были так называемые «Королевские капли», которые представляли собой все тот же чудодейственный порошок истолченного черепа, смешанного с вином.


В Европе также был налажен и импорт «лекарств». Исторические источники свидетельствуют: «тысячи египетских мумий, законсервированные в битуме, были истолчены и продавались как медицинские снадобья».


Так что Европа хорошо потрудилась на этой «ниве». Из немногочисленных критиков можно привести разве что французского писателя и философа Мишеля Монтеня (1533-1592 гг.), написавшего эссе «О каннибалах». Как было им отмечено, людоедство в Бразилии ничуть не страшнее и омерзительнее европейской медицинской версии.


«Воскрешатели» людей
Фармацевтика во все времена была весьма доходным бизнесом. И это понятно — на здоровье не поэкономишь. Вопрос, а как добывалось «сырье» для «лекарств», которыми пользовали стремительно растущее население Западной Европы? Неужели только за счет умерших бродяг и казненных?



Кадры из чёрной комедии «Руки-ноги за любовь»


Все мы в детстве читали у Марка Твена историю про похищение с кладбища покойника, свидетелем чему стал Том Сойер. Похитители трупов — в те времена была такая криминальная, причем весьма доходная специализация. Причем промысел был поставлен на поток. Некоторые источники уверяют, что бизнес процветал, поскольку медицинским институтам были нужны трупы для вскрытия и изучения, но их законная поставка была ограничена.


Закон Туманного Альбиона разрешал использовать для научного исследования только казненных преступников. Коли так, то Великобритания могла бы завалить все медицинские институты Европы трупами казненных — в этой стране лишали жизни даже за бродяжничество и карманные кражи.


А вот для производства лекарств «законных» останков точно не хватало. И в Британии (да и не только там) широко процветал промысел «воскрешателей людей», как склонные к черному юмору британцы называли поставщиков аптекарей, орудовавших на ночных кладбищах. Впрочем, «сырье» для фармацевтов они добывали не только так.


В 1827 году два жителя Эдинбурга, Уильям Бёрк и Уильям Хэйр, придумали куда более быстрый способ зарабатывать деньги на торговле похищенными трупами. Вместо того чтобы прятаться на кладбищах ночью, вскрывать могилы и вытаскивать трупы из гробов, каждую минуту рискуя быть пойманными сторожами, они решили пойти другим путем. А именно: убивать людей и продавать их трупы.


На эту мысль их натолкнуло следующее событие. Хэйр и его жена держали доходный дом, вернее — ночлежку. Один из их квартирантов, пожилой мужчина, умер от естественных причин. Человек задолжал Хэйру четыре фунта.


Желая вернуть деньги, Хэйр и Бёрк, который тоже снимал у него угол, заполнили гроб мусором, тело же спрятали, а позже принесли в кабинет доктора Роберта Кнокса. Им заплатили за «товар» кругленькую сумму в семь фунтов, и в тот самый момент они поняли, что знают верный путь к богатству.


В течение следующего года Хэйр и Бёрк убили шестнадцать людей и продали их останки аптекарям. Свой бизнес они начали с квартирантов. Когда тяжело заболел один из обитателей ночлежки, они решили ускорить смерть и задушили его во время сна. Когда недужные квартиранты «подошли к концу», они перешли на бродяг, проституток, да и вообще любых людей, которых им удавалось заманить в дом.


Однажды они прикончили старую проститутку по имени Мэри Хэлдэйн. Когда ее дочь Пегги пришла и стала звать и искать свою мать, они умертвили и ее тоже. Другая проститутка, Мэри Паттерсон, была убита и продана доктору Кноксу, и тут случился казус — среди сотрудников медика оказались ее клиенты, совсем недавно видевшие несчастную в добром здравии.


Прибыльный бизнес завершился в конце 1828 года, когда тело их последней жертвы — Марджори Дочерти — было обнаружено квартирантом под кроватью в ночлежке. Бёрк и Хэйр сумели тайно унести труп до прибытия полиции. Однако констебли, идя по следу, вломились в кабинет доктора Кнокса, где и обнаружили тело убитой и всю компанию.


Судьба душегубов сложилась по-разному. Доктора вообще привлекать не стали — он, дескать, в своем праве — покупал нужный ему товар, а откуда — не его забота. Хэйру обещали освобождение от ответственности, если он даст показания против подельника, что он и сделал. Ну, а Бёрка в январе 1829 года самого превратили в «лекарственный препарат». Через повешение. Из его кожи сделали бумажники и кисеты для табака, которые моментально раскупили. Совсем по Парацельсу — «подобное подобным».


Дело получило большую огласку. Убийство с помощью удушения стали называть «бёркинг». Примечательно, что в наши дни по мотивам этой истории в Британии сняли… комедию под названием «Руки-ноги за любовь», где главные «герои» выглядят довольно симпатичными персонажами, не лишенными благородства.


Следует отметить, что спрос на трупы в Шотландии и Англии в ХIХ веке был так велик, что в соседней Ирландии «бодиснэтчерсом» промышляли целые корпорации. Ольстерские похитители трупов выкапывали тела на кладбище и переправляли их через Ирландское море в бочках с виски, чтобы сохранить свежими. Когда тела вытаскивали из бочек, виски продавали.


http://www.specnaz.ru/articles/195/3/1744.htm




Фото: Бездушными дельцами используются здоровые человеческие зародыши в возрасте от семи до двадцати одной недели, полученные в ходе легальных абортов




Собственно в основе медицинского людоедства лежит то же убеждение, что и у дикарей Нового Света, что поглощенная плоть человека передает тому, кто её съел, некоторые его качества или возможности.


 
ЛЕКАРСТВА «ИЗ ДЕТЕЙ»


«Части трупа и кровь были предметами первой необходимости, которые имелись в каждой аптеке, — утверждает Ричард Саггс. — Самыми прилежными каннибалами были не жители Нового Света, а европейцы».


С конца XVIII столетия в медицинской науке значительный авторитет приобрели ученые, которые категорически отвергали медицинский каннибализм. В 1751 году врач и ботаник Джон Хилл писал, что «употребление плоти и костей наших ближних» является «отвратительным». В 1782 году врач Уильям Блэйк говорил, что «омерзительные или ничтожные» средства, такие как египетские мумии и порошки из черепов мертвецов, «по сути своей представляют чушь, которая должна быть исключена из фармакопей».


Однако последний задокументированный случай, когда пили кровь казненных, указывает Ричард Саггс, датируется 1908 годом. Вдумайтесь, еще в начале XX века в германском медицинском каталоге можно было еще встретить объявления о продаже мумий на лекарства!


Еще дольше использовался человеческий жир, который с конца XIX века продавали в Германии под торговой маркой Humanol в стерильных ампулах для лечения рубцов, дезинфекции ран. Однако уже в 1920 году препарат потерял свою популярность после того, как стали поступать жалобы на его низкую эффективность и частые случаи жировой эмболии, вызванной его применением.


Еще в 1880-е годы XIX века из человеческого жира делали магические свечи, которые якобы обладали способностью притуплять ум и чувства людей. Они были популярны у преступников и назывались «воровскими свечами». Считалось, что если вор зажжет такую свечу, то хозяева дома, в который он явился, не смогут ему помешать.


Теперь, казалось бы все это в прошлом… Как бы ни так! Вскормленный человеческим мясом (в буквальном и фигуральном смыслах) Запад не собирается отказываться от своих многовековых пристрастий.


Вышеизложенные факты, вызывающие у российской аудитории шок, западным человеком воспринимаются иначе. Он видит в этой практике проверенное временем обоснование неких «модных» тенденций современной медицины. Так, немецкая пресса предлагает по-новому, без отвращения взглянуть на каннибализм в человеческой среде, указывая на исторические корни неких направлений современной медицины.


«Фетальная терапия» — сегодня одно из самых модных и популярных в элитарных кругах направление медицины, в котором используют эмбриональные стволовые клетки, ткани и другие активные биологические вещества, которые они выделяют. В качестве «сырья» для изготовления этих лекарств используются неродившиеся дети, абортированные, в том числе на поздних сроках.


Отметим, что эффективность лечения препаратами, изготовленными «из детей», вызывает сомнение у многих специалистов, однако их усиленно рекламируют, они приносит доходы, вполне сопоставимые с торговлей наркотиками или оружием.


Существует четырнадцать видов вакцин с использованием человеческих зародышей, полученных в результате абортов. И все эти вакцины производятся крупными фармацевтическими корпорациями.


КУЛИНАРИЯ И ПОДСЛАСТИТЕЛИ
Запад, развивая традиции, не останавливается на достигнутом. И вот уже плоть нерожденных младенцев используют в… кулинарии. Впрочем, чему удивляться! Ричард Саггс, например, приводит французский рецепт изготовления из крови… мармелада, датированный 1679 годом.


