Автор Тема: Шпионы и предатели в ВОВ.  (Прочитано 12812 раз)

0 Пользователей и 7 Гостей просматривают эту тему.

Оффлайн MALIK54

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 15515
Шпионы и предатели в ВОВ.
« : 18/07/13 , 14:16:29 »
Разоблачение немецких шпионов во время второй мировой войны ...

Немцы своих шпионов оснащали по высшему разряду, не подкопаешься!
Но их с лёгкостью разоблачал обычный патруль во время банальной проверки документов.

Каким же образом?



Оказалось, что всё просто до безобразия!


Гениальные подделки лучших криминалистов германии, с завидной регулярностью становились своеобразным пропуском к стенке.

На протяжении всей войны немцы пытались подделывать советские документы. На эту задачу были брошены лучшие умы! Целые группы специалистов подбирали фактуру бумаги, мельчайшие оттенки краски и всячески выявляли секретные условные знаки – результат нулевой! Обычные советские патрули, состоящие из полуграмотных азиатских крестьян, выявляли липу с первого взгляда!

И только после войны выяснился секрет изготовления «неподделываемых» советских документов.

Немцы – это очень культурная нация и скрепки для документов они делали из нержавейки. В то время как настоящие советские скрепки были ржавыми.

Вот так...



ну а собакам-собачья смерть.

Онлайн Людмила

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 8523
Украинский коллаборационизм во Второй мировой войне

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/ru/thumb/9/92/Galitsija.jpg/330px-Galitsija.jpg

Плакат, призывающий вступать добровольцем в дивизию СС «Галичина» Украинский коллаборационизм — сотрудничество украинских националистических организаций и отдельных этнических украинцев (советских и польских граждан, а также эмигрантов) с нацистской Германией во время Второй мировой войны.
  Содержание 
  • 1 УССР в границах до 1939 года
  • 2 Причины коллаборационизма вступивших в дивизию СС Галичина
  • 3 Батальоны «Нахтигаль» и «Роланд»
  • 4 Разочарование в коллаборационизме и украинское освободительное движение
  • 5 Послевоенные события
  • 6 Масштабы коллаборационизма с Германией народов СССР
  • 7 ОУН(б)
  • 8 «Украинская Держава», провозглашенная 30 июня 1941 года
  • 9 «Украинская национальная революционная армия»
  • 10 «Украинская народная милиция»
  • 11 Охранная полиция (шуцманшафт)
    • 11.1 Нарукавные знаки батальонов охранной полиции
  • 12 УПА-ОУН(б)
  • 13 В других формированиях
  • 14 Дивизия СС «Галичина»
  • 15 Послевоенные события
  • 16 Персоналии
    • 16.1 Западная Украина (Дистрикт Галиция)
    • 16.2 Надднепрянская Украина (Рейхскомиссариат Украина)
  • 17 См. также
  • 18 Ссылки
  • 19 Источники
  • 20 Примечания

 УССР в границах до 1939 года

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/b/b7/Ukrainians-germans-1941.jpg/1280px-Ukrainians-germans-1941.jpg height=542
Украинцы приветствуют немцев на Западной Украине, 1941 год

С вторжением немецких войск и их союзников на территорию УССР (до сентября 1939 года) отчеты СД и «походных групп ОУН» отмечают резкий контраст — если на бывших польских территориях для немецких войск строились торжественные арки, большинство украинского населения приветствовало их как освободителей, а в множестве населенных пунктов Галиции советская власть ликвидировалась ещё до вступления в них немцев, то в населенных пунктах Советской Украины подобного практически не происходило. Настроения украинского населения к пришельцам колебались от апатии до скрытой ненависти. Лишь немногие оставшиеся на советской территории сторонники и участники различных антибольшевистских формирований и партий 1917—1921 годов вяло поддерживали происходящее. В то время как в ряде районов Западной Украины местное население продолжало отлавливать по лесам «окруженцев, коммунистов и жидов» на Советской Украине проходили расстрелы местных жителей укрывавших и оказывавших помощь партизанам и окруженцам. Осенью 1941 в сообщениях СД из рейхскомиссариата «Украина» регулярно указывается о ликвидации отрядов и групп «большевистских партизан» и «большевистских агентов проникших в администрации с целью саботажа». Сообщения из генерал-губернаторства, кроме прочего, сообщали о достижении спокойствия после прекращения активной борьбы за власть между ОУН(б) и ОУН(м).[1][2][3] [4] [5]

  Причины коллаборационизма вступивших в дивизию СС Галичина

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/c/c6/Bundesarchiv_Bild_183-J10852%2C_Ausl%C3%A4ndische_Arbeiter_im_III._Reich.jpg
Украинки едут на работу в Германию, май 1943 г.

В материалах дела канадской комиссии по военным преступникам в качестве аргументации причин вступления значительного количества добровольцев Галиции в ряды СС указывалось:

Заявление судьи Жюля Дешене (Jules Deschenes) 30 декабря 1986г.:

   Они добровольно записывались в дивизию не потому что они любили немцев — но потому что они ненавидели русских и коммунистическую тиранию. [6]

(имеется в виду добровольческая дивизия СС «Галиция» в которую за полтора месяца 1943 записалось более 80 тысяч добровольцев из Галичины (округ г. Лемберг — около 63 тысяч, и около 19 тысяч из округа г. Краков).

В работе Института Истории АН Украины в качестве основных причин коллаборционизма галичан указывается желание получить в свои руки хоть какую-либо власть и отомстить за долгие годы унижения и обид. Кроме того сказывалось наследие Австро-Венгерской империи — многие учились на немецком языке в школах, служили в австро-венгерской армии.[7]

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/ru/5/57/%D0%9E%D0%B4%D0%BD%D0%B0_%D1%81_%D1%82%D0%BE%D0%B1%D0%BE%D0%B9_%D1%83_%D0%BD%D0%B0%D1%81_%D0%B4%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%B3%D0%B0.jpg
Одна с тобой у нас дорога, к миру вместе мы идём. И получив совместную победу, свободно все мы заживём! Солдат вермахта и доброволец УВВ вместе курятАгитационный плакат, посвященный вербовке в дивизию СС Галичина Текст: "Одна с тобой у нас дорога, мы к миру вместе идем, и одержав совместную победу, на воле все заживем..." Вместе курят солдат вермахта и солдат дивизии СС Галичина

  Батальоны «Нахтигаль» и «Роланд» В феврале 1941 года Рихард Ярый, возглавивший с лета 1940 военную референтуру ОУН-р, согласовывает с абвером обучение 700 диверсантов. Итогом переговоров с участием С. Бандеры, В. Канариса и В. фон Браухича стало соглашение о подготовке 800 рядовых и командиров, которые, по заявлениям ОУН, должны были стать ядром союзной с вермахтом украинской армии. В документах абвера новосоздающиеся формирования получили обозначения Специальное подразделение «На?хтигаль» и Специальное подразделение «Роланд», в документах и историографии ОУН они известны как Дружины Украинских Националистов или "Украинский легион им. С.Бандеры". Роман Шухевич- будущий командир УПА по версии источников ОУН(б) занимал в "Нахтигале" должность "политвоспитателя" (укр. політвиховника) и был старшим по званию среди ненемецких его руководителей. В 1940 он был среди "экзаменаторов" на курсах Абвера в Кракове. Те же источники указывают что при вступлении во Львов он носил звание "капитан" [8] [9][10]

В начале апреля 1941 г. немецкое командование в лагерях на юге Польши собрало первую группу украинских добровольцев из числа военнопленных польской армии. Отсюда их перебросили на учебный полигон «Нойхаммер» (Силезия) для военного обучения. Окончательно сформированный батальон, получивший условное наименование «специальная группа Нахтигаль», насчитывал около 300 человек (3 роты). Р.Шухевич отказался от присяги А.Гитлеру и Германии. По требованию Р.Шухевича и направленном им протесте, поддержаном Революционным проводом ОУН, «Нахтигаль» принял присягу на верность украинскому народу[11][12].

