Автор Тема: Магазин "Делократ" предлагает  (Прочитано 8150 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Evgeniy Kharchikov

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 7838
Кремлёв С.: "Мифы о 1945 годе"

Эта книга - опровержение самых злобных, лживых и одиозных мифов о 1945 годе - о "бездарном советском командовании" и "неоправданных потерях" при штурме Зееловских высот, о власовцах, якобы "освободивших Прагу", и "изнасилованной Красной Армией Германии", об "агрессивном Сталине", мечтавшем захватить всю Европу, и "гуманных" союзниках, спасших мир от "большевистского ига"...

О ТОМ, КАК РУССКИЕ "НАСИЛОВАЛИ" НЕМОК

ЭТОТ раздел станет, пожалуй, одним из наиболее обширных, что вполне объяснимо. Вопрос: «Каким был типичный рисунок поведения советских солдат и офицеров на территории Германии в 1945 году?» сегодня становится важнейшим по причинам, о которых я уже говорил в самом начале книги. Освободитель или насильник?
Герой или мародёр?
Немцам внушают: насильник и мародёр.
«Россиянцам» сегодня проталкивают в умы примерно то же. Скажем, в фильме, снятом одним из отечественных (?) телеканалов, крупным планом подают воспоминания ветерана о том, как он-де подыскивал «девочку» для своего лейтенанта по его приказанию. И ничего — проходит.
И крыть нечем! Сергей Кремлёв Берлин не брал, его тогда и в проекте не было, а ветеран, увешанный многочисленными значками и даже боевыми наградами, — вот он. И подтверждает: «Насиловали». Что тут сказать?
Угу, было дело.
Вот только хотелось бы знать — зачем этого, не очень-то соображающего, что ляпает, ветерана не только посадили перед телекамерой, но и запустили запись на спутниковые эфирные орбиты?
Существенно и то, как часто насиловали немок и кто их насиловал. Всплески насилия случаются и в обычной жизни, а уж война — это ежедневное массовое насилие, организованное в межгосударственном масштабе. Поэтому случаи того или иного индивидуального насилия во время войны не могут не учащаться. Весь вопрос — в масштабах, причинах и отношении власти и общества к подобным эксцессам. Попробуем с этим разобраться, но вначале — ряд предварительных соображений и немного информации...
Даже в самые гнусные и грязные годы «холодной войны» на Западе тему изнасилований немок русскими особенно не муссировали. Думаю, в том числе и потому, что если бы её кто-то затронул широко тогда — в пятидесятые, да и шестидесятые, годы, — то посольства Англии, Франции, США, ФРГ в Москве могли бы оказаться в осаде возмущённых бывших фронтовиков — без каких-либо усилий Агитпропа ЦК КПСС. На войне бывало всякое — кому как не прошедшему войну знать это. Но два миллиона изнасилованных? Такого поклёпа на себя, на своих павших и живых товарищей наши отцы и деды не потерпели бы. Зато дети и внуки спокойно сносят всё. Но за это нам (точнее вам, ванькй, не помнящие родства) ещё отплатится.
Ну в самом-то деле! Если нынешние поколения не были в 1945 году в Германии, то своих-то отцов и дедов, вернувшихся оттуда и честно проживших свою жизнь до кончины в Советском Союзе, эти поколения должны же знать! Так что? Те, кто воевал, победил, вернулся домой и отстроил Державу, были поголовно или в значительной массе своей насильниками и негодяями? Это ведь и есть мужская часть нашего народа, наши деды или отцы! Мы жили с ними и благодаря им. Благодаря, в том числе, в самом прямом смысле этого слова — зачатые ими. Но разве мы — потомки тотальных насильников?
Эх, «Россияния»!
Да, нынешние гнусности стали возможны лишь сегодня. И, начиная с 1992 года — с Берлинского фестиваля, появляются «документальные» и «художественные» фильмы, где утверждается, что в Германии и Польше русскими было изнасиловано 2 миллиона (кто больше?) женщин; что только в Берлине было изнасиловано то ли 100, то ли — 130 тысяч немок, из которых 10 тысяч покончили самоубийством... Немецкая журналистка Марта Хиллерс, скончавшаяся в 2001 году девяноста лет от роду, публикует «дневник от апреля 1945 года» с «записями» о том, как русские насиловали и насиловали её — неоднократно. Некоторых девочек-подростков якобы насиловали по сто раз. Непонятно при этом — как они смогли благополучно дожить до съёмок 90-х годов?
С этих самых годов берут начало и другие провокации. Английский историк Энтони Бивор пишет и о двух миллионах всего, и о ста тридцати тысячах в Берлине, и т.д. Ранее Бивора этим вопросом занялись немецкие авторы Хельке Зандер и Барбара Йор в книге «Освободители и освобождённые», вышедшей в Берлине в 1992 году.
«Логика» оценок при этом бесподобна. Так, имеется некий документ из детской клиники в Берлине, где в 1945 году отцами 12 из 237 рождённых записаны русские (5%), а в 1946 году — 20 из 567 (3,5%). И начинаются «подсчёты»... Вначале вычисляется 5% от общего числа родившихся в Берлине в 1945—1946 годах — 1156 из 23 124 младенцев. Число 1156 умножается на 10 (мол, 9 немок из 10, забеременев от варвара, делали аборты, а десятая рожала), а потом — ещё на 5 (предполагая, что беременела только каждая пятая изнасилованная). Итоговая «цифра» — 60 тысяч изнасилованных берлинских жительниц из 600 тысяч женщин детородного возраста, проживавших тогда в Берлине.
Полученный процент якобы изнасилованных — 10% по Берлину, распространяется на всю Германию, в результате чего и получаются пресловутые два миллиона.
Всё это напоминает сказку о жадном трактирщике, который требовал через десяток лет с бедняка, забывшего заплатить за пару варёных яиц, тысячу талеров. Мол, если бы из этих двух яиц, да вывелись петушок и курочка, да если бы они дали потомство, а оно в свою очередь тоже размножилось бы, а то — в свою очередь — тоже, то как раз через десять лет вся эта птичья орава стоила бы бешеные деньги. Нахал «забывал» при этом, что из сваренных им яиц уже ничего вылупиться не могло. Итак, фальшивка?
Безусловно, но с одним уточнением — крайне наглая фальшивка, что следует даже из берлинского документа 1945—1946 годов. В нём из 32 новорождённых, матери которых записали отцами русских, лишь у 9 (девяти) указано «русский(изнасилование)».
При этом надо бы ещё учесть, что в 1945 и в 1946 годах согрешившей и не уберёгшейся от беременности немецкой женщине (и уж, тем более, — девушке) было намного удобнее всё списать на насилие русских, чем на ловкого соблазнителя, «уговорившего» падшую на родном для обоих немецком языке.
Но даже если принять записи всех девяти немок за достоверные, то всё равно суммарная цифра изнасилованных уменьшается до 560 тысяч (9/32(2млн. = 0,56 млн.). Приняв интернациональный коэффициент «демократической» лжи за 10, получим цифру в 56 тысяч изнасилованных, что, судя по объективным данным, тоже завышено в разы, но уже ближе к реальности.
Об «идейном обосновании» миллионных же цифр позаботился доктор Геббельс. Ещё не сгоревший в бензиновом пламени, он говорил так: «В отдельных деревнях и городах бесчисленным изнасилованиям подверглись все немецкие женщины от 10 до 70 лет. Кажется, что это делается по приказу сверху, так как в поведении советской солдатни можно усмотреть явную систему».
Система в поведении наших войск на территории Германии действительно была, и определялась она, например, Директивой Ставки ВГК командующим войсками и членам Военных советов 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов об изменении отношения к немецким военнопленным и гражданскому населению от 20 апреля 1945 года. Это был, пожалуй, последний, но далеко не первый документ такого рода. Сталин и Антонов требовали «обращаться с немцами лучше». Директива поясняла: «Жёсткое обращение с немцами вызывает у них боязнь и заставляет их упорно сопротивляться, не сдаваясь в плен. Гражданское население, опасаясь мести, организуется в банды. Такое положение нам не выгодно...»
Директива предписывала в районах Германии западнее линии Одер — Нейсе (то есть в тех районах, которые Сталин не предполагал передать Польше) «создавать немецкие администрации, а в городах ставить бургомистров немцев», и не преследовать рядовых нацистов.
Третьим и последним пунктом в директиве стояло: «3. Улучшение отношения к немцам не должно приводить к снижению бдительности и панибратству с немцами».
22 апреля 1945 года Военный совет 1-го Белорусского фронта на основании Директивы Ставки ВГК издал свою обширную директиву ВС/00384, где, к слову, о пресечении жестокого насилия, в том числе по отношению к женщинам, даже не говорилось. И не потому, что такое насилие допускалось, а потому, что оно не было значимым, массовым.
Наиболее массовым и подлежащим пресечению явлением было «изъятие у оставшихся немцев их личного имущества, скота, продовольствия, незаконные самозаготовки продовольствия и мяса, самовольный сбор брошенного немцами бытового имущества» и т.п.
А соблазны, надо сказать, были велики: в занимаемых войсками населённых пунктах оставалось много всякого, брошенного уехавшими немцами, — от личных вещей до скота и птицы. И многое так или иначе растаскивалось. Например, в Верхней Силезии — поляками, жившими здесь издавна (в селе Руделак на 22 немецких двора приходилось 48 польских), а также освобождёнными иностранными рабочими и угнанными в рейх советскими гражданами.
Тем не менее, высшее советское командование, начиная с Верховного Главнокомандующего, не только не ориентировало наши войска на вседозволенность, а напротив — запрещало её, не говоря уже о насилии. Уже 4 апреля 1945 года член Военного Совета 1-го Украинского фронта генерал-лейтенант Крайнюков сообщал начальнику Главпура РККА Щербакову:

«Во второй половине марта войсками фронта занято на территории Германии 10 городов... Большинство немецкого населения... самостоятельно эвакуировалось или насильно угнано немецкими властями в глубь Германии...
Во все занятые города назначены военные коменданты, которые вводят жёсткий оккупационный режим для немецкого населения, наводят строгий военный порядок для военнослужащих Красной Армии... Военные советы армий ведут решительную борьбу против мародёрства и изнасилования немецких женщин». Тогда же, 4 апреля, Крайнюков докладывал в Москву и о том, что:
«Остаётся до сих пор не разрешённым вопросом снабжения продовольствием рабочих, больниц, детских домов и домов престарелых (обращаю внимание на характер перечня! -С.К.), а также городского немецкого населения.
Немецкое население ряда городов, таких как Беутен, Глейвиц, Грюнберг и других, голодает, чаоъ пухнет и умирает от голода.
Разумеется, это не может не повлиять на настроение немецкого населения и отношение его к Красной Армии...»

Однако после только что закончившейся зимы, в условиях динамичного наступления и напряжения сил непросто было и самой Красной Армии. Так, весной 1945 года 3600 бойцов полмесяца не могли отправиться на фронт из львовских госпиталей из-за отсутствия обмундирования. Молодых бойцов из пополнения 1-го Украинского фронта можно было встретить в действующих частях «в плохой обуви, без гимнастёрок и нательного белья, в различных куртках вместо шинелей».
За месяц до победоносного окончания войны!
И данные эти — из источника достоверного, из донесения начальника политуправления 1-го Украинского фронта от 7 апреля 1945 года.
Чтобы читатель лучше понял обстановку тех дней — порой пёструю, как в калейдоскопе, — приведу для иллюстрации иные примеры, курьёзные, но тоже полностью достоверные. Несмотря на абсолютную документальность — они взяты из донесения начальника политотдела 8-й гвардейской армии гвардии генерал-майора Скосырева начальнику Политического управления 1-го Белорусского фронта от 25 апреля 1945 года, — выглядят они неправдоподобно. Впрочем, вот прямая цитата:
«В населённых пунктах Вильгельмсхафен и Рансдорф (пригороды Берлина. - С.К.) работают рестораны, где имеются в продаже спиртные напитки, пиво и закуски. Причём владельцы ресторанов охотно производят продажу всего этого нашим бойцам и офицерам за оккупационные марки. 22 апреля некоторые бойцы и офицеры побывали в ресторанах и покупали спиртные напитки и закуски. Часть из них поступала осторожно - в одном из ресторанов в Рансдорфе танкисты перед тем, как пить вино, попросили хозяина выпить его первым. Но некоторые военнослужащие поступают явно неправильно, разбрасываясь оккупационными марками. Например, литр пива стоит 1 марку, а отдельные военнослужащие платят по 10-20 марок, а один офицер отдал за литр пива дензнак достоинством 100 марок. Начальник политотдела 28 гв. ск (гвардейского стрелкового корпуса. - С.К.) полковник Бородин приказал владельцам ресторанов Рансдорфа закрыть рестораны на время, пока не закончится бой...»
И смех, и грех!
Сегодня это кажется настолько фантастичным, что некоторые прощелыги от истории подают в своих «трудах» как реально бывшие мифические застольные беседы за одним столом немецких танкистов с «тигров» и советских с «тридцатьчетверок» и «ИСов». Мол, заскакивали в один и тот же ресторан, перехватывали по кружечке пива и чуть ли не чокались друг с другом при этом.
Реально что-то похожее если и могло быть, то, конечно же, лишь разнесённым по времени — если квартал с рестораном переходил из рук в руки. То есть — вначале пьют пиво наши, потом — немцы. Или наоборот. Но, естественно, не одновременно.
Однако недаром Верховный в своей директиве от 20 апреля 1945 года подчёркивал, что «улучшение отношения к немцам не должно приводить к снижению бдительности и панибратству с немцами». И здесь оказался прозорлив товарищ Сталин! Это куда же годится — за литр пива переплачивать бесстыжему фрицу в сто раз!
Непорядок!
Вернёмся, впрочем, к «изнасилованным», а точнее — пока к тем факторам, не учитывать которые объективный исследователь не может.
7 апреля 1945 года начальник политического управления 1-го Украинского фронта гвардии генерал-майор Ящечкин подписал свой доклад начальнику Главного политического управления Красной Армии А.С. Щербакову о политике-воспитательной работе с новым пополнением из числа советских граждан, освобождённых из неволи и плена. Внимательное чтение одного этого документа позволяет посмотреть на проблему изнасилований немок нашими военнослужащими вполне трезвьш взглядом и многое увидеть в нужном ракурсе.
Генерал Ящечкин сообщал:

«За время боёв на территории Германии соединения и части фронта несколько раз восполнили свои боевые потери в людях за счет советских граждан призывного возраста, освобождённых из немецкой неволи. На 20 марта было направлено в части более 40 000 человек...
Из 100 человек нового пополнения, поступившего в 36-й пластунский полк соединения, где начальником политотдела был подполковник Петрашин, находились в Германии: до 1 года - 5, от 1 года до 2 лет - 55, от 2 до 3 лет - 34 и свыше 3 лет - 6 человек.
Новое пополнение из числа советских граждан, освобождённых из немецкой неволи, значительно засорено враждебными элементами. Среди него немало выявлено немецких шпионов, диверсантов, власовцев, лиц, служивших в немецкой армии и учреждениях. Большая часть этих людей специально оставлена или заслана немецким командованием для шпионской и диверсионной деятельности. В соединении, где начальником политотдела генерал-майор Воронов, выявлено в среде нового пополнения 11 предателей Родины, среди которых - три бывших советских военнослужащих, добровольно перешедших на сторону врага, два агента гестапо и один фольксштурмовец - Беккер Борис Григорьевич, уроженец и житель города Сталинграда, 1912 г. рождения, принял в 1942 году немецкое подданство, вступил в карательный отряд немцев, активно участвовал в расстрелах и избиениях... В 1943 году Беккер добровольно эвакуировался в Германию, где работал на военном заводе. Он вступил в фольксштурм, прошёл специальную подготовку и был оставлен не мцами в нашем тылу для борьбы с Красной Армией... На распропагандирование молодых бойцов в запасных полках времени не было, так как боевая обстановка настоятельно требовала быстрого введения в бой пополнения...»

Ящечкин приводил и любопытные конкретные примеры:

«Красноармеец Гришко распространял среди бойцов провокационный слух о том, что якобы «на берлинском направлении немцы пустили 3000 танков, смяли войска маршала Жукова и заняли более 3000 населенных пунктов. Поэтому мы (1-й Украинский фронт маршала Конева. — С.К.) здесь и остановились»... Красноармеец Воронкин в разговоре с бойцами на строительстве обороны сказал: «В 1941 году нас предали и сейчас предадут, так что напрасно мы копаем эти ямы. У немцев мне было лучше. Я совершил роковую ошибку, что не ушёл в глубь Германии. Как начнутся бои, можно будет удрать». Красноармеец Берсонев, придя в подразделение, спросил: «Есть ли в роте автомашина? А то когда немцы перейдут в наступление, то пешком от них не убежишь»...»

Это говорилось в 1945-м, а не в 1941 году! Такие настроения не были массовыми, но они были. Реально были! Ведь в Действующей армии служили не только Матросов и Талалихин, но и обыкновенные шкурники. Нормой был обычный человек — не рвущийся вперёд, но идущий в атаку, не бросающий оружие в бою и воюющий по принципу: «Ни на что не напрашивайся, ни от чего не отказывайся».
Однако имелись же и отклонения от нормы! В соединении, где начальником политотдела был полковник Королёв, командир отдельного истребительного противотанкового дивизиона 1 -го Украинского фронта лейтенант Латругин расстрелял в боевой обстановке трёх бойцов нового пополнения за бегство с поля боя.
В 1945 году!
Бросали винтовки, уничтожали документы и дезертировали не только в 1941 году, но и в 1945-м! Заместитель начальника политуправления 3-го Украинского фронта полковник Катугин в апреле 1945 года сообщал начальнику ГлавПУ РККА (а также секретарю ЦК и Московского горкома) А.С. Щербакову о чрезвычайных происшествиях по фронту за март 1945 года.
По сравнению с февралём количество ЧП по соединениям и частям фронта уменьшилось с 216 до 197, а именно:
Дезертирство - 115 случаев Членовредительство - 52 случая Контрреволюционная агитация - 7 случаев Террористические акты против офицерского состава - 2 случая Мародёрства и насилия - 21 случай. Спрашивается — если каким-нибудь Берсоневу или Воронкину, упомянутым в донесении генерала Ящечкина, подвернулся бы удобный случай «пощупать бабёнку», они использовали бы его или нет? Да ещё если бы они, к тому же, дезертировали?
Даже среди сорока тысяч не очень политически и морально устойчивого нового пополнения 1-го Украинского фронта берсоневы и воронкины составляли ничтожное меньшинство. Но если такими были хотя бы пять из ста, то только это новое пополнение только одного фронта давало две тысячи потенциальных или реальных насильников!
Только по одному фронту и только из неустойчивого пополнения.
А в составе одного 1 -го Украинского фронта находились сотни тысяч человек. Всего же три фронта, участвующие в Берлинской операции, имели в своём составе (вместе с тылами) два с половиной миллиона человек.
Это — только на Берлинском направлении!
Прикинем... Если несдержанным негодяем оказался бы хотя бы один из ста «человеков с ружьём», это даёт двадцать пять тысяч потенциальных или реальных наcильников в дополнение к тем двум, о которых было уже сказано.
А если одного и того же насильника разберёт охота, и он пойдёт на насилие ещё раз? А если ещё раз?
Рано или поздно его, конечно, завернут и сдадут в трибунал. Но статистику-то он, дрянь этакая, уже повысил.
Это ведь, господа хорошие «демократы», законы больших чисел! Даже в самой рыцарственной армии всегда найдётся горстка (один на сто и даже один на пять — разве это много?) подлецов.
Плюс — увезённые в Германию и теперь репатриирующиеся на Родину (в реальности нередко бесконтрольно и неорганизованно бредущие по дорогам рушащегося Рейха) сотни тысяч гражданских мужчин. И многие из них ох как натерпелись от немцев лиха! А нервы расшатаны, а дремучие инстинкты разбужены... Плюс — не забудем, переодетые в советскую военную форму немецкие террористы из «Вервольфа». Этим напропалую насиловать всех находящихся в пределах досягаемости немок было вменено в прямую, так сказать, служебную обязанность самим характером и смыслом их деятельности/Причем они ещё и изуродовать их были обязаны -для убедительности и требуемого психологического эффекта. Кое-что на сей счёт я позднее сообщу.
А если какую-то молодую немку из городка, через который прошла советская воинская часть, прижал в углу немецкий дезертир, она что — так и кричала об этом на всех углах или сваливала всё на «русских варваров»?
Однако основная часть изнасилований совершалась, как я понимаю, всё же обычными солдатами и офицерами, не сумевшими сдержаться.
Но так ли много было этих случаев? По официальным данным политуправления 3-го Украинского фронта, на территории Австрии их было допущено нашими военнослужащими не более двадцати одного за март месяц 1945 года. На деле их было, конечно, намного больше, но даже еcли считать, что стал известен лишь один случай из десяти, реальная цифра — примерно двести случаев.
Сделаем скидку на то, что в Австрии ожесточённость боёв была невысокой по сравнению с непосредственно Германией, и вероятность насилия русских там была объективно ниже. Приняв вполне корректный коэффициент 5, получим до одной тысячи изнасилований в самой Германии за месяц. Конечно, даже несколько тысяч случаев — это уже массовое явление. Тем более — несколько десятков тысяч случаев. Однако с учётом всего приходится удивляться не тому, что в Германии в 1945 году имели место достаточно массовые (на уровне нескольких тысяч) изнасилования немок русскими, а тому, что их было так немного.
Вот две ситуации, с темой связанные не прямо, но — прочно.
Во время Висло-Одерской операции у польского села Ветковице был подбит Ил-2 лётчика-штурмовика В. В. Шишкина. Сев на вынужденную рядом с немецкими окопами, Шишкин и его воздушный стрелок А.В. Хренов сразу же приняли бой. Огнём бортовых пулемётов они уничтожили более пятидесяти солдат, а когда патроны кончились, отстреливались из пистолетов. Хренов был убит, тяжело раненный Шишкин взят в плен. Злость немцев была понятна — этот русский со своим товарищем только что уложил половину полноценной роты! Не было бы удивительным, если бы Шишкина тут же расстреляли. Однако вышло омерзительно: Шишкину выкололи глаза, отрезали язык, сожгли до костей ступни ног, а на спине вырезали пятиконечную звезду.
Такая, увы, цивилизация...
Месть солдата — что бы ни творил враг — должна быть обращена на вооружённого врага. Он лишил тебя всего? Сражайся, воюй без страха! Но не палачествуй над ним. И что должны были чувствовать наши бойцы, отбив у немцев труп Шишкина?
Кто-то мог и срываться — в ответ.
Но женщины и дети — это свято. И Красная Армия - взятая в целом как историческое, социальное и нравственное явление — так и воевала! Я обращусь ещё раз к воспоминаниям уже известного читателю дважды Героя Советского Союза лётчика Савицкого:

«В конце апреля КП танковой армии генерала Богданова, которую мы прикрывали, перебазировался в район города Нейруппин. Двигались небольшой колонной. Впереди Т-34, за ним бронетранспортёр, где разместились мы с начальником штаба армии генерал-лейтенантом Радзиевским (в период Берлинской операции Алексей Иванович Радзиевский был ещё генерал-майором. - С,К.), следом штабные машины и в конце колонны ещё четыре танка. Мы с Радзиевским ехали, высунувшись из люка и глядя по сторонам. Вошли в какое-то селение и двинулись по узкой улочке... Вдруг из одного домика... выбежала немолодая уже женщина. Правую руку она держала за спиной. Поравнявшись с нашим бронетранспортёром, женщина размахнулась и бросила гранату. Граната упала по ту сторону дороги в кювет и взорвалась, не причинив нам никакого вреда. Командир машины, коротко выругавшись, вскинул автомат. В ту же секунду к женщине подбежал мальчик лет семи-восьми и прижался к ней, обхватив обеими руками.
Выстрела не прозвучало. Не замедляя хода, мы проехали мимо. Весь эпизод занял не более десяти секунд».

Рассказав об этом эпизоде, Савицкий приводит интересные мысли, сравнивая боевую мораль русских и немцев:

«Вот ведь, подумалось мне тогда, нервы на взводе, а хватило же танкисту тех нескольких мгновений, которые потратил мальчонка на расстояние, отделявшее его от матери, чтобы оценить обстановку и справиться с собой. Как у всякого хорошего солдата - а плохие до апреля 45-го не дотянули, - у командира нашей машины сработал инстинкт самозащиты. Секундой позже включилось сознание, которое подсказало: опасности больше нет. Есть только фанатичка-немка и рядом с ней ни в чём не повинный ребёнок. И верх взяла простая жалость. Простая, но доступная далеко не всем. Нетрудно догадаться, как поступил бы в подобном случае немецкий солдат...»

Догадаться было действительно нетрудно, о чём сам же Савицкий далее и написал:

«За редчайшим исключением, реакция гитлеровцев была однозначна: кара. Беспощадная и неминуемая. Смерть всем без разбора - старикам, женщинам, детям.
А ведь у немецкого солдата вслед за инстинктом тоже включалось сознание. Как же иначе? Но включалось только для того, чтобы изыскать способ отомстить за страх, который он только что испытал...»

Выводы Савицкого относительно немцев трагически подтверждаются множеством ситуаций той войны. В том числе — и изуверством по отношению к лётчику-штурмовику Шишкину. Тому самому, который после вынужденной посадки вместе со своим воздушным стрелком Хреновым уложил полсотни немцев и был за это ими зверски замучен.
Савицкий верно написал о том, что простая человеческая жалость доступна далеко не всем. В немецкой армии она была,,как правило, исключением, но даже в Красной Армии она не была непреложной нормой для всех. Тем более это верно, когда мы говорим о человеческой порядочности — качестве более редком, чем жалость. Ведь война призывает не только героев, но и негодяев.
Обратимся к документам.
Скажем, можно привести такой удивительный на первый взгляд, но, увы, не такой уж удивительный во времена потрясений пример.
30 мая 1944 года заместитель наркома обороны СССР Маршал Советского Союза Василевский подписал приказ № 0150, начинающийся так:

«От местных советских организаций и органов НКВД поступают заявления о творимых отдельными военнослужащими в прифронтовой полосе бесчинствах, вооружённых грабежах, кражах у гражданского населения и убийствах...»

В приказе были приведены четыре конкретных групповых преступления за февраль 1944 года: три ограбления местных жителей и одна кража. Немного, но — реально. И это — на собственной территорий. Всего — 11 негодяев, чьи преступные проявления были вскрыты..
Ещё пример... 29 апреля 1945 года начальник политотдела 8-й гвардейской армии гвардии генерал-майор Скосырев докладывал начальнику Политического управления 1 -го Белорусского фронта:

«В Берлине в расположении соединений и частей, ведущих боевые действия, до сих пор наблюдаются случаи исключительно плохого поведения военнослужащих. Как и прежде, такие факты отмечаются прежде всего среди артиллеристов, самоходчиков и других военнослужащих специальных частей. Некоторые военнослужащие дошли до того, что превратились в бандитов...»

Заметим, это — оценка не Геббельса, а боевого советского генерала, данная в реальном масштабе времени. Но это — оценка поведения отщепенцев, а не среднего советского воина. Тот же Скосырев в том же донесении сообщал 29 апреля 1945 года:

«Сегодня член Военного совета гвардии генерал-майор Пронин провёл совещание военных комендантов... Общее мнение всех комендантов - немецкое население в связи с назначением комендантов и бургомистров стало чувствовать себя лучше, увереннее. Коменданты имеют большой авторитет среди населения-Военные коменданты отмечают, что в последние дни резко уменьшилось количество случаев барахольства, изнасилования женщин и других аморальных явлений со стороны военнослужащих. Регистрируется по 2-3 случая в каждом населённом пункте, в то время как раньше количество случаев аморальных явлений было намного больше».

Обращаю внимание на слово «аморальных», что означает — противоречащих морали! Но мораль бывает разной, например, такой: «Похоть, виски и грабёж — награда для солдата».
Это говорил «краснощёкий майор»-янки писателю Джону Дос Пассосу, а тот привёл его слова в статье в журнале «Лайф» от 7 января 1946 года.
Другой янки в журнале «Тайм» от 12 ноября 1945 года признавался:

«Многие нормальные американские семьи пришли бы в ужас, если бы они узнали, с какой полнейшей бесчувственностью ко всему человеческому наши ребята вели себя здесь».

А с чего бы, спрашивается? Это что — на их Родину пришли незваные гости, насилуя и разрушая всё и вся? В сообщениях Ассошиэйтед Пресс от 12 сентября 1945 года можно было прочесть:

«И наша армия, и британская армия... внесли свою долю в грабежи и изнасилования... Хотя эти преступления не являются характерными для наших войск, однако их процент достаточно велик, чтобы дать нашей армии зловещую репутацию, так что мы тоже (выделение моё. -С. К.) можем считаться армией насильников».

Не знаю, что здесь имелось в виду под «тоже» — «тоже как немецкая армия» или «тоже как русская армия»?
Думаю, вернее предположить, что янки имел в виду второе. Тогда это штатовское «тоже» — бесподобно! В нём — всё! И тот факт, что соринку в русском глазу приравнивали к бревну в собственном, и то, что уже тогда западные средства массовой информации начинали низводить образ Воина-победителя до облика анархиствующего дикаря.
2 мая 1945 года военный прокурор 1-го Белорусского фронта генерал-майор юстиции Л. Яченин докладывал Военному совету фронта о ситуации в полосе фронта. Он писал честно:

«В отношении к немецкому населению... безусловно, достигнут значительный перелом. Факты бесцельных и необоснованных расстрелов немцев, мародёрства и изнасилований немецких женщин значительно сократились, тем не менее... ряд таких случаев еще зафиксирован.
Если расстрелы немцев... почти совсем не наблюдаются, а случаи грабежа носят единичный характер, то насилия над женщинами всё еще имеют место: не прекратилось и барахольство, заключающееся в хождении...по бросовым (выделения везде мои. -С.К.) квартирам, собирании всяких вещей и предметов и т.д.»