Недавно в США разыгрался скандал, когда стало известно, что в состав напитка будут входить вытяжки из человеческого плода. Предполагаемое появление на магазинных полках среднекалорийного напитка «Pepsi Next» с усилителем вкуса на основе эмбриональных клеток вызвало резкую критику со стороны простых американцев и, в особенности, религиозных объединений.
Потребление европейского варианта «благ цивилизации» со временем стерилизует потребителей, и они не могут иметь детей


Для подсластителя «Pepsi» должны были использоваться клетки эпителия HEK-293 (Human Embryonic Kedney) из эмбриональной почки человеческого плода. Надо сказать, что зачатки почек и надпочечников появляются у ребенка к концу первого месяца и уже на четвертом начинают функционировать.


Некоторые из акционеров «Pepsi» (к счастью, нашлись такие!) ужаснулись намерению менеджмента и составили резолюцию, в которой заявили, что «корпоративная политика компании в рамках соблюдения прав человека и этических норм рассматривает неприемлемым использование останков человеческих существ как в частных, так и в совместных исследованиях».


Глава американской организации «Children of God for Life» Дебби Виннидж заявила, что «поражена пассивностью и равнодушием» руководства «PepsiCo» и администрации президента Барака Обамы.


Реакция неравнодушных людей возымела действие. В итоге, как заявил в конце мая 2012 года вице-президент «PepsiCo» Пол Бойкас, биотехническая компания «Senomyx», с которой у них заключен контракт для разработки подсластителей, «не будет больше использовать клетки HEK или любые другие ткани и клетки, полученные из человеческих эмбрионов или плодов, для исследований по заказу «PepsiCo».


Мистер Бойкас отметил также, что в компании были проведены внутренние дискуссии, в результате которых было признано, что политика использования абортированных клеток для разработки усилителей вкуса не в интересах компании «PepsiCo».


Согласно новой политике запрещается любое исследование «PepsiCo» — или третьих сторон, которые она финансирует — с использованием человеческих тканей или клеточных линий, полученных из человеческих эмбрионов или плодов. Вследствие такого заявления компании представители американских организаций в защиту жизни призвали граждан прекратить бойкот продукции «PepsiCo».


«ВСЕГО ЛИШЬ» БИОТЕХНИКА
Нынешние китайцы, как известно, самым изысканным и ценным деликатесом считают человеческих эмбрионов. Летом 2012 года южнокорейские таможенники задержали груз из Китая с 17 тыс. чудодейственных таблеток, которые «лечат все болезни». Выяснилось, что они наполнены измельченными в порошок высушенными телами мертворожденных младенцев и эмбрионов.


Здесь, по сути, тоже самое, только более по-западному…


Мировой рынок пищевых ароматизаторов и ароматизирующих веществ, эквивалентный $ 10,4 млрд., неуклонно растет. Общее число патентов «Senomyx» достигло 113, более трехсот находятся в стадии рассмотрения правительствами ряда государств.


Компания «Senomyx» проводит (или проводила прежде) исследования и тестирование по использованию человеческих эмбриональных клеток и тканей в качестве усилителей вкуса на продуктах крупнейших компаний, таких как: «Kraft», «Nestl?», «PepsiCo», «Coca-Cola», о других пока не знаю.


Продукты «Nestl?», всем известны: «Nescafe», «Nesguik», «KitKat», «Nuts», «Friskie», «Bon Pari» и т. д. Продукция «Kraft» — это сыры, кофе Jacobs, шоколад «Milka» и т. д. Причем главными пользователями этой разрекламированной продукции являются дети.


Бездушными дельцами используются здоровые человеческие зародыши в возрасте от семи до двадцати одной недели, полученные в ходе легальных абортов. Возраст оценивался по длине тела и так далее. Печень и почки зародыша быстро удалялись и взвешивались.


Такие аборты на сроках семь, шестнадцать и двадцать одна неделя называются простагландиновыми. В матку впрыскивается специальное вещество, в результате «мини-родов» ребенок появляется на свет преждевременно. В 50 % случаев плод оказывается живым, но это никого не останавливает! Мясники просто вскрывают животик без какой-либо анестезии, чтобы извлечь крохотные печень и почки.


В итоге на лицо две проблемы — использование убитых абортом детей (как и сами аборты) и каннибализм, поставленный на технологический поток.


На наших глазах из людей с ранних лет делают некие сущности с атрофированной душой. Ведь потребление части себе подобного существа убивает саму душу! Человеческое существо становится послушным роботом, неспособным думать самостоятельно, а следовать лишь своим инстинктам. У него пропадает самое сильное оружие, делающее человека сильной и развитой личностью, способной творить, менять, улучшать, любить.


Кроме того, потребление европейского варианта «благ цивилизации» со временем стерилизует потребителей, и они не могут иметь детей. Миллионы убивают абортом, другие миллионы — отсутствием возможности родиться, а тех, кто умудрился родиться, делают забесовленными сущностями.


Глобальные процессы, а также продолжение ранее взятого курса на интеграцию с Западом, открывают возможности для продвижения подобных «передовых технологий» и в жизнь нашего народа.


http://www.specnaz.ru/articles/196/3/1756.htm

Оффлайн Vuntean

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 7129
Re: Людоедство на Западе
« Ответ #26 : 28/02/13 , 16:11:40 »

Чучела туземцев



   
Это не восковые куклы, это произведения мастеров 18-го века - чучела туземцев. Самые настоящие людские тушки, набитые соломой.


До второй трети 19-го века англичане не считали официально не-белые народы вообще людьми - и из "диких" делали чучела в этнографических целях. В тех же количествах, что и чучела львов, тигров, экзотических птиц и пр.


Данные три - из коллекции Санкт-Петербургской Кунсткамеры. Куплены при Анне Иоановне, кажется, а сделаны, разумеется - англичанами: только англичане умело делали замечательные чучела туземцев для музеев, а также для украшения дворцов и т.д. Это был приличный рынок предметов роскоши.


Это к вопросу о том, что многие полагают, что на данный момент не захоронены и выставлены на показ только В.И.Ленин, монахи и прочие святые в Киево-Печерской Лавре, а также египетские и алтайские мумии.


Собственно - в музеях мира они до сих пор все хранятся - если не в экспозиции, то в запасниках (ну вот и в нашей Кунсткамере). Однако бывают и курьёзы: в Великобритании королевская семья ещё в начале 20-го века забрала из Британского музея часть тушек - преимущественно африканских туземцев - для экспонации в Букингемском дворце после того, как дирекция Британского музея решила убрать их из экспозиции. Тушки негров и сейчас выставлены в жилище Её Королевского Величества. И вот, жёлтая английская пресса очень веселилась во время визита Обамы в Великобританию - каково ему будет присутствовать на обеде у Её Величества, созерцая тушку своего прадедушки? С другой стороны - а если от тушки прадедушки Обамы отвалится палец - и упадёт в тарелку Её Величества? Ну - и т.д.








http://eriklobakh.livejournal.com/1369455.html

Оффлайн Vuntean

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 7129
Re: Людоедство на Западе
« Ответ #27 : 22/04/15 , 01:19:36 »
Традиции Западной Европы: голод, людоедство, эпидемии



Д. Абсентис


Христианство и спорынья


Глава 5


Жизнь в Европе. Темные века и «злые корчи»
         
 
Средние века. Это словосочетание ассоциируется с Европой, инквизицией и чумой. Для человека, историей не интересующегося, пожалуй и все. Ну разве что кто-то вспомнит, что на конец средних веков приходится эпоха Возрождения, начавшаяся с XIV века в Италии и с XV в других странах. Но почему-то мало кто задается вопросом, откуда такое название эпохи. Возрождение чего? Или, точнее, возрождение после чего? То есть многие помнят, что Возрождение — это обращение к культурному наследию античности, но понять, кто же мешал это сделать раньше, что за сила отбросила развитие цивилизации на тысячу лет? Такой вопрос не сможет задать себе человек, считающий, что христианство способствовало развитию науки и культуры. Как же жила благополучная, богатая и сытая на день сегодняшний Европа в средние века? Почему на английском это время часто называют «темные века» (Dark Ages), не всегда, вопреки конвенциональному определению, подразумевая под этим только раннее средневековье?