Окончившие обучение к концу мая диверсионные отряды «Украинского легиона» были переброшены на территорию СССР к середине июня 1941 года. Перед ними ставились задачи по минированию военных объектов, диверсии на транспорте, повреждение средств и линий связи. Основной состав батальона, находившийся в подчинении 1-го батальона полка «Бранденбург-800» был переброшен к линии наступления в район Перемышля к 21 июня 1941 года, ему предстояло осуществлять диверсионно-боевые операции в передовом эшелоне 1-й Горной дивизии XXXXIV Армейского корпуса 6-й Армии Группы Армий «Юг». [13]

22 июня 1941 года в 3 часа утра 1-й батальон и «Нахтигаль» перешли границу на р. Сан и приступили к действиям по преодолению приграничного УРа, в которых сам «Нахтигаль» задействован не был. После прорыва линии советской обороны подразделение продвигалось в направлении Львова. 28 июня «Боевое подразделение Гейнц» достигло пригородов Львова, где украинская часть подразделения получает информацию о расстрелах в львовских тюрьмах (согласно данным начальника тюремного управления НКВД УССР, перед тем как покинуть г. Львов сотрудниками НКВД в тюрьмах было расстреляно 2464 заключенных, осужденных по политическим статьям. [1]).

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/8/8b/Bundesarchiv_Bild_121-1500%2C_Ukraine%2C_Ordnungspolizei%2C_Rayonposten_Sarig.jpg
Руководитель районного шуцманского поста в селе Зарог (Полтавская область) гауптвахмистр полиции порядка Фолькманн даёт указания своим подчиненным, декабрь 1942 г.

29 июня 1941 года батальон «Нахтигаль» вошёл в город Львов [14][15]- за день до вступления туда подразделений вермахта, - в то же время ряд поздних публикаций ОУН указывают дату вступления с задержкой на сутки - 30 июня. Чем было занято спецподразделение абвера в этот период ни историки, ни сами участники не указывают.
Причастность батальона «Нахтигаль» к репрессиям и убийствам мирного населения во Львове (и к Резне львовских профессоров в частности) — остается дискуссионным вопросом. По данным израильского центра изучения холокоста «Яд-Вашем», в архивах центра сохранилась подборка документов, полученных из немецких и советских источников, которые указывают на причастность батальона «Нахтигаль» под командованием будущего главнокомандующего УПА Романа Шухевича к карательным операциям против гражданского населения Львова летом 1941 года[16]. [17] Ту же точку зрения поддерживают и некоторые польские историки [18].

После посещения украинской делегацией Израиля с целью проверки этих сведений, представитель СБУ кандидат исторических наук Владимир Вьятрович заявил, что в архивах мемориального комплекса нет никаких документов, которые бы подтверждали причастность Романа Шухевича и батальона «Нахтигаль» к убийствам евреев на Украине в годы Второй мировой войны, также отметив, что Йосеф Лапид, который ранее сообщал о существовании упомянутых материалов, не является сотрудником архива комплекса.[19]

19 марта 2008 на сайте мемориального комплекса «Яд ва-Шем» был опубликован пресс-релиз с опровержением вышеуказанного заявления[20]. В интервью, которое дали представители «Яд ва-Шем», было сказано следующее: «Заявление Владимира Вьятровича, выпущенное позавчера, грешит против правды». В продолжении интервью сказано, что руководитель иерусалимского мемориального комплекса «Яд ва-Шем» Йосеф (Томи) Лапид в своем заявлении опирался на научное исследование, указывающее на глубокую и интенсивную связь между батальоном «Нахтигаль» во главе с Романом Шухевичем и немецкими властями, и также связывающим между батальоном «Нахтигаль» под командованием Шухевича и погромом во Львове в июле 1941, унесшим жизни приблизительно 4000 евреев. Лапид также опирался на документы, имеющиеся в архиве, касающиеся батальона «Нахтигаль» и Романа Шухевича. Экземпляры этих документов были переданы украинской делегации.[21].

Историк Б.Соколов, ссылаясь на результаты слушания в конгрессе США в 1954 году, утверждает, что «Нахтигаль» был выведен из города, чтобы избежать эксцессов в связи с разногласиями по поводу будущего Украины, возникшими у руководства ОУН(б) с немецким командованием, и, соответственно, «Нахтигаль», не имел отношения к начавшемуся позднее уничтожению евреев и польской интеллигенции Львова. [22].

Формирование второго украинского батальона «Роланд» началось в середине апреля 1941 г. на территории Австрии. В отличие от «Нахтигаля», его личный состав в большей степени был представлен эмигрантами первой волны и их потомками. Кроме того, до 15 % от общей численности составляли украинские студенты из Вены и Граца. Командиром батальона был назначен бывший офицер польской армии майор Е. Побигущий. Все остальные офицеры и даже инструкторы были украинцами, в то время как германское командование представляла группа связи в составе 3 офицеров и 8 унтер-офицеров. Обучение батальона проходило в замке Зауберсдорф в 9 км от г. Винер-Нойштадт. В первых числах июня 1941 г. батальон отбыл в Южную Буковину, где ещё около месяца проходил интенсивное обучение, по завершении которого походным маршем двинулся в район Ясс, а оттуда через Кишинев и Дубоссары — на Одессу.

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/ru/a/a1/Galicia_Division_1943.jpg
«Ставайте в ряди SS-стрiлецькоi дивiзiї Галичина...» Агитационный плакат, посвященный пропаганде дивизии СС Галичина

  Разочарование в коллаборационизме и украинское освободительное движение

С появлением немецких войск на территории Украины после начала войны Германии из СССР украинские освободительные организации, которые лелеяли надежду на получение государственной Независимости Украины, в тот или другой способ сотрудничали определенное время с немецкими общественными или военными органами. Но скоро (по крайней мере, уже в 1942-43 годах) выяснилось, что немецкая власть оказалась даже хуже власти времен СССР. Больших надежд было преисполнено самовольное провозглашение 30 июня 1941 во Львове силами ОУН (б) Акта возобновления Украинского Государства, которым было обновлено Украинское Государство (в союзнической связи с Германией) и создано украинское национальное правительство (Украинское государственное правление) во главе с Ярославом Стецком. Но эта потуга, невзирая на ее достаточно союзническое отношение к Германии, была воспринята более чем враждебный: уже 04.07.1941 настоящий Акт был отменен немцами, а Степана Бандеру и Ярослава Стецка, после их отказа отзывать Акт, арестовали и депортировали в Германию, где их держали в до 1944 г. в концентрационном лагере Заксенгаузен. В то же время, в 1941—1943 гг. в Бабьем Яру было расстреляно 621 член ОУН и среди них известную украинскую поетку Елену Телигу вместе с мужчиной. У Степана Бандери в концентрационном лагере погиб брат. Немцами было расстреляно много местных и сильских председателей, которые сначала стали были на путь сотрудничества с ними. Да, первый бургомистр Киева Александр Оглоблина был снят уже через месяц после назначения на эту должность за «избыточную» пропаганду украинской национальной культуры, а второго — Владимира Багазия — через четыре месяца немке расстреляли в Бабьем Яру. Нацистская политика немецкого оккупационного режима была направлена на ослабление всех потенциальных факторов национальной свидомости, что могли стать составляющими освободительного движения. Это оказывалось, например, в ограничении общего образования четырьмя классами школы, сводке высших ступеней образования к узко специализированным практических профессий, подавлении самодеятельных проявлений культурной инициативы украинского населения (например, «Просветительства», издательского движения), закрытии научных учреждений, библиотек и музеев, и их ограблении, примитивизации культурного уровня прессы, театров, и тому подобное. Ослабление дееспособности населения достигалось вымариванием голодом, ограничением, санитарно медицинского обслуживание, нечеловеческим отношением к вывезенным в Германию украинским рабочим (приблизительно 1,5 млн.) и советским военнопленным, атакже массовыми экзекуциями разных групп населения за фактическую или мнимую поддержку движения сопротивления. Появилась в начале 1942 году УПА избирает путь супротиву обидвом тоталитарным государствам. УПА привлекает к своим рядам кадры ОУН(б), Полесской Сечи, прежних колаборантив, и, со временем, превращается в мощную силу сопротивления в Украине.

  Послевоенные события

Во время послевоенного Нюрнбергского процесса в деле не фигурировал ни батальон «Нахтигаль», ни его командир обер-лейтенант связи Т. Оберлендер. Однако в 1959 году Комитет государственной безопасности СССР обвинил Т. Оберлендера в том, что в 1941 году он находился в составе «немецко-украинского буржуазно-националистического» батальона «Нахтигаль», а сам батальон участвовал в убийствах поляков и евреев во время войны — в том числе во Львове.