Яченин приводил ряд примеров — безобразных, а далее писал:

«Считаю необходимым подчеркнуть ряд моментов:
1.... отдельные командиры самоуспокаиваются тем, что некоторый перелом достигнут, совершенно забывая о том, что до их сведения доходят донесения только о части насилий, грабежей и прочих безобразий, допускаемых их подчинёнными...
2. Насилиями, а особенно грабежами и барахольством, широко занимаются репатриированные, следующие на пункты репатриации, а особенно итальянцы, голландцы и даже немцы. При этом все эти безобразия сваливают на наших военнослужащих.
Есть случаи, когда немцы занимаются провокацией, заявляя об изнасиловании, когда это не имело места. Я сам установил два таких случая.
Не менее интересно то, что наши люди иногда без проверки сообщают по инстанции об имевших место насилиях и убийствах, тогда как при проверке это оказывается вымыслом».

Нельзя забывать, что задачей военного прокурора Яченина было вскрытие и анализ недостатков и преступлений, а не написание яркого очерка в «Красную Звезду». Поэтому в его докладе говорится не о хорошем, а о плохом. Однако в жизни, а не в прокурорских документах преобладало-то хорошее. Хорошее!
Ведь в Германию действительно пришла армия нового типа — армия боевых товарищей, проникнутая духом товарищества и...
И духом, чёрт возьми, гуманизма!
Гуманизма — несмотря ни на что, несмотря на всё, что немцы в России натворили. Ведь зимние и весенние насилия 1945 года русских над немцами — реально бывшие, но отнюдь не массовые — не в последнюю очередь были порождены тотальным насилием немцев над русскими с 1941 по 1944 год! Как и ожесточённым сопротивлением немцев.
В Австрии, например, масштабы насилия со стороны военнослужащих Красной Армии были сразу намного меньшими, чем в Германии. Не говоря уже о Венгрии, Румынии и тем более — о Болгарии, Польше, Югославии, Чехии и Словакии...
Заместитель начальника политуправления 3-го Украинского фронта в апреле 1945 года сообщал в Москву: «По мере продвижения наших войск в глубь Австрии население, видя корректное отношение к себе со стороны абсолютного большинства наших солдат и офицеров, осмелело... Жители стали безбоязненно появляться на улицах и приветствовать наши войска...
Амалия Зигберт из села Мюнхендорф сказала: «Я удивлена тем, что русские так вежливо обращаются с австрийским населением. Мы этого никак не ожидали. Немцы говорили, что русские насилуют всех женщин, а детей убивают или увозят в Сибирь. Теперь мы видим, что немцы говорили ложь»...
<...>

Оффлайн Evgeniy Kharchikov

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 7838
Re: Магазин "Делократ" предлагает
« Ответ #1 : 13/05/10 , 02:01:06 »
Случаи мародёрства и других незаконных действий по отношению к населению почти совершенно прекратились».
О положении же в Праге командующий войсками 1-го Украинского фронта маршал Конев докладывал 12 мая 1945 года Верховному Главнокомандующему так:

«11.5.45 г. лично был в г. Прага... Должен доложить, что население Чехословакии и особенно г. Прага очень восторженно встретило войска Красной Армии... Возникают стихийные митинги на улицах. <...> Наши войска в г. Прага ведут себя хорошо. Не отмечается случаев мародёрства, насилия и обид населения, что резко выделяется по сравнению с поведением войск при взятии городов в Германии, особо в первый период».
Повторяю, любое сильное социальное потрясение — а большая война потрясение даже большее, чем серьёзная революция, связано с избыточным насилием. Причём избыточное, неоправданное насилие исходит в основном из «маргинальных», антисоциальных слоев общества. В сентябре 1944 года имели место случаи грабежа и даже изнасилований («даже» — из телеграммы генерала Антонова командующему войсками 3-го Украинского фронта) на территории даже (это «даже» — уже моё, автора этой книги) Болгарии. Генштаб РККА потребовал «срочно принять меры к прекращению случаев мародёрства, грабежа и насилия, привлекая виновных к суровой ответственности».
Болгария, к слову, в той войне хотя и пассивная, была фактически союзником Германии. Ну а, скажем, в Югославии женщины повсеместно выходили к нашим войскам в праздничной одежде. Да, в наши политдонесения того времени попал, правда, неприглядный случай — два неких негодяя-полковника в октябре 1944 года в пьяном виде пытались изнасиловать двух югославских партизанок.
Но в семье ведь не без урода. К тому же этот факт тоже стал предметом разбирательства на уровне Генерального штаба РККА.
Достаточно сравнить сухую директиву Сталина по Германии, весьма эмоциональное — с призывами лояльно относиться к австрийцам — обращение к войскам Военного совета 3-го Украинского фронта и почти поэтическую памятку-обращение командования 3-го Украинского фронта в связи с вступлением на территорию Югославии, чтобы понять — к разным народам у воинов РККА и отношение было сразу разное — кто что заслужил. Мерой вины или сочувствия чужого народа определялось и наше отношение к нему. Однако даже к гражданскому населению Рейха Красная Армия даже в разгар боёв не была жестока — если иметь в виду и директивы командования, и общий характер поведения абсолютного большинства военнослужащих — за исключением той их незначительной нравственно дефектной части, о которой уже было сказано ранее.
Тем более гуманной и доброкачественной была государственная политика Советского Союза по отношению к немцам. Только по Берлину к началу июня 1945 года было восстановлено с советской помощью 94 больницы для взрослых, 6 больниц для детей, 12 родильных домов, 11 частных больниц, 14 амбулаторий, 8 садов, 2 яслей, одна молочная кухня, 10 станций скорой помощи, 179 аптек...
А ведь у нас полстраны лежало в развалинах.
Незадолго до смерти генерал армии Иван Третьяк, Герой Советского Союза, сказал то, что я не могу привести в урезанном виде. А сказал он вот что:

«Было бы ханжеством отрицать, что случаи изнасилования и других видов жестокости на немецкой земле имели место. Но попытка, вслед за Геббельсом, представить Красную Армию «ордой громил и мародёров» не соответствует исторической правде и кощунственна по отношению к памяти воинов-освободителей. В 1945 году я был командиром полка (93-й гвардейский стрелковый полк 29-й гвардейской дивизии. - С.К.). Что скрывать, мы были очень злы на немцев. Фашисты сожгли мой дом и ещё четыре соседних дома. Поубивали родных и близких (село Малая Поповка Хорольского района Полтавской области.- С.К.). В полку, пожалуй, не было ни одного бойца, у которого не чесались бы руки отомстить за родных, за друзей. Но существовал приказ Сталина, и мы его выполняли. Ведь тогда армия была намного дисциплинированнее, чем сейчас. Скажу честно, я жаждал мести. Но отдал бы под трибунал любого, кто дал бы волю этому чувству и распустил бы руки.
В моём полку не было ни одного случая насилия (в это можно поверить, если учесть боевую репутацию и командные качества командира полка. - С.К.). Хотя, конечно, в такой огромной войсковой группировке, которая в 1945 году вошла в Германию, всякое случалось. Мужики по несколько лет женщин не видели. Кто-то и не устоял. Но сегодня многие признают, что сексуальные связи между нашими бойцами и немками далеко не всегда носили насильственный характер. Был и обоюдный интерес (что тоже понятно — ведь и многие немки давно не были осчастливлены мужским вниманием. - С. К.)».

Непонятно другое: почему многочисленные иностранные и российские радетели за «чистоту фронтовых нравов» не ставят вопрос о страшном и жесточайшем насилии со стороны немцев, которому подвергались в годы войны народы СССР? И уж совсем дико, что пасквиль Бивора, переведённый на русский язык, публикуется в России. Это не плюрализм, а самый поганый цинизм, ведь подавляющее большинство оболганных уже не может ответить лжецам».
Да, защитить наших павших на той войне и всех ушедших от нас за шесть с половиной десятилетий после войны обязаны их потомки.
Защитили!
4 февраля 1945 года президент США Рузвельт говорил Сталину в Ливадии, что «он поражён бессмысленными и беспощадными разрушениями, произведёнными немцами в Крыму». Далее — по записи беседы:
«Сталин отвечает, что гитлеровцы не имеют никакой морали. Они ненавидят то, что создано рукой человека. Они просто садисты.
Рузвельт заявляет, что он согласен с маршалом Сталиным, что разрушения, произведённые немцами, - результат их садизма... Вообще маршал Сталин найдёт его, Рузвельта, сейчас гораздо более кровожадным по отношению к немцам, чем в Тегеране (на конференции 1943 года. - С.К.). Сталин отвечает, что все мы стали сейчас более кровожадными. Немцы пролили слишком много честной крови».
А ведь Рузвельт увидел лишь Крым, где по-настоящему в руинах лежали только Севастополь и Керчь. Он не видел Сталинграда, не видел десятков тысяч пепелищ на месте сёл и деревень... И всё же даже виды освобождённого от немцев Крыма сделали американского президента «более кровожадным по отношению к немцам».
Что же тогда должен был чувствовать Сталин?
А что — подчинённые Верховного?
А что — народ, во главе которого стоял Сталин?
Ведь горе и разруху тотальной войны испытали и испытывали в 1945 году они, а не собеседник Дос Пассоса -«краснощёкий майор» из благополучной заокеанской державы, на войне лишь нажившейся! И всё же абсолютное большинство пришедшей в Германию вооружённой части советского народа сдержалось. Кого сдержала извечная русская способность к прощению не прощаемого, кого — внутреннее благородство, кого -просто жёсткий приказ.
Не сдержались единицы. Однако единицы в составе миллионов складываются в тысячи. Имеет ли кто-то право винить за них весь народ, который был вынужден послать миллионы своих достойных и не очень достойных (война не выбирает) сынов в те чужие земли, откуда пришли на родную землю война, смерть, разруха, горе?
В заключение раздела я приведу ещё один документ. После знакомства с ним я долго раздумывал — давать ли его полностью? Не утомит ли его чтение нетерпеливого читателя -- ведь это не «крутой» текст, рассчитанный на привлечение потенциального покупателя — любителя лихости в выражениях и сюжете. Но я приведу этот документ полностью - - по стр. 211—212 тома 15 (4—5) издания Института военной истории МО РФ «Русский архив: Великая Отечественная: Битва за Берлин (Красная Армия в поверженной Германии)», подписанного в печать 18.04.95 года и изданного — в отличие от массовых тиражей антисоветских пасквилей — тиражом всего в полторы тысячи экземпляров.

«ДОНЕСЕНИЕ НАЧАЛЬНИКА 7-ГО ОТДЕЛА ПОЛИТУПРАВЛЕНИЯ 2-ГО БЕЛОРУССКОГО ФРОНТА НАЧАЛЬНИКУ 7-ГО УПРАВЛЕНИЯ ГЛАВНОГО ПОЛИТИЧЕСКОГО УПРАВЛЕНИЯ РККА ОБ УМЕРЩВЛЕНИИ ФАШИСТОМ ГРАЖДАН НЕМЕЦКОЙ НАЦИОНАЛЬНОСТИ

2 апреля 1945г.
(датируется по входящему штампу 7-го упр. ГлавПУ РККА. - С.К.)
При прочёсывании населённых пунктов в районе огневых позиций 94-го гаубичного артполка 23-й артдивизии 12 марта 1945 года вблизи деревни Зюбитц (22 км от города Данцига) в лесу в отдельном сарае были обнаружены три немецкие семьи из деревни Зюбитц, всего 16 человек, а именно:
1. Бюхенен Фрида (возраст не установлен)
2. Губерт - её сын, 7 лет
3. Гейнц - её сын, 6 лет
4. Морбин - её сын, 5 лет
5. Гарри - её сын, 2,5 года
6. Шварц Эрвин - 37 лет
7. Шварц Эрика, его жена - 39 лет
8. Петер-их сын, 6 лет
9. Карин-их сын ,5 лет
10. Вольфганг - их сын, 2,5 года
11. Лере Берта - 39 лет
12. Бруно - её сын, 7 лет
13. Герберт - её сын, 14 лет
14. Линиял - 40 лет
15. Гизелла - её дочь, 15 лет
16. Эйверелах Эмген - её племянница, 2 года.
Из них Лере Бруно, Лере Герберт, Линиял, Гизелла и Эйверелах Эмген оказались мёртвыми, т.к. у них было перерезано горло, а у остальных 12 человек были вскрыты вены на обеих руках, но в момент обнаружения они были ещё живы.
При оказании им медицинской помощи они отказывались от помощи, заявляя: «Лучше умереть, чем жить с русскими».
К вечеру 12 марта 1945 года умерло 11 человек: семеро детей и четыре женщины.
Расследованием установлено, что убийство указанных лиц было совершено Шварцем Эрвином, 1908 года рождения, уроженцем дер. Зюбитц, по национальности немцем, членом партии национал-социалистов с 1933 г., образование 7 классов, женат, работал авиамотористом на аэродроме в г. Гдыня.
На допросе он показал: «К приходу русских войск по месту моего проживания я увидел, что всё имущество потеряно и, будучи убеждён в своей фашистской партии, начал действовать, чем мог, против русских войск. Поэтому 12 марта 1945 года своей жене и троим детям вскрыл вены на руках с целью уничтожения их. После убийства своей семьи я предложил [то же самое сделать] соседям, которые привели свои семьи в сарай и при моей помощи вскрыли вены, а затем я вскрыл вены и себе. Убийство 15 человек я совершил с целью, чтобы остальные немцы узнали и распространили слух, что всё это совершили русские солдаты».
Оставшиеся в живых женщины подтвердили, что на умерщвление они согласились в результате агитации Шварца Эрвина, который и произвёл вскрытие вен лезвием безопасной бритвы, а также перерезал горло 4 человекам.
Одна из женщин, оставшихся в живых, Фрида Бохенен, показала, что она не желала резать руки, но когда Шварц ей насильно вскрыл вены, она потеряла сознание и не видела, что делалось с её детьми. Далее Фрида Бохенен показала, что Шварц говорил ей о том, что когда придёт Красная Армия, то будет насиловать и угонять немцев в Сибирь, поэтому жить дальше нет никакого смысла.
В распространении провокационной агитации Шварцу активно помогала Лере Берта, которая после вскрытия вен умерла.
В тот же день в районе деревни Зюбитц в лесу в шалаше была обнаружена женщина-немка Лере Маргарита - 18 лет, со следами удушения на шее. Лере заявила, что её душили красноармейцы и пытались изнасиловать.
В отношении этого заявления Лере Бохенен Фрида показала, что Лере Маргарита является дочерью Берты Лере и следы удушения у неё являются следствием её попытки к самоубийству. Несмотря на оказанную медицинскую помощь, Шварц Эрвин 15 марта 1945 года умер от потери крови, а также умерли и все остальные лица, обнаруженные в сарае.
Начальник 7-го отдела ПУ 2 БФ подполковник ЗАБАШТАНСКИЙ».

Здесь не требуются комментарии, но скажу, что этот страшный случай был тогда не единичным. Так, в полосе наступления 1 -го Украинского фронта в селе Медниц были обнаружены 58 женщин и подростков, которые перерезали себе вены на руках.
Что это — фанатизм?
Пожалуй, нет!
Это — страх перед расплатой, рядящийся в фанатизм., А расплата — как сообщают нам толковые словари рус-ского языка, это — возмездие за содеянное.
Нет, не любовь к родине и не убеждённость двигали теми немцами, которые своими руками убивали своих же детей и в рядах «Вервольфа» насиловали своих же женщин для того, чтобы усилить у немцев страх перед русскими.
Ими двигал страх — ими же порождённый и их же уничтоживший. Это было тогда в Германии своего рода моровым поветрием — снизу доверху. Пиком его и концентрированным выражением стало умерщвление Йозе-фом Геббельсом и Магдой Геббельс всех шести своих детей перед собственным самоубийством.
Вот правда о характере насилия над немцами в 1945 году. Породив насилие четыре года назад, они и в том году продолжали насиловать. Но теперь уже — самих себя, поскольку возможности насиловать другие народы они в 1945 году лишились.
Я уже решил, что закончил с этой темой, но, перебирая свою библиотеку, вспомнил о дневниках сержанта Александра Родина. В 2000 году ИПО Профиздат тиражом в одну тысячу экземпляров издало этот удивительный и впечатляющий своей безыскусственностью и достоверностью документ эпохи. Книга «Три тысячи километров в седле» написана на основе фронтовых дневников самого Родина и его товарища по артиллерийской батарее сержанта Николая Нестерова, и я приведу здесь несколько извлечений из неё.

«Находясь в Германии, - пишет А. Родин, - мы вспоминали, как безжалостно бомбили нас немцы в годы поражений, обстреливали, методично уничтожали, как мечтали мы когда-нибудь отомстить... «уничтожить врага в его собственной берлоге».
И вот мы в «берлоге»...
...Надо сказать, что понятие «мирные жители» по отношению к немцам не могло уложиться тогда в нашем сознании: почти кто-нибудь в каждой их семье воевал, убивал наших...
Но мы, в отличие от фашистов, не убивали мирных немцев, не зверствовали!..
...В первые дни после перехода германской границы никаких руководящих указаний от политорганов... не поступало; позже, очень скоро, они появились, и всякое проявление некорректного отношения к немецкому населению железным образом пресекалось. Впрочем, наш комбат Гавриленко не нуждался в указаниях. Увидев солдата, несущего какое-нибудь «трофейное» имущество, он говорил: «Иди поклади на место, иначе я тебя, сукиного сына, расстреляю за мародёрство»!.. Мы спорили почти круглосуточно... ...Мы спорим. Спорим до хрипоты, но когда доходит до дела, то даже самые отчаянные «экстремисты» действуют совсем не так, как сами же призывают».

И как же эти простые русские люди действовали? А вот так... Плацдарм на левом берегу Одера. В доме, где установлен пулемёт «Максим», ретивый эскадронец, хвативший шнапсу, обнаружил в постели раненого немца и вознамерился его застрелить. Женские крики, детский плач...
Далее — прямая дневниковая запись:

«И вот наши «грозные мстители» накидываются на эскадронца, успокаивают женщин, детей. Я взял за руку маленькую девочку, хотел приласкать. Она задрожала, как в судороге. Страшно стало. Привыкнув к смерти, убивая и сам рискуя быть убитым, не могу осознать, как это можно простым нажатием курка умертвить живого, безоружного притом, человека...»

А вот батарейцы нашли в пустом доме брошенного плачущего грудного ребёнка и передали немке, хозяйке дома, где остановились, приказав накормить подкидыша.
Опять прямая запись:

«Шутим между собой, не вырастет ли из младенца новый Гитлер. Неожиданно появляется его мать - молодая, худенькая, с распухшим от слёз лицом. Говорит быстро, глотая слёзы: она оставила своего Вольфганга на чьё-то попечение, но тот куда-то отлучился, а в дом, ей сказали, вошёл русский солдат и унёс ребёнка. Она думала - он его понёс убивать... Плачет, смеётся, благодарит»...

Родин вспоминает, что в те дни его товарищ Бережко заметил как-то:

- Знаешь, старший сержант, я раньше думал, что на войне люди звереют, а теперь мне кажется, мягчеют они на войне, очищаются...

Что тут сказать? Люди, да — очищаются. Звереют выродки. Но ведь на то они и выродки рода человеческого, ничтожное меньшинство, недостойное называться людьми.
Книгу Родина можно цитировать и цитировать. Это не обобщающая оценка, а моментальный снимок, но снимок — «с натуры». Однако у меня другие задачи. Тем не менее, я не могу удержаться и не познакомить читателя с ещё одной честной, приведённой А. Родиным, «фотографией» эпохи, нравов и подлинного облика тогдашнего русского человека.
Вскоре после войны часть Родина какое-то время стояла в Будапеште, и ребята — хотя и были, как напоминал сам Родин, «молодыми, физически здоровыми и была естественная тяга к женщинам», больше из любопытства, чем по нужде — зашли однажды в публичный дом.
Купив билетик, Родин, как и его товарищи, уединился-таки с молодой женщиной, которая, как он пишет, «без всякого, как говорится, «разгона» стала изображать невыразимую, пылкую любовь...»
«Не тогда, не в тот момент, - признаётся Родин, - а позже, после ухода возникло отвратительное, постыдное ощущение лжи и фальши, из головы не шла картина явного, откровенного притворства женщины...
Интересно, что подобный неприятный осадок от посещения публичного дома остался не только у меня, юнца, воспитанного к тому же на, так сказать, «принципах» типа «не давать поцелуя без любви», но и у большинства наших солдат, с кем приходилось беседовать...»
Могло ли это большинство, имея подобные внутренние моральные установки, насиловать направо и налево кого-либо вообще — хоть немок, хоть эфиопок?
Александр Родин, продолжая тему, привёл также другой пример, которым я свою тему закончу. В том же Будапеште он познакомился с красивенькой мадьяркой, знающей русский, и на её вопрос, понравилось ли ему в Будапеште, ответил, что понравилось, только вот смущают публичные дома.
— Но почему? — спросила девушка.
— Потому что это противоестественно, дико, женщина берёт деньги и следом за этим тут же начинает «любить»...
Мадьярка какое-то время подумала, потом согласно кивнула и сказала:
— Ты прав. Брать деньги вперёд некрасиво...
Уж не знаю, согласится ли читатель с тем, что этот полузабавный, полугрустный невыдуманный диалог русского «варвара» и «цивилизованной» европейки очень подходит для того, чтобы завершить им тему о том, как русские «изнасиловали два миллиона немок».
Впрочем, возможно, кто-то недоумённо пожмёт плечами — мол, что всё-таки автор имел здесь в виду? Что ж, могу пояснить ещё раз...
В приведённом выше незатейливом и простодушном житейском диалоге ярко отразились две морали: уродливая, исковерканная капитализмом «мораль» в кавычках европейца (в данном случае — европейки), развращённого настолько, что он, по меткому выражению, разврат уже не считает развратом, и мораль нормального, душевно и духовно здорового молодого советского парня — не очень интеллектуально развитого, но человечески вполне сформированного духовно здоровым, новым советским обществом. Иными словами, если говорить о той солдатской массе, которая в составе советских войск пришла в Европу и в Германию, то в массе своей (прошу прощения за каламбур) она была воспитана в духе весьма высокой общественной морали.
И уже в силу своего общественного и национального воспитания типичный воин Красной Армии органически не был способен на насилие над беззащитными.
Тем более — над женщинами.

Заказать http://delokrat.ru/index.php?productID=1959

Оффлайн Evgeniy Kharchikov

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 7838
Re: Магазин "Делократ" предлагает
« Ответ #2 : 13/05/10 , 13:53:40 »
Уважаемые соратники!
Предлагаем познакомится с новой книгой:

Кара-Мурза С.Г..: "Россия при смерти? Прямые и явные угрозы"




Аннотация:
Новая книга ведущего историка и публициста патриотических сил. Продолжение бестселлера "Россия под ударом". Анализ смертельных угроз нашей стране.
В последние годы всевозможные бедствия - катастрофы, аварии, пожары, теракты - буквально захлестнули Россию. Жалкие оправдания власти уже никого не успокаивают и не убеждают. Предпринимаемые меры - не более чем скотч на днище тонущего "Титаника". Что происходит на самом деле? В чем причины бесконечных катастроф? Совершенно очевидно, что это не случайность и не стечение обстоятельств, а закономерное следствие самоубийственных "реформ" последних десятилетий, результат ослабления российского государства, угасания его жизненно важных функций, с одной стороны, и тотальной деградации нашего общества - с другой. Сегодня оба эти национальные бедствия вошли в резонанс. Под ударами кризиса трещат по швам защитные системы, которые Россия выстраивала более века. А новых защит создано не было. Рушится сама матрица государства, шатаются несущие опоры общества, его жизненные устои. Россия при смерти? Мы обречены? Или еще есть шанс выжить и устоять? Как спасти страну от надвигающейся катастр офы и вновь "восстать из пепла"? Эта книга дает ответы на самые острые и сложные вопросы.