Обычно употребление такого названия (применительно к раннему средневековью) объясняется тем, что об этом времени мало известно. Так ли это? Вряд ли. Скорее человечеству просто приятно обнаруживать в своей истории что-то «большое и светлое», романтическое и благородное. Отсюда вывод — раз мы этого в «темные века» не видим, значит мало о них знаем. Боязнь зеркала в позиции ментального страуса. Тем временем некоторые именитые историки (Бродель, Ле Гофф, Монтанари) добрались и до самого понятия «средневековья» и давно предлагают его расширить до до конца XVIII или даже начала ХIХ столетия, выдвигая концепцию «длинного средневековья». «Средневековье длилось, по существу, до XVIII века, постепенно изживая себя, — поясняет свое убеждение Ле Гофф. — Мы живем среди последних материальных и интеллектуальных остатков Средневековья»1. Монтанари также считает устоявшиеся датировки «безжизненными» и «искусственными». Вероятно, они в этом правы. Впрочем, если кто-нибудь будет задаваться подобным вопросом лет через двести, то он попытается и наше время запихнуть в средневековье. И тоже будет прав. Но поскольку мнение о «длинном средневековье» еще не стало распространенным, постараюсь придерживаться привычных определений. Поэтому вместо простой констатации «жизнь в средневековой Европе была не сахар» мне придется писать более развернуто: Европа и в раннее, и в позднее средневековье, и во времена Возрождения и Просвещения была тем местом, где вам навряд ли захотелось бы жить. Причин тому множества, но мы пока рассмотрим голод и эпидемии. Европа голодала. Дико голодала.


«Средневековый мир находился на грани вечного голода, недоедающий и употребляющий скверную пищу, — пишет Ле Гофф. — Стоит поразмыслить над этой физической хрупкостью, над этой психологической почвой, пригодной для того, чтобы на ней внезапно расцветали коллективные кризисы, произрастали телесные и душевные болезни, религиозные сумасбродства»1.


Вот именно с такой точки зрения я здесь и предлагаю «поразмыслить над психологической почвой» Европы. Нас интересует конкретно «обстановка». Поэтому, чтобы не создавалось впечатление в тенденциозности нижеследующего описания, необходимо это сразу пояснить. Да, естественно, голод был далеко не каждый год. Между пиками голода могло лежать и три, и десять, и более лет. И жизнь могла заметно улучшаться в эти периоды. Но в нашем контексте «сеттинга» важен не сам физический голод, как таковой, а перманентный страх голода, как феномен психический. Те у кого есть родственники, пережившие войну или, тем более, блокаду, обычно помнят, как их в детстве ругали, если они не доедали хлеб. Выбрасывать хлеб — грех, это запечатлелось на всю жизнь у тех, кто когда-либо голодал. Любой читал рассказы о полумертвых от голода подобранных в море матросах, которые, будучи уже в безопасности на спасшем их корабле, все равно делают запасы, складывая сухари под койку — настолько в них въелся терзавший их голод, что обуреваемые диким страхом опасности минувшего, они просто не могут контролировать свое поведение. А именно в таком ужасе Европа и жила, будучи «универсумом голода», как писал Ле Гофф, а само «средневековье было по преимуществу временем великих страхов»1. В благополучные годы воспоминания о годах голодных просто не успевали выветриться из памяти. Кроме голода, население пугали бесконечные эпидемии, им владело «чувство панического ужаса, которое сеяли эпидемии и болезни в средневековом обществе»2. Повторюсь еще раз — не всегда и не во всех частях Европы одновременно происходило то, что описано ниже. Но страх витал над Европой всегда, питая психические эпидемии, без описания или, хотя бы, упоминания которых не обходится не одно исследование средневековья и нового времени. А далее мы увидим, что эти так называемые «психические эпидемии», охота на ведьм, бесоодержимость и повышенный религиозный фанатизм имели под собой, как один из факторов, вполне биологическую причину.


***


   
Кончина столь жалкаго міра въ эту ужасную эпоху была скорее желательна, чемъ страшна.
Камиль Фламмарион.
 
Посмотрим на жизнь Европы X века. Приведу типичное описание из подготовленной доктором Уэселом к годовщине второго миллениума серии статей «Жизнь в 999 году».


Голод сильно ударил по Европе в этот период. Он стал одной из самых серьезных проблем того времен. Между 900 и 999 годом нашей эры, Европа перенесла 20 голодовок, некоторые из которых длились три - четыре года. И в новом тысячелетии изменяющийся климат продолжал приносить голод. В следующем столетии голод был каждые 14 лет в Англии и один раз каждые четыре года во Франции. Есть свидетельства некоторых случаев европейского каннибализма, связанного с голодом. А добросовестные родители, доведенные до крайности голоданием, часто оставляли младенцев на порогах Церкви. Они просто надеялись, что ребенок мог найти лучшую жизнь в защите Бога.


Другой еще более ужасающей проблемой была болезнь, названная эрготизмом. Она была особенно коварна, ибо происходила из основного элемента европейской диеты. Она приходила с ежедневным хлебом, как часть муки. Спорынья была грибом, паразитом ржи, самого распространенного тогда зерна. Съеденный хлеб, зараженный спорыньей, повергал здоровых людей во внезапную, ужасную и мучительную брюшную боль. Кожа, казалось, сгорала в огне, и болезнь назвали «святым огнем». Обычно жертвами овладевало безумие, а затем они умирали. Известно, что целые деревни вымирали в течение двух дней.


Римляне знали, от чего происходит болезнь и как избежать ее. Но с падением Римской империи это знание было утеряно с пятого столетия до 1597 года. Эрготизм продолжал вспыхивать периодически в течение тысячи устрашающих лет.3
Описание начала X века профессором Кампорези не добавляет оптимизма.


В понтификате Стефана VII, когда все, что возможно для выживания человека уже отсутствовало — собаки, мыши, коты, а также все другие, самые отвратительные, животные, уже были мертвы, когда не осталось ни лошадей, ни вьючных животных — в Италии и Франции многие научились есть человеческую плоть, хотя поедали ее довольно тайно.4
Перейдем в XI век, посмотрим, что изменилось.


В период между 1002 и 1016 годами, бургундский монах-летописец Рауль Глабер писал, что «жестокий голод, длившийся пять лет, распространился по всему римскому миру, нельзя найти ни одной области, которая не была поражена нищетой и нехваткой хлеба; большая часть населения умерла от голода». Люди ели «нечистых животных и ящериц», но, естественно, их не хватало, и голодные люди превращались в людоедов. Понятно, что слабые служили пищей более сильным: «Взрослые сыновья пожирали своих матерей, в то время как и сами матери, забыв о своей любви, делали то же со своими малолетними детьми».5
«Десятое столетие было самым темным из всех темных веков, столетие невежества и суеверия, анархии и преступлений в церкви и государстве. — пишет в «Истории христианской церкви» (том 5) известный теолог и историк христианства Филип Шафф (Philip Schaff). — Первая половина одиннадцатого столетия оказалось немногим лучше. Гибель мира, казалось, была уже почти рядом». В дальнейшем ситуация только усугублялась:


Похоже, пароксизм бедствия наступил в те же ужасные годы: с 1030 по 1032. ...Никто не мог найти себе пищу, все голодали — и богатые, и те, кто принадлежал к «среднему классу», и бедные. «Могущественным» было некого «грабить». ... Быстро истребив все виды дичи: зверей и птиц, люди стали есть «мертвечину» и всякого рода «вещи, о которых страшно упоминать». «Лесные коренья» и «речные травы» не спасали от голода, и опять дичью становились люди. Началась настоящая охота: путешественников, бежавших от голода, останавливали на дорогах, убивали, разрубали на части и жарили. Других убивали и съедали ночью те, кто предоставил им ночлег. Дети, увидев издалека приманку в виде яйца или яблока, подбегали в надежде получать пищу, и сами становились пищей. Хуже всего было то, что людям стал нравиться вкус человеческой плоти.5
Еще через пару лет бургундский монах Рауль Глабер напишет в своей хронике:


Ужас охватывает меня, когда я перехожу к рассказу об извращениях, которые царили тогда в роду человеческом. Увы! О горе! Вещь, неслыханная во веки веков: свирепый голод заставил людей пожирать человеческую плоть. Кто был посильнее, похищал путника, расчленял тело, варил и поедал. Многие из тех, кого голод гнал из одного места в другое, находили в пути приют, но ночью с перерезанным горлом шли в пищу гостеприимным хозяевам. Детям показывали какой-либо плод или яйцо, а потом их уводили в отдаленное место, там убивали и съедали. Во многих местностях, чтобы утолить голод, выкапывали из земли трупы.6
Народъ всюду умиралъ отъ голода, питаясь пресмыкающимися, нечистыми животными и человеческимъ мясомъ. Число труповъ было такъ велико, что не было никакой возможности ихъ хоронить. За голодомъ последовалъ моръ. Стаи волковъ разгуливали по улицамъ, пожирая валявшіяся на нихъ тела. Никогда еще человечество не переживало подобнаго бедствія.
Взаимныя нападенія, драки, грабежи сделались самымъ зауряднымъ явленіемъ. Однако небесные бичи, поражавшіе міръ, привели наконецъ и къ проблеску разума. Епископы собрались на соборъ и добились того, что народъ обещалъ прекратить драки по крайней мере въ четыре святыхъ дня недели — съ вечера среды до утра понедельника. Впоследствіи дни эти получили названіе дней перемирія съ Богомъ.7
Почему пик голода приходился на года около 1000-го и 1033-го? Это очередной «подарок» от христианства. На протяжении всей истории христианской Церкви даты скорого «конца света» назначались сотни раз, и 1000-ый год — время, когда большинство населения Европы жило в ожидании предсказанного Апокалипсиса. По мере приближения 1000-го года (999-го, 1001-го), а также 1033 годов (апокалипсического тысячелетия плюс числа земных лет Христа), люди в разных странах впадали в состояние сущего безумия. «Христіанское преданіе переходило отъ поколенія къ поколенію, отъ вековъ къ векамъ, несмотря на то, что жизнь природы не оправдывала подобныхъ опасеній».7


Ожидание «конца света» особенно усиливалось при приближении круглых дат или в связи с каким-нибудь природным или политическим потрясением в истории государств и народов. Солнечное затмение, приближение комет, голод или эпидемия якобы подтверждали усиление деятельности сатаны перед ожидаемым пришествием Иисуса Христа.


«Кончина столь жалкаго міра въ эту ужасную эпоху была скорее желательна, чемъ страшна. Однако 1000-й годъ прошелъ подобно всемъ предшествующимъ, и міръ продолжалъ существовать по прежнему. Ужели же все пророчества опять оказались ложными? Но можетъ быть тысячелетіе христіанства истечетъ только въ 1033 году? Стали снова ждать и надеяться».7
И надо сказать, что объективных оснований для эсхатологических настроений было предостаточно.


С конца 987 по 1040 годы Европу истязали всевозможные бедствия — опустошительные наводнения сменялись не менее разорительной засухой, страшно холодные зимы стояли до конца апреля, в Германии наблюдались северные сияния, в 998 году к несчастьям добавились землетрясения. В 1031 году поля Франции опустошили волны саранчи. В 956 в Германии и Франции свирепствовала чума, с 994 по 1043 годы регулярно вспыхивают эпидемии «эрготизма», вызванные употреблением в пищу муки из ржи, пораженной спорынью. В 1032 над северо-западной частью Франции пронеслись разрушительные ураганы. Народ пугали так же разнообразные небесные явления — 21 октября 990,24 января 1022,29 июня 1033,22 августа 1039, 22 ноября 1044 и 8 ноября 1046 — затмения солнца; в феврале 998 и 1046 — падения метеоритов; 998,1002,1024,1044 — появления комет. На фоне этих бедствий, голода и кошмаров во множестве зафиксированы случаи людоедства.5
Скорое наступление «царства святого духа» на Земле будет постоянно ожидаться в Европе на протяжении последующих столетий и даже усилится. Французский историк и культуролог Жан Делюмо, считая ужасы однотысячного года сильно преувеличенными, отмечает: «В период начиная с середины XIV века страх конца света и появления Антихриста, распространяемый церковными кругами, охватил более широкие массы населения, чем в 1000 году»8. Конец света будут проповедовать члены религиозно-общественных движений амальрикян во Франции, «апостольские братья» в Италии (ХIII—XIV век), один из основателей протестантского раскола в католической Церкви Мартин Лютер (1483—1546 гг.) будет утверждать, что это произойдет в ближайшем столетии и т.д.


Исследователи как-то мало обращают внимание на то обстоятельство, что не только голод провоцирует слухи о надвигающемся апокалипсисе, но сами эти слухи являются зачастую провокацией голода. Возникает цепная реакция. В самом деле — зачем сеять, если все равно вот-вот наступит конец света?


В «Рассказах из истории Русской Церкви», переизданных Спасо-Преображенским Валаамским монастырем в 1991 году, показано, как вели себя русские крестьяне в преддверии очередного «конца света»: они «рыли могилы, делали гробы, закутывались в саваны и ложились ожидать Христа»9. Точно также в Европе в канун тысячелетия крестьяне перестали заботиться о будущем урожае и стадах, бросали сеять и убегали в леса. Ремесленники раздавали обувь и одежду за символическую плату. Разбойники приносили церковное покаяние и жертвовали храмам награбленное имущество. В последние несколько лет уходящего тысячелетия многие старались избавиться от своего богатства, памятуя о внушенных проповедниками сказках о том, что легче верблюду пройти через игольное ушко, чем богатому в Царство Божие. Церковники не разочаровывали паству тем, что это лишь ошибочный и неверный перевод фразы писания, а смиренно собирали дань с тех, кто ее приносил. «Люди старательно составляли завещания... Рыцари и благородные дамы раздаривали свое богатство церквям и уходили в монастырь. Купцы к концу 999 г. опустошили свои склады» — так описывается канун светопреставления в книге историка Гиллеля Шварца (Hillel Schwartz) «Конец столетия». Монастыри и храмы в эти года получили самые богатые пожертвования и подарки. Общепринятой стала формула дарения appropinquante mundi termino (по случаю приближения конца света). «Серьезные люди с нетерпением ждали ужасного судного дня к завершению первого тысячелетия христианской эры, пренебрегали своими светскими занятиями и надписывали пожертвования своих состояний и других подарков церкви известной фразой „appropinquante mundi termino“» (Ф. Шафф, там же). «В последний день года 999 года, — так начинает свою книгу Ричард Эрдос (Richard Erdoes), — ... старая базилика святого Петра в Риме переполнилась массами плачущих и дрожащих людей, ждущих конец мира». Конец света, как обычно, не наступил. Тот же самый монах Рауль Глабер, подобно другим несостоявшимся пророкам, когда Христос так и не появился в тысячном годе, обнаружил «ошибку» в вычислениях и стал утверждать, что второе пришествие состоится в 1033 году. Христос опять не появился. Но повседневная жизнь лучше не стала.


В долгожданном XI веке выдалось более 30 неурожайных лет. Особенно частым гостем деревни голод стал в конце столетия. Из года в год в хрониках и анналах скупо перечисляются приблизительно одни и те же сведения. Ту тяжелую пору, непосредственно предшествовавшую крестовым походам, историки потом назовут «семь тощих лет». Хронист Сигеберт из Жамблу, называя 1090 год «чумным», имеет в ввиду не собственно чуму, а возникавшую обычно в неурожайные годы эпидемию «огня святого Антония» или «огненной чумы», которая принесла мучительную смерть многим жителям Лотарингии, а многих других превратила в калек. С ужасом описывает хронист эту болезнь:


Многие гнили заживо под действием «священного огня», который пожирал их нутро, а сожженные члены становились черными, как уголь. Люди умирали жалкой смертью, а те, кого она пощадила, были обречены на еще более жалкую жизнь с ампутированными руками и ногами, от которых исходило зловоние.10
Это не первое описание эрготизма — отравления спорыньей. Летописцы описали новую болезнь за сто лет до того, в 994 году, когда из-за отравления спорыньей во Франции погибло около 40 000 человек. (Следующие пики будут в 1109 году, многие хронисты отметят, что «огненная чума», «pestilentia ignearia», «вновь пожирает людскую плоть»; в 1129 году только в той же Франции от «злых корчей» погибнет более 14 тыс. человек и т.д.). Рассказывая о достопримечательных событиях 1094 года, многие хронисты отмечали массовую смертность как следствие повальной эпидемии, охватившей разные страны. В Регенсбурге за 12 недель скончалось 8,5 тыс. жителей; в одном селении за шесть недель умерло 1,5 тыс., в другом — 400 человек. Из Германии эпидемия перекинулась во Францию, Бургундию и Италию. В нидерландских землях проблем добавили наводнения, которые продолжались с октября 1094 года по апрель 1095, в то время как во Франции и в Англии, как записал монах Ордерик Виталий: «страшная засуха сожгла траву на лугах; она истребила Жатву и овощи и потому произвела ужасный голод».