Заочный суд, состоявшийся в ГДР, осудил Оберлендера как виновного в расстреле польской интеллигенции Львова, а также в убийствах нескольких тысяч львовских евреев (см. Холокост во Львове). Параллельный судебный процесс, состоявшийся в ФРГ, Оберлендера оправдал и реабилитировал. [23][24].

По мнению историка, уроженца Западной Украины, Виталия Масловского, всего «Нахтигаль», «Роланд» и подразделения Краевой экзекутивы ОУН(б) уничтожили с 1 по 6 июля 1941 года около трёх тысяч советских активистов, а также львовян польской и еврейской национальности[25].

В 2008 году Служба безопасности Украины заявила о наличии у неё документов, свидетельствующих о непричастности Организации украинских националистов к уничтожению еврейского населения во Львове в 1941 году. [26] Однако подлинность этих документов поставлена под сомнение американским историком Джоном-Полом Химкой, отметившим большую вероятность того, что данные документы были сфальсифицированы много позже датированного в них события[27].


  Масштабы коллаборационизма с Германией народов СССР

Одной из тайн советской идеологии послевоенного времени было длительное умолчание о масштабах участия советских граждан в военном конфликте на стороне ІІІ Рейха. За непродолжительный срок вермахтом были созданы многочисленные национальные легионы из славянских, кавказских, прибалтийских, среднеазиатских народов и отдельные русские казачьи военные части. Количество легионеров в рядах вермахта превышало миллион бойцов. При этом численность русских легионеров ничего не уступала численности бойцов от других национальностей. Согласно данным немецкого командования и оценкам русских историков, общая численность представителей народов СССР (в пределах 1941 года), которые входили в вооруженные формирования на стороне Германии (вермахт, войска СС, полиция), составляла: россиян — более 300 тыс., украинцы — 250 тыс., белорусы — 70 тыс., казаки — 70 тыс., латыши — 150 тыс., эстонцы — 90 тыс., литовцы — 50 тыс., народов Средней Азии — ок. 70 тыс., Северного Кавказа и Закавказья — до 115 тыс., других народов — ок. 30 тыс. (всего около 1200 тыс. человек)[28][29].

Иногда указывается бо?льшая цифра — 1500 тыс. чел.[30][31] По немецким источникам, в конце войны в немецком плену находились свыше 2 млн. советских военнопленных. Из них 940 тыс. — в концентрационных лагерях, а свыше миллиона были задействованы на всевозможных работах[31]. Вместе с ними к сотрудничеству было привлечено многомиллионное гражданское население на оккупированных территориях. Лишь количество вывезенных в Германию людей (т. н. цвангсарбайтеры, Zwangsarbeiter) превышало 2 млн.

  ОУН(б)

С началом войны боевикам ОУН(б) на территории УССР, руководством ОУН(б) ставилась задача: «убивать командиров и политруков» «саботировать действия администрации, распространять дезинформацию и сеять панику, срывать мобилизацию, нападать на воинские казармы и гарнизоны, склады и узлы связи, обепечить нарушение телефонной и телеграфной связи, уничтожение мостов и создание завалов на дорогах, уничтожение транспорта.» Пленные русские должны передаваться немецкой администрации или ликвидироваться, а «политруков, коммунистов и энкаведистов» предписывалось ликвидировать на месте. Сохранившиеся отчеты ОУН(б) показывают что данные указания выполнялись с большой инициативой [32][9]

После расширения Генерал-Губернаторства, 7 августа 1941 Краевой Центр (укр. Провод) ОУН-Р на западноукраинских землях издает Декларацию в которой в частности указывалось «украинские националисты примут активное участие в общественной работе на всех участках национальной жизни. ОУН не идет — вопреки провокационным сведениям вредителей украинскому делу — на подпольную борьбу против Германии»[33].

Отчет СД конца октября 1941 отмечает, что активисты ОУН(б) прибывшие на территорию УССР (в границах до 1939 года) наряду с формированием администрации, полиции, уничтожением коммунистов и евреев и прочих занимаются активной пропагандой своих идей. Отчет начала ноября говорит о негативном отношении населения к подобным группам, а их действия вызывают «ненужную напряженность» и «негативно отражаются на авторитете единственно возможной немецкой власти». Наиболее активных членов таких групп арестовывали и отправляли обратно в Генерал Губернаторство. [2][3][9]

  «Украинская Держава», провозглашенная 30 июня 1941 года 

Основная статья
: Украинская держава (1941) 

Основная статья: Акт 30 июня 1941 года 

Основная статья
: Украинское государственное правление

 http://omop.su/images/85/UNRA_sl.jpg height=663
Типовое приветствие ОУН(б) июль — начало сентября 1941 года на Глинских воротах замка в г.Жовква Львовской обл. Текст (сверху вниз) — «Слава Гитлеру! Слава Бандере! Да здравствует независимая Украинская соборная Держава! Да здравствует Вождь Ст. Бандера! Слава Гитлеру! Слава непобедимым немецким и украинским вооружённым силам! Бандере!»


В тылах передовых частей немецких войск с группой сторонников во Львов прибыл первый заместитель руководителя ОУН(б) С. Бандеры Ярослав Стецько, где последний созвал «Украинские национальные сборы», провозгласившие 30 июня 1941 «Украинскую Державу», которая, вместе с Великой Германией, планировала устанавливать новый порядок по всему миру. Я.Стецько стал председателем правительства новопровозглашенного государства (Украинского государственного правления). В июле 1941 года «Правительство» «союзного государства» издало декларацию в которой указывалось:
 
Новая Украинская Держава, базируясь на полной суверенности своей власти, становится добровольно в рамки нового порядка Европы, который создает вождь Немецкой Армии и немецкого народа — Адольф Гитлер. Мы получили возможность провозгласить Акт создания нашой государственности именно благодаря победам Славной Немецкой Армии, которая под руководством своего вождя вышла на борьбу за этот новый порядок
 
«Украинская национальная революционная армия»

В тексте Акта провозглашения украинской государственности от 30 июня 1941 года: «Украинская национальная революционная армия создаётся на украинской земле, будет бороться дальше совместно с союзной немецкой армией против московской оккупации за Суверенную Соборную Украинскую Державу и новый порядок во всём мире» [34]

 Предложение о создании «Украинской армии, которая войдёт в войну на стороне Германии и будет вести её совместно с немецкой армией так долго, пока на всех фронтах современной войны она не победит», встречается и в меморандуме от 14 августа 1941 года, направленном ОУН(б) немецкой стороне [35] (укр.)

 1 июля 1941 во Львове и его окрестностях было распространено обращение Краевого Руководителя ОУН(б) на «Материнских Украинских Землях» И.Климова подписанные псевдонимом «лейтенант Евген Легенда» в которой оглашалось о создании Украинской Национальной Революционной Армии. В дальнейшем было выдано ещё несколько обращений. Так в третьем таком обращении указывалось: главная роль на первом этапе войны на Востоке принадлежит Немецкой Армии. Пока немцы будут биться с москалями, мы должны будем создавать свою сильную армию, чтобы потом приступить к разделу мира и его упорядочивания [36] 27 июля 1941 в г. Ровно в центре города принял присягу «Первый курень (батальон) Украинского Войска имени Холодного Яра» под командованием С.Качинского (ставшего впоследствии одним из командиров УПА, также известно о формировании куреня УНРА в Луцке и ряде более мелких формирований в различных районах Галиции и Волыни. Осенью 1941 они были переформированы в отряды вспомогательной полиции.
http://www.ejwiki.org/w/images/thumb/1/17/UNRA_sl.jpg/442px-UNRA_sl.jpg
Торжественные мероприятия 27 июля 1941 года в Ровно (Западная Украина) по поводу присяги Первого куреня (батальон) Украинского Войска имени Холодного Яра под командованием С.Качинского в присутствии представителей немецких войск. Празднично одетое украинское население держит транспаранты «Да здравствует Гитлер» «Пусть живет Бандера». Весной 1943 года курень (бывший с октября 1941 подразделением вспомогательной полиции) в полном составе и с тем же командиром войдет в УПА

«Приказы» о формировании «армии» выходили вплоть до конца 1941 года.