Деградация "знания власти" и регресс в качестве решений

За последние 17 лет произошли повреждение и частичная деструкция структур мышления значительной части работников управления и органов власти России. Мы переживаем кризис когнитивной структуры управления — всей системы средств познания, объяснения и доказательства, которые применяются при выработке решений. Это не могло не вызвать и кризиса сообщества управленцев. Ведь оно, как и любое профессиональное сообщество, соединяется не административными узами, а общим инструментарием. Масштабы деформации когнитивной структуры таковы, что на деле надо констатировать распад сообщества. Разумеется, работники управления — умные и образованные люди, они часто произносят разумные речи, но эти «атомы разума» не соединяются в систему, что и говорит о распаде сообщества.
Глубокая деградация произошла в ходе реформы в системе тех информационных каналов, которые соединяют власть с обществом и граждан в нацию. Информационное пространство определяет эффективность «знания власти». Народы и сложились из племен благодаря тому, что государство организовало «сгустки» информационных связей. Позже для сплочения народов и наций огромное значение приобрело печатное слово. Оно создало матрицу для формирования гражданских наций — общенациональную печать. Эта роль не утрачена печатью и при господстве телевидения. Телевидение действует скорее как фактор, изолирующий людей, а чтение печатного текста обладает способностью порождать мысленный диалог.
Центральная газета, одновременно дающая во все уголки страны важные для всех сообщения, порождала ощущение национальной общности и тем самым глубинное горизонтальное чувство товарищества, которое и есть сопричастность народу. Газета задавала национальную повестку дня и потому стала одной из систем, которые непосредственно воспроизводят народ и общество. Организовать и держать такую систему может только государство с его почтовым ведомством.
В советское время десяток «центральных» газет одновременно задавал всему населению общий понятийный язык и канву для осмысления реальности. Выполнение этой функции советской печати страдало рядом недостатков, но несомненно, что все ее читатели соединялись полученной информацией.
В ходе реформы система печати была ликвидирована таким образом, что сразу была подавлена ее соединяющая функция. «Центральные» газеты перестали существовать. Появилось множество газет, в совокупности создающих хаос и подрывающих общую систему мировоззренческих координат. Но даже и такое печатное слово перестало достигать большинства граждан. В 1990 г. 1 тысяча жителей РСФСР ежедневно получала 700 экземпляров газет, а сейчас в РФ 117—120, то есть в 6 раз меньше. Общество резко разделено на две части — меньшинство, читающее газеты, и большинство, газет не читающее. Информационное пространство, покрываемое печатным словом, разорвано. Это — важное разделение. Многие категории сигналов власти не проходят в общество — ликвидированы необходимые для них каналы. Социодинамика знания власти деформирована.
Конечно, в 90-е годы государственная власть обрекла реформу на провал прежде всего из-за принципиального выбора такого вектора изменений, который кардинально противоречил базовым интересам и ценностям большинства населения страны. Однако немаловажным условием, усугубившим кризис, было и нарастающее незнание власти, последовательное «отключение» тех источников знания, которые предупреждали о недопустимости тех или иных шагов, предпринимаемых властью. Избежав такого глубокого разрыва с системой знания, режим Ельцина мог избежать ряда важных ошибок, которые не были необходимы даже для достижения целей, поставленных ошибочной доктриной.
Например, не был необходимым тот раскол общества, который произошел при перестройке административных норм в сфере недвижимости. Когда говорят об обеднении, обычно внимание концентрируется на расслоении народа по доходам и уровню потребления. Однако на деле социальный апартеид создается множеством разных способов. Так, в начале реформ в РФ были учреждены частная собственность и рынок недвижимости. Соответствующей правовой защиты имущественных прав создано не было, и возник хаос, от которого понесла ущерб значительная часть населения. Затем были созданы ведомства государственной регистрации недвижимости (строений и земельных участков) и введены новые, очень сложные правила регистрации. Возможность понять эти правила и действовать в соответствии с ними сразу стала фильтром, разделившим население примерно на две равные части: тех, кто получал доступ к легальной недвижимости, и тех, кто этого доступа лишался.
Проведенное в 2003 г. исследование привело к такому выводу: «Для почти половины населения новые имущественные отношения остаются закрытой сферой, о которой они не имеют представления (или имеют весьма смутное).... Большей частью населения система государственной регистрации имущественных прав воспринимается либо как совершенно чуждая, не имеющая никакого отношения к их жизни, либо как враждебная, способная привести к новым жизненным трудностям.... Выявленные тенденции ведут к сужению социальной базы этого нового для нашего общества института, соответственно, к снижению его легитимности. Институт, за пределами которого остается более половины населения, не может претендовать на легитимность».
Власть неадекватно описывает состояние страны и неадекватно излагает главные вопросы «национальной повестки дня». Конечно, в ряде случаев власть, чтобы избежать дестабилизации и панических настроений, преуменьшает реальные угрозы. Но эта технология -вещь очень сложная. Очень часто правящая верхушка сама начинает верить успокоительным мифам, и это — большая угроза для любого государства.
Вплоть до конца 2008 г. (когда «Америка нас заразила кризисом») высшие должностные лица говорили о быстром развитии российской экономики в последние годы. Из чего же это видно, как вяжутся эти слова с реальностью? Какие великие «стройки капитализма» завершили за эти годы? Если взять реальную экономику, то она растет медленнее, чем в 1985—1989 гг., — а ведь тогда нас уговорили сломать нашу экономическую систему из-за «низкого темпа роста». В последние годы Россия получила подарок судьбы — нефтедоллары. Но где же восстановительная программа? Нет ее, а ведь разрушения в экономике за 90-е годы побольше, чем от Второй мировой войны. Эти разрушения явно не собираются ликвидировать. Деньги идут на ледовые дворцы в Сочи и возведение Москвы-сити, а в Архангельске теплосети уже не поддаются ремонту.
Говорят о ВВП (хотя и он никакие «удваивается»), но это показатель не развития экономики, а движения денег. Надо смотреть на натурные показатели. Посевные площади сократились на 43 млн га, а поголовье крупного рогатого скота — в три раза. У нас его теперь намного меньше, чем в 1916 г.! Замечательно, что у нас был приоритетный национальный проект в животноводстве, но сравнима ли эта капля с масштабами провала 90-х годов? А сколько у нас тракторов осталось? А торговый флот, который сократился в 4 раза? А как стареет оборудование промышленности? А кто будет работать на заводах, когда умрут пенсионеры? В ПТУ теперь учатся на официантов.
Вот утверждение В.В. Путина в апреле 2009 г., которое удивило своим необоснованным оптимизмом: «Последние годы, благодаря инвестициям и внедрению инноваций, возможности реального сектора страны самым серьезным образом выросли. Наша задача — сохранить и развить накопленный промышленный и технологический потенциал». Инвестиции после 2000 г. шли в основном в торговлю, услуги и добычу нефти и газа, а не в «реальный сектор» жизнеобеспечения самой России. Да и размеры инвестиций были очень и очень скромными, они еще не достигли уровня 1990 г. Их не хватало даже для скудного содержания «накопленного промышленного и технологического потенциала» — этот потенциал продолжал деградировать.
Какой может быть «рост возможностей реального сектора», если в России остается для собственного потребления 0,7 т нефти на душу населения — меньше трети того, что мы имели до реформы? Россия — энергетическая держава! Но это и есть эвфемизм, а реально эти слова означают «сырьевой придаток». Ведь нефть и газ не производятся, а извлекаются из кладовых России. Их «тащат из семьи».
Почему это важно для нашей темы? Потому, что без восстановления полноценного народного хозяйства население России не прокормится от Трубы. Значит, большую его часть так или иначе оттеснят в гетто, в «цивилизацию трущоб». Это и происходит 17 лет, а признаков отказа от этой доктрины не видно. Кто же будет держать страну, если именно работящая часть населения переселится в трущобы? Брокеры и дизайнеры? Да они бачок своего унитаза починить не могут.
Регресс в мышлении власти выражается в утрате того критического скептицизма, без которого многие утверждения воспринимаются как безответственные/Это стало общим явлением. Разрыв между реальностью и «знанием власти», то есть ее представлением о реальности, огромен. Поясним на нескольких примерах.
В сентябре 2005 г. В.В. Путин сказал: «Проводимый курс обеспечил макроэкономическую стабильность». Это утверждение повторялось буквально до того дня (в октябре 2008 г.), когда обрушились цены на нефть и российская биржа. Очевидно, что проводимый курс не обеспечил макроэкономическую стабильность, о чем и писали многие российские специалисты, указывая на опасный рост необеспеченных кредитов. Этих предупреждений не отрицали, их просто не замечали. Такое поведение неразумно, это следствие сбоя в мышлении.
В Послании 2004 г. В.В. Путин сказал: «Одной из самых актуальных задач считаю обеспечение граждан доступным жильем». Соответственно этому раздували пузырь ипотечных кредитов и цены на жилье, в чем далеко обогнали Западную Европу.
Но главное, тезис неверно передает суть реальной проблемы. Сейчас для большинства населения России главной проблемой является не приобретение жилья, а его содержание (можно даже сказать, удержание). Население с большим трудом выдерживает оплату жилищно-коммунальных услуг, но это мелочь по сравнению с деградацией основных фондов ЖКХ — зданий и инфраструктуры. Это неумолимый фактор, нужны большие ресурсы и чрезвычайные усилия для восстановления ЖКХ. Но решением власти стало переложить эти расходы на плечи населения. Под разговоры о «доступном жилье» власть сбросила с себя заботу о ЖКХ, которое за двадцать лет сама и довела до краха. Новый Жилищный кодекс и закон о тарифах в ЖКХ предусматривают, что теперь сами жильцы обязаны нести все затраты по содержанию и ремонту жилья, в том числе капитальному. Вот суждение В.В. Путина (в сокращении): «Новый Жилищный кодекс возложил полную ответственность за содержание жилых домов на собственников. Однако эта нагрузка для подавляющего большинства граждан оказалась абсолютно неподъемной. Из 3 млрд кв. метров жилищного фонда России более половины нуждается в ремонте. Сегодня объем аварийного жилья — более 11 млн кв. метров. Вопрос, который вообще не терпит никакого отлагательства, — расселение аварийного жилья. Невнимание государства к этим проблемам считаю аморальным. Правительство в 2007 году запланировало на расселение ветхого и аварийного жилья всего 1 млрд рублей».
Президент обращается к государству с упреком в аморальности — к государству, главой которого он является. Как это понять? И почему вопрос переводится в сферу морали, если проживание людей в ветхом и аварийном жилье запрещено законом! Государство по закону обязано расселить этих граждан, а угрызения совести — лирика.
Но главное в том, что в качестве доводов Президент приводит величины, которые несоизмеримы между собой. Они являются доводами только для утверждения, что государство отказывается решать проблему в ее реальных измерениях. Структурируем рассуждение В.В. Путина:
— государство обязано расселить людей из аварийных домов (забудем о ветхих);
— для этого требуется построить 11 млн кв. м жилья; — денег, выделенных государством для этой цели на 2007 г., достаточно, чтобы построить примерно 20 тыс. кв. м; - это составляет 0,2% от требуемой для расселения площади. Вывод: если бы старение жилищного фонда с 2007 г. чудесным образом прекратилось, граждане из аварийных жилищ были бы расселены, при сохранении нынешних темпов расселения, за 500 лет.
Я уж не говорю, что правительство исходит из данных о размере ветхого и аварийного фонда за 2001 г., хотя в 1999 г. темп износа жилья, оставленного без ремонта, вышел в экспоненциальный режим. Так, председатель Госстроя РФ Н. Кошман 8 апреля 2003 г. сообщил прессе, что в 2002 г. «в состояние ветхого и аварийного жилья перешло 22 миллиона квадратных метров».
Президент констатирует, что население не может оплатить ремонт жилищного фонда («эта нагрузка для подавляющего большинства граждан оказалась абсолютно неподъемной»). Оказалась неподъемной — какой сюрприз! Но ведь признано, что оплата ремонта оказалась неподъемной. Не может население оплатить ремонт, хоть расстреляйте это население! Как же у Президента повернулась рука подписать закон, возлагающий на это население обязанность оплатить ремонт? Интересно было бы проникнуть в ход мысли людей, стоящих у руля государства, а также всей рати советников, экспертов и пропагандистов.
Типичным дефектом управленческих решений стало игнорирование системного контекста. Готовя решение, чиновники не предвидели и не «чувствовали», как оно скажется на разных сторонах общественной жизни. Такие случаи мы видим на каждом шагу. Вот ввели куплю-продажу земли, изъяли ее у сельскохозяйственных предприятий и раздали в виде паев работникам — в надежде, что они продадут эти участки «эффективным собственникам». Но никто не продает и не покупает, потому что практически никто из владельцев этих паев не стал оформлять свои права собственности. До сих пор это сделали только 3% владельцев. Решение наткнулось на пассивное сопротивление, которое следовало предвидеть и нейтрализовать соответствующими мерами.
Вот пример с более драматическими последствиями. За 15 лет реформы в России было подорвано донорство крови, число доноров сократилось вдвое. Кроме того, резко снизилось качество донорской крови — значительную часть ее сдают, за небольшую плату, отчаявшиеся люди, опустившиеся на социальное дно. Причина простая: изменяя социальную систему, в которой нормально работала донорская служба, власти не удосужились ввести нормы, которые бы компенсировали возникшие при этом неблагоприятные факторы. Это не было слишком сложно сделать, но об этом просто «не подумали».
В обзоре 2004 г. сказано: «Бесплатного донорства в нашей стране практически не существует. Оно кануло в Лету вместе с введением в России законов рыночной экономики... Попробуйте-ка прийти с выданной на пункте сдачи крови просьбой-справкой о предоставлении вам выходного дня к руководителю какого-нибудь ОАО».
По мере угасания системного мышления чиновников их решения стали порождать все более серьезные угрозы. Не чувствуя пороговых явлений и цепных процессов, чиновники своими решениями выпустили из бутылки множество «джиннов» — наркоманию, коррупцию, организованную преступность, ускоренное старение ЖКХ. Все это нелинейные процессы с сильными кооперативными эффектами. Этих «джиннов» было сравнительно легко удерживать в допороговой фазе, не давая им «размножаться». Но сдерживающие их «бутылки» слабых системных воздействий были «разбиты», и теперь не хватает сил, чтобы остановить расширенное воспроизводство этих чудовищ. Красноречивый материал дает произведенная государственной властью инверсия обратных связей в системе этнических отношений. Так была создана «этническая проблема».
В Российской империи сложилась уникальная, очень сложная конструкция межэтнического общежития (см. гл. 3). Для этого был выработан — совместными усилиями — изощренный механизм гашения конфликтов. В этнический реактор были введены «охлаждающие стержни». В СССР этот механизм был доработан, дополнился посредничеством обкомов, премиями и орденами, множеством невидимых инструментов. Что произошло, когда все эти «стержни» были внезапно выдернуты и армейские гарнизоны стали, соблюдая нейтралитет и суверенитет, безучастно взирать на уничтожение детей и стариков? Целые области оказались выброшенными из цивилизации и поставлены на грань уничтожения. Дом, реально еще не разделенный, загорелся.
«Архитекторы перестройки» притворно удивлялись: как это все взорвалось? Говорили, что всему причина — межэтнические противоречия, а перестройка лишь освободила их из-под гнета режима, и это хорошо! По этой логике, дом сгорает потому, что деревянный, а не потому, что какой-то негодяй плеснул керосина и подпалил. Поджигатель, мол, лишь освободил свойство дерева гореть.
Говорят, прежний режим «подавлял противоречия». Да, подавлял — и в мыслях ни у кого не было создать организацию для убийств по национальному признаку. Но для того существует власть, чтобы подавлять разрушительные импульсы поджигателей, которых всегда можно нанять в любом народе. Эту важнейшую функцию советский режим выполнял неплохо — он представлял собой систему с отрицательной обратной связью по отношению к межнациональным (и многим другим) конфликтам. Каждый конфликт (и даже случайная вспышка противоречий) запускал экономические, культурные и репрессивные механизмы, которые или конструктивно разрешали этот конфликт, или подавляли его острые проявления.
Что же мы имеем взамен? Демократия «раскрепостила» прежде всего именно поджигателей (так же, как в экономике — воров). Они провели серию пробных акций и поняли, что поджог разрешен, все блокирующие механизмы ликвидированы. В СССР была создана система с положительной обратной связью относительно конфликтов. Каждое противоречие, вырождающееся в конфликт, благодаря культурным, экономическим и репрессивным действиям системы стало автокатали-тически разрастаться. Если прежняя система автоматически тормозила и гасила конфликты (независимо от личных качеств и ресурсов отдельных начальников), то нынешняя с такой же неуклонностью и автоматизмом конфликты разжигает. Не предусмотрели!
В результате восьми лет кропотливых совместных усилий поджигателей и «непредусмотрительных» чиновников (а не потому, что «дом был деревянный») народы оказались в разрушенной стране с разгорающимся пламенем межнациональных войн, потоками беженцев и массовыми страданиями.
Двадцатилетний процесс ухудшения качества управленческих решений в российском государстве стал уже предметом изучения историков. В этом процессе уже есть исторические вехи. Когда в 1988 г. Горбачев совершил первый погром кадров (как водится, под флагом борьбы с бюрократизмом), от начальников пошли бумаги, которые вызывали шок. Невозможно было понять, что произошло, трудно было поверить своим глазам. Они сошли с ума? Они зачем-то дурят людей? На высокие посты пришли люди, не имевшие представления о системах, которыми они должны были руководить, причем люди агрессивные.
С тех пор было еще несколько таких погромов -«чистка кадров». Отмечено уникальное и даже аномальное явление — в управлении экономикой стали приниматься решения, наихудшие из всех возможных (с точки зрения интересов страны). Из всех социальных групп именно у состава высшего эшелона управления произошло самое глубокое поражение рационального мышления. К тому же в безвыходный порочный круг госаппарат загнан коррупцией — начальники оказались «на крючке».
С каждой перетряской госаппарата происходило его качественное ухудшение. Каждая перетряска использовалась сплоченной коррумпированной частью для очистки рядов от честных (и, как правило, более компетентных) работников. Бессменный советник всех правительств России ельцинского периода В.А. Воронцов пишет: «После административной реформы 2004 г. департаментов [в Правительстве] осталось 12, число сотрудников сократилось на 25%, зарплаты повысились в несколько раз при примерно таком же снижении эффективности работы Аппарата, поскольку из-за сокращения штатов здание на Краснопресненской набережной почему-то покинули, как и при предыдущих реорганизациях, наиболее квалифицированные и опытные сотрудники».
В явном виде никто не утверждал, но все же считалось, что в России есть интеллектуальные сообщества, «обслуживающие» власть и следующие нормам рационального мышления. Последние годы показали, что сообществ нет, а отдельные личности с проблесками рациональной мысли и таланта не стягиваются в сообщества. А значит, не могут и задать никакого вектора. Ни в какую сторону! Сообщества собираются на платформе общей системы познавательных средств — общей «когнитивной структуры» (языка, значимых фактов, теоретических моделей, методов изучения реальности). А оказалось, что нет общей платформы. Более того, продолжается демонтаж той когнитивной матрицы, на которой было собрано макросообщество «русский народ».
Экспертное «сообщество» сложилось как конгломерат малых PR-предприятий, обслуживающих политику. Оно само подпало под диктат аутистического сознания, как это бывает с манипуляторами, которых слишком долго не заменяют на свежих. В целом весь дискурс этих экспертов лишен какой бы то ни было системы координат. Они проявили поразительное умение уклоняться от любого вопроса, который стоит в национальной повестке дня, витающей в воздухе. Уклоняться совершенно искренне. Это отсутствие смысла и стало ядром когнитивной структуры интеллектуального обслуживания власти. Чего же ждать от политиков!
В 90-е годы прежняя номенклатура в основном перешла в крупный бизнес менеджерами (не говорим о тех, кого «назначили миллиардерами»). Взамен них в бюрократию была рекрутирована масса людей из советского «духовного дна» — социальной базы реформ. Рекрутировались те, кто «прошел школу бизнеса» начала 90-х годов. Цивилизованный социал-дарвинизм номенклатуры стал простым хамством (более человечным, но нестерпимым), коррупция из «инструмента прогресса», как ее лоббировал Г.Х. Попов, обернулась тупым воровством.
Вот едва ли не главный вопрос национальной повестки дня России. Состояние системы власти и управления в России ныне таково, что оно будит и актуализирует латентные опасности и выводит на уровень потенциально смертельных даже те опасности, которые могли бы контролироваться с ничтожными затратами. Мы обычно сводим дело к коррупции и некомпетентности, но еще большая беда состоит в том, что власти делают ошибку за ошибкой — и никаких признаков рефлексии и «обучаемости».
И надо взглянуть в лицо страшной правде — мышление не ремонтируется само собой, как и ржавые трубы или ветхие дома. Не складывается сама собой и система специфического знания власти. Тут нужны большие коллективные усилия, политическая воля и организационная база. Пока что их нет, и это — нарастающая угроза для России.

Заказать книгу Кара-Мурза С.Г.: "Россия при смерти? Прямые и явные угрозы" http://delokrat.ru/index.php?productID=1997

http://delokrat.ru/index.php?show_aux_page=182

Оффлайн Evgeniy Kharchikov

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 7838
Re: Магазин "Делократ" предлагает
« Ответ #3 : 02/06/10 , 20:02:52 »
Уважаемые соратники!
Предлагаем познакомится с новой книгой:

Севастьянов А.Н.: "Победу не отнять! Против власовцев и гитлеровцев!"




Аннотация:
Сенсационная книга ведущего идеолога Русского Национального Возрождения. Беспощадная критика не только «либеральных» ревизионистов, пытающихся переписать нашу историю начерно и осквернить Великую Победу, но и современных власовцев, которые до сих пор поклоняются бесноватому фюреру. Решительная отповедь клеветникам, поднявшим руку на главную национальную святыню, чтобы лишить нас остатков национальной гордости и того немного, что еще объединяет нас в великий народ.

Предисловие: РУССКОЙ МОЛОДЕЖИ ПОСВЯЩАЕТСЯ

Эта книга полна разительными фактами, которые говорят сами за себя, даже если их никак не комментировать. Они правдиво напоминают о былом, исправляют погрешности исторического зрения через десятилетия, помогают правильно понять прошлое и современность.
Спрашивается, зачем к такой фактографичной книге писать еще и предисловие?
Печальные обстоятельства нашей общественной жизни вынуждают меня делать это. На первом месте среди них — тяжелый упадок духовного потенциала и пессимистичность всего мировоззрения, охватившие моих сограждан после крушения государства, строительство и защита которого отняли у народа столько сил. Это заметно в первую очередь по отсутствию сколько-нибудь выдающихся оригинальных произведений литературы и искусства за все постперестроечное время (реплики и экранизации классики не в счет). Но это поверхностный, хотя и тревожный симптом более серьезной болезни.
Разочарования последнего двадцатилетия, утрата перспектив, надежд и веры в свою страну, доверия к ней, ощущение горькой безотцовщины, брошенности всех вместе и каждого в отдельности, страх перед жизнью привели к утрате или пересмотру едва ли не всех духовных ориентиров и к гнилостному брожению в духовном существе народа, к новой варваризации и дегуманизации, упадку культуры, девальвации образованности, нравственных принципов и ценностных приоритетов.
Разложение коснулось даже русского национального движения, нашей последней надежды (говорю об этом как его давний и активный участник) . В нем появились течения и веяния, свидетельствующие о глубоком идейном разладе и духовном кризисе, граничащем с массовым умопомрачением. В частности:
1. Оказался взят под сомнение патриотизм в целом — любовь к Родине, к государству. Заметно развились национал-анархизм, антигосударствен-ничество и русский региональный сепаратизм, всячески раздувается ненависть к нашей древней столице — Москве. По Интернету распространяются, да еще и со лжессылкой на М.И. Кутузова, призывы типа «Сожжем Москву — спасем Россию!» и т.п. (Сравним это с хрестоматийным: «И молвил он, сверкнув очами: Ребята, не Москва ль за нами? Умремте ж под Москвой! И умереть мы обещали...» Так было в Отечественную войну 1812 года. Так же было и в Великую Отечественную: «Велика Россия, а отступать некуда — позади Москва!») И тому подобное.
Об этом вредном и ненормальном, но объяснимом явлении хорошо высказался Константин Крылов: «Существуют сторонники отделения от России карельских территорий, есть мечтатели о независимой Пруссии, входящей в Европу, имеются сепаратистские тенденции в Сибири и на Дальнем Востоке. Такие настроения подогреваются чудовищно несправедливым государственно-территориальным и экономическим устройством Российской Федерации, систематическим ограблением целых регионов, политикой препятствования развитию, преференциями нерусским национальным республикам за счет русских областей. Мы живем в отвратительно устроенном государстве, и нет ничего удивительного в том, что люди готовы отделиться от него... Сейчас можно ожидать всплеска таких настроений, особенно если ужесточение политического режима в сочетании с экономическим кризисом сделает московскую власть ненавистной до такой степени, что ей предпочтут китайцев... Единственное действенное лекарство от сепаратизма — это успех русского национальн ого движения, удовлетворение чаяний русского народа. Если русские обретут свое государство, им не захочется бежать из него куда угодно».
2. Возникла абсолютно, казалось бы, противоестественная для детей и внуков воинов-победителей мода на германофильство и даже гитлероманию. Создалась даже особая «Катакомбная церковь истинных православных христиан» псевдосвященника Амвросия фон Сиверса, которая причислила Гитлера к лику святых и молится иконе «Святого великомученика Атуальфа Берлинского». Заметное увлечение национал-социализмом, особенно в молодежной среде (но далеко не только), заставляет тревожиться за судьбу России.
Особенно опасны названные тенденции тем, что, по опросам, свыше 60% русских мечтают о дружбе и сотрудничестве с немцами, в то время как взаимностью им отвечают не более 20% немцев. Парадокс: безвинно пострадавший от немецкого нашествия русский народ с бессмысленным и наивным дружелюбием искренне тянется к жестокому и надменному чужаку, массово его грабившему и уничтожавшему, не признававшему русских за людей. И до сих пор не признающему нас за равных себе, не удостаивающему ответной искренней дружбы! Чем чревато такое изначальное неравенство подходов и позиций? Только одним: новыми жертвами с нашей стороны.
Между тем идеологи гитлерофилии вполне откровенно и щедро делятся с массами своими идеями — глупыми, но лестными для ущемленного национального самолюбия некоторых недалеких русских людей. А поскольку, увы, национальное самолюбие сегодня ущемлено у большинства русских по вполне объективной причине, эти идеи находят порой своих адептов. И вот уже пошел гулять по малограмотной, но амбициозной аудитории миф о том, что-де «славянские народы и, разумеется, русский народ официально признавались в Рейхе расово-родственными, братскими этносами. Какой смысл уничтожать своих братьев — вот самый простой вопрос, который мы адресуем... фальсификаторам истории».
Довольно нелепо слышать подобный «простой вопрос» как раз от наиболее злостных фальсификаторов, каких только породило наше больное, подлое время и их собственное нездоровое воображение. Но миф растет, как клубок в опытных пальцах мотальщицы: вот уже якобы «полноценных доказательств существования подобных устремлений [уничтожения миллионов славян] у верхушки национал-социалистического государства не существует». В доказательство приводится судьба ничтожных карликов-отщепенцев, которых немцам удалось правдами-неправдами запрячь в свою боевую колесницу: «Славянские государства — Болгария, Хорватия, Словакия — были верными и стойкими союзниками Новой Европы, приняв участие в крестовом походе против большевизма». (О том, что немцы при этом творили с югославами, поляками, чехами, не упоминается почему-то. Как и о том, что погиб каждый четвертый белорус. Как и о жертвах украинцах и русских.)
И перекидывается логический мостик: «Лучшие представители Русского народа, не забывшие о своем арийском первородстве, плечом к плечу стояли с германскими соратниками в этой Священной Расовой войне». А то даже и так: «Все те, кто считал себя русскими, воевали на стороне Гитлера, в том числе и в элитных войсках СС. Те, кто считал себя "совками" или вообще людьми без роду без племени, те воевали на стороне сталинской жидократии».
Так несмысленное преклонение перед «германскими соратниками» (?!) оборачивается самопредательством и оплевыванием великого подвига наших предков. Основной удар при этом получают юные души русских мальчиков и девочек, которые с удивлением обнаруживают, в результате подобной пропаганды, что свою родную страну им не за что любить и уважать.
Если, скажем, американцы делают все, чтобы приписать, присвоить себе Великую Победу 1945 года, понимая ее всемирное историческое значение, и добиваются этого с умом и настойчивостью, у нас порой все происходит наоборот. Находятся не менее настойчивые умники, от этой победы открещивающиеся... (Это при том, что на одного убитого американского солдата приходится 107 советских!) А потом мы удивляемся, почему это у нас слабеет патриотизм и государственниче-ство, почему 45% молодого поколения, по некоторым оценкам, не хочет жить в России.
Победы и память о победах укрепляют и сплачивают нацию как ничто другое. Попытка взять их под сомнение грубо подрывает национальную солидарность, наносит болезненный ущерб национальному единству. Это понимают, в общем-то, все. Именно поэтому трудно расценить деятельность русских поклонников нацистской Германии иначе как провокационную, подрывную, раскольническую и сознательно вредоносную.
Я вижу в насаждении культа гитлеризма весомую часть общей вражеской пропаганды, направленной на раскол русского народа и увековечение у русских комплекса неполноценности, ущербности и вины. Вины перед всеми: перед благородными немцами, мечтавшими нас облагодетельствовать и спасти, перед несчастными, оккупированными нами народами Прибалтики и Восточной Европы. А перед Польшей — отдельно и в особенности! Да заодно перед Западной Белоруссией и Западной Украиной (даром что приросшие новыми территориями Украина с Белоруссией вовсе не сожалеют по этому поводу). Чуть ли не перед всем миром, в общем. А главное — перед самими собой, поскольку надо было, конечно же, воевать против своей страны и своего правительства, против Сталина. Дураки мы, дураки, оказывается: не тому козлу рога обломали! Не распознали, где главное зло для нас таилось!
Между тем игра в «черное - это белое» развернулась сейчас не только в границах России, но и на широком международном поприще. К 70-летию начала Второй мировой войны в 2009 г. на Западе и в бывших союзных республиках, прежде всего в Прибалтике и Украине, прошла мощная информационно-пропагандистская кампания, в основу которой был положен тезис о равной ответственности СССР и Германии за всемирную катастрофу. 23 сентября Польский сейм на пленарном заседании принял резолюцию, в которой квалифицировал Освободительный поход Красной Армии как агрессию против Польши и официально обвинил СССР в совместном с гитлеровской Германией развязывании Второй мировой войны. Вслед за поляками парламент Литвы разработал закон, предусматривающий уголовную ответственность за одобрение или отрицание агрессии СССР, как и Германии, против литовского государства. Продолжение, как говорится, следует.
Дело не только в том, что в случае успеха этой информационной кампании и пересмотра истории войны от нас могут потребовать компенсацию материального или территориального ущерба. Дело в том, что это переписывание призвано утвердить в умах всего света Новый мировой порядок, однопо-лярный мир, в котором не будет места другим лидерам и героям, кроме сионизированных США. Если это произойдет, то будущее России как суверенного государства, самостоятельного цивилизационного и политического центра просто отменяется. Нас переведут из положения государства — основной жертвы и главного победителя в войне, а также одного из основателей современной политической системы, в положение агрессора, потерпевшего от мировой демократии хоть и запоздалое, но заслуженное поражение.
Нельзя допустить, чтобы эти зловещие планы нашли опору в нашей собственной стране в лице поклонников нацистской Германии, фанатов Гитлера, сторонников национала-социализма. Нам не нужна здесь «пятая колонна» для очередных конкистадоров.

Итак, мне пришлось писать предисловие ради решения двух задач.
Во-первых, затем, чтобы прицельная точность попадания книги в болевые точки нашей эпохи стала максимальной. Чтобы эта книга дошла в первую очередь до молодого читателя, которому она нужнее всего, пусть он об этом пока и не подозревает. Чтобы она задела его. Чтобы обжигающая правда, в ней содержащаяся, сожгла накопившийся за 65 лет после Великой Победы информационный мусор, отравляющий души русских людей. Пусть современность как бы вне сферы самой книги, но она должна мощно проявиться в предисловии, чтобы приблизить к нам то уже далекое, грозное и героическое время.
Во-вторых, затем, чтобы здесь прозвучали во всю силу две важнейшие темы, лишь поверхностно затронутые в основном корпусе книги. Это: оценка угрозы, которую несло с собой для русского народа гитлеровское нашествие; оценка тех русских людей, которые перешли на сторону врага, независимо от мотивов перехода.
Не буду говорить здесь сейчас о наиболее ярких и убедительных аргументах — о человеческом и культурно-историческом невосполнимом ущербе, нанесенном нам Германией. Об этом, собственно, и рассказывает книга, одна часть которой посвящена нашим культурным, а другая — человеческим потерям. Надеюсь, что, дочитав книгу до конца, любой русский человек содрогнется, представив себе весь масштаб того, что мы утратили навсегда, включая, что самое ужасное, немереную, но драгоценную русскую кровь и неродившихся русских детишек — мальчиков и девочек.
Предисловие нужно для другого: коснуться здесь наиболее животрепещущих современных проблем, задать правильное направление для осмысления тех вызовов и угроз, которые принесла с собой послевоенная «мирная» история, сверить наш духовный мир с вечными, главными ценностями русского народа, наивысшее проявление которых выразилось в годы Великой Отечественной войны.
На той войне погибла от немецкой бомбы во фронтовом госпитале под Осташковом (Тверская область) моя бабка, капитан медицинской службы. Восемнадцатилетним мальчишкой ушел на фронт и прошел всю войну мой отец, штурмовавший Гольдап и Кенигсберг, польскую Прагу и Будапешт, вернувшийся из Венгрии осенью 1945 г. с тремя орденами и осколком вражьей мины под левой лопаткой. Они оба имели право не воевать, могли уклониться, но пошли добровольцами. Таков был их осознанный и верный выбор.
Я не мог стать с ними плечом к плечу на передовой. Но мне хочется хотя бы достойно стоять рядом с ними в вечности, ведь это была наша война и, значит, моя тоже. Этой книгой я участвую в ней, выполняя свой долг сына и внука. Долг русского человека.

Амвросий фон Сиверерс и Александр Подрабинек — заодно?