Проблему составляли отнюдь не только оголодавшие и «эрготизированные» крестьяне. Рыцарская голытьба, лишенная наследства, сбивалась в банды, а в нескончаемые голодные годы города Европы сотрясали бунты. Каннибализм, групповые самоубийства и мятежи стали в Европе обыденным явлением. Масла в огонь добавлял закон о майорате или «о первенстве» (от лат. major — старший), согласно которому наследство считалось неделимым, и всю землю после смерти феодала наследовал его старший сын. Оставшиеся без наследства младшие сыновья, дабы не умереть с голоду, пополняли собой банды грабителей, общая численность которых только во Франции достигала 80 тыс. человек. Об этой рыцарской голытьбе Папа Лев IX писал: «Я видел этот буйный народ, невероятно яростный и нечестием превосходящий язычников, разрушающий церкви, преследующий христиан, которых они иногда заставляли умирать в страшных мучениях. Они не щадили ни детей, ни стариков, ни женщин». Именно младшие отпрыски феодалов, оставшиеся у разбитого корыта, составят большинство рыцарей-крестоносцев и отправятся искать свое счастье в богатых заморских землях.


 
В 1095 году, то есть как раз в год первого крестового похода, отравление спорыньей достигает своего пика, и Церковь утверждает Орден святого Антония, призванный бороться со «злыми корчами» или «огнем святого Антония». Про этот же год нормандский монах Ордерик Виталий сообщает: «Нормандия и Франция были отягощены великой смертностью, опустошившей множество домов, а крайний голод довел бедствия до последних пределов».


В такой ситуации достаточно было появиться любой ереси, направленной против государства и Церкви, и доведенная до отчаяния беднота не оставила бы от европейской цивилизации камня на камне. Спасти Запад могло только чудо, и католическая церковь подготовкой этого чуда активно занималась. Для этого клерикалам пришлось внести путаницу в летосчисление от Рождества Христова. Во второй половине XI века католическая схоластика обогатилась новой хронологической концепцией, согласно которой новое тысячелетие начиналось не с 1000-го и не с 1001-го, а с 1100 года. В подарок к новому тысячелетию каждый европеец получал возможность бросить свое нищее хозяйство ради возможности захватить все богатства процветающего Востока. В крестовый поход отправились не только рыцари, но и наслушавшиеся речей Папы крестьяне — с повозками, женами и детьми.


Но и крестовые походы, пролившие реки крови, когда, по многочисленным сообщениям христианских хронистов, озверевшие от голода европейцы «варили взрослых язычников в котлах, детей же насаживали на колья и пожирали их уже поджаренными» (как сообщал участник похода капеллан Рауль Канский) и утвердили среди турок и сарацин репутацию христиан как каннибалов, положения не спасли. Безусловно, награбленные богатства на некоторое время немного облегчили жизнь Европы, а привозимые крестоносцам из восточных походов опиум, гашиш и христианские «священные реликвии», продолжающие размножаться в Европе с необычайной быстротой, способствовали укреплению веры и силы Церкви. Но в большей степени Европе помогло то, что благодаря крестовым походам и множеству погибших крестоносцев она избавилась от лишних ртов и выплеснула наружу накопившуюся социальную напряженность. А если бы агрессия нашла свой выход внутри Европы?


 
Поход удался, Антиохию сравняли с землей, Иерусалим утопили в крови. Церковь радовалась, план сработал. Два следующих похода, которые христиане теперь называют «неудачными» (так как до «Гроба Господня» никто не дошел), также прекрасно исполнили свое истинное предназначение клапана и уменьшения поголовья «паствы Господней». Участники четвертого похода об освобождении Гроба Господня уже не вспоминали, а опустошили христианскую же Византию и разграбили Константинополь. Получился неловкий парадокс — Византия, насадившая христианство на Руси, сама же пала жертвой христиан. После чего Церковь, решив что «заморских похождений» достаточно и пора бороться с врагом внутренним, в кои были определены катары, объявляет крестовый поход против них. Именно этот поход оставит в памяти потомков фразу папского легата папы Иннокентия III Арнольда Амальрика, ответившего на вопрос крестоносцев, как отличать еретиков от правоверных католиков: «Бейте их всех, господь на небе узнает своих!». Крестоносцы прониклись этой мудрой мыслью и только в одном городе Безье вырезали всех его жителей (от 15 до 60 тыс. — данные расходятся), большое число которых было убито прямо в церквах, а город сожгли.


Такой массовый геноцид был вызван тем, что катары покусились на самое святое для Церкви и стали популярны в народных низах. «Среди бедняков было много таких, которые умирали с голода и которых приводили в ужас и возмущение несметные богатства церкви» — писал современник, Монет из Кремоны. Поскольку христианство изначально также вышло «из отбросов», Церковь испугалась повторить судьбу тех, кого когда-то уничтожила она, и Собор пообещал отпущение грехов на два года всем участникам похода и «вечное спасение» тем, кто погибнет в борьбе.


После альбигойцев будут поголовно истреблены фризско-штедингские крестьяне, отказывающиеся платить церковную десятину, будет «вычеркнутый из списков» позорный «Детский крестовый поход» 1212 года. Станет ли в Европе жизнь лучше? Жак ле Гофф приводит выдержки из хроник на эти года:


1223 год: «Были сильные заморозки, которые погубили посевы, от чего последовал великий голод во всей Франции». В том же году: «Очень жестокий голод в Ливонии — настолько, что люди поедали друг друга и похищали с виселиц трупы воров, чтобы пожирать их». В 1235 г., согласно Винценту из Бове, «великий голод царил во Франции, особенно в Аквитании, так что люди, словно животные, ели полевую траву. В Пуату цена сетье зерна поднялось до ста су. И была сильная эпидемия: „священный огонь“ пожирал бедняков в таком большом числе, что церковь Сен-Мэксен была полна больными». 1263 год: «Очень сильный голод в Моравии и Австрии; многие умерли, ели корни и кору деревьев».1


По учению итальянского богослова Иоахима Флорского (1132—1202 гг.) после 1260 года «нечестивые будут стерты с лица земли», начнется идеальная «эра святого духа — царство мира и правды на земле».


Но жизнь никак не хотела слушаться богослова. Иисус, казалось, отсиживался в своем царстве, которое «не от мира сего» и вовсе забыл своих почитателей. В1277 году «в Австрии, Иллирии и Каринтии был такой сильный голод, что люди ели кошек, собак, лошадей и трупы»1. В 1286 году по причине сильного голода Парижский епископ разрешил беднякам есть мясо во время Великого поста. Для христианина есть мясо в святой пост — грех страшный, но что делать, если неурожай и хлеба нет? И все же звучит все это как-то странно — а мясо то откуда возьмется? Разве что, как и раньше…


Они даже откапывали недавно погребенные трупы. Редкие оставшиеся в живых животные, бродившие без пастухов, подвергались меньшей опасности, чем люди. В Турню (город во Франции) некто посчитал возможным дойти до конца в этой ужасной логике: этот человек стал продавать на рынке вареное человеческое мясо. Правда, такое оказалось уже слишком: его схватили и сожгли живьем. Страшный товар закопали в землю; какой-то голодный раскопал его и съел, однако, обнаруженный на месте преступления, был также схвачен и сожжен.5
Наглядной иллюстрацией европейской жизни может служить демографическая ситуация. «Отметим, что число европейцев начала ХIV в., по максимальной оценке, было чуть выше, чем в конце II в., в эпоху римского процветания», — пишет Жак ле Гофф.1 То есть за более чем тысячу лет население Европы осталось практически таким же.


Средневековый Запад — это прежде всего универсум голода, его терзал страх голода и слишком часто сам голод. В крестьянском фольклоре особым соблазном обладали мифы об обильной еде: мечта о стране Кокань, которая позже вдохновила Брейгеля. Но еще с ХIII в. она стала литературной темой как во французском фаблио «Кокань», так и в английской поэме «Страна Кокань». Воображение средневекового человека неотступно преследовали библейские чудеса, связанные с едой, начиная с манны небесной в пустыне и кончая насыщением тысяч людей несколькими хлебами. Оно воспроизводило их в легенде почти о каждом святом, и мы читаем о них чуть ли не на любой странице «Золотой легенды». Чудо св. Бенедикта очевидно: «Великий голод свирепствовало всей Кампаньи, когда однажды в монастыре святого Бенедикта братья обнаружили, что у них осталось лишь пять хлебов…1
Но у нищего народа не было и этих пяти хлебов на «клонирование». А если бы и нашлись, то им пришлось бы убедиться, что Христос действует только в библейских сказках. Чудеса закончились в сказаниях евангелистов. Христос больше не работал.


Чем же питались эти люди? Что за эпидемии «огненной чумы» упоминаются из года в год в хрониках? Питались, конечно, в основном хлебом (забудем на время о каннибализме), только вот каким хлебом?