  «Украинская народная милиция»

С началом операции «Барбаросса» ОУН(б) на «освобожденных» вермахтом территориях начинает формирование отрядов украинской милиции. 25 июня 1941 г. Я.Стецько в своем письме-отчете С.Бандере писал: «создаем милицию, которая поможет убирать евреев» [37]
 
28 июля 1941 года
 № 82/п
 г. Львов 28 июля 1941 Службе безопасности ОУН во Львове Нас уведомляет протоирей отец Табинский: наша милиция проводит теперь с немецкими органами многочисленные аресты жидов. Перед ликвидацией жиды защищаются всеми способами, в первую очередь деньгами. В соответствии с информацией отца Табинского, среди наших милиционеров есть те, которые за золото или деньги освобождают жидов, они должны быть арестованы. У нас нет никаких конкретных данных, но мы передаем вам для информации и дальнейшего использования. Слава Украине Организация украинских националистов
 Главный отдел пропаганды
 
[1]
С осени 1941 ОУН(б) уделяет внимание наполнению украинской вспомогательной полиции своими сторонниками не только на западе, но и на востоке Украины — «украинская национально-сознательная молодёжь должна массово добровольно записываться в кадры украинской полиции» на восточноукраинских землях. Именно подразделения украинской полиции (4 — 6 тыс.) стали важной составляющей частью формирования УПА весной 1943 г. [38]
 Украинская милиция была широко задействована в уничтожении советских граждан, и прежде всего евреев, цыган и коммунистов. Так к концу осени 1941 эти формирования приняли активное участие в уничтожении от 150 до 200 тысяч евреев только на территории Рейсхскомиссариата Украина. [39] В 1942 они продолжили участие в уничтожении еврейского населения в западных и восточных областях Украины — [40]. Они также входили в состав охраны концентрационных лагерей для военнопленных и еврейских гетто.

  Охранная полиция (шуцманшафт)   

Украинские «шуцманы» и немецкие офицеры в с. Зариг Киевской области   Только в дистрикте «Галиция» в украинской полиции служило около 20 тысяч добровольцев [41]. Во Львове, в котором украинцы составляли перед войной только около 15 % населения штат местных полицейских формировался исключительно из украинцев.[42] Данные формирования участвовали в геноциде евреев. [41]. Украинская полиция согнала в синагоги и там сожгла еврейское население Добромиля, Жолквы и Клевани [41]. По свидетельствам поляков и евреев, в погромах, избиениях евреев во Львове и в перемещению их в лагеря и тюрьмы участвовали украинская полиция и другие украинские националисты [41].

Украинская полиция Рейхскомиссариата «Украина» неоднократно участвовала в массовых карательных акциях, таких, как ликвидации Ровенского еврейского гетто [43], расстрелах в Бабьем Яру (Бабий Яр: человек, власть, история. Док. и мат. в 5 томах.-Киев,2004.-Том 1,с.91,138,140,260,261 и др.) и др.

  Нарукавные знаки батальонов охранной полиции
 106-й
  •    https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/2/2e/Ukr-polizei_114_bat.svg/130px-Ukr-polizei_114_bat.svg.png
  • 114-й
  •    https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/f/f7/Ukr-polizei_115-118_bat.svg/159px-Ukr-polizei_115-118_bat.svg.png
  •   115-й и 118-й
  •    https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/a/a2/Ukr-polizei_oficer.svg/144px-Ukr-polizei_oficer.svg.png
  • Офицерский
Из числа военнопленных красноармейцев, представлявших разные народы СССР, и украинских коллаборационистов (не в последнюю очередь — Киевского куреня и Буковинского куреня) были сформированы батальоны украинской охранной полиции (шуцманшафт-батальоны или «шума») под номерами 109, 114, 115, 116, 117 и 118. Главным их назначением была борьба с советскими партизанами. Специально для вооружённой борьбы с белорусскими партизанами из числа легионеров «Нахтигаля» и «Роланда» в конце октябре 1941 года был сформирован 201-й шуцманшафт батальон, которым командовал майор Побегущий, его заместителем был Роман Шухевич. В середине марта 1942 года батальон был переброшен в Белоруссию. Здесь он стал именоваться подразделением 201-й полицейской дивизии, которая вместе с другими бригадами и батальонами действовала под верховенством обергруппенфюрера СС Э. фон дем Бах-Целевски. На счету 201-го батальона — десятки сожженных белорусских хуторов и деревень.

Другие охранные батальоны (202—208) сформированные в Галиции из галичан-украинцев участвовали в казнях советских граждан в Золочёве, Тернополе, Сатанове, Виннице и в других городах и селах Украины и Белоруссии. [44][45][46]

Украинская полиция Ратновского района во главе с Логвинским и М.Зенюком совместно с 3 шуцбатальоном 15 полицейского полка (рота «Нюрнберг») 23 сентября 1942 полностью уничтожила волынское село Кортелисы. 2892 мирных жителя были расстреляны (в том числе 1620 детей), село полностью сожжено. Одновременно были уничтожены соседние села Бирки, Заболотье, Борисовка (В.Яворивский. Вечные Кортелисы. — Киев, 1988)

50-й украинский охранный батальон участвовал в антипартизанской операции на территории Белоруссии «Зимнее волшебство» (Winterzauber) в треугольнике СебежОсвеяПолоцк, проведенной в феврале — марте 1943. Во время этой операции было разграблено и сожжено 158 населенных пунктов, в том числе вместе с людьми сожжены деревни: Амбразеево, Аниськово, Булы, Жерносеки, Калюты, Константиново, Папоротное, Соколово.[47]

Украинские батальоны участвовали в охране 50 еврейских гетто и 150 крупных лагерей, созданных оккупантами на Украине, также в депортации евреев из варшавского гетто в июле 1942 г. [48]. Украинская полиция участвовала в ликвидации еврейского населения в Чуднове (500 человек, 16 октября 1941 года), в Радомышле и Белой Церкви украинские полицейские уничтожили еврейских детей. В Дубно 5 октября 1942 года украинские полицейские расстреляли 5 тысяч евреев [41] .

Общая численность украинских охранных батальонов оценивается в 35 тыс. человек.

  УПА-ОУН(б) Начало переговоров и установление связей между немецкой стороной и ОУН-УПА приходится на конец 1943 г. [49]. 29 января 1944 г. командир 13-го армейского корпуса вермахта отметил, что «в последние дни националистические банды искали контакт с немецкими войсками» и в случае «достижения в переговорах согласия последних по ведению ими боев исключительно против Красной армии и советских и польских партизан» им позволялось передавать небольшое количество оружия и боеприпасов. Этот подход был одобрен и командованием 4-й танковой армии, в состав которой входил корпус. Сотрудничество немцев и УПА подтверждают и донесения советских партизан [50]. С февраля 1944 г. отряды УПА совместно с частями дивизии СС Галиция ведут борьбу с советскими и польскими партизанами на территориях Дистрикта Галиция. [51]

В марте-мае 1944 во Львове проходят переговоры представителя ОУН с представителями полиции и СД Генерал-губернаторства о согласовании деталей сотрудничества. 9 марта 1944 г. в приказе группы УПА-Север отмечается: «Сегодня стало на одного врага меньше. Боремся против московского империализма, против партии, НКВД и их прислужников, которые готовы помогать каждому врагу украинского народа — ляхам».

19 апреля 1944 во Львове проходит совещание абверкоманд 101, 102 и 305 группы армии «Юг», на котором позитивно оценивается факт получения от УПА и ОУН ценной разведывательной информации.
В начале 1944 в сообщении, направленном главе сети «Вервольф» обергруппенфюреру СС Гансу Прютцману, отмечалось: «…УПА систематически направляет агентов на оккупированную вражескую территорию, результаты разведки передаются в Департамент 1с Армейской группы на Южном фронте». [52]

К осени 1944 немцы освобождают С.Бандеру и Я.Стецько с группой ранее задержанных деятелей ОУН(б) и ОУН(м). Немецкая пресса публикует многочисленные статьи об успехах УПА в борьбе с большевиками, называя членов УПА «украинскими борцами за свободу» [53]

Для поставок вооружений и снаряжения организуется воздушный мост, по которому в районы действий ОУН-УПА перебрасываются деятели ОУН(б) и немецкие диверсанты. [54]

  В других формированиях

Многие украинские коллаборационисты находились в подразделениях вермахта. Более 700 коллаборационистов служили солдатами в 5-й танковой дивизии СС «Викинг», 1000 чел. — в танковой дивизии СС «Фрундберг», многие являлись военнослужащими 22-й дивизии Кейтеля, бригады «Нора» и др.