Величайшая победа мирового славянства над германцами, исторический перелом в полуторатысячелетнем противостоянии (в ходе которого славяне потеряли огромные территории в Южной, Центральной и Западной Европе, а целые славянские племена были истреблены), грандиозный реванш, взятый нами ценой величайшего напряжения национальных сил русского народа в эпохальное четырехлетие 1941—1945 гг., — все это трактуется гитлерофилами как несчастье и историческое недоразумение. День Победы над Германией они именуют «"днем победы" сатанистов, уничтожавших и растлевавших Историческую Россию, над Национал-социалистической Германией, предпринявшей героическую попытку спасти европейскую культуру и наши общие расово-духовные ценности от иудо-коммунистического варварства». Очевидно, под «сатанистами» надо понимать примерно 35 миллионов людей, участвовавших в военных действиях против нацистской Германии, среди которых русские представляют собой большинство.
Презрение и нелюбовь к «совковым патриотам», посмевшим так жестоко «обидеть» немецкихбратьев по крови, арийцев, несших-де нам, русским, европейскую культуру и свободу от жидо-большевистского ига, у авторов сего мифа были и есть очень велики. Я мог бы привести многие выдержки из подобного рода текстов, если бы чувствовал в себе азарт собирателя мусора.
Но самое парадоксальное: в этой ненависти к защитникам нашей Родины они полностью и целиком смыкаются с таким автором, как Александр Подрабинек, от которого, по соображениям расовой чистоты, им следовало бы держаться подальше. А между тем он, точно так же ненавидя «совок», «патриотизм», Сталина, советских солдат и военачальников и вообще русскую силу, сокрушившую самую могучую военную машину, какую знало человечество, опубликовал 21 сентября 2009 г. в «Ежедневном журнале» знаковую статью, где духовно породнился с русскими гитлероманами, обнаружив полное с ними заединство. Ибо там, в частности, писалось: «Пора прекратить лицемерные причитания о чувствах ветеранов, которых оскорбляют нападки на Советскую власть. Зло должно быть наказуемо. Его служители — тоже. Презрение потомков — самое малое из того, что заслужили строители и защитники советского режима».
Изобразить убежденных патриотов, грудью вставших на защиту Родины, проливавших за нее кровь и даже погибавших, как недалеких «совков», защищавших «кровавый сталинский режим», — старая, изощренная и подлая подмена понятий. Именно она роднит современных русских гитлеристов с евреем-русофобом Подрабинеком.
Любопытно, что вся подобная аргументация чуть ли не дословно списана с гитлеровских пропагандистских листовок и тому подобных текстов. Еще в специальной директиве «Указания о применении пропаганды по варианту "Барбаросса"» предписывалось утверждать, что «противниками Германии являются не народы Советского Союза, а исключительно еврейско-большевистское советское правительство со своими чиновниками и коммунистическая партия, работающая на мировую революцию». Затем 21 августа 1941 г. вышла дополнительная директива: «Использовать в пропаганде только негативные образы недостаточно. Помимо угроз, запретов и предупреждений должно подчеркиваться, что немецкий солдат пришел не для того, чтобы уничтожить социализм, но чтобы освободить русский народ от большевистского рабства и обеспечить социальную справедливость». А в знаменитой инструкции Министерства пропаганды, подписанной лично И. Геббельсом 15 февраля 1943 г., особо подчеркивалось: следует избегать высказываний, дискриминирующих народы СССР, и ни в коем случае не упоминать о колонизаторских планах Германии. Об этих планах скажу подробно ниже.
Трогательное единство во взглядах подрабинеков и русских гитлеренышей-несмышленышей очень показательно и характерно. Ненависть и презрение к русскому народу, одержавшему ослепительную и труднейшую победу над тысячелетним врагом, над титаном, растоптавшим всю Европу, зашкаливает у тех и других до такой чрезмерности, что начинаешь сомневаться в их здравомыслии. Не тронулись ли рассудком подрабинеки? Забыли, чем грозила им, их родным и близким победа Гитлера в войне? А русские мальчишки-«фашики»? Неужели верят, что жили бы лучше, если б не победа их отцов и дедов? Что Гитлер из арийской солидарности избавил бы нас «от преступного сталинского режима», после чего мы наслаждались бы свободой и демократией и «пили бы баварское пиво» ?
Самое удивительное, всевозможные подрабинеки убеждают в этом нас едва ли не громче доморощенных нацистов, забывая при этом весьма неблагодарно, что без русского солдата («совкового патриота», ныне ветерана) всемирное еврейство постиг бы всемирный же Холокост!
Но данная медаль «патриотизма навыворот» имеет и обратную сторону: если восхвалять гитлеризм, признавать его историческую правоту, если клеймить и опускать защитников Родины, то одновременно придется превозносить до небес тех, кто изменил ей с оружием в руках. Именно так это и делают заединщинки — Александр Подрабинек и доморощенные фанаты Гитлера.
Выше уже приводилась замечательная своим идиотизмом фраза о лучших русских людях, воевавших против всего нашего народа. Эту же мысль развивает и Подрабинек:
«В Советском Союзе, кроме вас, были другие ветераны, о которых вы не хотели бы ничего знать и слышать — ветераны борьбы с Советской властью. С вашей властью. Они, как и некоторые из вас, боролись с нацизмом, а потом сражались против коммунистов в лесах Литвы и Западной Украины, в горах Чечни и песках Средней Азии...
Немногие из них, оставшиеся в живых, не получают от государства пособий и персональных пенсий, живут в бедности и безвестности. Но не вы, охранники и почитатели советской власти, а именно они — подлинные герои нашей страны».
Как взбесившийся шакал, не разбирающий, кого кусать надо, а кого не надо, Подрабинек, сперва искусавши защитивших некогда его жизнь «совков-ветеранов», вдруг запел-завыл хвалы предателям нашей Родины. Начиная с изменивших России народов (представители которых охотно выполняли грязную полицейскую работу, радостно «зачищая» новоприобретенные территории Рейха от всеми любимых соплеменников Подрабинека), издавна враждовавших с русскими, и кончая изменниками особого рода, перебежчиками, которые красивыми словами о борьбе с большевизмом маскировали некрасивую роль подручных смертельного врага славян. Защищая при этом от нашего справедливого возмездия вражеский Третий рейх, вместо того чтобы защищать свою Россию от иностранного оккупанта — убийцы и мародера.
Не один только Подрабинек, но вместе с ним и целая когорта охотников, среди которых, помимо недобитых власовцев и их родни, можно видеть немалое число людей, именующих себя русскими и даже русскими националистами, пытаются реабилитировать генерала Власова, атамана Краснова и прочих подонков, поднявших руку на свою Родину и свой народ. По большей части это результат больной, извращенной фантазии и скрытого комплекса неполноценности натурального недочеловека, мечтающего приобщиться к сверхчеловеку, а также чудовищного невежества.
Правда, я лично как натуралист, для которого метемпсихозис (переселение душ) есть документально и многажды установленный медицинский факт, вижу еще одно, особое объяснение такому странному заблуждению ума и сердца. Для меня очевидно, что души многих незваных гостей, бесславно полегших на полях России, не вернулись в свой фатерланд, а вселились, так сказать, по соседству в русских по крови младенцев. Вот и получились у нас «иваны, родства не помнящие», но мнящие себя инкарнациями гитлеров-гиммлеров и разных там штурмбаннфюреров, охотно примеряющие на себя красивую эсэсовскую форму, балдеющие от оружия и наград, чей дизайн разрабатывал сам фюрер, и самоуверенно присваивающие себе псевдонимы с горделивой, но незаслуженной приставкой «фон». Такой вот парадокс.
Поэтому я не спешу крутить пальцем у виска, когда слышу от вполне русопятого гражданина заявления о нерушимом русско-немецком братстве, о святости Гитлера и благородных целях освобождения русских братьев от жидовского ига, с которыми-де шли на русскую землю незваные орды вермахта и СС. Я понимаю, что в русской оболочке передо мною, увы, вполне немецкая душа какого-нибудь не в меру энергичного и фанатичного эсэсовца, которая рвется утвердить свою правду. Не желая помнить, что однажды эту правду уже приговорил — заслуженно! — к высшей мере наказания белорусский партизан или русский солдат.
Волей-неволей такой фальшиво-русский рыцарь Третьего рейха оказывается, однако, рядом вовсе не с истинными русскими националистами, и даже не с теми, кто с оружием полез на нашу землю в 1941-м, а все с тем же Подрабинеком и его апологетами.
Подрабинек в своем антирусском запале не задается естественным вопросом, где был бы он сам и вся его родня по всему свету, если бы те самые ветераны, жертвуя собой и защищая свою страну, какой бы она ни была, не сломали хребет немецкому нацистскому государству. Вряд ли от разномастных подрабинеков сегодня хотя бы уголечки остались.
Точно так же его русские единомышленники не пытаются честно и до конца разобраться в том, что было бы с русскими, если бы победил Гитлер. Или дают заведомо ложную информацию на сей счет.
В связи со всем этим я надеюсь в предисловии решить две задачи, чтобы дать всей книге правильный фон.
Во-первых, хочется до конца развеять любые иллюзии об «арийских братьях», не питавших, якобы, агрессивных, хищнических и человеконенавистнических намерений в отношении русского народа. Именно намерения и мотивы немцев, развязавших войну, должны быть раскрыты до конца.
Во-вторых, необходимо рассказать правду о предателях Родины, которых наши сознательные или несознательные противники упорно пытаются поставить на пьедестал и выдать за истинно русских людей, героев борьбы за освобождение народа. В первую очередь (но не только) о генерале Власове.
Эти два разъяснения необходимо сделать здесь предварительно, чтобы достичь главной цели книги: заложить правильные основы истинного патриотизма, и национализма у русской молодежи и избавить ее от ненужных иллюзий ложно понятой расовой солидарности.
Ибо дороже всего обходятся идейные ошибки.

Заказать книгу Севастьянов А.Н.: "Победу не отнять! Против власовцев и гитлеровцев!"  http://delokrat.ru/index.php?productID=2017

http://delokrat.ru/index.php?show_aux_page=183

Оффлайн Evgeniy Kharchikov

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 7838
Re: Магазин "Делократ" предлагает
« Ответ #4 : 18/06/10 , 23:19:46 »
Уважаемые соратники!
Предлагаем познакомится с новой книгой:

Семанов С.Н.: "Иосиф Сталин для русских ХХI века"




Аннотация:
Народу обрыдла гнусность столичного телеэкрана, где царят расхристанные ксюхи, провокационные "политобозреватели". Идет из Москвы целенаправленное растление людей, особенно молодежи, героями стали шлюхи и бандиты (или "менты", похожие на них). А вот в сталинские времена героями экрана были трактористы, летчики, шахтеры, ткачихи, свинарки и пастухи. Их роли исполняли, и блистательно, красивые актрисы и мужественные актеры.
Неведомо нам, но можно предположить, что Сталин к лику святых угодников вряд ли будет причислен. Да, был жесток порой в отношении собственного народа, некоторые его деяния в этом ряду никогда, видимо, не будут забыты (коллективизация, "ленинградское дело" русофобское, еще что-то). Однако оглянемся на прошлое, как там обстояло дело со знаменитыми предводителями стран и народов? Присмотримся с высоты времен. Сталин, к сожалению, создал вокруг себя то неприятное, что потом (и до сих пор!) глупо именуют "культом личности". Но, как говорится, был культ, но была и личность. А вот это уж бесспорно.

В ТЕНИ ЛЕНИНА

Начало второго заседания съезда Советов было назначено на час дня 26 октября. Но минуло и два, и три часа дня - заседание не открывалось. Оно началось лишь в девять часов вечера. В течение нескольких часов были приняты решения, имевшие исключительное значение для судеб страны. Сначала, выслушав доклад Ленина о мире, съезд единогласно принял соответствующий декрет. Затем, после второго доклада Ленина, съезд проголосовал за Декрет о земле. В завершение было обсуждено образование нового правительства. Оно носило непривычное название - Совет Народных Комиссаров и состояло из пятнадцати человек. Первым в списке шел В. И. Ленин - Председатель СНК, последним - И. В. Джугашвили (Сталин). Пост его имел своеобразное название - председатель по делам национальностей.
28 октября Ленин в сопровождении Сталина и Троцкого отправился в штаб Петроградского военного округа и заслушал доклады Н. И. Подвойского, В. А. Антонова-Овсеенко и К. А. Мехоношина о положении, создавшемся после захвата казаками Гатчины. Доклады эти не удовлетворили Ленина, и оперативный центр был перенесен в Смольный.
Сталин все время оставался в Смольном. Дела ему хватало. Выслушивал и тщательно инструктировал партийных организаторов районов - так тогда назывались секретари райкомов партии, - десятки комиссаров, рядовых солдат и красногвардейцев. Неизменным был вопрос:
- Сколько можете дать штыков? - И тут же Сталин карандашом записывал ответ.
2 ноября 1917 года Ленин подписал составленную Сталиным "Декларацию прав народов России", где были сформулированы основные принципы национальной политики Советского правительства: "1) Равенство и суверенность народов России. 2) Право народов России на свободное самоопределение, вплоть до отделения и образования самостоятельного государства. 3) Отмена всех и всяких национальных и национально-религиозных привилегий и ограничений. 4) Свободное развитие национальных меньшинств и этнографических групп, населяющих территорию России".
"Конструировать" наркомат еще предстояло, и первым его сотрудником стал Станислав Станиславович Цветковский. Благодаря его воспоминаниям и знаем мы подробности тех дней, своеобразных и неповторимых. Поскольку воспоминания эти, опубликованные в 1922 году, дают максимально достоверную картину обстановки, в которой большевикам приходилось строить государственный аппарат, они многократно воспроизводились и позднее.
Итак, Пестковский, до этого уже поработавший в ВРК, в Наркоминделе и Наркомфине, отправился к Сталину. "- Товарищ Сталин, - сказал я, - вы народный комиссар по делам национальностей?
-Я.
- А комиссариат у вас есть? -Нет.
- Ну, так я вам "сделаю" комиссариат.
- Хорошо! Что вам для этого нужно?
- Пока только мандат на предмет "оказывания содействия".
- Ладно!
Здесь не любивший тратить лишних слов Сталин удалился в управление делами Совнаркома, а через несколько минут вернулся с мандатом. Получив мандат, я стал рыскать по Смольному, высматривая место для Наркомнаца. Задача была нелегкая, везде было тесно.
Наконец я набрел на какую-то большую комнату, где при одном столике заседала: "комиссия" по вещевому снабжению Красной гвардии, а при другом - выдавались разрешения на право ношения оружия. Здесь я вдруг наткнулся на моего товарища по каторге, впоследствии погибшего на Западном фронте, т. Феликса Сенюту.
- Ты что тут делаешь? - спросил я.
- Работаю по вещевому снабжению Красной гвардии.
- Переходи к нам, в Народный комиссариат национальностей.
- Хорошо.
- Можно ли нам устроиться в этой комнате?
- Конечно, можно.
Тут мы с покойным Сенютой нашли какой-то свободный столик и поставили его у стены. Затем Сенюта взял большой лист бумаги и, начертав на нем: "Народный Комиссариат по Делам Национальностей", прикрепил к стене над столиком. Достали два стула.
- Готов комиссариат! - воскликнул я.
И сейчас же пустился обратно в кабинет Ильича, где, за неимением собственного кабинета, пребывал Сталин. - Товарищ Сталин, - сказал я, - идите посмотреть ваш комиссариат.
Невозмутимый Сталин даже не удивился такому быстрому "устройству" и зашагал за мной по коридору, пока мы не пришли в "комиссариат".
Здесь я отрекомендовал ему т. Сенюту, назвав его "заведующим канцелярией" Наркомнаца.
Сталин согласился, окинул взглядом "комиссариат" и издал какой-то неопределенный звук, выражающий не то одобрение, не то недовольство, и направился обратно в кабинет Ильича.
Я отправился в город, заказал бланки и печать. Уплатив за бланки и печать, я израсходовал все мои деньги и деньги т. Сенюты.
Решился идти к Сталину.
- Товарищ Сталин, - сказал я, - денег ни гроша у нас нет. Я знал, что "изъятие" из банка еще не произведено.
- Много ли нужно? - спросил Сталин.
- Для начала хватит тысячи рублей.
- Придите через час.
Когда я явился через час, Сталин велел мне "сделать заем" у Троцкого на три тысячи рублей.
- У него деньги есть, он нашел их в бывшем Министерстве иностранных дел.
Я пошел к Троцкому, дал ему формальную расписку на три тысячи рублей и получил их.
Насколько мне известно, Наркомнац до сих пор не возвратил Троцкому этого займа..."
Начинать приходилось с нуля. Если другие наркоматы могли в какой-то мере использовать хотя бы часть старых специалистов, кадры низших и средних служащих, посещение бывших министерств, их архивы, то Наркомнац ничем подобным не располагал.
Вплоть до начала 1918 года центральный аппарат Нарком -наца и состоял из трех человек. Именно они начали работу по созданию отдельных национальных политических комитетов.
Национальный вопрос, одним из признанных теоретиков которого был Сталин, получил весьма дурное для России наследство от Маркса и Энгельса. Они не только принижали все национальное и были космополитами в личной жизни и вкусах, но и последовательно оставались враждебны к исторической России.
Ленин был тоже невесть бог каким патриотом, но всегда оставался по крайней мере твердым государственником. Это сближало его по взглядам со Сталиным. Но в "ленинском штабе" преобладало иное настроение. Вот краткий отрывочек изречений Наркомпроса Луначарского в сентябре 1918 года: "Преподавание истории в направлении создания народной гордости, национального чувства и т. д. должно быть отброшено; преподавание истории, жаждущей в примерах прошлого найти хорошие образцы для подражания, должно быть отброшено".
Других примеров приводить не стоит, но виднейшие тогда "вожди пролетариата" Троцкий и Бухарин выражались о русском прошлом и настоящем примерно так же.
В Наркомнаце Сталин попал в сложное положение. Сейчас кажется удивительным, но там даже не было русской секции, хотя все другие народы, даже крошечные, таковые имели. Сталин всегда ценил русский народ, который хорошо знал, ибо двадцать лет до революции прожил в его среде, не отдыхая годами у Женевского озера, как многие его соратники по Октябрю. Но он не мог до поры не отдавать дани старой марксистской догме. До поры. И вскоре такая пора приспеет.
Первым сложился, комиссариат польский. 24 ноября Сталин составил записку, оформленную 28 ноября как постановление СНК: "Назначается комиссаром по польским делам (военные дела, беженцы) Юлиан Марианович Лещинский. Помощником комиссара назначается Казимир Генрихович Циховский".
16 декабря по распоряжению Ленина Наркомнацу "в экстренном порядке" было выделено полмиллиона рублей. Еще в конце ноября наркомат получил помещение Национального совета бывшего МВД (на углу Александрийской площади и Театральной улицы). До этого в официальных объявлениях адрес указывался просто: Смольный институт, комната 5, третий этаж".
Постепенно стали возникать и другие национальные комиссариаты: в конце ноября 1917 года - по литовским делам, в январе 1918 года - мусульманский, белорусский, еврейский и армянский.
В середине ноября в Финляндии проходил съезд социал-демократической партии. На него была направлена представительная делегация - Сталин и Коллонтай (член ЦК и нарком общественного призрения). 24 ноября Сталин выступал на съезде. Охарактеризовав происходящие в России события и трудности, с которыми столкнулось Советское правительство, он подчеркнул, что большевики готовы выполнить свои обещания:
- Нас пугали, наконец, развалом России, раздроблением ее на многочисленные независимые государства, при этом намекали на провозглашение Советом Народных Комиссаров права наций на самоопределение как на "пагубную ошибку". Но я должен заявить самым категорическим образом, что мы не были бы демократами (я не говорю уже о социализме!), если бы не признали за народами России права свободного самоопределения. Я заявляю, что мы изменили бы социализму, если бы не приняли всех мер для восстановления братского доверия между рабочими Финляндии и России...
На протяжении последующих недель вопрос о предоставлении независимости Финляндии стоял перед Советским правительством очень остро. Дело осложнялось тем, что социал-демократы Финляндии оказались не в состоянии взять власть в свои руки, и ее захватила финская буржуазия. Тем не менее 18 декабря 1917 года СНК опубликовал декрет о признании независимости этой страны.
Еще более напряженными были отношения Советского правительства с Центральной Радой, претендовавшей на представительство народа Украины. Рада, опираясь на сформированные еще до революции так называемые "украинские полки", разоружала революционные войска, захватывала украинские города, громила Советы и создала националистическое правительство - Генеральный секретариат. Одновременно Рада отозвала с фронта "украинские части", тем самым разрушая фронт, хотя война еще не кончилась.
12 декабря Сталин написал "Ответ товарищам украинцам в тылу и на фронте", где разоблачил антинародную политику Рады.
"Между украинским и русским народами, - писал он, - нет, и не может быть, конфликта. Украинский и русский народы, как и остальные народы России, состоят из рабочих и крестьян, из солдат и матросов... В борьбе за свои кровные интересы у них нет, и не может быть, конфликта..."
Однако Центральная Рада стремилась разжечь именно такой конфликт. Большевики Украины, верные принципам государственности, повели борьбу с Центральной Радой. 17 декабря 1917 года в Харькове, после I Всеукраинского съезда Советов, было создано Советское правительство Украины - Народный Секретариат. В своем заключительном слове на ТУТ Всероссийском съезде Советов 15 января 1918 года Сталин подчеркивал: - Демократический флаг тех или иных политических деятелей (как Винниченко), стоящих во главе Рады, вовсе еще не является гарантией действительно демократической политики.
Мы судим о Раде не по словам, а по делам...
Подробно рассказав съезду о националистической деятельности Рады, Сталин высмеял Мартова (Цедербаума), пытавшегося защищать националистов:
- О какой же борьбе Советов против демократии говорит здесь Мартов?
Ораторы справа, и особенно Мартов, вероятно, потому хвалят Раду и защищают ее, что видят в ее политике отражение своей собственной. В Раде, представляющей коалицию всех классов, столь милую сердцу гг. соглашателей, они видят прообраз Учредительного собрания. Вероятно, Рада, слыша речи представителей правого сектора, будет также усердно хвалить их. Недаром говорится: рыбак рыбака видит издалека.
19 ноября в СНК Сталин делает два доклада: о торговле с Финляндией и об Украине и Раде,
На следующий день он вносит на рассмотрение СНК проект обращения "Ко всем трудящимся мусульманам России и Востока"; докладывает СНК о неблаговидных действиях комиссии по выборам в Учредительное собрание...
22 ноября Сталин в ВРК ставит вопрос о закрытии контрреволюционных газет...
27 ноября на заседании СНК он выступает по вопросу о проведении в жизнь политики социалистического государства в области финансов и экономики...
2 декабря в СНК Сталин делает доклады об Украине и об организации съезда Советов Белоруссии...
5 декабря он заключает соглашение с представителями Белорусского областного комитета о совместной работе...
14 декабря на заседании ВЦИК выступает с докладом о взаимоотношениях с Центральной Радой...
16 декабря в СНК делает сообщения о положении в Оренбурге, Уральском округе, Туркестане и на Кавказе...
18 декабря вновь докладывает СНК о военном положении в Оренбургском округе...
На следующий день там же делает доклад о Центральной Раде...
21 декабря Ленин и Сталин принимают участие в заседании Всероссийской коллегии по организации и формированию Красной Армии...
24 декабря Сталин председательствовал на заседании Совнаркома и выступал с докладом о положении на Дону, о съезде трудового казачества и о подготовке наступления революционных отрядов на Оренбург.
27 декабря по предложению председательствующего - Сталина - СНК постановил национализировать Путиловские заводы...
С начала января 1918 года одним из наиболее животрепещущих для ЦК большевиков дел были мирные переговоры.
Советская республика не могла воевать: ни по состоянию армии, ни по положению в тылу. Казалось бы резонным, как это ни было тяжело, принять условия австро-германской стороны. Однако в партии нашлись люди (они получили наименование "левых коммунистов", то были Бухарин, Бубнов, Ломов, Осинекии, Преображенский, Пятаков, Радек и другие), которые, прикрываясь сверхреволюционной фразой, требовали отвергнуть ультиматум и начать "революционную войну". Не лучший выход предлагал и Троцкий, возглавлявший советскую делегацию на переговорах в Брест-Литовске: объявить войну прекращенной, армию демобилизовать, но мира не подписывать.
Поскольку Троцкий все же запрашивал немедленных директив, Ленин посылает ему одну за другой две записки:
1) "Сейчас приехал Сталин, обсудим с ним и сейчас дадим вам совместный ответ. Ленин". 2) "Передайте Троцкому. Просьба назначить перерыв и выехать в Питер. Ленин. Сталин".
Бухарин, Урицкий, Троцкий, Оппоков (Ломов), Дзержинский, Косиор возражали Ленину. Сталин его поддержал: "Тов. Сталин считает, что, принимая лозунг революционной войны, мы играем на руку империализму. Позиция тов. Троцкого не есть позиция. Революционного движения на Западе нет, нет фактов, а есть только потенция, а с потенцией мы не можем считаться. Если немцы начнут наступать, то это усилит у нас контрреволюцию..."
23 февраля пришел ответ: германское правительство пользовалось возможностью оккупировать как можно большую территорию. И вновь на заседании ЦК разгорелись споры.
Сталин был совершенно определенен: "Дело сводится к тому, что мы немедленно должны подписать эти условия". За предложение Ленина принять германские условия мира кроме него самого голосовали еще шесть членов ЦК - Стасова, Зиновьев, Свердлов, Сталин, Сокольников, Смилга. Против - четыре: Бубнов, Урицкий, Бухарин и Ломов. Воздержались тоже четверо: Троцкий, Крестинский, Дзержинский, Иоффе. Ленинская линия восторжествовала. 3 марта договор был подписан.
Через неделю после этого Советское правительство переехало в Москву. Сделать это понуждала необходимость: Петроград находился теперь на весьма близком расстоянии от фронта.
Сталин ехал в одном вагоне с Лениным, Крупской, М. Ульяновой и Бонч-Бруевичем - управляющим делами СНК. В том же поезде ехали и сестры Аллилуевы - Анна и Надежда. Первая из них служила в аппарате ВЦИК, младшая - в Наркомнаце. С вечера Сталин пригласил их поутру зайти позавтракать в тот вагон, где ехал Ленин. Но девушки постеснялись, и Сталин зашел сам:
- Почему же вы прячетесь? Я вас ищу по всему поезду! По приезде в Москву члены СНК разместились в номерах гостиницы "Националы". Сестры Аллилуевы поселились в "Метрополе". Несколько позднее, когда Кремль стал местом проживания Ленина, получил там квартиру и Сталин. Она состояла из трех небольших комнат со сводчатыми потолками. Сестры Аллилуевы поселились в этой же квартире. Здесь Сталин и прожил несколько лет.
По прошествии некоторого времени Наркомнацу дали несколько помещений, и в результате его национальные комиссариаты оказались разбросанными по всей Москве...
- Теперь уж за вами совсем не уследишь, - говаривал он Пестковскому, - надо было бы получить один большой дом и собрать туда всех.
Вскоре такой случай представился.
- Нам дали Большую сибирскую гостиницу, - сообщил нарком своему заместителю, - но ее самочинно захватил ВСНХ. Мы, однако, не отступим. Поэтому пусть Аллилуева напишет на машинке несколько бумажек следующего содержания: "Это помещение занято Наркомнацем".
Вооруженные такими записками и кнопками, нарком и его заместитель поехали в Златоустинский переулок. Стемнело. Центральный вход в гостиницу был закрыт, а на дверях белела бумажка: "Это помещение занято Высшим Советом Народного Хозяйства". Сняв ее и заменив своей, через черный ход проникли в гостиницу. В длинных коридорах, освещая их спичками, развесили на дверях еще несколько записок... Но помещение все же досталось ВСНХ, и, по мнению Пестковского, "это был один из тех немногих случаев, когда Сталин потерпел поражение".
Коллегия Наркомнаца была теперь весьма многочисленной и все время увеличивалась, так как организовывались новые национальные комиссариаты.
Сталин прежде всего был человеком дела. Он стремился ограничить, придать какие-то рамки бесконечным, бесплодным дискуссиям, которыми были обуреваемы некоторые из его сотрудников. Но, видимо, поначалу это и ему не всегда удавалось. По свидетельству Пестковского, Сталин иногда "терял терпение. Но он никогда не обнаруживал этого на собраниях. В тех случаях, когда в результате наших бесконечных дискуссий на совещаниях запас его терпения истощался, он вдруг исчезал. Делал он это чрезвычайно ловко. Сказав: "Я на минутку", он исчезал из комнаты и прятался в каком-нибудь из закоулков Смольного или Кремля. Найти его было почти невозможно. Сначала мы его ждали, потом расходились. Я оставался один в нашем общем кабинете, терпеливо дожидаясь его возвращения. Но не тут-то было. Обычно в такие минуты раздавался телефонный звонок: это Владимир Ильич требовал Сталина. Когда я отвечал, что Сталин исчез, он мне говорил неизменно: "Срочно найдите".
Задача была нелегкая. Я отправлялся в длинную прогулку по бесконечным коридорам Смольного или Кремля в поисках Сталина. Находил я его в самых неожиданных местах. Пару раз я его заставал на квартире у матроса т. Воронцова, на кухне, где Сталин, лежа на диване, курил трубку и обдумывал свои "тезисы"...
20 марта 1918 года на рассмотрение Сталина было представлено "Положение о Татаро-Башкирской Советской республике Российской Советской Федерации". Через два дня Сталин. Вахитов и его заместители подписали "Положение"
На 5 мая телеграммой за подписями Ленина и Сталина в Москву на совещание были вызваны представители губернских Советов и мусульманских комиссариатов Казани, Уфы, Оренбурга, Вятки, Екатеринбурга, Симбирска, Перми.
Совещание проходило 10-16 мая под руководством Сталина. В нем участвовало около 30 человек.
Открылось совещание программной речью Сталина. Описав попытки националистической буржуазии в различных областях России под видом стремления к "автономии" захватить власть и противопоставить трудящихся центральному Советскому правительству, нарком продолжал:
- Автономия есть форма. Весь вопрос в том, какое классовое содержание вкладывается в эту форму. Советская власть отнюдь не против автономии - она за автономию, но за такую автономию, где бы вся власть находилась в руках рабочих и крестьян, где бы буржуа всех национальностей были устранены не только от власти, но и от участия в выборах правительственных органов...
Очаги гражданской войны возникали повсюду, но наиболее опасным казалось положение на Украине. Недаром статья Сталина, опубликованная в "Известиях" 14 марта, называлась "Украинский узел":
"Социалистическая" Центральная Рада Петлюры - Винниченко в обмен на украинские хлеб и сало получила от империалистов Германии и Австрии поддержку в борьбе с украинским народом. С помощью немецких штыков националисты возвратились на Украину и теперь, используя превосходящую силу германских дивизий, стремились уничтожить власть Советов на украинской земле. Но и оккупанты, и их националистические слуги просчитались: на Украине началась борьба рабочих и крестьян против оккупантов". Сталин в статье назвал эту войну отечественной и подчеркнул: "Нужно ли еще доказывать, что отечественная война, начатая на Украине, имеет все шансы рассчитывать на всемерную поддержку со стороны всей Советской России".
4 апреля со Сталиным связался по прямому проводу В. П. Затонский - председатель ЦИК Украины - и сообщил, что в связи с угрозой захвата немцами Крыма, Кубани и Донской области ряд руководящих работников этих районов обратился к украинским товарищам с предложением создать еще и "федерацию Южных Советских республик". Затонский просил поставить об этом в известность СНК РСФСР и посольство Украины. Однако Сталин (и не без основания) истолковал этот прожект как дающий немцам повод оккупировать русские территории, что впоследствии и свершилось. Затонский получил резкий ответ: "Мы все здесь считаем, что ЦИК Украины должен, морально обязан покинуть Таганрог и Ростов... Достаточно играли в правительство и республику, кажется, хватит, пора бросить игру..."
Резкость ответа Сталина, может быть, определялась и тем, что в ту пору Советскому правительству нередко приходилось сталкиваться с тягой к сепаратизму, проявляемому местными органами власти, и не только на Украине. К примеру, 13 апреля, получив из Иркутска записку, Ленин посылает составленную Сталиным срочную "вне всякой очереди" правительственную телеграмму: "В ответ на вашу записку об иностранном комиссариате при Центросибири и о самостоятельности Сибири считаю нужным сообщить, что, по мнению Совнаркома, нет никакой необходимости в иностранном комиссариате при Центросибири; так называемая самостоятельность Сибири только облегчит формально дело аннексии с Востока; перед вами примеры независимой Украины, Финляндии. Предлагаю ограничиться автономией Сибири как неразрывной части России..."
Еще одним районом России, требовавшим пристального "внимания" Наркомнаца, был многонациональный Кавказ. Буржуазно-националистические круги Закавказья - армянские дашнаки, азербайджанские мусаватисты, грузинские меньшевики - до Октябрьской революции активно поддерживали Временное правительство и даже торжественно заявляли, что не мыслят себе отделения от России. Но сразу же после 25 октября 1917 года, вдохновляемые ненавистью к большевикам, националистические партии Закавказья взяли курс на отделение и создание своих правительств.
Сталин поддерживает связь с большевиками Закавказья, со Степаном Шаумяном во главе. В статье "Положение на Кавказе", напечатанной в "Правде" 23 мая 1918 года, Сталин недвусмысленно заявляет: "Советская власть будет всеми силами отстаивать неотъемлемые права трудовых масс Закавказья против захватнических покушений".
Весной 1918 года Сталин был занят работой в законодательной области: он составлял первую советскую конституцию.
Спор разгорелся на первом же заседании, 5 апреля. Сталин внес предложение начать работу комиссии с развернутого обсуждения принципов Советской федераций. К следующим заседаниям Сталину и М. А. Рейснеру - заведующему отделением государственного права при народном комиссариате юстиции -было поручено подготовить специальные доклады.
На заседании 10 апреля Рейснер (он в ту пору числился в "левых коммунистах") сделал доклад, основные принципы которого не имели ничего общего со сталинским пониманием советской государственности. Рейснер был выскочкой в партии, человек темноватый. "Прославился" как отец Ларисы Рейснер, авантюристки и распутницы, "супруги" Раскольникова, Радека и кого-то еще, яростной троцкистки. До революции известный разоблачитель Бурцев писал о членстве Рейснера в масонах и связях с охранкой. Тот так и не смог оправдаться, а вскоре сама жизнь столкнула новоиспеченного "большевика" на обочину.
Сталин выступал на заседаниях комиссии 24 раза, резко отмежевавшись от Рейснера. 12 апреля он сделал доклад "О типе федерации Российской Советской республики", в котором подверг резкой критике проект Рейснера. В противовес концепции Рейснера о немедленном "отмирании" социалистического государства ясно и четко было сказано: "Вырабатываемый в настоящее, время комиссией план конституции должен быть временный, рассчитанный на период переходный от буржуазного строя к социалистическому..."
Затем Сталин ясно и четко определил тип Советской федерации и отверг как совершенно ошибочное положение Рейснера о территориальных федерациях. Он подчеркнул, что недопустимо считать субъектами федерации Советы, коммуны или профсоюзные, кооперативные, железнодорожные и почтовые организации. Сталин назвал такого рода попытки "вакханалией федераций".
В споре с Рейснером Сталин прибегнул к авторитету Ленина:
- Тут ссылаются на Ленина, - сказал он. - Я позволю себе заметить, что Ленин, насколько мне известно, а мне известно хорошо, сказал, что этот проект ни к чему...
19 апреля на заседании Комиссии ВЦИК происходили самые бурные прения. Редактор "Известий" Стеклов предложил комиссии руководствоваться проектом Рейснера. После Сталин предпринял самую решительную атаку против этого проекта. "Проект тов. Рейснера не может быть положен в основу. Дело в том, что, я извиняюсь за резкость, там идет вакханалия федерации, дается возможность совершенно свободно, вольно группироваться... Рейснер указывает на федерацию какую угодно, лишь бы это была федерация. Так нельзя. Вы должны дать определенный тип федерации. Это есть федерация областей, отличающихся известным национальным составом или определенным бытом. Такой тип надо дать вполне определенно". В ответ на эту критику Сталин выслушивает упорные возражения Рейснера, М. Н. Покровского, Стеклова и эсера-максималиста Бердникова. Все они были ярыми сторонниками федерирования России по производственно-классовому принципу, принимая во внимание только марксистские догмы, а не реальные трудности создания н овой государственности в такой многонациональной стране, как Россия.
Тут надо оценить политическую суть событий четко и договорить до конца. По сути, на этих малозаметных тогда прениях, содержание которых было изучено только в самые недавние годы, Сталин отстоял конституционную целостность молодого Советского государства. Противники его в высшей степени характерны. Об авантюристе Рейснере уже сказано. Влиятельный тогда редактор газеты "Известия" Ю. Стеклов (Нахамкис) был ярым русоненавистником, как и историк Покровский, хоть тот был русский по рождению (о борьбе Сталина с его русофобией нам еще придется говорить). На тонких нитях была тогда подвешена российская государственная целостность, но Сталин не дал эту нить порвать.
После ожесточенных споров проект Сталина был принят большинством в пять голосов против трех. За полгода - огромный срок для революционного времени - Сталин не только проявил себя как знаток межнациональных отношений (этого, кстати, не отрицали и не отрицают даже его недоброжелатели). Главное, пожалуй, в ином: Сталин приобрел первый опыт как государственный деятель. И оказалось, что у него обнаружился тут несомненный талант. Опыт пригодился ему на всю долгую последующую жизнь. Он был истинный государственник, как и Ленин. Но если Ленин, создатель первого в мире государства Советов, отдавал все же дань классической марксистской букве ("право наций на самоопределение вплоть до полного отделения!"), то Сталин смотрел дальше и глубже. Впоследствии это вылилось в серьезные разногласия. 31 мая 1918 года в "Правде", рядом с воззванием Совета Народных Комиссаров к казачеству, рядом с сообщением о борьбе с голодом, рядом с призывом организовать продовольственные рабочие отряды, был опубликован и следующий документ:

"Член Совета Народных Комиссаров, Народный Комиссар Иосиф Виссарионович Сталин назначается Советом Народных Комиссаров общим руководителем продовольственного дела на юге России, облеченным чрезвычайными правами. Местные и областные совнаркомы, совдепы, ревкомы, штабы и начальники отрядов, железнодорожные организации и начальники станций, организации торгового флота речного и морского, почтово-те-леграфные и продовольственные организации, все комиссары и эмиссары обязываются исполнять распоряжения тов. Сталина.
Председатель Совета Народных Комиссаров
В. Ульянов (Ленин)".

Послать Сталина на юг было решено за несколько дней до этого. На заседании СНК 28 мая Ленин написал записку наркому труда А. Г. Шляпникову о необходимости его поездки на Кубань, "чтобы помочь выкачать оттуда хлеб". Тут же Ленин сообщил об этом намерении наркому продовольствия А. Д. Цюрупе и получил от него записку: "Сталин согласен ехать на Северный Кавказ. Посылайте его. Он знает местные условия".
Ленин ответил: "Я согласен вполне"...

Заказать книгу Семанов С.Н.: "Иосиф Сталин для русских ХХI века" http://delokrat.ru/index.php?productID=2052

http://delokrat.ru/index.php?show_aux_page=184

Оффлайн Evgeniy Kharchikov

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 7838
Re: Магазин "Делократ" предлагает
« Ответ #5 : 26/07/10 , 01:12:12 »
Уважаемые соратники!
Предлагаем познакомится с новой книгой:
Мартиросян А.Б.: "От славы к проклятиям. 1941-1953 гг. (Книга 2)"




Аннотация:
Само имя - Берия - до сих пор воспринимается в общественном сознании России как особый символ-синоним жестокого, кровавого монстра, только и способного что на самые злодейские преступления. Все убеждены в том, что это был только кровавый палач и злобный интриган, нанесший колоссальный ущерб СССР. Но так ли это? Насколько обоснованна такая, фактически монопольно господствующая в общественном сознании точка зрения? Как сложился столь негативный образ человека, который всю свою сознательную жизнь посвятил созданию и укреплению СССР, результатами деятельности которого Россия пользуется до сих пор?
Ответы на эти и многие другие вопросы, связанные с жизнью и деятельностью Лаврентия Павловича Берии, читатели найдут в состоящем из двух книг новом проекте известного историка Арсена Мартиросяна - "100 мифов о Берии". Первая книга проекта "Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941 гг." была посвящена довоенному периоду. Настоящая книга является второй в упомянутом проекте и охватывает период жизни и деятельности Л.П. Берия с 22.06.1941 г. по 26.06.1953 г.

Отрывок из книги

Миф № 26. Берия убрал (убил) Сталина, потому что тот уже не доверял Лаврентию Павловичу.
Самый подлый миф во всей мифологии о Берия. Сотворен все тем же Хрущевым и развит его недоумками-присными. С чего сотворившие этот миф решили, что Сталин перестал доверять Л.П. Берия — так и бес их знает. Вопрос о переводе Лаврентия Павловича Берия на работу на Лубянку был решен еще при жизни Сталина. Ни один лидер государства никогд! не поставит на пост главы спецслужбы человека, которому не доверяет. Это испокон веку незыблемая аксиома, которая не зависит от особенностей государственного строя и общественно политического устройства. А решение это было принято потому, что в последний период своей жизни Иосиф Виссарионович был крайне озабочен злостным бардаком, бесконтрольностьт и серьезными, грубейшими нарушениями социалистической законности в деятельности МГБ. Говорит архивный документ — извлечение из записки ЦК КПСС № П 35 от 4 декабря 1952 г «Партия слитком доверяла и плохо контролировала и проверп ла работу министерства госбезопасности и его органов...
Считать важнейшей и неотложной задачей партии, руководящих партийных органов, партийных организаций осуществлю ние контроля за работой органов Министерства госбезопаснп сти. Необходимо решительно покончить с бесконтрольностью в деятельности органов Министерства госбезопасности и поставить их работу в центре и на местах под систематический м постоянный контроль...»"
Плохо контролировал и проверял работу Министерств! госбезопасности не кто иной, как лично Хрущев, ибо имение он тогда в ЦК курировал органы госбезопасности, которые едва став куратором Лубянки, буквально нашпиговал своим ставленниками. Всю эту камарилью Лаврентий Павлович при тически немедленно выкинул из органов. Вот их поименны! перечень:
Епишев А.А, — заместитель министра госбезопаснт И СССР. Снят со своего поста II марта 1953 г. " РГАСПИ. Ф. 83. Оп. 1. Ед. хр. 3, л. 58.
Рясной B.C. — заместитель министра госбезопасности СССР и одновременно начальник 2-го Главного управления (контрразведка). С мая 1952 г. фактический начальник личной охраны И.В. Сталина. Снят со своего поста 11 марта 1953 г,
Савченко И.Т. — заместитель министра госбезопасности СССР, с июня 1952 г. одновременно начальник главного управления специальной службы при ЦК ВКП(б) — КПСС. Снят со своего поста 14 марта 1953 г.
Савченко СР. — заместитель министра госбезопасности СССР, начальник 1-го Главного управления (разведка). Снят со своего поста 17 марта 1953 г.
Лялин С.Н. — заместитель министра госбезопасности СССР. Снят со своего поста 11 марта 1953 г.
Игнатьев С.Д. — министр госбезопасности СССР с 9 августа 1951 г. по 5 марта 1953 г. Снят со своего поста 5 марта 1953 г.
Мироненко П.Н. — заместитель министра госбезопасности СССР. Снят со своего поста 11 марта 1953 г.
Никифоров А.В. — заместитель министра госбезопасности СССР. Снят со своего поста 11 марта 1953 г.
Богданов Н.К. — заместитель министра внутренних дел (ХСР, начальник УМВД Москвы и Московской области. Снят со своего поста 16 марта 1953 г.
Все без исключения старинные «кореши» Хрущева, в основном по Украине. Именно они-то и организовали вместо министерства госбезопасности министерство фальсификации уголовных дел, пыток и истязаний, тщательно скрывая свои преступления от Сталина. Но он все-таки заметил их преступления и, как отмечалось выше на основании записки ЦК КПСС № П35 от 4 декабря 1952 г., провел через Политбюро решение об усилении контроля за МГБ, в том числе и путем чазначения главой Лубянки Л.П. Берия, который должен был военных во главе с маршалом Жуковым навсегда обесчестила себя участием в антигосударственном перевороте и незаконном, бессудном убийстве Лаврентия Павловича прямо у чего дома. А это в свою очередь еще раз доказывает, что не Лаврентий Павлович, а приснопамятный Никита Сергеевич был организатором убийства Сталина! И потому, боясь страшившей его ответственности за содеянное — ведь следующим после Игнатьева в кутузку загремел бы лично он, «дорогой Никита Сергеевич», — решил другим преступлением прикрыть главное. Так был злодейски убит абсолютно не причастный к убийству Сталина Лаврентий Павлович Берия. Убит для того, чтобы скрыть причастность Хрущева и его шайки к злодейскому убийству Сталина.
Миф № 27. Берия убил Сталина, спасая членов Политбюро (версия В.М. Молотова).
Да, формально в двух беседах с известным писателем-хроникером Ф. Чуевым Вячеслав Михайлович Молотов дважды — 24.08.1971 г. и 09.Ой.1976 г. — рассказывал, что якобы 1 мая 195 3 г., стоя на Мавзолее, Берия произнес, что якобы это он спас членов Политбюро, что-де именно он убрал Сталина14. Спустя несколько лет едва ли не слово в слово Вячеслав Михайлович повторил то же самое известному писателю В.В. Карпову. Итак, вот это описание: «Почему-то тогда ни у кого из членов суда не возник вопрос о причастности Берия к отравлению Сталина, хотя такое подозрение было бы вполне закономерным. И, наконец, самое неопровержимое доказательство — признание самого Берия в убийстве Сталина!
Рассказал об этом Молотову. Я не раз хотел его расспросить о загадочной смерти Сталина, но не решался, уж очень вопрос был "щекотливый". Но после наших бесед в течение нескольких лет, после того, как Молотов стал доверять мне и даже просил организовать "конспиративные" встречи с друзьями, я однажды решился затронуть эту тему. Сначала не прямо, а наводящим вопросом:
— Говорят, Сталин умер не своей смертью. Молотов ответил не сразу. Подумал.
— Да, для таких подозрений есть основания.
— Называют даже конкретного убийцу — Берия. Вячеслав Михайлович опять довольно долго молчал.
— И это весьма вероятно. Может быть, даже не сам, а через своих чекистов или врачей.
Я чувствовал, что-то не договаривает Молотов, но нажимать на него не решался. Казалось, он больше ничего не скажет. Но, видимо, у него шла внутренняя борьба. Возможно, он думал, что уже стар и не надо уносить с собой большую тайну.
Без моего дополнительного вопроса он вдруг, как бы даже не для меня, стал вспоминать:
— На трибуне Мавзолея 1 мая 1953 года произошел такой вот разговор. Берия был тогда близок к осуществлению своих замыслов по захвату власти. Он уже сам, да и все мы считали его самым влиятельным в Политбюро. Боялись его. Вся охран! вокруг была его ставленники. Он мог в любой момент нас лик видировать. Но он понимал, что так поступать нельзя, народ н» поверит, что все мы враги. Ему выгоднее превратить нас в своих сторонников. И вот, как бы напоминая, что произошло на плену ме после XIX съезда, когда Сталин хотел с нами расправиться, Берия на трибуне Мавзолея, очень значительно сказал мне, но так, чтобы слышали стоявшие рядом Хрущев и Маленков:
— Я всех вас спас... Я убрал его очень вовремя. Можно ли верить Молотову, что Берия сказал такие слова?
Я думаю, что можно. Молотов очень крупная личность, он понимал цену таким словам и вообще, всегда, на всех постах, мал вес и значимость каждого слова. Это не кухонный разговор. Он понимал, о чем говорит и с кем говорит. Эта фраза не повиснет в воздухе, она отложится в моей памяти, и я как писатель, когда-то дам ей огласку, и страшный смысл ее войдет н историю.
О том, что Молотов решился на такое откровение, чтобы люди узнали правду, свидетельствует также его разговор с пи-сителем Чуевым. Феликс опубликовал свою беседу с Молотовым ни эту тему. Она изложена другими словами, но смысл тот же: Иерия "убрал" Сталина»".
Если скрупулезно разобрать все то, что написал В.В. Карпов, то получится... впрочем, обойдемся на этот раз без резкостей. Скажу только самое главное. Только из-за того, что в описании Молотова появились Маленков и Хрущев, исчезла даже иллюзорная значимость его рассказа. Потому что с разницей в несколько лет Молотов практически слово в слово повторил то, что говорил Чуеву, добавив только парочку свидетелей, которые v же ничего не могли рассказать. И то, что это было повторено практически слово в слово, означает, что Молотов действительно хотел, чтобы его свидетельство осталось бы в истории не только как единственное, но единственно верное. Однако оно таким не могло быть и никогда не станет единственно верным, потому что Вячеслав Михайлович, мягко выражаясь, сказал то, что не соответствовало конкретным реалиям Истории. До второго пришествия Берия на Лубянку, а оно, напомню, произошло лишь 5 марта 1953 г., то есть после смерти Сталина, Тим практически не было людей Лаврентия Павловича. Их icex разогнали сначала Абакумов и Круглое, сменившие Берия на посту министров государственной безопасности и внутренних дел, а затем Игнатьев, сменивший Абакумова. Более того. Многих из людей Берия выставили с Лубянки, а кое-кого и посадили за решетку. Так что Лаврентию Павловичу не на кого было опереться, если исходить из того, что якобы он организовал убийство Сталина. Как, впрочем, не мог он опереться и на врачей, под которыми подразумевались основные кремлевские врачи. Большая часть из них загремела за решетку еще при Игнатьеве по «делу врачей убийц», а те, кто еще оставался на своих должностях, подчинялись тому же Игнатьеву, потому как верный и многолетний охранник Сталина Н.С. Власик, которому они ранее подчинялись, с 15 декабря 1952 г. сидел в тюрьме.
Единственное слово правды, которое прозвучало тогда из уст Молотова, — это слово «боялись». Правильно, они боялись Берия. Но отнюдь не потому, что он собирался всех их ликвидировать — если оно было бы нужно Лаврентию Павловичу, то, как высочайшего класса ас разведки и контрразведки, он проделал бы это в мгновение ока и без всяких церемоний, — а потому, что они боялись, что Лаврентий Павлович добьется реализации решения Пленума ЦК после XIX съезда партии. А пленум тот, про который Молотов говорил, что якобы на нем Сталин пытал ся расправиться с ними, славен тем, что, во-первых, Сталина hi нем не было, а, следовательно, Вячеслав Михайлович попросту солгал, и, во-вторых, на нем было принято решение, что Совет Министров СССР возглавит Лаврентий Павлович Берия!
Вот что недоговаривал Молотов в беседе с Карповым и чего они, то есть вся партийная верхушка, на самом деле до чрезвычайности опасались. Ведь Берия терпеть не мог партийных бездельников и так же, как и Сталин, считал, что вся власть должна перейти к органам советской власти, прежде всего ее исполнительской ветви, то есть правительству!
Потому и было выгодно Молотову еще через один канал укоренить тот неверный и абсолютно не соответствующий реалиям истории якобы факт, что-де Берия мог иметь какое-то отношение к убийству Сталина, в том числе и при помощи своих чекистов или врачей. Еще раз хочу обратить ваше внимание на то обстоятельство, что с разницей в несколько лет Молотов двум разным писателям рассказал практически слово в слово одну и ту же байку.
И в завершение надо сказать, что Карпов столовой выдал подлинное намерение своего собеседника. Помните его слова; «Он понимал, о чем говорит и с кем говорит. Эта фраза не повиснет в воздухе, она отложится в моей памяти, и я как писатель, когда-то дам ей огласку, и страшный смысл ее войдет в историю». Именно этого-то и добивался Молотов. Ну, что же, подпольщик он был более чем опытный, а в политике живьем слопал не один десяток «собак» — он добился-таки своей цели. Его версия вошла в Историю... Только вот в чем вопрос-то: а какое отношение ко всему, что с разницей в несколько лет сказал Молотов двум писателям, имеет Берия, особенно если учесть не мнимые, а подлинные реалии Истории?! Полагаю, что никакой подсказки в поисках истинного ответа не требуется.
Миф № 28. Берия убил Сталина, потому что Иосиф Виссарионович требовал собрать на него компромат как на «Большого Мингрела».
И эту подлую глупость в пропагандистский оборот запустил все тот же Никита Хрущев еще на шабаше недобитых троцкистов — XX съезде КПСС. Сначала в сфальсифицированном виде И оно действительно было так. Исходя из тех архивных материалов, которые имеются в РГАСПИ, а это экземпляр постановления, записанный Поскребышевым, а также машинописный проект постановления с правкой Сталина88, выходит следующее. Правки Сталина связаны прежде всего с уточнением формулировок и, кроме того, в ряде случаев носят существенно смягчающие первоначальные весьма резкие обвинения в национализме. И вот первый вопрос. Если Сталин планировал с помощью инициации «мингрельского дела» разобраться и ликвидировать Берия, то на кой же черт ему понадобилось существенное смягчение обвиняющих в национализме формулировок?! Ведь куда правильней было бы их ужесточить, и тогда Лаврентию Павловичу реально могла бы настать «крышка». Нет, Сталин пошел по иному пути.
Идем дальше. Хрущев утверждал, что Сталин лично надиктовал все решения по этому вопросу. Естественно, что это ложь. Решения по этому делу вместе с постановлением от 27 марта 1952 г, были приняты по результатам обсуждения на заседаниях Политбюро10. При этом Сталин всего лишь собственноручно вписал в протокол заседания Политбюро 27 марта название постановления". Всего лишь — потому что вопрос и так стоял в повестке дня того заседания Политбюро. Как видите, Никита Сергеевич солгал и в этом аспекте. Анализируем дальше. Никакого отношения к инициации «мингрельского дела» ни Берия, ни Абакумов не имели. Берия — потому что он не был сумасшедшим, чтобы заводить дело фактически против себя. А Абакумов с конца лета 1951 года сидел в тюрьме. К тому же они не были друзьями. Само же «мингрельское дело» стало разворачиваться в ноябре 1951 года. Как видите, Хрущев и тут нагло соврал.
Продолжаем анализ. Тогда кто же, когда и почему завел «мингрельское дело», против кого оно было направлено? Ответ прост, как и всегда проста Подлинная Правда.
1. Это дело было заведено в ноябре 1951 г., то есть уже при сменившем Абакумова на посту министра государственной безопасности СССР Семене Денисовиче Игнатьеве, который вступил в эту должность 9 августа 1951 года. С.Д. Игнатьев — личный прихвостень Хрущева.
2. Дело заводилось с подачи небезызвестного негодяя МГБ — Рюмина. А этот мерзавец слишком много грязных дел натворил на Лубянке.
3. Истинной причиной заведения этого дела, если исходить из документов, была «борьба кланов в грузинском руководстве того времени»". Ну а методы борьбы с оппонентами вез де одинаковы — обвинения в чем-то криминальном. В данном случае начали с взяточничества, что вполне «естественно» для Закавказья, а далее довели дело до национализма, сиречь открыто подводили все дело под расстрельную статью Уголовного кодекса. В постановлениях ЦК ВКП(б) от 9 ноября 1951 г. и от 27 марта 1952 г. говорилось уже о якобы вскрытой в Грузии мингрельской националистической организации, ко торую возглавлял секретарь ЦК КП(б) Грузии М. Барамия.
4. Самое главное, против кого в действительности было направлено это дело. Своим острием это дело было направ лено непосредственно против Лаврентия Павловича Берия. Только не Сталин был инициатором такого поворота событий, а именно же Хрущев, стремившийся при ослабевавшем в силу возраста и болезней Сталине его же руками ликвидировать через МГБ (Хрущев в то время курировал органы госбезопасности) и своего прихвостня Игнатьева опасного в своем, хрущевском, понимании конкурента в борьбе за власть после Сталина. Проще говоря, еще до предвкушавшегося и подготавливавшегося ими насильственного ухода Сталина из жизни ликвидировать Берия с помощью этого дела.
Умный, проницательный и принципиальный противник Советской власти, СССР и лично Сталина, но порядочный человек и исследователь, историк-эмигрант Борис Николаевский в комментариях к ставшему известным на Западе тексту закрытого доклада Хрущева на XX съезде указал следующее: «Заявление Хрущева о "мингрельском заговоре" объясняет причины чисток в Грузии в 1952 году. Хотя Хрущев в нем только намекает, что "мингрельское дело", как и "ленинградское дело", тоже инсценировано Берией и Абакумовым, данное утверждение представляет собой умышленное искажение. Аккурат в ноябре 1951 года министром госбезопасности был назначен один из злейших врагов Берии С.Д. Игнатьев; "мингрельское дело" потому и фабриковалось, чтобы нанести удар по Берии. Это обстоятельство и последовавшие затем чистки в Грузии (в апреле, сентябре и ноябре 1952 года) подрывали положение Берии и открывали путь запланированной "второй ежовщине", начавшейся после XIX партийного съезда... с арестов по "делу врачей"».
При всем том, что Николаевский абсолютно точно схватил суть дела, он, увы, непреднамеренно допустил ряд неточностей. На самом деле ни Берия, ни Абакумов к инициации "мингрельского дела" не имели ровным счетом никакого отношения по указанным выше причинам. Более того. Берия не имел никакого отношения к "ленинградскому делу" — его заводил и раскручивал Абакумов в бытность министром госбезопасности, Игнатьев же был назначен министром госбезопасности Э августа 1951 г. Судя по всему, допущенные Б. Николаевским неточности были связаны с закрытостью в сталинские времена информации об СССР. Однако все это ни в коей мере не умаляет исключительной точности его анализа по существу затронутого им вопроса. Тут он прав на все 300 %.
И вот теперь можно задать основной вопрос. А какое отношение все это дело имеет к якобы осуществленному Лаврентием Павловичем Берия убийству Сталина и кто, а также зачем приплел к этой истории якобы произнесенную Иосифом Виссарионовичем реплику «ищите большого мингрела»?! И вот тут мы сталкиваемся с обычной в кругах высокопоставленных партийных бараков махинацией — подтягиванием за уши под логику известного еще со времен Древнего Рима вопроса «qui prodest» («Кому выгодно?») одного события, имевшего место практически сразу после похорон Сталина. Дело в том, что 10 апреля 1953 г. упомянутые выше постановления были отменены постановлением ЦК КПСС «О нарушениях советских законов бывшими Министерствами государственной безопасности СССР и Грузинской ССР». Инициатором этого постановления был как раз Лаврентий Павлович Берия. Но ведь Хрущев нигде и никогда не упоминал о том, что эта инициатива Л.П. Берия имела четкую предысторию. Она проистекала из крайней озабоченности Иосифа Виссарионовича Сталина в последние месяцы его жизни злостным бардаком, бесконтрольностью и серьезными, грубейшими нарушениями социалистической законности в деятельности МГБ, что нашло свое отражение и в записке ЦК КПСС № П 35 от 4 декабря 1952 г., в которой говорилось (увы, вынужден повторить ее содержание): «Партия слишком доверяла и плохо контролировала и проверяла работу министерства госбезопасности и его органов...
Считать важнейшей и неотложной задачей партии, руководящих партийных органов, партийных организаций осуществление контроля за работой органов Министерства госбезопасности. Необходимо решительно покончить с бесконтрольностью в деятельности органов Министерства госбезопасности и поставить их работу в центре и на местах под систематический и постоянный контроль...»
Вот почему Лаврентий Павлович и добился отмены тех постановлении по «мингрельскому делу». Однако когда ради сокрытия злодейского убийства Сталина та же банда государственных преступников подло убила еще и Лаврентия Павловича, то на него же свалили, правда, в апокрифическом варианте, и ответственность за смерть вождя. И тут кто-то из помощников Хрущева — похоже, что Поспелов, он же Фогельсон, у которого, в отличие от Никиты Сергеевича, голова все-таки «варила», — подсказал с пропагандистской точки зрения блестящий ход в виде якобы произнесенной Сталиным реплики «ищите большого мингрела». Ведь это же на уровне афоризма! После озвучивания этой афористичной фальшивки, у всех волей-неволей сложилось впечатление, что, опасаясь кары Сталина, «большой мингрел», то есть Лаврентий Павлович Берия, и грохнул Сталина. Ну а далее своей поганой жизнью зажил и только что проанализированный миф.
Видите, сколько пришлось потратить слов и времени, чтобы хотя бы вкратце проанализировать одну подлую фальшивку, состоящую всего-то из трех слов, на базе которых был слеплен подлый миф. Однако, слава богу, удалось разоблачить и эту мерзость в отношении Лаврентия Павловича Берия. Не был он причастен к убийству Сталина — ни как просто Лаврентий Павлович Берия, ни как «большой мингрел»! Но он был причастен к мгновенному, но скрупулезно детальному расследованию обстоятельств убийства Сталина, зз что в том числе и сам был подло убит. Вот это и есть Подлинная Правда!

Заказать книгу Мартиросян А.Б.: "От славы к проклятиям. 1941-1953 гг. (Книга 2)" http://delokrat.ru/index.php?productID=2055

http://delokrat.ru/index.php?show_aux_page=185

Оффлайн Evgeniy Kharchikov

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 7838
Re: Магазин "Делократ" предлагает
« Ответ #6 : 02/08/10 , 21:37:18 »
Уважаемые соратники!
Предлагаем познакомится с новой книгой:

Прудникова Е.: "Сталин. Второе убийство"




Аннотация:
Книга известного петербургского журналиста Е.Прудниковой представляет собой журналистское расследование, посвященное мифам о Сталине. Совсем другим предстает на страницах книги `вождь всех времен и народов` - бескорыстным романтиком в юности, умным и трезвым прагматиком в зрелом возрасте и просто хорошим человеком. Как это сопоставить с преступлениями режима - коллективизацией, репрессиями, культом личности? Для этого надо отбросить в сторону ярко раскрашенную картинку, которой прикрыли нашу историю творцы мифов, и взглянуть в лицо фактам.