Чтобы увеличить объем муки или отрубей, к ним старались что-нибудь подмешать, например белую глину, разновидность каолина, и тогда голод сменялся отравлением. Бледные и исхудалые лица, вздутые животы, груды трупов, которые уже не было сил хоронить по одному и которые накапливались «до пяти сотен и более» и затем сваливали, нагими или почти нагими, в огромные общие ямы…5
Или же устами хрониста-очевидца:


В округе Макона творилось нечто такое, о чем, насколько нам известно, в других местах и не слыхивали. Многие люди извлекали из почвы белую землю, похожую на глину, примешивали к ней немного муки или отрубей и пекли из этой смеси хлеб, полагая, что благодаря этому они не умрут от голода. Но это принесло им лишь надежду на спасение и обманчивое облегчение. Повсюду видны были одни лишь бледные, исхудалые лица да вздутые животы, и сам человеческий голос становился тонким, подобным слабому крику умирающих птиц.6
На фоне нескончаемого голода, эпидемий «злых корчей», проказы и чумы появляются новые «клапаны выпуска безумия» — флагелланты-самобичеватели, пляски святого Витта и т.д. Набирает обороты декларированная в 1215 году инквизиция. Первоначальное преследование еретиков плавно переходит в охоту на ведьм, «одержимых бесами» и «совокупляющихся с дьяволом». Это сопровождается судами над кошками, коровами, свиньями. В ответ на пляски Витта появляются и первые костры из горящих кошек, обвиненных в вызове болезней и в сношениях с дьяволом (до того кошек обычно не жгли, только бросали с колоколен). Возникают добрые традиции вызова колокольным звоном на церковный суд червей и гусениц, опустошающих поля. Бедняки и пастухи неоднократно поднимают кровавые восстания с 1096 по 1320 год. «Достаточно было какому-нибудь мессии объявить о грядущих временах равенства, предсказанных свыше, как эта армия начинала громить евреев — врагов и кровопийц христиан, пытаясь при этом вернуть церковь к ее первоначальной бедности. Народные походы представляли собой также паломничества самобичевателей, особенно после 1349 года, когда, в частности, в Нидерландах и Германии это движение стало на путь поиска тысячелетнего царства, кровавого и воинствующего. Они пребывали в убеждении, что их очищающая жестокость и смерть нечистых приблизят тысячу лет счастья».8


***


Но вот тяжелые времена проходят, затихают крестовые походы, и к позднему средневековью наступает, казалось бы, более приличная жизнь. Крестоносцы привозят из походов полузабытую идею бань, и европейцы понемногу начинают мыться. Выходит и самая первая кулинарная книга, сохранившаяся до наших дней, «Forme of Cury», которая была написана в 1390 году шеф-поваром Ричарда II. Обычно во многих работах о XIV веке даже приводятся данные о том, что уровень потребления мяса в Германии становится 100 кг. на душу населения, что чуть ли не больше современного. И это истинная правда. Но вполне объяснимая.


Дело тут в том, что в 1348 году в Европу вернулась чума, уже унесшая ранее, в VI веке, половину населения Европы (здесь и далее мы пока будем придерживаться общепринятой теории, что «черная смерть», как и чума Юстиниана, были именно чумой, хотя абсолютной уверенности ни в том, ни в другом случае в этом нет). На этот раз Черная смерть уничтожила от четверти до трети европейского населения. Так что не мяса стало больше, а едоков меньше. А главное — стало много необрабатываемых полей. Профессор Мелитта Вэйс Адамсон (Melitta Weiss Adamson) дает простой ответ на эту загадку.


В средневековье мясо было дороже хлеба в четыре раза, что делало его обычно недосягаемым для бедных слоев общества. Только после Черной смерти, когда до 70 процентов полей лежали под паром и в конечном счете использовались как пастбища для животных, стало доступно больше животных продуктов типа мяса, молока, масла и сыра, и в последующие десятилетия потребление этих продуктов повысилось до уровня, которые даже превзошел уровень Западной Европы конца двадцатого века. Кроме же времени этой аномалии, мясо было относительно дорого и было в нехватке большую часть средневекового периода.11
А дальше, после небольшой передышки, все снова начало становиться хуже. Хлеб начал постепенно заменять мясо. Сначала процесс шел очень медленно, но потом набрал обороты. С четырнадцатого по восемнадцатый век потребление мяса в Германии уменьшилось в семь раз. Согласно вычислениям немецкого экономиста Абеля, средняя кривая потребления мяса начала просто обрушиваться с 1550-х годов. Во Франции было еще хуже. «Ситуация с пищей у французов, да и европейцев вообще, начала ухудшаться с середины шестнадцатого столетия, — пишет профессор Мадлен Феррьер. — Мясники, столь многочисленные на юго-западе в позднем средневековье, стали играть минимальную роль в городской жизни. В городе Монпеза-де-Кэрси было восемнадцать мясников в 1550 году, десять в 1556, шесть в 1641, два в 1660 и один в 1763»12. В связи с сокращением потребления мяса люди стали потреблять больше хлеба. А французы, согласно Феррьер, стали «самыми большими едоками хлеба во всем мире». Поэтому, с учетом тут же последовавших из-за большого потребления хлеба возгораний «огня св. Антония», все стало совсем плохо.


Не зря Ле Гофф писал, что «Средневековый Запад жил под постоянной угрозой падения в пропасть»1. И эта пропасть не замедлила проявиться в довольно, казалось бы, неожиданной форме. «Случаи колдовских процессов увеличились медленно, но устойчиво, с XIV по XV век. Первые массовые процессы появились в XV столетии. …а приблизительно с 1550 года кривая преследований взлетает со скоростью кометы»13. Эти строчки принадлежат историку Дженни Гиббонс (Jenny Gibbons) и были напечатаны в журнале The Pomegranate еще в 1998 году. Но, похоже, никто так и не замечает полной корреляции этого наблюдения с описанным выше увеличением потребления ржи. К этому же времени (1550—1560) относится и резко увеличивавшийся страх перед угрозой злых чар — например, боязнь завязывания узелка и кастрации8.


***


На излете средневековья ситуация с агрессивными нравами европейцев и каннибализмом никак принципиально не меняется.


Грубое насилие, естественно, было повсюду, но временами оно принимало особо патологический характер. В дополнение к травле и сжиганию ведьм, что было делом обыденным в большинстве мест, в 1476 году в Милане толпа в ярости разорвала человека на куски, и затем его мучители съели их. В Париже и Лионе гугенотов убивали и резали на части, которые потом открыто продавались на улицах. Не были необычными и другие вспышки изощренных пыток, убийств и ритуального каннибализма.14
Немецкий врач шестнадцатого столетия странным образом описывает свинину. «Под „свининой“ он пишет: „говорят, что свинина подобна человеческой плоти“»11.


Но, может, хоть к XVII веку жизнь станет лучше? Увы, начало эпохи Просвещения нас тоже не порадует. Вот крайне сокращенные штрихи главы «Священный и вульгарный каннибализм» из книги «Хлеб мечтаний» профессора Пьера Кампорези:


В период Тридцатилетней войны и Фронды, когда кора деревьев и даже грязь использовалась в отчаянной надежде продлить страдания человеческого существования на несколько дней или часов, даже разложившиеся туши животных, погибших от чумы, жарились, чтобы добыть скудную галлюциногенную пищу…
Несколько жителей Пикардии, „...что мы не посмели бы утверждать, если бы сами не видели то, что так ужаснуло нас, съело свои собственные руки и умерло в отчаянии“…
Нет сомнения, что такие отчаянные формы людоедства были весьма часты в Западной Европе семнадцатого столетия. В 1637 году, согласно другому свидетельству из Франции, которая была чересчур плотно заселена, в поисках пригодного белка люди искали туши мертвых животных; дороги были завалены людьми, большинство которых падало от слабости или умирали... Наконец, дошло и до поедания человеческой плоти.
Однако, что уже за пределами ужаса — не оправданное исторически (и, также, возможно, не оправданное диетически) — людоедство стало вполголоса восхваляться, и не столько из-за любви к парадоксу, как с учетом его эффективного содействия сохранению человеческих жизней....
…Неопределенность позиций богословов шестнадцатого и семнадцатого столетия и казуистов в этом вопросе: „законно ли когда-либо есть человеческую плоть“…
…Иезуит Джована Стефано Меночио, в главе своей работы Stuore рассуждает о тех: „кто, стимулируемый голодом, или по обычаям варварским, ест человеческую плоть — при каких обстоятельствах она может быть съедена без согрешения“....
…Но люди, умирающие от голода, больше похожие на „тени мертвецов“ чем на живых существ, „изнуренные, израненные и бледные из-за критического недомогания... тени, а не человеческие тела“, могли стать некрофагами-мясниками для других людей…
...Мы никогда не сможем узнать, сколько тонн человеческой плоти потреблялось в новую эру, даже при том, что существование тайного поедания — за пределами обсуждения. Именно это тайное качество делает поедание человеческой плоти неизмеримым…
…Редкий пример мудрости посреди такого большого количества европейского скотства — Монтень понял, что намного больше варварства в поедании живого еще человека, чем в поедании мертвого…4
Отражая общественный интерес, в XVII веке немецкий скульптор Леонард Керн наряду со статуэтками муз вырезает из слоновой кости свою «женщину-каннибала».