  Дивизия СС «Галичина» 

Основная статья: 14-я гренадерская дивизия СС «Галичина» (1-я украинская)

http://omop.su/images/71/Galicia_Division_1943.jpg height=585
Плакат времён Второй мировой войны

14-я гренадерская дивизия СС «Галичина» (1-я украинская), получившая это название 12 ноября 1944 после ликвидации Словацкого восстания известная в литературе и современных СМИ под сокращённым названием «дивизия СС „Галичина“». Наряду с 13-й дивизией СС первая дивизия СС набираемая из «не-нордических» добровольцев Дистрикта Галиция Генерал-губернаторства — галицийских украинцев. Формирование дивизии проходило при активной поддержке Украинской грекокатолической церкви направившей в её ряды капелланов. Избыток добровольцев (от 80 до 91 тысячи) позволил сформировать ещё и 5,6,7 и 8-й добровольческие полки СС и 204 батальон СС, часть из которых была позже использована для воссоздания дивизии после её уничтожения под Бродами в июле 1944. Подразделения дивизии с осени 1943 участвовали в антипартизанской войне по всей территории Европы. В феврале 1944 из состава дивизии были сформированы две боевые группы направленные для антипартизанских действий в дистрикте Галиция совместно с 4 и 5 полками СС «Галиция» уже действовашими в регионе. За время действий против партизан подразделениями дивизии был совершен ряд военных преступлений, из которых наиболее известно совместное с УПА уничтожение польского села Гута-Пеняцка где, по разным оценкам, погибло от 500 до 800 мирных жителей.

В середине июля 1944 дивизия первого набора была уничтожена в «бродовском котле». В конце сентября 1944 боеготовая часть вновь сформированной дивизии была переброшена на подавление Словацкого восстания, к середине октября 1944 она была задействована в Словакии в полном составе. В начале 1945 дивизия была переброшена на австро-словенскую границу, где вела борьбу с югославскими партизанами. В середине марта дивизию должны были разоружить, передав её вооружение формируемой немецкой части, но быстрое продвижение Красной Армии вынудило перебросить её на фронт, где она действовала с 1 немецким кавалерийским корпусом и перед капитуляцией входила в подчинение 4-го танкового корпуса СС. В последних числах апреля 1945 дивизия формально стала 1-й украинской дивизией Украинской Национальной Армии, хотя на немецких картах она все ещё имела прежнее название. В период с 8 по 11 мая 1945 части дивизии сдались американским и британским войскам.

Одна с тобой у нас дорога,
к миру вместе мы идём.
И получив совместную победу,
свободно все мы заживём!


Солдат вермахта и доброволец украинской дивизии СС вместе курят   

Послевоенные события

Украинские военнослужащие дивизии, попавшие в плен к англичанам, были отделены от немецких и помещены в лагерь в окрестностях Римини (Италия). Из-за вмешательства Ватикана который рассматривал солдат дивизии как «хороших католиков и преданных антикоммунистов» их статус был изменён англичанами с «военнопленных» на «сдавшийся вражеский персонал». При сдаче члены дивизии утверждали что они не украинцы, а галичане, и этот факт послужил формальным поводом для отказа выдачи их, несмотря на неоднократные просьбы и требования советской стороны. [55] В 1948 в английской зоне оккупации процесс по поиску нацистских преступников был прекращен, а все силы были брошены на поиск «красных шпионов и агентов».

В судебном вердикте Нюрнбергского процесса значится, что физически невозможно выделить хоть какую-нибудь отдельную часть СС, которая бы не участвовала в преступных акциях, и объявляют любого и каждого члена СС военным преступником, а СС — преступной организацией, исключая, однако, тех лиц, которые были призваны в данную организацию государственными органами, причем таким способом, что они не имели права выбора, а также тех лиц, которые не совершали подобных преступлений. Приговор Международного военного трибунала по делу о преступлениях против мира, о военных преступлениях и преступлениях против человечности, совершенных СС, гестапо и СД. [56]

Также на Нюрнбергском процессе были признаны преступниками члены и агенты СД виновные в военных преступлениях, независимо от того, были ли они технически членами СС или нет. 4-8 полки дивизии, ставшие основой её нового формирования осенью 1944, а также 204 охранный батальон и 31 батальон СД, вошедшие в её состав в 1944—1945, находились в подчинении СС и СД, поэтому их члены формально подходят под это определение.

Канадская комиссия по военным преступникам, действовавшая чуть менее 2-х лет, формально признала отсутствие коллективной ответственности за военные преступления дивизии «Галиция» (не рассматривая, впрочем, материалов с мест совершения таковых). В официальном отчете Комиссии члены СС-Галиции были упомянуты как «беженцы пострадавшие от коммунистической пропаганды», а причиной их добровольного вступления в ряды СС была указана «ненависть к коммунистической тирании». Впрочем, в работах многих историков и сохранившихся архивных документах (включая кинохронику обращения Гиммлера к персоналу дивизии) указывается, что дивизия «шла сражаться с большевизмом».

Всё время работы комиссии проходила активная кампания балтийской и украинской диаспоры, представители которой призывали не рассматривать доказательства, предоставленные странами Восточной Европы и СССР, что в итоге и было достигнуто формальным способом. 14 ноября 1985 Комиссия установила жесткие требования к свидетельским материалам: 1) защита репутации посредством конфиденциальности, 2) независимость переводчиков, 3) доступ к оригинальным документам, 4) доступ к данным ранее свидетельским показаниям, 5) свобода допроса свидетелей в соответствии с канадской юридической практикой, 6) видеозапись допросов свидетелей. Удовлетворительного ответа до июня 1986 от советской стороны получено не было. В связи с этим комиссия решила что времени на поездки Комиссии до завершения её работы недостаточно, отказавшись таким способом от рассмотрения доказательств с места рассматриваемых событий. Это, а также более поздние задержки с рассмотрением дел отдельных лиц, доказательная база по которым была принята к рассмотрению как достоверная, а также ряд других фактов привели к тому, что канадское правительство неоднократно подвергалось критике за отсутствие ответственного подхода к делам нацистских военных преступников [57] [58][59][60][6]

  Персоналии 

Западная Украина (Дистрикт Галиция) «Мельниковцы»:
  «Бандеровцы»:
  Другие:
  Надднепрянская Украина (Рейхскомиссариат Украина) См. также   