Глава из книги

ИЗ МЕМУАРОВ Н. КУЗНЕЦОВА, БЫВШЕГО НАРКОМА ВМФ
После XIX съезда партии в 1952 году на Пленуме ЦК партии Сталин выступил с предложением освободить его от работы в ЦК и Совете Министров по состоянию здоровья. Решение же было принято только об освобождении его от обязанностей наркома Вооруженных Сил.

Лукавит, ой, лукавит многоуважаемый Николай Герасимович. С каких это пор съезд партии стал решать вопросы назначений и освобождений от должности министров, и тем более предсовнаркома? Он элементарно не имел на это права, и Кузнецов прекрасно это знал, должен был знать, но почему-то рассказывает эту историю именно так. Почему бы это?
Здесь нелишне будет напомнить ту структуру власти Страны Советов, которую мы все изучали в школе. Согласно всем советским конституциям, население страны тайным голосованием избирало депутатов Верховного Совета, который являлся высшим законодательным органом страны. Верховный Совет принимал законы и назначал исполнительную власть — Совет Народных Комиссаров, или, позднее, Совет Министров. Верховный Сонет, а отнюдь не партия! Так что, как видим, формально СССР был образцовым демократическим государством. Ку а реальных демократических государств не существует вовсе, просто в разных странах за «демократиями» стоят разные силы, только и всего. В США за демократией стоит доллар, где-нибудь в «банановой республике» - правительство США, а в СССР за ней стояла партия, которая фактически все контролировала и всем.управляла, сама являясь внеконституционной силой.
О том, какое значение придавалось какой из властных ветвей, хорошо говорит расстановка сил на ключевых постах в государстве. Формально главой страны являлся Председатель Центрального исполнительного комитета Верховного Совета (позднее Президиума Верховного Совета). Тем не менее эти посты занимали фигуры чисто декоративные, за исключением Свердлова, умершего в 1919 году После него были М. И. Калинин, М. К. Шверник (кто-нибудь помнит, кто это такой?!) и, уже в 1953 году - К. Е. Ворошилов. Более важным был пост председателя Совнаркома, который уже в 1917 году Ленин coхранил за собой, занимая его до самой смерти в 1924 году. Однако после Ленина председателем Совнаркома стал не Сталин, как можно было бы ожидать, а Рыков —до 1930 года, затем Молотов. Но реально всей государственной жизнью руководило Политбюро. Поскольку его членами были главы обеих ветвей власти — законодательной и исполнительной, то этот партийный орган автоматически становился и высшим органом государственной вла сти.
Однако лидером государства считался — и был! — не председатель ВЦИК и не предсовнаркома, а генсек Сталин. Какой пост он занимал в правительстве? Сразу и не ответишь! Кем он был в государстве? Интересный вопрос —ведь Политбюро вроде бы было органом коллегиального руководства, руководителя здесь не полагалось, да и роль партии ни в каких конституциях не прописана. Впрочем, народ это и не интересовало, равно как глубоко наплевать народу было, демократично или антидемократично то, что в стране над властью стоит партия. Сталин в стране был никем — и_ всем. Он был вождем, и, несмотря на то что постоянно вместо «я» говорил «партия», статус вождя держался отнюдь не на авторитете партии, a на его личном авторитете. И это очень важный момент.
Первоначально вариант «Партия - наш рулевой» считался временным, до тех пор, пока в стране существуют чрезвычайные обстоятельства. Однако время шло, а чрезвычайные обстоятельства оставались, и постепенно население привыкло считать главой государства не председателя ЦИКа и не предсовнаркома, а генерального секретаря ВКП(б), а также вполне естественным то, что все важные дела решаются на заседаниях Политбюро. Так продолжалось, пока не началась война. После 22 июня 1941 года даже эта структура оказалась слишком громоздкой и неуклюжей, и тогда Сталин, оставаясь главой партии, стал еще и председателем Совнаркома. Вот когда, а не в 1924 году, он действительно сосредоточил в своих руках необъятную власть! Для народа ничего не изменилось: Сталин-он и есть Сталин, какая разница, кем он формально числится в государстве? Однако для партаппарата изменения были колоссальными. С того момента, как генеральный секретарь стал еще и главой Совета министров, Политбюро потеряло свое общегосударс твенное значение и практически перестало собираться. Контроль партии над всеми областями государственной жизни пребывал неизменным, но с теми представителями партийного аппарата, которые занимались делом, Сталин теперь встречался в качестве предсовмина, а Политбюро как таковое стремительно теряло власть, занимаясь теперь лишь партийными делами. Так, в 1950 году оно собиралось 6 раз, в 1951 году - 5 раз и в 1952 году - четыре раза-из чего некоторые историки делают лукавый вывод, что Сталин к концу жизни отошел от государственных дел. Не отходил он от государственных дел, и не думал отходить. Просто решались они теперь не на заседаниях Политбюро, а в другом месте. Партийные съезды также оставались в забвении, не собираясь 13 лет —из чего те же историки делают вывод о супердиктаторских замашках вождя. Да никакой супердиктатуры — просто не до съездов было!
Что все это означало? Это означало, что де-факто то, что было задумано, свершилось. Ведь что предполагалось: партийный контроль над всем в государстве нужен до тех пор, пока есть необходимость в услугах ненадежных людей, старых специалистов. Но за тридцать лет в стране были подготовлены свои кадры, за которыми надзирать уже не требовалось, и к чему теперь этот контроль? Сталин уже несколько раз упоминал, что роль партии в новых условиях — идеологическая работа и работа с кадрами. А вместе с партийным контролем утрачивал свою главенствуюшую роль и партаппарат - вот в чем вся штука! Идеология, работа с кадрами... Разве это жизнь? Жизнь -это когда можно все контролировать, «пущать и не пущать», получая свою долю уважения и благодарности, при этом ни за что не отвечая, и ради того чтобы эту жизнь сохранить, партийный секретарь любого уровня был готов на что угодно. Но слабость положения аппарата была в том, что значение партии держалось на одной-единственной заклепке — на авторит ете Сталина.
И вот наступил 1952 год, и был собран XIX съезд. Прошел он обыкновенным образом —доклады, прения, избрание руководящих органов. Сталин выступил на съезде всего два раза с короткими речами, по нескольку минут, из чего лукавые историки опять же делают вывод, что он был стар и болен. Но съезд к тому времени 6ыл действом чисто ритуальным, и к чему силы тратить? Самое интересное началось после него, на пленуме ЦК КПСС — мероприятии, закрытомдля посторонних. Именно тогда «старый и больной» Сталин произнес полуторачасовую речь, в которой помимо прочего, как говорится в приведенном анекдоте, и «выразил желание уйти на покой» — а конкретно, попросил освободить его от должности секретаря партии. И только от этой должности, ибо решать дела Совета министров съезд был никоим образом не уполномочен. Рассказ о том, что было после этого заявления, в изложении Константина Симонова не печатал только ленивый. Но не грех будет привести его и еще раз.
«...На лице Маленкова я увидел ужасное выражение -не то чтоб испуга, нет, не испуга, а выражение, которое может быть у человека, яснее всех других или яснее, во всяком случае, многих других осознавшего ту смертельную опасность, которая нависла у всех над головами и которую еще не осознали другие: нельзя соглашаться на эту просьбу товарища Сталина, нельзя соглашаться, чтобы он сложил с себя вот это одно, последнее из трех своих полномочий, нельзя. Лицо Маленкова, его жесты, его выразительно воздетые руки были прямой мольбой ко всем присутствующим немедленно и решительно отказать Сталину в его просьбе. И тогда... зал загудел словами: "Нет! Нет! Просим остаться! Просим взять свою просьбу обратно!"»
И далее: «Когда зал загудел и закричал, что Сталин должен остаться на посту Генерального секретаря и вести Секретариат ЦК, лицо Маленкова, я хорошо помню это, было лицом человека, которого только что миновала прямая, реальная смертельная опасность...»
Вопрос: чего так смертельно испугался Маленков?
Константин Симонов делает из увиденного следующий вывод: «...Почувствуй Сталин, что там, сзади, за его спиной, или впереди, перед его глазами, есть сторонники того, чтобы удовлетворить его просьбу, думаю, первый, кто ответил бы за это головой, был бы Маленков».
Наши начитавшиеся Оруэлла интеллигенты (и Симонов в их числе) вывели из этого крохотного отрывка целую теорию о том, что Сталин, совершенно сойдя с ума на старости лет, начал уничтожать своих соратников и что, если бы пленум не выдержал этой проверки на лояльность, то он превратился бы в «Пленум расстрелянных». В действительности все много проще, просто надо понимать изменившееся время. Если бы эта сцена происходила двадцать лет спустя, во времена Брежнева, то такая просьба действительно означала бы отставку вождя от государственных дел, ибо, перестав быть генсеком, он становился никем. Но Сталин не становился никем. Во-первых, он не был и генсеком - этот пост был давно упразднен, а являлся просто одним из десяти секретарей ЦК. То есть формально Сталин в партии давно уже не был первым по положению. А во-вторых, он и не думал снимать с себя должность главы Совета Министров, отнюдь! И в этом качестве он по-прежнему оставался бы главой государства. Более того, он оставался бы гл авой государства, где бы и в какой бы должности ни пребывал. В этой связи вспоминается старый исторический анекдот: в одном доме некий очень важный гость по случайности сел не во главе стола, а с краю. И, на предложение хозяина пересесть на почетное место, ответил: «Там, где я, там и почетное место!»
Просьба Сталина означала не отставку его от государства, а отставку партии от Сталина,-а значит, отставку партаппарата от государства. И Маленков, который был вторым человеком в партии, это понял, и еше как понял! Люди перед глазами Сталина и за его спиной были единодушны в своем отказе, но по разными причинам. Если протест Пленума был в большей степени выражением любви к вождю, то для тех, кто сидел за его спиной, отпустить Сталина значило выпустить из рук государственную власть, став чисто политической силой. А что такое чисто политическая сила? Вон их у нас сколько, партий-то. Ну и что? Ни почета, ни власти, ни кормушки хорошей...
На том же Пленуме Сталин предложил и серьезные изменения в руководстве партией. Вместо Политбюро предполагалось избрать Президиум ЦК, совершенно другой орган. После отказа Пленума он, вынув из кармана листок бумаги, зачитал список тех, кого предлагал в члены (25 человек) и кандидаты в члены Президиума (11 человек). Подбор имен вызвал у соратников шок. Хрушев вспоминает (и поскольку он пишет не о Сталине, а о себе, то ему, хотя и условно, можно поверить): «Когда пленум завершился, мы все в президиуме обменялись взглядами. Что случилось? Кто составил этот список? Сталин сам не мог знать всех этих людей, которых он только что назначил. Он не мог составить такой список самостоятельно. Я признаюсь, что подумал, что это Маленков приготовил список нового Президиума, но не сказал нам об этом. Позднее я спросил его об этом. Но он тоже был удивлен. "Клянусь, что я абсолютно никакого отношения к этому не имею. Сталин даже не спрашивал моего совета или мнения о возможном составе прези диума". Это заявление Маленкова делало проблему более загадочной. Я не мог представить, что Берия был к этому причастен, так как в новом Президиуме были люди, которых Берия никогда не мог бы рекомендовать Сталину. Молотов и Микоян также не могли иметь к этому отношения. Булганин тоже не знал ничего об это списке... Некоторые люди е списке были малоизвестны в партии, и Сталин, без сомнения, не имел представления о том, кто они такие».
Что поражает, так это безграничная самоуверенность Никиты Сергеевича, который пытается представить дело так, будто Сталин не мог без соратников шагу ступить. Где уж ему самостоятельно мыслить и самому подбирать кадры! Раз никто из Политбюро не сделал за него эту работу, значит, вождем вертят какие-то темные авантюристы или же у него совсем «крыша поехала».
Однако все было проще. Следующим естественным шагом любого исследователя было бы посмотреть - а кто ли вновь избранные чнеизвестные в партии люди». Итак, поименно: из старых членов Политбюро в Президиум ЦК пошли Берия, Булганин, Ворошилов, Каганович, Маленков, Микоян, Молотов, Сталин, Хрущев и Шверник. Новыми стали: В. М. Андрианов, А. Б. Аристов (партийные работники), СД.Игнатьев (с ним мы уже знакомы), Д. С. Коротченко (председатель Совмина Украины), В. В. Кузнецов (бывший зам. Председателя Госплана, председатель ВЦСПС), О.В.Куусинен (советский деятель, председатель президиума ВС Карело-Финской ССР, шместитель председателя Президиума ВС СССР), В. А. Малышев (заместитель председателя Совмина, был министром в различных областях машиностроения), Л. Г. Мельников, Н.А.Михайлов (комсомольский и пар-1ИЙНЫЙ деятель), М. Г. Первухин («промышленный» министр, зам. предсовмина), П. К. Пономаренко (министр saroTOBOK СССР, зам. предсовмина), М. 3. Сабуров (председатель Госплана СССР), М. А. Суслов (партийный работник), Д. И. Чесноков, М. Ф. Шкирятов (заместитель председателя Комиссии партийного контроля, работал в 11артконтроле с 1923 г.). Кого же Сталин мог не знать из )того списка? Министров? Членов Верховного совета? Или, может быть, зампреда Госплана? Кого?
Из этого списка видно еще и другое — то, что даже в партии власть уходила из рук собственно партаппаратчиков в руки людей, занятых делом. Отсюда совершенно ясно, что задумал Сталин,—отнять власть у партаппарата, передав ее людям дела.
Но может быть, в этом не было необходимости? Какая, в конце концов, разница, кто управляет страной- партийный ли аппарат, государственный ли,—лишь бы он управлял хорошо. Да, именно так, в этом-то все и дело — лишь бы управлял хорошо. Как формируется государственный аппарат? Конечно, тут, как и везде, полно и коррупции, и протекционизма, и пристраивания «родных человечков». Ладно, пусть в наши гнусные времена, когда все и везде прогнило, тупой сын министра станет директором завода — но он по крайней мере закончит соответствующий институт, а не два класса церковно-приходской школы и если захочет, чтобы завод приносил прибыль, то окружит себя толковыми помощниками. А при Сталине тупой сын министра сам директором завода работать бы не пошел, очень оно ему нужно, он-то знает, как Сталин и его наркомы работу спрашивают. Поэтому даже в наши гнусные времена, а уж при Сталине тем более, государственный аппарат просеивал и отбирал со всей страны специалистов. Таким же образом он и воспроизводился.
Однако партаппарат был совершенно другим организмом. Вспомним, кем были большевики до своего прихода к власти. Маломощной партией радикалов, частично политических болтунов, «революционеров», разрушителей всего до основания, частично сагитированных ими случайных людей —среди которых иной раз попадались и вполне приличные толковые работники, но не слишком часто, ибо любая радикальная партия в большинстве своем состоит все-таки, из «революционеров». Такими были и меньшевики, и эсеры, и большевики, и анархисты —все! Но вот случилось невозможное, немыслимое партия большевиков пришла к власти, и ее дореволюционное ядро сразу же, автоматически, стало основой и властных структур, и новой партии, то есть партаппаратом. И какими они были - неподготовленными, неприспособленными, неквалифицированными, - такими и остались, ла еще в большинстве своем и «революционерами», разрушителями, неспособными ни к какому конструктивному труду. Все это так, но без «руководящей роли партии» и то время было не обойтись. Какой аппарат был, такой и был. Сталин прекрасно это понимал, называл такое положение «болячкой нашей работы», но исправить его не мог. И в таком виде аппарат и воспроизводился, при-(ывая в свои ряды себе подобных.
Репрессии 1930-х годов подобрали старых революционеров, оставив на аппаратных должностях случайных людей, более или менее честных, более или менее испорченных властью и предоставляемыми ею возможностями, плюс к тому изрядное количество молодых карьеристов и молодых «идейных» революционеров. Первые были для государственного строительства бесполезны, вторые и третьи — опасны. Да, существовали исключения, такие, как, например, Берия, как сам Сталин, но это были именно исключения, которые не только не делали погоды, но, наоборот, пугали и раздражали основную массу партийных чиновников. Чтобы избавить партийную структуру от случайных людей, ввели номенклатурный принцип, когда низовые работники «избирались» по указке сверху, — однако много лучше от этого не стало, потому что в аппарат косяком поперли карьеристы. И, что хуже всего, потеря своего места в жизни означала для этих людей потерю всего. Директор завода, будучи снят со своего поста, пойдет работать рядовым конструктором или инженером, но он не пропадет, потому что он знает дело. А эти ведь ничего другого не умели! Неужели же Хрущев снова вернется на завод слесарем? Ну ладно, он хоть у станка стоял, а кем, спрашивается, станет Игнатьев? Разве что подсобником на заводе, ни на что большее он не пригоден. И когда Сталин раскрыл свои карты и аппарат понял, что его ожидает, он стал смертельно опасен.
К тому времени состояние государства, в котором верховодил партаппарат, начинало внушать серьезные опасения. Чем занят толковый человек, специалист, выполняющий ответственную работу? Правильно. Работает! А чем занят человек не очень толковый, но облеченный властью руководить и контролировать, при этом не отвечая за порученное дело? Вот уж ответ на этот вопрос любой человек старше тридцати пяти лет знает великолепно! Он занят тем, что поудобней устраивается на шее тех, кто от него зависит, используя свою руководящую, направляющую и ни за что не отвечающую роль. Вспомним этих многочисленных секретарей парткомов, райкомов, обкомов, у которых каждый человек дела должен был получать разрешение это свое дело выполнять, и как это было трудно, и какие мафии организовывались вокруг любого рода деятельности. Оно бы еще ничего, но ведь рыба гниет с головы, гниль распространяется все дальше и дальше... Это все было бы теорией, публицистикой, но более того, если бы не живое доказательство : все читатели старшего поколения могли воочию наблюдать, как за какие-нибудь тридцать лет заживо сгнила, сверху донизу, огромная и, право же, совсем неплохая страна.
Косвенно то, что Сталин задумал в стране грандиозные изменения, подтверждает Дмитрий Трофимович Шепилов. Как раз в 1952 году, когда он был занят написанием учебника по политэкономии, его внезапно назначили главным редактором «Правды». Он кинулся к Сталину: как же так, у меня ведь учебник...
— Да, я знаю — сказал Сталин. — Мы думали об этом. Но слушайте, сейчас кроме учебника мы будем проводить мероприятия, для которых нужен человек и экономически, и идеологически грамотный. Такую работу можно выполнить, если в нее будет вовлечен весь народ. Если повернем людей в эту сторону — победим! Как мы можем это практически сделать? У нас есть одна сила —печать...—ну, и так далее.
Какие глобальные преобразования задумал Сталин? Сейчас самым крупным его делом, будто бы намечаемым на 1953 год, считается предполагаемое выселение евреев на Дальний Восток. Если ради этого ему понадобилась помощь всего советского народа и экономически грамотный человек на посту редактора «Правды», ради которого «всех перебрали», то извините, это уже не политика, это психиатрия, диагноз под названием «мания величия» — не у Сталина, разумеется, а у борцов с антисемитизмом.
Первая схватка прошла вничью, с поста секретаря ЦК Сталина не отпустили. Но соратники хорошо знали вождя, знали, как он умел добиваться своего — не одним способом, так другим, не мытьем, так катаньем.
Кроме Президиума ЦК на пленуме было утверждено и не предусмотренное уставом Бюро Президиума. Странный это был орган. Между его членами не были распределены сферы ответственности, о нем не упоминалось в печати, оно не принимало никаких решений. Так, партийный междусобойчик. Учитывая вышеизложенное, совершенно ясна роль этого органа —с его помощью Сталин предполагал, раз уж не вышло сразу оставить партию без себя, провести свои преобразования постепенно.
Сталин прекрасно понимал, что играет в опасные игры. Известно, что с 17 февраля он не посещал Кремль, запершись у себя на даче. Однако менее известно, что именно 17 февраля внезапно умер комендант Кремля генерал-майор Косынкин, бывший телохранитель Сталина, беззаветно преданный ему человек, после чего глава государства туда не приезжал. А на даче он встречался и беседовал лишь с четырьмя из соратников. Это были Маленков, Берия, Хрущев и Булганин, С ними он готовил некие преобразования в государстве. Судя по раз взятому курсу — а Сталин, напоминаем, был человеком чрезвычайно, как говорят в народе, «упертым»,— эти преобразования должны были передать управление страной в руки конституционной власти, то есть осуществить тот шаг, который должен был стать концом партийной номенклатуры. Спасти их могла только смерть вождя. И как же вовремя она случилась!

Заказать книгу Прудникова Е.: "Сталин. Второе убийство" http://delokrat.ru/index.php?productID=2006

http://delokrat.ru/index.php?show_aux_page=186

Оффлайн Evgeniy Kharchikov

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 7838
Re: Магазин "Делократ" предлагает
« Ответ #7 : 16/08/10 , 01:57:58 »
Уважаемые соратники!
Предлагаем познакомится с новой книгой:

Пыхалов И.: "Великий оболганный Вождь. Ложь и правда о Сталине"




Аннотация:
В последние годы все опросы отмечают радикальное изменение отношения общества к И.В.Сталину. Врагам России все труднее представлять сталинизм уделом "выживших из ума пенсионеров" - на сторону Вождя все чаще переходят молодежь и поколение тридцатилетних, т.е. активное ядро нации. Одним из ведущих идеологов этого нового сталинизма по праву считается Игорь Пыхалов. Пять лет назад его бестселлер "Великая оболганная война" произвел эффект разорвавшейся бомбы, став самым ярким и убедительным разоблачением "либеральной" геббельсовщины, не оставив камня на камне от антисоветских мифов о Великой Отечественной. Его новая книга идет еще дальше, реабилитируя всю сталинскую эпоху, убедительно доказывая, что годы правления Вождя были кульминацией русской истории - именно при Сталине Россия достигла пика своего величия и могущества, именно за это его люто ненавидят все враги нашей страны. Каковы подлинные масштабы "сталинских репресси й"? Сажали ли при Сталине за опоздания? Был ли Киров соперником Вождя? Кто на самом деле придумал хлесткие фразы "Нет человека - нет проблемы", "Генетика - продажная девка империализма" и т.п.?
Эта книга отвечает на самые острые и сложные вопросы советской истории, выбивая идеологическое оружие из рук антисталинистов и русофобов.