Конечно, бывали и более сытые годы. И знать в то время пировала, устраивала торжественные приемы и пышные балы, не думая о голоде, а наряду с религиозными и алхимическими трактатами выпускались кулинарные книги. И правящие классы черного хлеба не едят, только белый. Но лучше ли в это время живется простым людям? Для описания «сельской жизни в более спокойные моменты» профессор Дэвид Станнард приводит текст XVII века Жана де Лабрюйера (Jean de La Bruyere) о французских крестьянах того времени:


«Угрюмые животные, самцы и самки рассеяны по стране; грязные и мертвенно бледные, испаленные солнцем, прикованные к земле, которую они роют и перелопачивают с неукротимым упорством; они даже владеют своего рода даром членораздельной речи, и когда выпрямляются, то на них можно заметить человеческие лица, и они действительно люди. Ночью они возвращаются в свои логова, где они живут на черном хлебе, воде и кореньях».14
Хотя Станнард и напоминает, что знаменитый французский моралист и мастер церковного красноречия Лабрюйер сатиричен, но считает, что «его описание содержит ключевые элементы правды» (ibid).


Схоже и описание английским историком Лоренсом Стоуном, специалистом по Британской истории «нового времени», типичной английской деревни: «Это было место, полное ненависти и злобы; единственное, что связывало его обитателей, — это эпизоды массовой истерии, которая на время объединяла большинство жителей для преследования и мучения местной ведьмы»15. По мнению Станнарда, эта цитата Стоуна справедлива и для всей остальной Европы тех лет.14


Нет ничего странного в том, что европейские медики со временем начинают считать человеческие трупы лучшей панацеей от всех болезней. Лекарственные средства на основе частей человеческого тела использовались в Европе в XVI—XVII веков почти так же часто, как травы, коренья и кора. В начале XVII века в приготовлении лекарств широко использовались останки казненных, а также трупы попрошаек и прокаженных. Предпочитались трупы умерших насильственной смертью, так как считалось, что все организмы имеют предопределенную продолжительность жизни. Следовательно, если человек умер неестественным способом, из трупа можно извлечь остаток неизрасходованного еще запаса жизненной энергии и, соответственно, вкусив его плоти, можно заполучить оставшиеся годы его жизни. «Человеческое мясо следует нарезать на мелкие кусочки, добавить чуточку мирры и алоэ, несколько дней выдержать в винном спирте, а затем провялить в сухом помещении» — учил немецкий фармаколог XVII века Иоганн Шредер, известный своими работами с мышьяком. Части трупа и кровь были предметами первой необходимости, которые имелись в каждой аптеке, утверждает давно занимающийся этой темой британский историк медицины Ричард Сагг (Richard Sugg) из университета Дарема, а самыми прилежными каннибалами были не жители Нового Света, а европейцы. «Все это из-за веры в жизненную силу организма», — говорит историк. Сагг также приписывает религиозное значение поеданию человеческой плоти. Для некоторых протестантов, пишет он, это служило своего рода заменой евхаристии, вкушением тела Христа в Святом причастии. Некоторые монахи даже готовили особый «мармелад» из крови мертвецов. Предмету медицинского людоедства в господствующей западной медицине уделяется удивительно мало внимания историков, считает Ричард Сагг. Это явление было далеко не маргинально, как принято представлять, а являлось частью многих основных медицинских теорий нового времени.17


В эпоху Возрождения обрел особую популярность порошок из египетских мумий, считавшийся «эликсиром жизни». Хорошая степень сохранности забальзамированных тел представлялась знаком наличия особенных целебных сил. Этим обуславливался «выбор весьма мрачного лекарственного материала, высоко ценимого в эту эпоху, мумие; обращение к нему — это доведенная до пароксизма попытка усилить жизненную энергию ароматов. Аббат Руссо прямо говорит об этом: „Поскольку человек — повелитель всех тварей, то ни одно животное по своим целебным свойствам не может сравниться с человеческим телом“».16 Одним из ярых сторонников использования трупов в лечебных целях был знаменитый Парацельс, по мнению которого лучшее мумие — это плоть повешенного мужчины, желательно 24 лет и рыжего. Особо модным стал рецепт ученика Парацельса Кроллиуса.


В XVII веке, когда увлечение мумие достигло своего апогея, одним из самых удачных рецептов его изготовления считался рецепт Кроллиуса. Действие входящих в него благовоний многократно усилено за счет ингредиента, максимально близкого к жизни — тела молодого человека, умершего насильственной смертью. Согласно Кроллиусу, необходимо обзавестись трупом казненного преступника — молодого и желательно рыжего, поскольку рыжина есть символ жизненной силы. Затем отделить мясистые части, вытопить жир, хорошо промыть винным спиртом и держать под солнечными и лунными лучами два дня и две ночи, чтобы очистить содержащиеся в плоти жизненные принципы. Далее натереть их миррой, шафраном и алоэ и, наконец, подвесить над огнем, «как это делают с бычьими языками и свиными окороками, которые подвешивают над очагом, чтобы они приобрели восхитительный аромат».16
 Очереди страждущих купить язык казненного стояли к виселицам. Антрополог Бет Конклин (Beth Conklin), пишет о датских эпилептиках, толпы которых стояли вокруг эшафотов с чашами в руках, стремясь успеть выпить кровь, пока она течет из еще дергающегося тела. Проповедник Джон Кеоф в XVII веке при головокружениях рекомендовал толченое человеческое сердце — «по щепотке с утра на голодный желудок». Король Карл II заплатил большие деньги за тайный рецепт приготовления лечебных капель из черепов, вошедших в историю как «капли короля». Рецепт восходил все к тому же Парацельсу, который предлагал брать для приготовления снадобья три черепа «умерших насильственной смертью и еще не похороненных». Король принимал эти капли каждый день. «Гарманн приводит также рецепт „божественной воды“, названной так за свои чудесные свойства: берется целиком труп человека, отличавшегося при жизни добрым здоровьем, но умершего насильственной смертью; мясо, кости и внутренности разрезаются на мелкие кусочки; все смешивается и с помощью перегонки превращается в жидкость».18


***


«Даже на уровне повседневной жизни полуголодные, дурно питающиеся люди были предрасположены ко всем блужданиям разума: снам, галлюцинациям, видениям. — писал Ле Гофф о современниках мистика Рюйсбрука. — Им могли явиться дьявол, ангелы, святые. Пречистая дева и сам Бог»1. И эти «блуждания разума» не могли не затронуть даже образ самого Христа, который, как показывает Хейзинга, стал зачастую подсознательно восприниматься гастрономически — либо как поджариваемый агнец, насаженный на «вертел чеснаго креста», либо, наоборот, как людоед. «Не только склонный к гротеску Брюгман, но и безупречный Рюйсбрук, говоря о любви к Богу, охотно прибегает к образу опьянения. Рядом с последним стоит образ голода» — замечает профессор Хейзинга.


«Голод его (Христа) велик безмерно; он пожирает нас до основания, ибо едок он прожорливый и голод его ненасытен: он высасывает самый мозг костей наших. И все ж мы желаем того с охотою, и тем больше желаем того, чем больше приходимся мы ему по вкусу. И сколь бы он от нас ни вкусил, он не отступит, ибо голод его ненасытимый и прожорливость его без меры… Если б возмогли мы узреть то алчущее вожделение, с коим печется Христос о нашем блаженстве, мы не стали бы упираться и ринулись ему прямо в глотку. Когда же Иисус поглощает нас в себя целиком, взамен дает он нам самого себя, и этим дает он нам духовные голод и жажду, дабы вкушали мы его с вечной усладою.19
Если мы с помощью Хейзинга перенесемся из Нидерландов через несколько веков во Францию, то и там мы встретим схожее гастрономическое описание Господа от аббата Жана Бертелеми.


Вы съедите его поджаренным на огне, хорошо пропеченным, не пережаренным и не подгоревшим. Ибо как пасхального агнца, помещаемого меж двумя кострами из поленьев или из углей, надлежащим образом томили и жарили, так же и сладчайшего Иисуса в Страстную Пятницу насадили на вертел честнаго креста...».19
Когда представление о Боге накладывается на столь близкий и знакомый повседневный голод, смешиваются с ним, человеческая психика не только «прибегает к образу опьянения», но и генерирует довольно специфические образы божественного. Приведу еще одну цитату Хейзинга.