Киевская коллаборационистская газета «Новое украинское слово», 1942. Цитата из Гитлера: «1 мая может быть в жизни народа лишь прославлением национальной творческой свободы, в противовес интернациональной идее разложения, и освобождением национального духа и хозяйского порядка от интернациональной заразы. Это в конце концов вопрос выздоровления народов»    Ссылки
  • Дюков А. Р. Второстепенный враг: ОУН, УПА и решение «еврейского вопроса»
  • Юрий Киричук: Проблемы украинской коллаборации (на укр.)
  • Украинцы в военных подразделениях стран оси  (англ.)
  • Агентство Стратегічних Досліджень СС «Галичина»: Гражданская война 1941—1945
  • Украинский легион: друзья нацистов, враги Бандеры
  • Эвакуация тюрем. 1941
  • Крёстный отец Степана Бендеры.
  Источники
  • Уильямсон Г. «СС-инструмент террора», Смоленск, 1999
  • Чуев С. «Проклятые солдаты. Предатели на стороне III рейха.» М., «ЯУЗА», «ЭКСМО», 2004.
  • Залесский К.А. Кто был кто во Второй мировой войне. Союзники Германии —  М.: АСТ, 2004. — Т. 2. — 492 с. — ISBN 5-271-07619-9.
  Примечания 
  • ? 1 2 ОУН в 1941 році: документи: В 2-х ч Ін-т історії України НАН України К. 2006 ISBN 966-02-2535-0 стр.389
  • ? 1 2 'Ukraine under Nazi Rule (1941—1944): Sources and Finding Aids [part 1 & part 2]' in: Jahrb?cher f?r Geschichte Osteuropas, vol. 45, nr. 1 & nr. 2, pp. 85-103, 273—309 , 1997.
  • ? 1 2 The Einsatzgruppen
  • ? Berkhoff, K.C. and M. Carynnyk 'The Organization of Ukrainian Nationalists and Its Attitude toward Germans and Jews: Iaroslav Stets’ko’s 1941 Zhyttiepys' in: Harvard Ukrainian Studies, vol. 23 (1999), nr. 3/4, pp. 149—184 .
  • ? І.К. Патриляк. Військова діяльність ОУН(Б) у 1940—1942 роках. — Київ, 2004. — 598 с.
  • ? 1 2 Commission of Inquiry on War Crimes" by Honourable Justice Jules Deschenes, Commissioner Ottawa Dec. 30, 1986 p.252
  • ? Організація українських націоналістів і Українська повстанська армія..Інститут історії НАН України.2004р Організація українських націоналістів і Українська повстанська армія, Раздел 5 http://history.org.ua/oun_upa/upa/16.pdf стр. 228
  • ? Організація українських націоналістів і Українська повстанська армія..Інститут історії НАН України.2004р Організація українських націоналістів і Українська повстанська армія, Раздел 1 http://history.org.ua/oun_upa/upa/
  • ? 1 2 3 ОУН в 1941 році: документи: В 2-х ч Ін-т історії України НАН України К. 2006 ISBN 966-02-2535-0
  • ? І.К. Патриляк. Військова діяльність ОУН(Б) у 1940—1942 роках. — Київ, 2004. — 59
  • ? Літопис УПА. — Т.45. С. 352
  • ? Роман Шухевич в документах Радянских органїв Державної Безпеки (1940—1950). Т.1., С.7.
  • ? I. Bataillon/Lehrregiment «Brandenburg» z.b.V. 800, mit unterstelltem Bataillon «Nachtigall», unter seinem Kommandeur, Major HEINZ, im Rahmen der Heeresgruppe S?d, 6. Armee, XXXXIV. Armeekorps, unterstellt der 1. Gebirgsdivision, im Kommando- und Kampfeinsatz. http://www.friedrich-wilhelm-heinz.de/index2.html
  • ? ОУН в 1941 році: документи: В 2-х ч Ін-т історії України НАН України К. 2006 ISBN 966-02-2535-0 стр.420
  • ? Friedrich Wilhelm Heinz
  • ? Израильтяне пригласили украинских историков ознакомиться со зверствами УПА
  • ? June 30: Germany occupies Lvov; 4,000 Jews killed by July 3
  • ? Poland’s Holocaust
  • ? http://lenta.ru/news/2008/03/04/sbu/ СБУ не нашла в Израиле компромата на Шухевича
  • ? Пресс релиз Яд Вашем
  • ? Соколов Б. В. Оккупация. Правда и мифы. — М.: АСТ-ПРЕСС КНИГА, 2002.
  • ? Александр Гогун. «Между Гитлером и Сталиным. Украинские повстанцы». Издательство: «Нева», 2004 г. ISBN 5-7654-3809-1(с.46 — 47)
  • ? Організація Українських Націоналістів і Українська Повстанська Армія. Фаховий висновок робочої групи істориків при Урядовій комісії з вивчення діяльності ОУН і УПА
  • ? БАТАЛЬЙОНИ АБВЕРУ «НАХТІГАЛЬ» І «РОЛАНД» // Масловловський В. И. З ким і проти кого воювали українські націоналісти в роки Другої світової війни? Москва, 1999. С.25.
  • ? Рассекреченные документы: Воины ОУН не уничтожали евреев во Львове » Последние события в Украине — Корреспондент
  • ? This document is fishy. I would not be surprised if this document was written or rewritten after October 1943, at which time OUN ordered the compilation of a documentary record showing that Germans, not Ukrainians, were responsible for the pogroms. True and False Lessons from the Nachtigall Episode — John-Paul Himka http://www.brama.com/news/press/2008/03/080319himka_nachtigall.html.
  • ? Гареев М. А. О цифрах старых и новых // Военно-историчесикй журнал 1991. № 4. С. 49.
  • ? Кирсанов Н. А., Дробязко С. И. Великая Отечественная война 1941—1945 гг.: национальные и добровольческие формирования по разные стороны фронта // Отечественная история. — 2001., — № 6. С. 68.
  • ? Великая Отечественная война / Под ред. Золотарев В. А., Севостьянов Г. Н. и др. Книга 4: Народ и война.
  • ? 1 2 Раманичев Н. М. Сотрудничество с врагом. — Наука, М., 1999, 366 с. — С. 154.
  • ? І.К. Патриляк. Військова діяльність ОУН(Б) у 1940—1942 роках. — Київ, 2004. — 598 с. Стр. 115—117, 468 — московську мужву по розброєнні віддати в полон німцям, згл[ядно] ліквідувати. Політруків та знаних комуністів та москалів ліквідувати. То саме (дещо гостріше) з частинами НКВД.
  • ? Організація має «пристосуватися до витворених умов та мусить відповідати майбутнім потребам України. Українські націоналісти приймуть активну участь у суспільній праці на всіх ділянках національного життя. ОУН не йде — всупереч провокативним вісткам шкідників української справи — на підпільну боротьбу проти Німеччини. ОУН буде всіма способами протиставлятися вияву неорганізованої, чуттєвої реакції, що позбавлена всякого політичного реалізму та зрозуміння хвилевости теперішньої ситуації, навіть при найкращих намірах, може нести українській справі великої шкоди» ISSN 0130-5247. Укр. історичний. журнал., 2004, № 5 стр 84-85
  • ? текст акта, опубликованный в газете «Самостійна Україна» (Станиславов) 10 июля 1941
  • ? Організація українських націоналістів і Українська повстанська армія..Інститут історії НАН України.2004р Організація українських націоналістів і Українська повстанська армія, Раздел 2
  • ? І.К. Патриляк. Військова діяльність ОУН(Б) у 1940—1942 роках. — Київ, 2004. — 598 с. Стр. 215
  • ? Організація українських націоналістів і Українська повстанська армія..Інститут історії НАН України.2004р Організація українських націоналістів і Українська повстанська армія, Раздел 2 стр.63  (укр.)
  • ? Організація українських націоналістів і Українська повстанська армія..Інститут історії НАН України.2004р Організація українських націоналістів і Українська повстанська армія, Раздел 2 стр.93  (укр.)
  • ? Международный военный трибунал том III стр.564 свидетельство обвинения США-290 (Документ 3257-PS)
  • ? Международный военный трибунал свидетельство обвинения США-494 (Документ 2992-PS)
  • ? 1 2 3 4 5 Евреи на Украине. Учебно-методические материалы. Составитель И. Б. Кабанчик. — Львов, 2004. — с.189.
  • ? Krzysztof Bulzacki — Zawsze m?j Lw?w
  • ? Martin Dean, Collaboration in the Holocaust: Crimes of the Local Police in Belorussia and Ukraine, 1941—1944 (London: Macmillan, 1999),
  • ? Martin C. Dean The German Gendarmerie, the Ukrainian Schutzmannschaft and the ‘Second Wave’ of Jewish Killings in Occupied Ukraine: German Policing at the Local Level in the Zhitomir Region, 1941—1944
  • ? Prusin, Alexander Victor. A Community of Violence: The SiPo/SD and Its Role in the Nazi Terror System in Generalbezirk Kiew
  • ? Dieter Pohl, Nationalsozialistische Judenverfolgung in Ostgalizien 1941—1944, Munchen 1996
  • ? Die faschistiche Okkupationspolitik in den zeituweilig besetzen Gebeiten der Sowijetunon (1941—1944) (Berlin: Deutscher Verlag der Wissrnschafen, 1991
  • ? Владислав Шпильман. Пианист. Варшавские дневники 1939—1945. Перевод с польского М. Курганской — Мосты культуры, Москва 2003
  • ? Організація українських націоналістів і Українська повстанська армія..Інститут історії НАН України.2004р Організація українських націоналістів і Українська повстанська армія, Раздел 4 http://www.history.org.ua/LiberUA/Book/Upa/14.pdf стр. 190—197
  • ? Організація українських націоналістів і Українська повстанська армія. Інститут історії НАН України.2004р Організація українських націоналістів і Українська повстанська армія, Раздел 4 http://www.history.org.ua/LiberUA/Book/Upa/15.pdf
  • ? Організація українських націоналістів і Українська повстанська армія. Інститут історії НАН України.2004р Організація українських націоналістів і Українська повстанська армія, Раздел 5 http://www.history.org.ua/LiberUA/Book/Upa/16.pdf стр. 283
  • ? http://www.history.neu.edu/fac/burds/Gender.pdf стр.291
  • ? Martovych O. The Ukrainian Insurgent Army (UPA). — Munchen, 1950 p.20
  • ? Організація українських націоналістів і Українська повстанська армія. Інститут історії НАН України.2004р Організація українських націоналістів і Українська повстанська армія, Раздел 5 http://www.history.org.ua/LiberUA/Book/Upa/18.pdf стр. 386
  • ? Howard Margolian. (2000). Unauthorized Entry: The Truth about Nazi War Criminals in Canada, 1946—1956. Toronto: University of Toronto Press, 2000. ISBN 0-8020-4277-5. pg. 135
  • ? (Лондон, 1951, стр. 78-79, «Обвинительного Заключения Международного Военного Трибунала по Главным Немецким Военным Преступникам»)«Judgment of the International Military Tribunal For The Trial of German Major War Criminals»  (англ.).  His Majesty's Stationery Office (1951). Архивировано из первоисточника 30 августа 2011. Проверено 8 октября 2007.
  • ? The failure to convict those charged and the very slow progress being made in investigating and laying charges in other cases led to renewed accusations that the government lacked commitment in its pursuit of Nazi war criminals. This impression was strengthened when the Minister of Justice said that the department wanted to conclude these investigations by March 1994. http://www.parl.gc.ca/information/library/PRBpubs/873-e.htm#SELECTED%20BIBLIOGRAPHY(txt)
  • ? Howard Margolian, Unauthorized Entry: The Truth about War Criminals in Canada, 1946—1956 (Toronto: University of Toronto Press, 2000).
  • ? Sol Littmann, Pure Soldiers or Sinister Legion. The Ukrainian 14th Waffen-SS Division., Монреаль, 2003. ISBN 1-55164-218-2
  • ? War Criminals: The Desch?nes Commission (87-3e)  (англ.).  Parliamentary Political and Social Affairs Division. — сводка по работе канадских органов власти и правосудия. Архивировано из первоисточника 30 августа 2011. Проверено 15 октября 2007.