Глава 9: КАК МАРШАЛ БЛЮХЕР ВОЕВАЛ С ЯПОНЦАМИ

С хрущёвских времён принято считать репрессированных накануне Великой Отечественной войны советских военачальников безвинно пострадавшими «военными гениями». Так ли это? Рассмотрим в качестве примера деятельность маршала В.К. Блюхера. В 30-х годах прошлого века в воздухе ощутимо запахло новой мировой войной. Среди тех, кто готовился принять активное участие в очередном переделе мира, была и Япония. Сосредоточив свои усилия на экспансии в раздираемый хаосом гражданской войны Китай, она быстро добилась ощутимых успехов. В сентябре 1931 года началась агрессия Японии в Маньчжурии, а уже 1 марта следующего года там было провозглашено марионеточное государство Маньчжоу-Го.
Однако при дальнейшем расширении зоны своего влияния Страна Восходящего Солнца должна была неизбежно столкнуться с интересами других великих держав -— США, Англии и СССР. Следовало решить, с кем из них воевать в первую очередь? Наиболее слабым из потенциальных противников выглядел Советский Союз. Японские вооружённые силы уже имели опыт победы в войне 1904-1905 годов. В гражданскую войну японские интервенты ушли из Сибири и с Дальнего Востока фактически непобеждёнными, из-за противоречий с США. Тем не менее, японцы понимали, что их северный сосед обладает огромным потенциалом. Надо было выяснить, научились ли русские воевать в новых условиях, в эпоху танков и самолётов. Сделать это можно было единственным способом — на поле боя.
Для проверки прочности советских рубежей был выбран участок границы в районе Владивостока — цепь сопок, отделяющих озеро Хасан от поймы реки Тюмень-Ула. Согласно Хунчунскому протоколу, заключённому между Россией и Китаем в 1886 году, граница должна была проходить по гребням сопок. Однако японцы намерены были сдвинуть её к берегу озера, поскольку вершины сопок позволяли контролировать проходившие с советской стороны железную и шоссейные дороги.
Ещё летом 1929 года во время советско-китайского конфликта в районе Китайско-Восточной железной дороги для защиты дальневосточных рубежей нашей страны была сформирована Особая Краснознамённая Дальневосточная армия (ОКДВА). 17 мая 1935 года на её базе был создан Дальневосточный военный округ, однако уже 2 июня он был преобразован обратно в армию, с сохранением за ней функций военного округа. Наконец, 28 июня 1938 года приказом наркома обороны №0107, в связи с обострением советско-японских отношений, на базе ОКДВА был создан Дальневосточный фронт. При всех этих переименованиях и переформированиях неизменным оставалось одно: командующий. С самого начала им был «легендарный герой гражданской войны» В.К. Блюхер. Первый кавалер орденов Красного Знамени и Красной Звезды, Маршал Советского Союза, Василий Константинович по праву считался среди советских военачальников специалистом по Дальнему Востоку. В 1921-1922 годах он был военным министром и главкомом Народно-революционной армии Дальневосточной республики. В 1924—1927 годах, вплоть до разрыва советско-китайских отношений — главным военным советником в этой стране. Наконец, именно под его командованием в 1929 году части Красной Армии победили китайские войска в столкновении на КВЖД.
Тем не менее, опыта войны против современной армии командующий не имел. Кроме того, к 1938 году это был уже далеко не тот лихой полководец, как прежде. Чувствуя себя фактическим правителем обширного края, Блюхер постепенно привык к спокойной и вольготной жизни вдали от московского начальства. Герой гражданской войны пристрастился к обильным возлияниям в компании подхалимов и прихлебателей. В 1932 году он женился в третий раз на 17-летней Глафире Безверховой (самому Блюхеру к тому моменту было уже 42 года). Впрочем, сам по себе этот факт не был особо предосудительным. Недаром, как гласит легенда, когда во время Великой Отечественной войны Сталину доложили об амурных похождениях одного из генералов, Верховный главнокомандующий изрёк: «Что дэлать будэм? Завыдовать будэм!» Главное, чтобы не страдало порученное дело. А в данном случае оно страдало. За девять лет своего командования Блюхер так и не удосужился соорудить автомобильную дорогу вдоль Транссибирской магистрали. В результате в случае серьёзной войны достаточно было японским диверсантам взорвать пару мостов или тоннелей, чтобы полностью дезорганизовать снабжение советских войск. Впоследствии новый командующий Дальневосточным фронтом генерал И.Р. Апанасенко построит такую дорогу всего за полгода.
Вверенные попечению Блюхера войска постепенно деградировали. Вместо боевой подготовки красноармейцев постоянно отвлекали на разнообразные хозяйственные работы. Когда в мае 1938 года, в преддверии возможного конфликта с японцами, из Москвы категорически потребовали вернуть к 1 июля всех откомандированных бойцов в свои части, это сделано не было. Танкисты не знали своих машин, авиация ОКДВА также отличалась низкой боеспособностью.
Между тем, в Москву из года в год шли бодрые рапорты об успехах, росте боевой и политической подготовки воинов-дальневосточников. В таком же духе был выдержан и многочасовой доклад Блюхера, сделанный им на заседании Главного военного совета 28-31 мая 1938 года.
Утром 13 июня 1938 года к японцам перебежал начальник управления НКВД по Дальневосточному краю комиссар госбезопасности 3-го ранга Генрих Люшков. Выслуживаясь перед новыми хозяевами, он подробно рассказал о дислокации советских войск, о кодах, применявшихся в военных сообщениях, передал прихваченные с собой шифры радиосвязи, списки и оперативные документы.
Два дня спустя японский поверенный в делах в СССР Ниси, явившись в наркомат иностранных дел, официально потребовал вывода советских пограничников с высот в районе озера Хасан и передачи указанной территории японцам. 20 июля японский посол в Москве М. Сигэмицу повторил притязания своего правительства. При этом он заявил, что если условия Японии не будут выполнены, она применит силу.
Советское руководство прекрасно сознавало, что на подобные требования может быть лишь один адекватный ответ. 22 июля нарком обороны К.Е. Ворошилов отдал директиву о приведении Дальневосточного фронта в боевую готовность. Однако подобный оборот событий отнюдь не вызвал энтузиазма у Блюхера, поведение которого в сложившейся ситуации больше всего напоминало поведение общественника Бунши из фильма «Иван Васильевич меняет профессию», готового сдать Кемскую волость шведам, лишь бы те оставили его в покое.
Мечтая поскорее вернуться к бутылкам и молодой жене, маршал решил самовольно заняться «мирным урегулированием» конфликта. 24 июля, втайне от своего собственного штаба, а также от находившихся в Хабаровске зам. наркома внутренних дел Фриновского и зам. наркома обороны Мехлиса он отправил комиссию на высоту Заозёрная. В результате «расследования», произведённого без привлечения начальника местного пограничного участка, комиссия установила, что в возникновении конфликта виновны наши пограничники, якобы нарушившие границу на 3 метра. Совершив этот достойный нынешних «миротворцев» вроде Шеварднадзе и Лебедя поступок, Блюхер отправил телеграмму наркому обороны, в которой потребовал немедленного ареста начальника погранучастка и других «виновных в провоцировании конфликта». Однако эта «мирная инициатива» не встретила понимания в Москве, откуда последовало строгое указание прекратить возню с комиссиями и выполнять решения Советского правительства об организации отпора японцам.
Тем временем, рано утром 29 июля две японские роты перешли государственную границу, атаковав наш пограничный поства высоте Безымянная, обороняемый 11 пограничниками. В ходе ожесточённого боя им удалось овладеть высотой, однако подошедший резерв пограничников и стрелковая рота выбили японцев обратно. Два дня спустя последовала новая попытка. В 3 часа утра 31 июля японцы открыли артиллерийский огонь и силами двух пехотных полков перешли в наступление на высоты Заозёрная и Безымянная, которые и были ими заняты после четырёхчасового боя. Произошло это в основном из-за того, что не было принято действенных мер для поддержки пограничников полевыми войсками, которые в этот момент находились в 30-40 км от района боёв.
Тем временем Блюхер фактически саботировал организацию вооружённого отпора вторгшимся агрессорам. Дело дошло до того, что 1 августа, при разговоре по прямому проводу Сталин задал ему риторический вопрос: «Скажите, товарищ Блюхер, честно, — есть ли у вас желание по-настоящему воевать с японцами? Если нету вас такого желания, скажите прямо, как подобает коммунисту, а если есть желание, я бы считал, что вам следовало бы выехать на место немедля».
Однако выехав на место событий, маршал только мешал своим подчинённым. В частности, он упорно отказывался использовать против японцев авиацию под предлогом опасения нанести урон мирному корейскому населению сопредельной полосы. При этом, несмотря на наличие нормально работающей телеграфной связи, Блюхер в течение трёх суток уклонялся от разговора по прямому проводу с наркомом Ворошиловым.
Выбить японские войска с нашей территории было поручено 39-му стрелковому корпусу. Командиром его по приказу из Москвы был назначен комкор Г.М. Штерн, бывший до этого у Блюхера начальником штаба. 2-3 августа была предпринята попытка взять обратно захваченные высоты, которая закончилась неудачей. Наконец, 6 августа, подтянув дополнительные силы, советские войска перешли в решительное наступление и к 9 августа очистили нашу территорию от японцев. На следующий день японское правительство предложило начать переговоры и 11 августа боевые действия между советскими и японскими войсками были прекращены. Анализируя ход военных действий, следует отметить, что советские войска выступили к границе по боевой тревоге совершенно неподготовленными. Ряд артиллерийских батарей оказались в зоне боевых действий без снарядов, запасные стволы к пулеметам заранее не были подогнаны, винтовки выдавались непристрелянными, а многие бойцы и даже одно из стрелковых подразделений 32-й дивизии прибыли на фронт вовсе без винтовок. Командирам и штабам не хватало карт района конфликта. Все рода войск, в особенности пехота, обнаружили неумение действовать на поле боя, маневрировать, сочетать движение и огонь, применяться к местности, изобилующего горами и сопками. Танковые части были использованы также неумело, вследствие чего понесли большой урон в материальной части.
В результате советская сторона потеряла убитыми, умершими от ран и пропавшими без вести 960 человек, ранеными и заболевшими — 3279 человек. Японские потери составили 650 человек убитыми и около 2500 ранеными. Если учесть, что советские войска использовали авиацию и танки, а японцы нет, соотношение потерь должно было быть совсем другим.
А ведь боевые действия шли при полном нашем господстве в воздухе. В частности, вечером 6 августа по японским позициям отбомбились 60 тяжёлых четырёхмоторных бомбардировщиков ТБ-3. По свидетельствам очевидцев, эффект применения туполевских машин был потрясающий. Вот что вспоминал позднее командир орудия сержант Тосио Огава:
«Когда я увидел надвигающуюся армаду четырехмоторных русских самолётов мне стало не по себе. Я сразу понял, что многие из нас после этой бомбёжки вряд ли увидят завтрашний рассвет. Признаюсь, мне стало страшно. С приближением тяжёлых бомбардировщиков гул их моторов становился всё более давящим и, оглянувшись, я заметил, как многие мои товарищи мечутся в поисках укрытий. Некоторые ложились на землю лицом вниз и затыкали уши, кто-то сворачивался калачиком, другие, не выдержав напряжения, бросились в бежать в тыл. Троих из них тут же застрелили офицеры штаба нашего дивизиона, а одному мечом отрубил голову лейтенант Итоги.
К сожалению, более или менее должным образом были оборудованы только передовые позиции на господствующих высотах, а наш гаубичный дивизион находился практически на ровном месте. Ситуация усугублялась тем, что наши офицеры были не меньше нас, рядовых, потрясены разворачивающейся трагедией и сами не знали, что надо делать. Видимо, в вышестоящих штабах посчитали, что не стоит информировать личный состав строевых частей о возможностях авиации противника.
Тем временем самолёты оказались над нашими головами, и в следующее мгновение мы услышали нарастающий свист падающих бомб. Их было так много, а вой рассекаемого фугасками воздуха нарастал так быстро, что уже через пару секунд в нём потонули звуки выстрелов наших немногочисленных зениток.
Спустя мгновение на нас обрушился ураган бомбовых разрывов. Наши позиции трясло как при 12-балъном землетрясении. Первый удар взрывной волны я встретил напрягшись, но затем меня швыряло, как тряпичную куклу, и только в первый момент я почувствовал боль от того, что при падении ударился коленом о землю. Меня подбрасывало раз за разом, а я даже не пытался удержаться на земле, хватаясь за камни и малейшие неровности грунта. Все мои мышцы были как будто из сырой глины. Я хотел посмотреть, что происходит вокруг меня, но ничего не увидел, так как всё вокруг заволокло пылью и дымом, сквозь который то впереди, то где-то сбоку вспыхивали молнии всё новых и новых разрывов. Видимо я был сильно контужен, так как ничего не слышал. Впрочем, вряд ли в то момент я хотел что-то слышать. В голове билась только одна мысль: когда же закончится весь этот ужас? Однако он продолжался как ни в чем не бывало и в какой-то момент как далёкая надежда мелькнула мысль, что запас бомб на самолётах не беско нечен. Внезапно всё прекратилось.
...Пыль медленно оседала на землю, и постепенно я стал видеть небо над головой. Тишина была оглушающая. Первым кого я увидел был хохотавший над чем-то лейтенант Итоги. Последний раз когда я его видел перед бомбёжкой он был безукоризненно одет с окровавленным самурайским мечом в правой руке и белым платком в левой. Теперь же он был грязнее последнего нищего. Поначалу я подумал, что налёт вражеских бомбардировщиков всё же не нанёс нам существенного урона и лейтенант смеется над противником. Однако а следующее мгновение я понял, что всё гораздо трагичнее. Рядом валялась перевёрнутая гаубица, передок и убитые кони. Снаряды и зарядные гильзы были разбросаны. Я по-прежнему ничего не слышал, но, попытавшись встать, понял, что это выше моих сил. Меня замутило и я остался лежать. Вид безмолвно хохочущего лейтенанта Итоги был настолько страшен, что я закрыл глаза. В это момент ко мне начал возвращаться слух, и первое, что я услышал, был душераздирающий смех лейтенанта Итоги... ...Позже, находясь в госпитале, я узнал что из нашего дивизиона остались в живых только двое — я и лейтенант Итоги...» При этом советские лётчики едва не ухитрились развязать химическую войну:
«2 августа советская авиация начала работать с раннего утра. Весь-день в воздухе "висели" Р-Зеты 21-и и 59-й эскадрилий. Они поодиночке вели разведку района боевых действий и соседних участков границы. К сожалению, туман мешал и наблюдению, и бомбометанию. В семь утра к Заозёрной вышли 22 СБ, 17 ССС, семь Р-Зет и 13 И-15, но экипажи побоялись в тумане поразить своих и вернулись. Некоторые документы говорят, что в этом вылете участвовала также 4-я эскадрилья 53-й бригады на самолётах Р-10, которую вел комбриг Бонда-ренко. Якобы именно они по ошибке несли к Заозёрной вместо осколочных химические бомбы. Но в большинстве других бумаг, в том числе в итоговом отчёте, эта оплошность, которая, возможно, повлекла бы за собой неприятные политические последствия, приписывается группе И-15.
Осколочно-химические бомбы АОХ-10 подвесили вместо обычных осколочных АО-10. Расследование показало, что отправленный на склад за боеприпасами старший лейтенант отобрал бомбы согласно накладной просто по внешнему виду, не глядя на маркировку. Впрочем, он в ней просто ничего не понимал, так оке как и обслуживающий персонал склада, включая его начальника. Никто из них не мог отличить АО-10 от АОХ-10.
На обратном пути самолёты сбросили часть неиспользованных бомб на одном из полигонов (при этом некоторые взорвались за его границами), часть — в озеро Талым и в бухту на побережье океана. Два звена сели с бомбами, лишь на допросах узнав, что же они возили к Заозёрной. Удивительно, что даже после этого одну химическую бомбу умудрились потерять на аэродроме! Когда авиация покинула передовые площадки, на нее случайно наткнулись армейские разведчики и решили подорвать там же, где и нашли. Ядовитое облако понесло на автомобильную трассу, и только чудом никто не пострадал».
Как часто бывало в нашей истории, за разгильдяйство высшего военного начальства и плохую подготовку солдат расплачивались своим героизмом командиры подразделений. Об этом, в частности, свидетельствуют большие потери комсостава— 152 убитых командиров и 178 младших командиров.
Тем не менее, советская пропаганда представила результаты столкновения на Хасане как громкую победу Красной Армии. Страна чествовала своих героев. И действительно, формально поле боя осталось за нами, однако следует иметь в виду, что японцы не особенно старались удержать высоты за собой.
Что же касается главного «героя», то его также ожидала заслуженная награда. После завершения боевых действий Блюхер был вызван в Москву, где 31 августа 1938 года под председательством Ворошилова состоялось заседание Главного военного совета РККА в составе членов военного совета Сталина, Щаденко, Буденного, Шапошникова, Кулика, Локтионова, Блюхера и Павлова, с участием Председателя СНК СССР Молотова и зам. наркома внутренних дел Фриновского, рассмотревшее вопрос о событиях в районе озера Хасан и действиях командующего Дальневосточным фронтом. В результате Блюхер был снят с должности, арестован и 9 ноября 1938 года расстрелян (по другой версии, он умер во время следствия).
Учитывая печальный опыт блюхеровского руководства, было принято решение не сосредотачивать командование советскими войсками на Дальнем Востоке в одних руках. На месте Дальневосточного фронта были созданы две отдельные армии, непосредственно подчинённые наркому обороны, а также Забайкальский военный округ.
Возникает вопрос, были ли действия Блюхера обыкновенным разгильдяйством, или же они являлись сознательным саботажем и вредительством? Поскольку материалы следственного дела до сих пор засекречены, однозначно ответить на подобный вопрос мы не можем. Однако считать версию о предательстве Блюхера заведомо ложной тоже нельзя. Так, ещё 14 декабря 1937 года советский разведчик Рихард Зорге сообщал из Японии:
«Ведутся, например, серьёзные разговоры о том, что есть основания рассчитывать на сепаратистские настроения маршала Блюхера, а потому в результате первого решительного удара можно будет достигнуть с ним мира на благоприятных для Японии условиях». О наличии оппозиционно настроенной группы в командовании Дальневосточного фронта рассказывал японцам и перебежчик Люшков.
Что же касается якобы невозможности измены столь заслуженного революционного командира, то история знает немало подобных примеров. Так, перебегали на сторону противника генералы Французской республики Дюмурье и Моро. Подобным же образом в 1814 году предали Наполеона его маршалы. А уж о заговоре немецких генералов против Гитлера и говорить не приходится, хотя многие из них имели перед Третьим Рейхом заслуги никак не меньшие, чем Блюхер перед СССР.
С точки зрения японского командования, разведка боем прошла довольно успешно. Выяснилось, что русские по-прежнему воюют плохо, даже в условиях численного и технического превосходства. Однако ввиду незначительности масштабов столкновения в Токио решили провести новую пробу сил, которая и состоялась в следующем году на реке Халхин-Гол. Вопреки стенаниям обличителей Сталина насчёт «обезглавивших» Красную Армию массовых репрессий, выяснилось, что советские войска на Дальнем Востоке явно повысили свою боеспособность.

Заказать книгу Пыхалов И.: "Великий оболганный Вождь. Ложь и правда о Сталине" http://delokrat.ru/index.php?productID=2077

http://delokrat.ru/index.php?show_aux_page=187

Оффлайн Evgeniy Kharchikov

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 7838
Re: Магазин "Делократ" предлагает
« Ответ #8 : 25/09/10 , 15:32:41 »
Уважаемые соратники!
Предлагаем познакомится с новой книгой:
"Немцы в Катыни. Документы о расстреле польских военнопленных осенью 1941 года"




Аннотация:
Сборник содержит документы о расстреле немецко-фашистскими захватчиками польских военнопленных на оккупированной советской территории осенью 1941 года. Впервые под одной обложкой собраны сообщение Специальной Комиссии (Н.Н. Бурденко) по установлению и расследованию обстоятельств расстрела немецко-фашистскими захватчиками в Катынском лесу военнопленных польских офицеров, разведдонесения особого отдела 50-й армии Западного фронта и партизан, действовавших на территории Смоленской области, записи свидетельских показаний на заседаниях Нюрнбергского процесса, раскрывающие обстоятельства этого преступления в контексте массовых расправ гитлеровцев над военнопленными и гражданским населением, а также инспирированного ими в 1943 году «расследования».
Ряд недавно обнаруженных архивных документов публикуется впервые.
Для широкого круга читателей, интересующихся отечественной историей.

ПРЕДИСЛОВИЕ

В истории Европы, Евразии, да и в глобальном масштабе, судьбы громадной семьи славянских народов, которые не раз ставились складывавшимися обстоятельствами и межгосударственными отношениями у «бездны мрачной на краю», вынуждались к самопожертвованию, являют как светлые страницы деяний во имя человечности и культуры, так и трагические примеры взаимного непонимания и безотчетной вражды, когда от этого, как правило, выигрывал некто третий. Наглядное свидетельство тому – изобретенное еще Геббельсом «Катынское дело», вызвавшее в разгар Второй мировой войны прискорбную трещину в союзнических польско-советских отношениях, демагогически эксплуатировавшееся Горбачевым – Яковлевым в общей кампании, направленной на развал нашего Отечества – Советского Союза, отозвавшееся неожиданным эхом уже теперь в нелепой, породившей глубокую печаль в сердце русского народа, гибели президента Польши Леха Качиньского с его штабом, - геббельсово «дело», поныне используемое разноцветной реакцией и в антироссийских, и в антипольских целях.
«Одних отцов одни дети, – /Жить бы, веселиться./ Нет, не смели, не хотели, – /Надо разделиться!», - так выражал Тарас Шевченко свое восприятие схватки запорожцев с польской шляхтой, отшумевшей еще в XVIII веке. Мы, сыны другого времени, не сказочники и не утописты. «Пускай житом-пшеницею, как золотом покрыта, неразмежованною останется от моря и до моря – славянская земля», – мечтал Тарас. Мы осмотрительно не присоединяемся к этой мечте, – век XXI, стоящий на плечах XIX-го и ХХ-го, нагромоздил с избытком новых реалий и заставляет быть суровыми реалистами, – но, не присоединяясь к тарасовой мечте, от нее и не отстраняемся. Во всяком случае, в контактах России и Польши, знавших много обидных конфликтов, накопился и новый добрый, пока слабо осознанный потенциал. Кто и как его поймет, повернет и применит, послужит ли это, наконец, во благо?.. С такой думой мы решали нашу задачу.
Перемещение центра мирового революционного движения к концу XIX века с запада на восток сделало славянский фактор международной политики ахиллесовой пятой для империалистических форпостов финансового капитала. Славянские народы объективно оказались в авангарде (ведь кому-то надо было в нем быть!) поворота человечества от частнособственнической системы к товарищескому способу производства. Весь ХХ век прошел под знаком этого единоборства титанов. Характерную роль тут сыграла Вторая мировая война. Она в своем итоге не только пресекла славянофобский поиск «жизненного пространства» германским монополистическим капиталом, но и укрепила позиции, завоеванные Октябрьской революцией при выходе из Первой мировой войны, построила предварительные мостки к созданию мирового социалистического сообщества с крепким славянским ядром. Не случайно с фултонской речи Черчилля начала 1946 года повелась упорная анти-кампания в пользу главенства в мире англоязычной «цивилизации». Это была лишь внешняя, национально-«культурная» оболочка глубоко классовой политики. И Запад-таки добился своего.
Не тема для рассмотрения здесь – причины успеха буржуазно-бюрократической контрреволюции в Советском Союзе 1985-1993 годов (на этот счет уже накоплена обширная и содержательная литература) и чего-то вроде повтора ее в других странах. Обратим внимание только на одну сторону дела. Диким контрастом воссоединительному движению народов, направленному на исправление последствий Второй мировой и ряда колониальных войн (примеры – Германия и Вьетнам), является не мотивированное активностью народных масс снизу, навязанное в основном СМИ, оказавшимися в нечистых руках, расчленение СССР, СФРЮ, ЧССР, превращение их в резерв империалистического передела мира. При этом наиболее разделенным народом оказался народ русский. Вместе с ним особенно «наказали» сербов. Это не диктовалось никакими глубинными, нравственными и культурными, организационными и хозяйственными, языковыми и бытовыми мотивами или причинами. И ныне остро ощущается вся искусственность и условность отграничения бело-, мало- и великорусов, неопределенность в положении Приднестровья и Крыма, казачьих войск от Днепра до Амура, периферийные гражданские войны, преследование русскоязычия, выгодные «дяде», но совершенно не вяжущиеся с тысячелетними традициями русичей. Очевидно, поляки были задеты этим менее других. Сказались здесь и длительное влияние католической веры, и иллюзии, связывавшиеся с папой-поляком, и квази-рабочие сны «Солидарности», и мещанская идеализация «западной модели», но на дворе общая беда — очередной этап системного кризиса капитализма, а рецептов выхода из него ни у кого в предлагаемых рамках нет. Вернее сказать, нет без признания вновь социалистической альтернативы. Как говаривал вслед за Эзопом наш «старый Карла», здесь Родос, здесь прыгай. Мы исходим из того, что поляки отнюдь не глупее россиян и им несомненно под силу та мысль, что польско-российская, а лучше пошире – общеславянская солидарность, или ассоциация, может дать намного больше в поиске эффективного антикризисного поворота и воскрешении принципиально бескризисного строя, чем толчение в ступе европейского рынка с присыпанием получаемого постмодерна пудрой гламура. Подвижки, на которые мы намекаем, берутся не с потолка. Они подтверждаются фактическими процессами в самой Польше и способны в результате своей эволюции обеспечить «критическую массу», которая позволит получить решение. Родос здесь. Только «прыгунов» нынче пока маловато. Дальнейшее – работа…
13 апреля 1943 года «Радио Берлина» передало сообщение «из Смоленска», в соответствии с которым оккупационные власти были якобы извещены местными жителями о существовании «мест массовых казней», где похоронены 10 тысяч польских офицеров, ставших жертвами ГПУ. 15 апреля Совинформбюро откликнулось на это сообщение заявлением «Гнусное измышление немецко-фашистских палачей», в котором, в частности, говорилось: «Немецко-фашистские сообщения по этому поводу не оставляют никакого сомнения в трагической судьбе бывших польских военнопленных, находившихся в 1941 году в районах западнее Смоленска на строительных работах и попавших вместе с многими советскими людьми, жителями Смоленской области, в руки немецко-фашистских палачей летом 1941 года, после отхода советских войск из района Смоленска».
Однако на следующий день было опубликовано коммюнике министра обороны Польши (эмигрантского правительства в Лондоне) М. Кукеля в связи с германским заявлением об обнаружении массовых захоронений польских офицеров в Катыни, требовавшего, в связи с «обильной и детальной германской информацией касательно обнаружения тел многих тысяч польских офицеров под Смоленском и категоричным утверждением, что они были убиты советскими властями весной 1940 г.», проведения расследования на месте «компетентным международным органом, таким, как Международный Красный Крест» (См. Документ № 2). Обращение в МКК было рассмотрено и утверждено на заседании польского правительства 17 апреля.
Лондонские поляки не могли не понимать реальную цену «компетентности» любых расследований Красного Креста под контролем немцев. Почему-то до тех пор МКК не интересовало не только массовое истребление гитлеровцами советских военнопленных и гражданского населения, но и тех же поляков. Упоминание об этих преступлениях, о которых знали, но отчего-то не призывали срочно расследовать, в очередном польском обращении (См. Документ № 3) выглядит как насмешка над МКК, на авторитет и компетентность которого вдруг решили положиться премьер В. Сикорский со товарищи.
Если же учесть, что согласно отчету технической комиссии Польского Красного Креста, ее представители 15 апреля 1943 года уже находились в Катынском лесу, факт согласованного поведения немецкой и польской сторон отрицать, мягко говоря, трудно.
Двуличная позиция польских «союзников» по отношению к Москве послужила поводом к появлению в «Правде» передовицы «Польские сотрудники Гитлера», в которой не только разоблачались неуклюжие немецкие измышления относительно еврейских «комиссаров» Льва Рыбака, Авраама Борисовича, Павла Броднинского и Хаима Финберга из «Смоленского отделения ГПУ», но и прямым текстом заявлялось, что «в свете этих фактов обращение польского министерства национальной обороны к Международному Красному Кресту не может расцениваться иначе, как прямая и явная помощь гитлеровским провокаторам в деле фабрикации подлых фальшивок. У всех здравомыслящих людей и особенно у тех, кто на себе испытал кошмар гитлеровской тирании, такого рода фальшивки могут вызвать только отвращение».
Если Москву поведение поляков глубоко возмутило, то официальный Лондон сподвигло на активные дипломатические шаги. «Мы, конечно, будем энергично противиться какому-либо “расследованию” Международным Красным Крестом или каким-либо другим органом на любой территории, находящейся под властью немцев, - писал Черчилль Сталину 24 апреля. - Подобное расследование было бы обманом, а его выводы были бы получены путем запугивания. Г-н Иден сегодня встречается с Сикорским и будет с возможно большей настойчивостью просить его отказаться от всякой моральной поддержки какого-либо расследования под покровительством нацистов. Мы также никогда не одобрили бы каких-либо переговоров с немцами или какого-либо рода контакта с ними, и мы будем настаивать на этом перед нашими польскими союзниками». При этом британский премьер счел необходимым коснуться и подоплеки такой позиции Сикорского. «Его положение весьма трудное, - писал Черчилль. - Будучи далеким от прогерманских настроений или от сговора с немцами, он находится под угрозой свержения его поляками, которые считают, что он недостаточно защищал свой народ от Советов. Если он уйдет, мы получим кого-либо похуже» (так в итоге и вышло: получили Миколайчика).
Обнародование секретных документов из архива Службы внешней разведки подтверждает опасения Черчилля и ставит под сомнение если не искренность самого Сикорского, то, во всяком случае, ряда ключевых фигур из его окружения. Летом и осенью 1943 года в Москве получили данные о том, что разведка польского правительства в Лондоне заинтересована в гитлеровских материалах по Катыни, рассматривая их получение в качестве одной из целей установления связи с немцами. В частности, по сведениям, полученным англичанами, польский резидент в Лиссабоне Я. Ковалевский (в немецких разработках значившийся как «Отто») «реагировал положительно на подходы немцев», предполагавших завербовать его на антикоммунистической почве, и стремился получить данные о Катыни для изучения в Лондоне.
Между тем позиция Сикорского была не столь уж безоглядно антисоветской. В свете этого любопытно свидетельство помощника генерала Андерса Ежи Климковского, передающего свой разговор с польским премьером в конце июня 1943 года, за несколько дней до его, Сикорского, загадочной (и весьма «своевременной») гибели. «Моим большим желанием является вновь восстановить согласие с Советским Союзом, предпринимая в этом направлении определенные усилия, - сказал Сикорский, - я должен это осуществить. Разрыв отношений с СССР является, собственно, результатом выходки, да, совершенно неразумной выходки генерала Кукеля…»
Не беремся судить, насколько неразумной была «выходка» Кукеля – непосредственного начальника вышеупомянутого Ковалевского, которому последний и слал из Лиссабона разведдонесения. Во всяком случае, вопрос о связи Кукеля с немцами, насколько можно судить по документам британской разведки, полученным в Москве, для англичан в 1943-1944 годах стоял и оставался открытым.
Так или иначе, лондонские поляки продолжали, выражаясь словами Черчилля, выступать «против Советского Правительства с обвинениями оскорбительного характера» и создавать видимость того, что поддерживают немецкую пропаганду. В этой ситуации, после неоднократных предупреждений, у Москвы не оставалось иного выбора, кроме как разорвать отношения с двуличным «союзником» (См. Документ № 4).
Между тем, решив разыграть «катынскую карту», Гитлер и Геббельс взвалили на своих подручных непосильную ношу. Как ни старались гитлеровцы, чтобы наспех набранная «комиссия» из полутора десятков медицинских экспертов оккупированных стран (плюс представители Швейцарии и Испании) подтвердила версию расстрела поляков в 1940 году, хорошо сохранившиеся трупы говорили о том, что с момента смерти прошло не более полутора лет. В итоге, несколько раз переписывая заключительный акт и поставив подписантов практически в безвыходное положение, немцам так и не удалось добиться признания всеми экспертами требуемой даты расстрела (См. Документы №№ 15, 21).
Недавно в научный оборот введены новые документы, демонстрирующие, какими способами гитлеровцы стремились создать у экспертов нужное впечатление. Для видимости вскрытия массовых захоронений в Козьи Горы свозили трупы с окрестных кладбищ (См. Документы №№ 17, 18). Эта информация должна рассматриваться в контексте манипуляций немцев со вскрытием могил и эксгумацией трупов в марте-июле 1943, факт которой в результате сопоставления известных дат и свидетельств установлен В. Н. Шведом.
Желание доказать вину СССР при помощи обнаруженных на трупах документов натолкнулось на не меньшие проблемы. С одной стороны, по-видимому, в могилы немцам пришлось подбрасывать советские газеты, выпущенные весной 1940 года (иначе невозможно объяснить их поразительные обилие и сохранность, отмеченные свидетелями). С другой – при раскопках обнаружились оккупационные («краковские») злотые (наличие которых в могилах тогда же, в 1943 году публично подтвердил польский сторонник геббельсовской версии Ю. Мацкевич). Присутствие этих банкнот, пущенных в оборот на территории генерал-губернаторства с 8 мая 1940 года, никак не стыкуется с инсценируемой датой расстрела весной 1940.
Манипулирование со списками жертв привело в итоге к тому, что сами немцы не знали, где в составленных ими списках правда, а где – ложь (См. Документ № 14). На беду «разоблачителей зверств ГПУ» некоторые члены комиссии ПКК прихватили из Катыни гильзы, которыми были усеяны могилы (См. Документ № 13). Утаить, что поляки были уничтожены из немецкого оружия, стало невозможно. Этот факт (как и безрезультатные попытки немцев скрыть его) нашел свое отражение уже в 1943 году, в упоминавшемся выше отчете технической комиссии Польского Красного Креста, работавшей на захоронении в апреле-июне под жестким контролем немцев.
Этот любопытный документ был впервые опубликован в 1989 году. Иная его редакция недавно обнаружена В.А. Сахаровым в фонде Чрезвычайной Государственной Комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников и причиненного ими ущерба гражданам, колхозам, общественным организациям, государственным предприятиям и учреждениям СССР и публикуется в данном сборнике в переводе с немецкого (См. Документ №12). Различия двух вариантов далеко не формальны. Редакция, представленная в 1989 году польскими исследователями, не содержит главного: вывода технической комиссии ПКК о том, что «даже если бы ПКК располагал всеми результатами эксгумации и работ по идентификации, включая документы и воспоминания, он не мог бы официально и в окончательной форме свидетельствовать, что данные офицеры умерли в Катыни». Максимум, на что готовы были пойти поляки из ПКК, так это на признание, что данные трупы имели при себе определенные документы. Ни на чем больше не основано очевидно «заказанное» хозяевами заключение комиссии: «Из найденных документов явствует, что убийство произведено между концом марта и началом мая 1940». И все!
Помимо фантастичности немецкой версии (согласно которой тысячи человек были казнены сотрудниками НКВД весною 1940 года из немецкого оружия на территории пионерского лагеря, в оживленной лесопарковой зоне, предварительно связанные шнуром, никогда не изготовлявшимся в СССР), попытки приписать преступление Советскому Союзу наталкивались на общеизвестные факты отношения немцев к военнопленным. СССР неизменно придерживался практики гуманного обращения с попавшими в плен иностранцами (чего, кстати, нельзя сказать о тех же поляках, погубивших в 1920 году, по разным оценкам, от 50 до 85 тыс. красноармейцев). Уже 1 июля 1941 года Советом Народных Комиссаров было принято секретное постановление № 1798-800с, утверждающее Положение о военнопленных. Его раздел «Общие положения», в частности, гласил:

«2. Воспрещается:
а) оскорблять военнопленных и жестоко обращаться с ними;
б) применять к военнопленным меры понуждения и угрозы с целью получения от них сведений о положении их страны в военном и иных отношениях;
в) отбирать находящиеся при военнопленных обмундирование, белье, обувь и другие предметы личного обихода, а также личные документы и знаки отличия…».