Вторжение божественного переживается так же, как утоление жажды и насыщение. Одна приверженка нового благочестия из Дипенвеена чувствует, что ее словно бы затопляет кровь Христова, и теряет сознание. Окрашенные кровью фантазии, постоянно поддерживаемые и стимулируемые верой в пресуществление, находят выражение в дурманящих загробных видениях, как бы озаренных алым сиянием. Раны Иисусовы, говорит Бонавентура, — это кроваво-красные цветы нашего сладостного и цветущего рая, где душа будет вкушать нектар, порхая, как мотылек, с одного цветка на другой. Сквозь рану в боку душа проникает вплоть до самого сердца. Райские ручьи также струятся кровью. Алая, теплая кровь Христа, источаемая всеми ранами, устремляется у Сузо через рот в его сердце и душу. Екатерина Сиенская — одна из святых, припавшая к ране в боку и пившая кровь Христову, подобно тому как другим выпало на долю отведать молока из сосцов Марии: св. Бернарду, Генриху Сузо, Алену де ла Рошу.19
***


Но ведь отнюдь не каждый год был такой дикий голод, как описано выше. Были и более-менее спокойные года. Так достаточно ли только голодного мора, чтобы объяснить печальную демографическую ситуацию в Европе? Нет, не достаточно, утверждают социолог Сюзан Уоткинс и демограф Этьен ван де Валле.20 По их мнению население могло восстанавливаться и расти быстрее, чем умирать от голода. Но если не сам голод, так что же? Конечно, религиозные войны и крестовые походы тоже внесли свою немалую лепту, достаточно вспомнить хотя бы тридцатилетнюю войну, которая закончилась просто потому, что некому стало воевать. Но, кроме голода, основной причиной вымирания являлись эпидемии, поражавшие ослабленное голодом население.


Те, кто не умирал от голода, подвергались другим опасностям. Плохо питавшиеся, употреблявшие в пищу недоброкачественные продукты, павших животных, насекомых, даже землю, физически ослабленные люди легко становились жертвами болезней, в том числе хронических, уродовавших их и, в конечном счете, также убивавших.2
Какая часть населения умирала от голода, а какая от нескончаемых эпидемий, определить довольно сложно. «Так как обе причины смерти, болезни и голод, были настолько обычны повсюду в Европе, — пишет Станнард, — авторы дошедших до нас хроник не позаботились (или были неспособны) разделить эти причины. Следовательно, даже сегодня историкам трудно или невозможно различить, кто из населения умер от болезни, а кто просто оголодал до смерти».14


Но какие эпидемии, кроме Черной смерти, наиболее массово косили население Европы? Казалось бы, это определить еще сложнее, учитывая уровень средневековой, да и пост-средневековой диагностики (точнее, ее полное отсутствие). Но, изучая этот вопрос, историк Мэри Матосян выяснила характерную тенденцию. До XVIII века к северу от Альп и Пиренеев максимум смертности приходилась на весну, август и сентябрь.21 Это не совпадало с обычным пиком смертности от тифа, дизентерии, оспы, менингита и пр. Но в эти данные хорошо вписывались эпидемии «огня св. Антония». Со временем, и с учетом других факторов и данных, стало ясно, что в основном население Европы массово вымирало не только и не столько от голода непосредственно, сколько от чумы и отравления спорыньей (эрготизма). Смертность от «огненной чумы» была сравнима с количеством жертв от чумы обыкновенной.


В прошлом отравления спорыньей по причине загрязненности муки наблюдались довольно часто и носили характер эпидемий. Во время сильных вспышек число жертв приближалось к количеству жертв во время чумы и холеры.22
В средние века массовая гибель людей происходила в основном от двух болезней, смертность от которых превышала смертность от всех остальных, вместе взятых: чумы и эрготизма. Эрготизм — это отравление алкалоидами спорыньи, попавшими в муку и из зерен ржи, зараженных склероциями). Алкалоиды вызывают сокращения мышц. Высокие их дозы приводят к мучительной смерти, низкие — к сильным болям, умственным расстройствам, агрессивному поведению. Интересно, что начало многих войн в средневековой Европе совпадало с массовым отравлением спорыньей.23
Логично будет предположить, что смерть от «огненной чумы» составляла значительно большую долю, ибо дело даже не в том, что эпидемии «огневицы» случались чаще эпидемий чумы, но главное — спорынья приносит не только непосредственную смерть от эрготизма, а чревата (при употреблении в меньших дозах), как и указано в цитате выше, «умственными расстройствами» и «агрессивным поведением». Что в свою очередь приводит людей к гибели. Это мы и будем наблюдать на протяжении всей европейской истории — от времен крестовых походов до Французской Революции. Умственные расстройства — или, проще говоря, галлюцинации и разные «божественные видения», «дьявольские наваждения» и агрессия начнут уменьшаться тогда, когда Европа перестанет сеять рожь и перейдет на пшеницу и картофель.


Итак, «злые корчи» сотрясали Европу. В «огненной чуме» сгорало ее население. Что же такое спорынья, столь часто упоминаемая в вышеприведенных цитатах, и каково ее действие?


 
1. Жак ле Гофф. Цивилизация средневекового Запада. М.: «Прогресс», 1992.
2. Филиппов Б., Ястребицкая А. Европейский мир Х—ХV вв. М, 1995.
3. «Life in the Year 999» By Kennis Wessel, Ph.D. 1999.
4. Piero Camporesi. Bread of Dreams: Food and Fantasy in Early Modern Europe. University of Chicago Press, 1989.
5. Эдмон Поньон. Повседневная жизнь Европы в 1000 году. М. 1999.
6. Рауль Глабер (Raoul Glaber), в 1032—1034 гг., цит. по (1)
7. К. Фламмарион. Конецъ Мiра. С.-Петербургъ, 1895. Прибавленіе. Конецъ міра по верованиямъ минувшихъ вековъ.
8. Жан Делюмо. Ужасы на Западе. М.: «Голос», 1994.
9. Граф М.В. Толстой. История Церкви. М., 1870. Кн.5. Гл.9.
10. Сигеберт Жамблузский, 1090 г., цит по (1)
11. Melitta Weiss Adamson. Food in Medieval Times. Greenwood Publishing Group, 2004. p. 174.
12. Madeleine Ferrieres. Sacred Cow, Mad Cow: A History of Food Fears. New York: Columbia University Press, 2006.
13. Gibbons J. Recent Developments in the Study of The Great European Witch Hunt. The Pomegranate, N5, 1998.
14 David E. Stannard. American Holocaust: Columbus and the Conquest of the New World. Oxford University Press, 1992. p.57-60.
15. Lawrence Stone. The Family, Sex and Marriage in England, 1500-1800. London: Weidenfeld & Nicolson, 1977.
16. Анник Ле Герер. Ароматы версаля в ХVII—XVIII вв.: Эпистемологический подход. Ароматы и запахи в культуре. Книга 1/ Cост. О.Б. Вайнштейн. М.: НЛО, 2003 (http://absentis.org/history/eu/annick_le_guerer.htm)
17. Sugg, R, «Good Physic but Bad Food»: Early Modern Attitudes to Medicinal Cannibalism and its Suppliers. Oxford University Press on behalf of the Society for the Social History of Medicine, 2006. (http://shm.oxfordjournals.org/cgi/content/abstract/19/2/225). см. также Kannibalismus in der Medizingeschichte Europas (http://www.youtube.com/watch?v=1-0nqv4FV3Y)
18. Арьес Ф. Человек перед лицом смерти. М.: «Прогресс» - «Прогресс-Академия», 1992.
19. Хёйзинга Й. Осень Средневековья: Соч. в 3-х тт. Т.1. М.: «Прогресс» - «Культура», 1995. С.198-200
20. Susan Cotts Watkins and E. van de Walle. Nutrition, mortality and population size: Maltus' court of last resort. «Journal of Interdisciplinary History» 41. 1983. pp. 205-207.
21. Mary Kilbourne Matossian. Poisons of the Past: Molds, Epidemics and History. Yale University Press, 1989. p.5.
22. Спорынья (маточные рожки) — Аналитический обзор. Р. В. Куцик, Б. М. Зузук. Ивано-Франковская государственная медицинская академия, 2002. (http://www.provisor.com.ua/archive/2002/N12/art_27.htm)
23. Ю.Т. Дьяков, доктор биологических наук. Грибы и их значение в жизни природы и человека. Соросовский образовательный журнал, 1997, №3, с. 38-45. (http://www.pereplet.ru/obrazovanie/stsoros/277.html)
© D. Absentis 2004, updated


http://ergotism.info/ru/absentis/lsd_05_europe.htm