Оффлайн краснопузый

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 199
Re: Шпионы и предатели в ВОВ.
« Ответ #2 : 20/08/15 , 19:53:29 »

Кто предал 22 июня


Почему за несколько дней до войны в Западном округе была разоружена авиация


Фото: Анатолий Гаранин / РИА Новости
В 1957 году были реабилитированы командующий Западного особого военного округа генерал армии Дмитрий Павлов, командующий 4-й армией этого округа генерал-майор Александр Коробков и другие руководители округа, 22 июля 1941 года расстрелянные за преступную халатность и развал фронта. Однако, чем больше открывается документов, тем явственней представляется, что реабилитаторы выполняли политический заказ.Неразосланные приказы ГенштабаКак уже говорилось в статье «За десять дней до войны», о намерениях Гитлера начать войну летом 1941 года в Кремле было прекрасно известно. Наши войска стали приводить в боевую готовность как минимум за две недели до нападения, а 18 июня они начали выдвигаться в районы сосредоточения, взяв с собой «только необходимое для жизни и боя» (из приказа по 12-му механизированному корпусу Прибалтийского военного округа).
В развернутом на территории Белоруссии Западном округе (ЗапОВО) обстановка была подчеркнуто иной.
Будущий маршал авиации Александр Голованов незадолго до войны был назначен командиром авиаполка, базировавшегося в ЗапОВО и отправился представляться командующему округом. По ходу беседы тот решил позвонить в Москву, Сталину.
«Через несколько минут он уже разговаривал со Сталиным. По его ответам я понял, что Сталин задает встречные вопросы.
— Нет, товарищ Сталин, это неправда! Я только что вернулся с оборонительных рубежей. Никакого сосредоточения немецких войск на границе нет, а моя разведка работает хорошо. Я еще раз проверю, но считаю это просто провокацией.
Он положил трубку.
— Не в духе хозяин. Какая-то сволочь пытается ему доказать, что немцы сосредоточивают войска на нашей границе».
Между тем и Генштаб, и штаб округа были буквально завалены сведениями о том, что германские войска уже не только сосредотачиваются, но и развертываются. Вот и Голованов отмечает: «Как мог Павлов, имея в своих руках разведку и предупреждения из Москвы, находиться в приятном заблуждении, остается тайной...».



Политзанятия в Красной Армии,  май 1941 года height=420


Политзанятия в Красной Армии, май 1941 года
Фото: ТАСС
На судебном процессе 22 июля начальник связи Западного фронта Андрей Григорьев показывал: «Война застала Западный Особый военный округ врасплох. Мирное настроение, царившее все время в штабе, безусловно, передавалось и в войска. Штабы армий находились на зимних квартирах и были разгромлены, и, наконец, часть войск (Брестский гарнизон) подвергалась бомбардировке на своих зимних квартирах».
Более того, штаб округа откровенно саботировал приказы Генштаба. Продолжим слушать Григорьева:
«Выезжая из Минска, мне командир полка связи доложил, что отдел химвойск не разрешил ему взять боевые противогазы из НЗ. Артотдел округа не разрешил ему взять патроны из НЗ, и полк имеет только караульную норму по 15 патронов на бойца, а обозно-вещевой отдел не разрешил взять из НЗ полевые кухни. Таким образом, даже днем 18 июня довольствующие отделы штаба не были ориентированы, что война близка… И после телеграммы начальника Генерального штаба от 18 июня войска не были приведены в боевую готовность».
По какой, интересно, причине командующий округом может не выполнять прямые приказы Генштаба? Знал он, что будет война? Знал, как и все генералы РККА. Был клинически бездарен? Возможно, но какой нужен талант, чтобы получать директивы да рассылать дальше в войска? Рутина, любой капитан справится. Тем не менее сделано это не было.Генеральское вранье о Брестской крепостиИнтригующая разборка произошла на суде между Павловым и командующим 4-й армией Коробковым. Перед самой войной, согласно директиве Генштаба, все войска, стоявшие непосредственно на границе, следовало отвести на несколько километров назад, на рубежи подготовленных укреплений. Расквартированные в Брестской крепости части 4-й армии, несмотря на все директивы Генштаба, так и не были выведены из крепости, где их и застало начало войны. Рассказы и фильмы о солдатиках, накрытых огнем в казармах, — это как раз про 4-ю армию. На суде ответственные лица перепихивали вину друг на друга. Павлов утверждал, что отдавал приказ о выводе армии, но не проверил исполнение, Коробков — что никаких приказов он не получал. Кто-то из них явно врал — но кто?

Александр Коробков height=240

Александр Коробков
Лишь спустя много лет нашелся свидетель — генерал-майор авиации, а тогда полковник Белов, командир 10-й смешанной авиадивизии.
«20 июня я получил телеграмму начальника штаба ВВС округа полковника С.А. Худякова с приказом командующего ВВС округа: "Привести части в боевую готовность. Отпуск командному составу запретить. Находящихся в отпусках отозвать".
О приказе… я доложил командующему 4-й армии генералу Коробкову, который мне ответил:
— Я такого приказа не имею.
В этот же день я зашел к члену Военного Совета дивизионному комиссару Шлыкову.
— Товарищ комиссар, получен приказ от командующего ВВС округа — привести части в боевую готовность. Я прошу вас настоять перед округом отправить семьи комсостава.
— Мы писали в округ, чтобы разрешили вывести из Бреста одну дивизию, некоторые склады и госпиталь. Нам ответили: "Разрешаем перевести лишь часть госпиталя". Так что ставить этот вопрос бесполезно».
Получается, врал на суде все же Павлов. И это лишь маленький кусочек тех странностей, что творились в округах перед войной.Ослепшая артиллерияЧто может помешать немцам проломить войска прикрытия и выйти на оперативный простор? В первую очередь, артиллерия и авиация. Перед самой войной с этими двумя родами войск в приграничных округах происходили очень любопытные вещи.