В свою очередь гитлеровцы при обращении с военнопленными руководствовались документами, подобными «Распоряжениям об обращении с советскими военнопленными во всех лагерях военнопленных». Исходя из того, что «большевизм является смертельным врагом национал-социалистской Германии», делался вывод, что «большевистский солдат потерял всякое право претендовать на обращение, как с честным солдатом, в соответствии с Женевским соглашением». На этом основании «предлагается безоговорочное и энергичное вмешательство при малейших признаках неповиновения… Неповиновение, активное или пассивное сопротивление должны быть немедленно и полностью устранены с помощью оружия (штык, приклад и огнестрельное оружие)… В отношении советских военнопленных даже из дисциплинарных соображений следует весьма резко прибегать к оружию».
Наряду с педалированием «большевистской угрозы», в «Распоряжениях» нашлось место и разделу «Обращение с лицами отдельных национальностей». Весьма примечательно, что в первом абзаце этого раздела предписывается строго разделять военнопленных по национальному признаку, и поляки в нем упоминаются. А вот в третьем абзаце, где говорится, что «лица следующих национальностей должны быть отпущены на родину: немцы (фольксдойче), украинцы, белорусы, латыши, эстонцы, литовцы, румыны, финны», - поляков уже нет! Полякам немцами была уготована иная участь. Дата на документе – 8 сентября 1941 года.
Не следует забывать, что «раскрутка» «Катынского дела» осуществлялась фашистами не где-нибудь, а на Смоленщине, где ими за два с лишним года оккупации было расстреляно, повешено, сожжено живьем, отравлено газами и замучено всеми мыслимыми и немыслимыми способами более 400 тысяч советских граждан (См. Документ № 7). Из них – 120 тысяч военнопленных, отношение к которым было поистине изуверским (См. Документ № 9). По подсчетам советских историков, в целом немецко-фашистские захватчики только на оккупированной территории СССР уничтожили 3,9 миллиона советских военнопленных. Но и к пленным других национальностей немцы подходили отнюдь не с женевским соглашением в руках. Так, в Польше в местечке Жагань немцы устроили целую сеть лагерей военнопленных, где содержались «польские военнопленные, затем бельгийские, английские, французские, югославские, итальянские и советские военнопленные». Об отношении к заключенным этих лагерей свидетельствует факт обнаружения около них «значительного количества массовых и одиночных захоронений, в некоторых погребены военнопленные» (См. Документ № 8).
Осенью 1943 года, после выхода Италии из войны в руках гитлеровцев оказались десятки тысяч вчерашних союзников – солдат и офицеров итальянской армии. Их обезоруживали и массово бросали в концентрационные лагеря. А 2.000 итальянцев были попросту расстреляны близ Львова. Почерк легко узнаваем: связанные за спиной руки, выстрел в затылок, с целью скрыть место казни его засадили деревьями.
Израильский исследователь А. Шнеер, выходец из Советской Латвии, подготовил многотомный труд «Плен», где в Книге первой («Военнопленные западных стран антигитлеровской коалиции в нацистском плену») есть отдельная глава - «Убийства военнопленных». В ней, наряду с фактами уничтожения югославов, англичан, американцев, приводятся документированные факты расправ гитлеровцев в 1941 году с польскими офицерами.
Обращение с военнопленными поляками было заведомо жестоким. Гитлеровцы исходили из того, что польские военнослужащие не подлежат компетенции международных соглашений, поскольку государства Польша не существует. Любопытно, что когда фашисты начали раздувать кампанию по обвинению СССР в расстреле поляков и было принято решение использовать для прикрытия Польский Красный Крест, ему предложили сформировать делегацию для осмотра лагерей военнопленных польских офицеров в Германии. Однако ПКК потребовал от немецких властей обеспечения делегации прав в рамках международных конвенций. Это было для немцев неприемлемо – неминуемо всплыли бы факты имевших место расправ. Тему тут же «замяли» (См. Документы №№ 10, 11).
За несколько месяцев до этого узники лагеря Маутхаузен в Австрии наблюдали доставку советских и польских военнопленных, с целью применения к ним «мероприятия ”К”» - немедленное уничтожение или умерщвление в тюрьме.
Однако расправы над военнопленными поляками, – как и польскими гражданами вообще, - начались отнюдь не в 1941, а уже с осени 1939 года. Из разведсводки №141 управления пограничных войск НКВД Киевского округа от 6 ноября 1939 года узнаем о многочисленных издевательствах и убийствах, совершаемых немцами на оккупированной польской территории. В первую очередь страдали польские граждане еврейской национальности (чего стоит свидетельство о том, как после погрома «работники гестапо под угрозой оружия заставили евреев подписать документ, что их дома сожжены не немцами, а поляками»!). Это было лишь начало. Спустя несколько месяцев на территории генерал-губернаторства проводится «акция АБ», в ходе которой было уничтожено около 3.500 польских деятелей науки, культуры и искусства. То, что с 1940 года немцами целенаправленно проводилась политика уничтожения польской интеллигенции (к которой, несомненно, относились и командные кадры), подтверждается записью беседы Гитлера с рейхсминистром Г. Франком - наместником в генерал-губернаторстве 2 октября 1940 года (См. Документ № 1). Гитлер проводит в ней четкую мысль: «для поляков должен существовать только один господин – немец; два господина один возле другого не могут и не должны существовать, поэтому должны быть уничтожены все представители польской интеллигенции».
Расстрел польских военнослужащих в Катыни стал предметом отдельных слушаний Нюрнбергского трибунала в первых числах июля 1946 года. Совершенно очевидно, что исключение этого эпизода из обвинительного заключения явилось одним из первых антисоветских шагов, предпринятых бывшими союзниками. Ни о каком полноценном расследовании дела в течение 2-3 дней говорить просто не приходилось. Защита черпала доводы из допросов фашистских офицеров, находившихся, по советским материалам, под подозрением в соучастии или непосредственном исполнении казни. Насколько ничего не понимающими и ни к чему не причастными «честными солдатами» выглядели эти свидетели, отвечая на вопросы защиты, настолько сбивчивыми и растерянными представали они перед лицом советского обвинителя полковника Смирнова (См. Документ № 20).
В послевоенные годы тема «катынского преступления НКВД» прочно заняла одно из лидирующих мест в арсенале идеологической борьбы против СССР. Тех, кто ее реанимировал, не смущало ни отсутствие доказательств вины советской стороны, ни неопровержимые факты виновности немцев, ни то, что эти деятели фактически становились продолжателями дела Гитлера-Геббельса.
Поэтому не стоит удивляться, что тема Катыни немедленно возродилась, когда руководство КПСС в лице Горбачева и его ближайших соратников взяло курс на уничтожение СССР. 13 апреля 1990 года в «Известиях» публикуется «Заявление ТАСС о катынской трагедии», в котором вина за убийство поляков возлагалась на «Берию, Меркулова и их подручных». Однако обоснование этого сенсационного утверждения там отсутствовало. Сознательно уклоняясь от прояснения как мотивов, так и возможностей расстрела поляков НКВД, российские наследники Геббельса откровенно стремились к одному – снять ответственность за расстрел в Катыни с гитлеровских палачей и вменить это дело «тоталитарному сталинскому режиму». В 1992 году в архиве президента РФ эти деятели «случайно» обнаруживают «закрытый пакет № 1», в котором оказались решение Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 года, письмо Берии Сталину № 794/Б от «...» марта 1940 года, письмо Шелепина Хрущеву Н-632-ш от 3 марта 1959 года и др., которые немедленно объявляются неопровержимыми доказательствами виновности СССР.
В октябре 1992 года («случайная» находка оказалась кстати) была сделана попытка внести эти «документы» для рассмотрения в ходе процесса над КПСС в Конституционном Суде РФ. Однако в силу целого ряда не объяснимых для 1940 года ошибок в их оформлении суд отказался приобщить их к делу. Тем не менее, эти сомнительные тексты (их полноценная экспертиза не проведена до сих пор) стали включать в публиковавшиеся в 90-е годы прошлого века архивные сборники и квалифицировать как документальное подтверждение расстрела поляков НКВД. Разумеется, столь нехитрый прием не мог убедить критичных исследователей, и подозрительное содержимое «пакета №1» в качестве документального источника по «Катынскому делу» в серьезных исследованиях не фигурирует. Упорство, с которым отдельные представители руководства архивным делом России, а с последнего времени и высшие руководители РФ убеждают общественность в подлинности этих «документов», ничего в рамках научной аргументации, естественно, не добавляет. Но активность эта не может не настораживать. Ведь «Катынское дело» с момента его возникновения в апреле 1943-го задумывалось как инструмент пропагандистской войны. Едва ли руководство третьего рейха могло предположить, каких союзников приобретет спустя шесть десятилетий.
В последние годы появилось немало работ, посвященных расстрелу в Катыни, авторы которых не склонны следовать предвзятой официальной позиции, возлагающей вину за расстрел на СССР. По существу не имеется оснований подвергать сомнению выводы Специальной Комиссии по установлению и расследованию обстоятельств расстрела немецко-фашистскими захватчиками в Катынском лесу военнопленных польских офицеров («комиссии Бурденко». Документ №5). У геббельсовской же версии выявилось еще одно «слабое место»: после окончания войны многие из «расстрелянных весной 1940 года» польских офицеров не просто оказались в Польше, но и рассказали, как им удалось спастись от гитлеровских палачей, внезапно и стремительно оккупировавших Смоленскую область летом 1941-го (См. Документы №№ 19, 22).
Мало того, недавно установлено, что части и подразделения конвойных войск ГУКВ НКВД СССР, осуществлявшие сопровождение польских офицеров весной 1940 года, вообще не конвоировали заключенных, осужденных к высшей мере наказания. Иначе говоря, польские офицеры, направленные в апреле – мае 1940 года из Козельского лагеря в распоряжение УНКВД по Смоленской области, не могли быть и не были приговорены к смертной казни. Сохранившиеся путевые ведомости содержат многочисленные прямые указания на то, что конвоировались именно «лишенные свободы», а не приговоренные к смерти.
В самое последнее время появилась надежда на то, что давлению на общественность, которой без достаточных научных и юридических обоснований навязывается антисоветская и антироссийская версия Катынского расстрела, будет положен конец. 17 июня 2010 года депутат фракции КПРФ в Государственной Думе В.И. Илюхин выступил с требованием провести парламентское расследование в связи с подделкой исторических документов, на базе которых и происходит процесс облыжного переписывания отечественной истории: «Фракция КПРФ располагает информацией, – заявил Илюхин, – которую необходимо, конечно, тщательно проверить через проведение парламентского расследования о том, что в начале 90-х годов прошлого века под крышей администрации президента Бориса Ельцина была создана мощная команда специалистов по подделке исторических документов советского и в основном сталинского периода с одной целью – опорочить советское правление и уравнять сталинизм с фашизмом».
Вокруг «Катынского дела» сложилась парадоксальная ситуация. Польская сторона, очевидно, ни в каких поисках истины не заинтересована. Ее целиком и полностью устраивает версия Геббельса, а прямо противоречащие ей свидетельства в расчет не берутся. Любая критика этой версии воспринимается как антипольский шаг. Руководители от науки и архивные начальники в РФ, вслед за конъюнктурной позицией Горбачева, Ельцина и пр., в принципе польскую версию поддерживают; расхождения с поляками имеются лишь в выводах: должна Россия возмещать материальный ущерб за десятки тысяч расстрелянных «сталинскими палачами» польских военнослужащих или не должна.
В этих условиях ни в Москве, ни в Варшаве соответствующих усилий для организации объективного расследования делать не намерены.
Между тем, главным препятствием для внесения ясности в этот «перегретый» вопрос является позиция именно российских чиновников, блокирующих доступ к архивным документам, которые могли бы помочь расставить точки над i. В частности, уже не один год независимые российские исследователи добиваются возможности изучить дела исправительно-трудовых лагерей, в которых содержались в Смоленской области пленные поляки с весны 1940 по осень 1941 года. Существование этих лагерей подтверждается не только в отчете комиссии Бурденко, но и многими дополнительными свидетельствами. И, разумеется, начисто опровергает геббельсовский вымысел. Однако, несмотря на официальные обращения депутатов ГД, рассекречивать эти документы сочтено нецелесообразным…
Таким образом, в угоду неясным политическим мотивам, разные ответственные лица заинтересованы сохранять «Катынское дело» в состоянии идеологического пугала, эдакого плакатного, мифологизированного свидетельства против «людоедской тоталитарной системы» и «кровавого сталинского режима». Мы уже пережили опыт, когда кампания, затеянная будто бы как антисталинская, «за очищение ленинизма и социализма», была умело развернута в антисоветскую и антикоммунистическую с итоговым разгромом и разделом СССР. Ныне же отчетливо просматривается перспектива окончательного превращения антисталинской и антисоветской «Катыни» в антироссийскую и антирусскую с дальнейшим, неизбежно антипольским «послевкусием»... И упомянутые выше чиновные лица, похоже, совершенно равнодушны к последствиям несправедливых обвинений, от которых все равно придется «отмываться» нашим потомкам. И притом и в Москве и в Варшаве.
Способ противостоять этому – как минимум, отстаивать истину.
Данный сборник призван представить самой широкой аудитории документальные свидетельства о расстреле в Катыни и тем самым дать возможность каждому самостоятельно составить мнение о том, кто же на самом деле виновен в гибели польских военнослужащих. Составители отдают себе отчет в том, что для полноценного и систематизированного документального освещения проблемы необходимо по меньшей мере более обширное издание. В материалах, объединенных под этой обложкой, обозначены разные грани проблемы, дается общее представление о широте и разнообразии аргументов, опровергающих геббельсовскую версию.
Предлагаемые вниманию читателей документы частично уже публиковались в различных исследованиях, частично впервые вводятся в научный оборот. Новые переводы с немецкого и английского – наши.

Составители.

Заказать книгу "Немцы в Катыни. Документы о расстреле польских военнопленных осенью 1941 года" http://delokrat.ru/index.php?productID=2142

http://delokrat.ru/index.php?show_aux_page=190

Оффлайн Evgeniy Kharchikov

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 7838
Re: Магазин "Делократ" предлагает
« Ответ #9 : 30/03/11 , 20:30:30 »
Крестный отец "питерских" - Предисловие

30.03.2011 09:04:54

Автор этой книги Шутов Юрий Титович родился в Ленинграде более полувека назад. Закончил Кораблестроительный институт и несколько лет со старательским лотком золотоискателя бродил по Колыме и Чукотке.
Вернувшись в Ленинград, прошел трудовой дорогой от инженера до директора предприятия. Став одним из руководителей Ленинградского областного и городского статуправления, написал диссертацию по экономике, но защитить ее не успел, т.к. был арестован по вымышленному обвинению. Несколько лет провел в заключении, после чего суд его полностью оправдал и реабилитировал.
В 1990 году работал советником председателя Ленсовета А.Собчака. И уже в 1991 году написал об этом книгу, прочтя которую каждый поймет: подобное произведение, как и саму гражданскую позицию автора, любая власть, а тем более «демократическая», оставить без внимания и последствий просто не могла. Правда, сперва «собчата» пытались поступить «по-хорошему» и «предложили» Ю.Шутову рукопись не издавать. Затем 4 октября 1991 года, тайно проникнув в его квартиру, хотели найти ее и украсть, но автор внезапно и очень некстати явился домой. На него тут же напали и принялись убивать. Однако, несмотря на тяжелейшее ранение, он все равно выжил. Тогда было решено, сфабриковав обвинение, бросить Шутова в тюрьму. Поэтому, как только после госпиталя Шутов стал самостоятельно ходить, его тут же арестовали по «подозрению» во многих нераскрытых и даже, как впоследствии выяснилось, вообще не совершенных преступлениях. Среди оперативников, участвовавших в аресте, Ю.Шутов сразу же и безошибочно опознал своих убийц, забравшихся в октябре 1991 года в квартиру и напавших на него. Это, как оказалось, были офицеры милиции из питерского РУОПа (регионального управления по борьбе с организованной преступностью) Дмитрий Милин и Сергей Цуцуряк, а также их сообщники И.Турков и И. Цыганок. Видя, что их узнали, они, ничуть не таясь, хохотнули своей жертве прямо в лицо, выразив сожаление, что не добили при первой встрече.
Шельмовать автора было поручено целой группе «выдающихся» следователей ГУВД, имеющих бесценный опыт фабрикации ложных обвинений, среди коих: подполковник бывшей советской милиции, господин Канцепольский Мойша Самуилович — плаксиво-канючащий на допросах, едко-дымящий фальсификатор-затейник; не бреющийся майор Пащенко — разящий перегаром с запахом свеже-подпрелой собаки, и майор Шубов Абрам Моисеевич, всеми подозреваемый в мздоимствах, с ухоженными пилочкой ногтями, курящий только «Мальборо» в количествах, резко не соответствующих его зарплате. Впоследствии его послали в Израиль делиться опытом.
Прикрывал эту «правоохранительную» банду тогдашний первый заместитель городского прокурора Большаков — вечно мокрогубый, со всхлипывающим и, вероятно, оттого красноватым, длинным, острым носом промеж снисходительно-доверительных глаз вокзального карманника, внешне похожий на Дуремара из сказки о Бурати-но. Рядом с ним постоянно отирались, исполняя руководящие прихоти по глумлению над Законом, его верный ученик — прокурор Винниченко, да постоянно полупьяный помощник городского прокурора Осипкин.
Эти чиновники в мундирах давно объелись плодов вседозволенности и безнаказанности, поэтому азартно, наперегонки стремились погубить любого попавшего им в лапы человека, как звери, вкусившие людской крови.
Ю.Шутов не очень удивился, когда они попытались обвинить его в самых громких убийствах тех лет, как, например, расстреле литовских пограничников в Медининкае; организации покушения на тогдашнего президента Азербайджана Эльчибея; поджоге гостиницы «Ленинград»; разных разбоях и прочей жути.
Следствие тянулось два года. После полутора лет изнуряющих допросов городской судья Н.К. Шилов своим решением распахнул двери тюремной камеры и выпустил Ю.Шутова на свободу. Тем самым, по сути, признав незаконным содержание писателя под стражей.
Спустя несколько лет, весной 1996 года, такой же вывод сделал председатель суда Выборгского района Санкт-Петербурга А.Я. Штурнев, который, тщательно разобравшись, вынес окончательный приговор, оправдавший Ю.Шутова по всем пунктам выдвинутого обвинения и тем самым доказавший абсолютную надуманность и лживость уголовного дела, состряпанного подонками в погонах.
В 1993 году, выйдя до суда на свободу, Ю.Шутов, невзирая на готовящуюся расправу, тут же издал законченную им в тюрьме вторую книгу про Собчака (В данном издании первая и вторая книги Ю. Шутова сведены в одну). Ознакомившись и с этим произведением автора, любому читателю станет ясно: в условиях современной «демократии» сам факт выхода в свет книги подобного содержания сводит на нет шансы писателя даже просто остаться в живых. Следует особо подчеркнуть: эти свои книги Ю.Шутов писал в 1991—1992 гг. Сейчас же, читая их, прежде всего поражаешься удивительной точности совпадений прогнозов автора с реальным ходом последующих «демократических» преобразований и «реформ», полностью разрушивших экономику и наше государство.
С 1996 года автор бессменно возглавлял региональную Комиссию Госдумы по анализу в Санкт-Петербурге и Ленинградской области итогов приватизации и ответственности должностных лиц за ее негативные результаты. Ю.Шутову удалось собрать обширный фактический материал, убедительно доказывающий грабительскую суть произведенного приватизацией разгрома страны.
В 1998 году Ю. Шутов стал готовить к выпуску еще одну свою новую книгу из сериала «Ворье». В ней описана т.н. «приватизация», поименно названы ее организаторы и наиболее «удачливые» участники-исполнители, которые, узнав о грядущем выходе такой книги под названием «Как закалялась шваль», тут же пригрозили автору убийством либо очередным арестом. Кроме них жаждали расправиться с Ю.Шутовым те, кому не удалась фабрикация ложного обвинения в 1991 году и кого автор все последующие годы пытался привлечь к уголовной ответственности за совершенные ими преступления. Но тщетно. Ибо слишком высок уровень коррумпированных и корпоративных связей между городской прокуратурой, ГУВД, РУБОПом и криминальным миром.
Поэтому, невзирая даже на прямое личное опознание Ю.Шутовым старших офицеров РУБОПа, пытавшихся писателя убить, они все равно остались на своих постах и вдобавок росли чинами. Сотрудник же горпроку-ратуры С.Капитонов, расследовавший дело о нападении руоповцев на Шутова, как-то, отведя глаза в сторону, прямо сказал, что привлечь их к ответственности все равно не удастся, чего бы они ни натворили. Однако Ю.Шутов не смирился и в декабре 1998 года, будучи избран депутатом питерского Законодательного собрания, опять потребовал наказать бандитов и фабрикаторов, прекрасно сознавая, что уверенные в своей безнаказанности чиновники в милицейских и прокурорских мундирах крайне опасны для людей и общества.
Видя бескомпромиссную решимость автора добиться правосудия, высокопоставленные заказчики решили вновь сфабриковать еще одно ложное обвинение, причем теми же силами горпрокуратуры и РУБОПа, что и было поручено уже упомянутому прокурору Винниченко и ставшему за это время начальником 4-го отдела РУБОПа С. Цу-цуряку с его опербоевкой. На сей раз им велели представить Ю.Шутова «организатором» всех громких убийств в Санкт-Петербурге, а также «руководителем» какой-нибудь банды.
16 февраля 1999 года Ю.Шутова спешно арестовывают и запрятывают аж в новгородскую тюрьму, подальше от посторонних глаз. Одновременно подручные Винниченко стали вовсю куражиться по телевидению и в газетах, всячески черня и поганя свою жертву. Саму же фабрикацию ложного обвинения поручили тогдашней зам.начальника отдела горпрокуратуры Н.Литвиновой. Она тут же обнародовала свои фантазии о якобы причастности Ю.Шутова ко всем громким городским преступлениям вообще, что на самом деле являлось результатом лишь обычного для весны обострения ее хронической паранойи.
Организаторы очередного ложного обвинения прекрасно понимали: до воистину праведного суда их фабрикацию доводить никак нельзя, иначе получится то же самое, что произошло 16 ноября 1999 года, когда спустя 9 месяцев после ареста Ю.Шутова настоящая судья Н.Петренко признала незаконность содержания его под стражей и тут же выпустила писателя на свободу. Однако в судебный зал сразу же ворвались автоматчики в масках, разбросали присутствовавших, переколотили всю судейскую мебель, избили только что освобожденного депутата городского Законодательного собрания Ю.Шутова и, сломав ему позвоночник, уволокли обратно в тюрьму. Телерепортаж об этом, по сути, вооруженном захвате суда многажды транслировали по всему миру. Дабы впредь по окончании следствия не допустить правосудия, специально отобрали нужного исполнителя, на роль которого заказчикам ликвидации писателя сгодился городской судья А.Иванов. Ему и поручили вынести уже давно предрешенный приговор...
Одновременно заказали умертвить депутата прямо в тюрьме посредством лишения столь необходимой тяжело больному писателю медпомощи, а то и просто при перевозке, инсценировав, к примеру, «попытку бегства». Эту перспективу злорадно обрисовал Ю.Шутову прямо в день ареста все тот же рубоповец Цуцуряк, известив автора книг, что он уже, собственно, умер, а задержка похорон — чистая формальность. Арестованный писатель все же умудрился о спланированном убийстве поставить в известность тогдашнего горпрокурора И.Сыдорука, хотя прекрасно понимал, что тот даже не откликнется. Но ни шантажом, ни тюрьмой, ни судебной расправой, а также вероятностью убийства настоящего человека не сломить.
21 ноября 2006 года Юрий Шутов приговорен судом к высшей мере наказания, т.е. пожизненному лишению свободы...
 
Заказать книгу Ю.Шутова "Крестный отец питерских" http://delokrat.org/product/krestnyj-otec-piterskih/

Оффлайн Evgeniy Kharchikov

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 7838
Re: Магазин "Делократ" предлагает
« Ответ #10 : 05/04/11 , 19:04:04 »
В России вновь изымают тиражи книг.
05.04.2011 09:21:42
На этот раз целью стала книга о коррупции в подмосковье:

"История началась в прошлый четверг, когда стало известно, что большая часть тиража книги «Корпорация „Подмосковье”: Как разорили самую богатую область России. Шокирующие подробности чиновничьего произвола», написанной корреспондентом Forbes Анной Соколовой, была изъята сотрудниками ГУВД Московской области в подмосковном городе Видное.

Основанием для действий правоохранительных органов стало заявление первого зампредседателя правительства области Игоря Пархоменко, потребовавшего привлечь издательство к уголовной ответственности по статьям 319 и 129 УК РФ (оскорбление представителя власти и клевета). В заявлении Пархоменко указывает: в произведении «содержатся клеветнические высказывания в мой адрес, в адрес членов правительства Московской области и губернатора Московской области, направленные на унижение их достоинства как человека, так и должностного лица…»

Реакция властей на события была практически мгновенной: начальник УВД Ленинского района МО Александр Повалов тут же приказал провести проверку и принять решение «в порядке ст. 144, 145 УПК РФ». Вечером того же дня тираж книги был изъят.

Скорость, с которой было принято решение изъять тираж, вызывает по меньшей мере удивление. «Он написал в заявлении, что ознакомился с книгой и обнаружил признаки клеветы на него, Бориса Громова и других лиц. Конечно, это беспредел. Можно было изъять одну книгу и проверить ее. 31 марта он написал заявление, и полиция тут же начала изъятие. Очень быстрая реакция!» – заметил Леонид Бершидский.

Впрочем, такое развитие событий вполне вписывается в российские реалии. В книге Соколовой рассказывается о финансовых махинациях бывшего главы министерства финансов Московской области Алексея Кузнецова и его супруги Жанны Буллок. Автор рассказывает о том, как одна из богатейших областей России разорилась, выясняет роль губернатора Громова в данном процессе."

Материал взят с сайта "Expert.Ru": http://expert.ru/2011/04/4/nternetom-po-korruptsii/

Так как согласно статье №32 пункту 5-му Конституции Российской Федерации любой гражданин имеет право участия в отправлении правосудия, мы готовы предоставить право гражданам самими определить содержится ли в тексте книги клевета или всё таки попытка расследования коррупции в подмосковье.

Аннотация к книги А.Соколовой:

Как строилась подмосковная финансовая пирамида? Какую роль в финансовых махинациях играл губернатор Борис Громов? И почему за разорение региона и людей до сих пор никто не ответил? Ответы на эти и другие вопросы автор книги пытается найти в разговорах с участниками тех событий и жертвами корпорации "Московская область".

Заказать книгу: http://delokrat.org/product/korporacija-podmoskove-kak-razorili-samuju-bogatuju-oblast-rossii/

http://delokrat.org/shop/blog/222/

Оффлайн Evgeniy Kharchikov

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 7838
Re: Магазин "Делократ" предлагает
« Ответ #11 : 15/04/11 , 14:56:19 »
Новые книги ожидаемые в апреле
14.04.2011 19:10:27
Предлагаем ознакомится с некоторыми книгами выход которых предполагается в текущем месяце - апреле. Заинтересовавшее издание можно зарезервировать и когда оно появится в наличие Вам поступит уведомление об этом. Цены также будут выставлены с фактическим появлением книг в наличии.

Берия Л.П. "С Атомной бомбой мы живем!" Секретный дневник 1945-1953 гг.
Главная историческая сенсация! Первая публикация секретных дневников Берии за 1945-1953гг. Вся правда о создании советской Атомной бомбы и негласной борьбе за власть в руководстве СССР, непростых личных отношениях Берии со Сталиным и трагической гибели обоих. 288 страницы.
Зарезервировать.

Эс С. Посмертная речь Сталина
Автор данной книги пытается восстановить историческую справедливость. Для этого он как бы предоставляет слово на XX съезде самому Сталину, который в полемике с Хрущевым дает ему достойную отповедь. Материалы для сталинского выступления взяты из подлинных речей вождя и касаются, в первую очередь, «культа личности», а также характера репрессий 1937 года. 240 страниц.
Зарезервировать.

Романенко К. "Если бы не сталинские репрессии!" Как Вождь спас СССР
Новая книга ведущего историка-сталиниста! Правда о спасительном 1937 годе! Если бы Вождь не очистил армию и партию от троцкистской нечисти, заговорщиков и иуд - СССР вряд ли устоял бы в 1941 году! Не будь сталинских репрессий - не было бы и Великой Победы! 576 страниц.
Зарезервировать.

Кремлев С. Великий Сталин.
Главная книга ведущего историка-сталиниста! Долгожданная правда о Вожде и его роли в истории Отечества! Отповедь всем клеветникам, "детям Арбата" и врагам народа, оболгавшим величайшего государственного деятеля России, подлинного ГЕНИЯ ВЛАСТИ! 736 страниц.
Зарезервировать.

Соломенцев М. Зачистка в Политбюро. Как Горбачев убирал "врагов перестройки"
Михаил Сергеевич Соломенцев - член Политбюро ЦК КПСС. При Ю.В.Андропове Соломенцев возглавил Комитет партийного контроля (КПК), куда приходила информация обо всех высокопоставленных деятелях КПСС, об их работе, контактах, поведении в быту и т.д. Понятно, что Соломенцев был видной фигурой в руководстве КПСС и знал о многих его секретах.
Вместе с Е.К.Лигачевым Соломенцев вначале поддержал горбачевские реформы, но когда увидел, кто в результате пробивается во власть, какие цели достигаются этими реформами, - выступил против Горбачева. Последний отреагировал молниеносно: слишком осведомленный начальник КПК был уволен со своей должности, выведен из состава Политбюро и отправлен на пенсию.
В своей книге М.С.Соломенцев пишет о тайной "войне кадров" в Политбюро, которую вел Горбачев, с тем чтобы убрать из партийного руководства всех, кто мог помешать уничтожению советской системы и сдаче СССР на милость Запада. Свидетельства Соломенцева содержат ценную, уникальную информацию о подковерной борьбе в горбачевском руководстве и методах работы самого М.Горбачева. 224 страницы.
Зарезервировать.

Мухин Ю. НЕсвобода слова. Как нам затыкают рот
Вся правда о том, как душат свободу слова в России, как фабрикуют липовые дела об "экстремизме", как затыкают рот всем, кто выступает против лжи, гнусности и предательства! Этой книги хватило бы на 10 Ассанжей! "ВикиЛикс" отдыхает! 320 страниц.
Зарезервировать.

Кара-Мурза С.Г. Кремль. Отчет перед народом
Новая книга С. Кара-Мурзы, автора многочисленных бестселлеров. Анализ работы правительства Путина за три года: манипуляция сознанием продолжается! Факты, опровергающие официальные данные о положении в стране.  256 страниц.
Зарезервировать.

Воловой В. Викиликс. Откуда НАТО нападет на Россию
Официальные американские документы, размещенные недавно на сайте WikiLeaks, вскрыли многие подробности антироссийской внешней политики США. В частности, там идет речь о планах войны НАТО против России с территории сопредельных государств.
Автор данной книги, известный политолог Вадим Воловой, анализирует как прибалтийский, так и другие варианты возможной войны России с Западом. По мнению Волового, стратегической целью США является расчленение Российской Федерации, захват ее газовой и нефтяной промышленности, а также трубопроводной системы. 224 страницы.
Зарезервировать.

Внимание: в анонсе даны предворительные аннотации, они будут корректироватся с фактическим появлением книг.

С Уважением.
http://delokrat.org/blog/223/