Дмитрий Павлов height=240

Дмитрий Павлов
Фото: Wikipedia
Будущий маршал Константин Рокоссовский, накануне войны командовавший 9-м мехкорпусом Киевского особого военного округа, вспоминал, что за несколько дней до немецкого нападения из штаба округа пришло распоряжение — выслать артиллерию на полигоны, которые находились в приграничной зоне. Рокоссовский, понимая, что вот-вот начнется война, распоряжение не выполнил. Но ведь не все командующие были так непослушны.
А вот что учудили в Прибалтийском округе. В полк тяжелой артиллерии 16-го стрелкового корпуса 11-й армии то ли 19-го, то ли 20 июня прибыла комиссия штаба округа. Возглавлявший ее генерал приказал снять с пушек прицелы и сдать их для проверки в окружную мастерскую в Риге, за 300 километров от расположения части, и разрешил комсоставу в выходной съездить в Каунас, к семьям. Правда, командир полка после отъезда комиссии и не подумал выполнять эти распоряжения. А вот в гаубичном артполку 75-й дивизии 4-й армии ЗапОВО прокатило — 19 июня были увезены в Минск на поверку все оптические приборы, вплоть до стереотруб. Естественно, к 22 июня их назад не вернули.
Такое ни на ошибку, ни на разгильдяйство уже не спишешь, это честный и откровенный саботаж. Начштаба ПрибОВО генерал Клёнов был арестован в начале июля и расстрелян осенью 1941 года, начштаба ЗапОВО Климовских осужден одновременно с командующим округом. Но самое интересное то, что один и тот же прием использовался в разных округах, так что это, возможно, и не местная инициатива.
Интереснейшая история случилась с ПВО все того же Западного округа. Генерал-лейтенант Стрельбицкий, который в 1941 году был командиром 8-й противотанковой бригады, вспоминал, что немецкие летчики в небе над Лидой вели себя странно. Они бомбили, как на учебе, совершенно не опасаясь зенитного огня — а зенитки молчали. Полковнику Стрельбицкому командир дивизиона ответил, что накануне ему пришел приказ: «На провокацию не поддаваться, огонь по самолетам не открывать». Зенитчики начали стрелять, лишь когда полковник явился к ним с пистолетом в руке. Тут же были подбиты четыре машины, и вот теперь самое интересное. Три пленных немецких летчика заявили: они знали о запрете для ПВО открывать огонь.
Можно, конечно, объяснить данный приказ тем, что в Кремле перестраховывались, предпочитая снег студить, лишь бы не поддаться на провокацию. А частям люфтваффе эту информацию тоже из Кремля сливали? Или все же кто запретил, тот и немцев известил?



Сбор красноармейцев в связи с начавшейся войной, 22 июня 1941 года height=420


Сбор красноармейцев в связи с начавшейся войной, 22 июня 1941 года
Фото: Василий Савранский / РИА Новости
Разоруженная авиацияОбратимся теперь к многострадальным нашим ВВС.
Любопытные вещи рассказывал уже в наше время в интервью газете «Красная Звезда» генерал-лейтенант Сергей Долгушин, бывший во время войны летчиком-истребителем. Их полк стоял в ЗапОВО, аэродром находился, считай, на самой границе, в пяти километрах от нее.
«За зиму сорок первого года мы освоили высотные полеты, много стреляли и по конусу, и по земле, начали летать ночью. Десятого мая наш полк перебросили из Лиды на аэродром Новый Двор, что чуть западнее Гродно. На севере граница с немцами была в пятнадцати километрах. Как только мы приземлились, над летным полем на малой высоте пронесся фашистский "мессер". Нахально так, даже крыльями покачал. В ясную погоду с высоты двух тысяч метров мы видели немецкий аэродром, забитый разными машинами. Составили схему, передали в штаб. А двадцать первого июня, в шесть вечера, закончив полеты, получили приказ: снять с самолетов пушки, пулеметы, ящики с боеприпасом и хранить все это на складе.
— Но это же... Даже говорить страшно... Похоже на измену!
— Все тогда недоумевали, пытались узнать, в чем дело, но нам разъяснили: это приказ командующего войсками округа, а приказы в армии не обсуждаются».
Долгушину сослались на Павлова, но это вовсе не факт. Приказы авиаполкам должен был отдавать командующий ВВС округа, генерал-майор Копец. Вообще ситуация у летунов складывалась интересная.
По словам Долгушина, в предвоенные дни будто по заказу начался ремонт базового аэродрома в городе Лида, не были подготовлены запасные площадки, было уменьшено число мотористов и оружейников до одного на звено. В результате летчикам пришлось самолично устанавливать в крыльях истребителей снятые пушки, и хотя тревогу в полку объявили в 02:30 22 июня, взлетать машины начали только в 06:30-07:00, а до того немцы пролетали над аэродромом на бомбежки без какого-либо противодействия.
Есть и еще свидетельства подобного рода: как накануне войны с самолетов снимали вооружение, сливали горючее. О поступившем в ночь на 22 июня приказе перевести авиацию на полевые аэродромы не вспоминает вообще никто. Да и как это можно сделать со слитым горючим и снятым вооружением?



Авиация дальнего действия. На взлетной полосе height=420


Авиация дальнего действия. На взлетной полосе
Фото: Анатолий Гаранин / РИА Новости
Методы были разными, цель одна — не дать авиачастям воевать. В одних полках снимали вооружение, в других объявляли выходной, как было в 13-м скоростном бомбардировочном авиаполку.
«...На воскресенье 22 июня в 13-м авиаполку объявили выходной. Все обрадовались: три месяца не отдыхали! Особенно напряженными были последние два дня, когда по приказу из авиадивизии полк занимался двухсотчасовыми регламентными работами, то есть, проще говоря, летчики и техники разбирали самолеты на составные части, чистили, регулировали их, смазывали и снова собирали. Трудились от зари до зари.
Вечером в субботу, оставив за старшего начальника оператора штаба капитана Власова командование авиаполка, многие летчики и техники уехали к семьям в Россь, а оставшиеся в лагере с наступлением темноты отправились на площадку импровизированного клуба смотреть новый звуковой художественный фильм "Музыкальная история". Весь авиагарнизон остался на попечении внутренней службы, которую возглавил дежурный по лагерному сбору младший лейтенант Усенко».
Похожие вещи происходили в разных округах. Причем если штаб округа мог своей властью отменить боевую готовность или, скажем, распустить личный состав в увольнение, то обкорнать технический состав он не имел полномочий. Задним числом в обезоруживании авиации обвиняют наркома обороны Семена Тимошенко — но едва ли маршал стал бы по своей инициативе лезть в летные дела, и нет ни одного подтверждения, что он это делал. А если бы и полез, то летуны из ВВС в два счета доказали бы ему, что так делать нельзя, до Сталина бы дошли, если надо. Между тем никаких следов конфликтов по этому вопросу между наркомом и авиаторами не зафиксировано. Значит, скорее всего, приказ отдавал кто-то, кому они доверяли, например из командования ВВС. И это уже совсем иной расклад получается.Разгильдяйство или измена?В журнале «Военно-исторический архив» в 2010 году вышла статья Н. Качука, посвященная генералу Копецу. Статья выдержана в духе плача о невинно репрессированных военачальниках: «Страшно. Вермахт рвется к Москве, а кремлевская-лубянская опричнина открывает "второй фронт"...» И вдруг…
«В записках Нины Павловны Копец меня буквально обжигают слова, сказанные ей летчиком-инспектором майором Ф. Олейниковым, давним другом и помощником ее мужа: "В самый канун войны из Москвы пришел приказ подготовить самолеты к какому-то парадному смотру, то есть снять временно вооружение, и поэтому в момент фашистского нападения они оказались разоруженными. Возможно, это одна из причин гибели Ивана". Что за дьявольский сценарий разыгрывался в ВВС накануне войны и кто им дирижировал из Москвы?»
Кто дирижировал? А кто мог дирижировать? Только, и исключительно, командование ВВС. Ни Сталин, ни нарком, ни кто-либо еще не имел возможности отдавать приказы летчикам, минуя летное начальство.
Вот и сходятся, наконец, концы с концами в так называемом «деле авиаторов» — беспрецедентном погроме, учиненном Особым отделом НКВД среди летной верхушки. Вот лишь один, самый известный, так называемый «список 25» — в нем имена тех, кто был расстрелян 28 октября 1941 года в Куйбышеве. Так вот: из 25 членов данного списка не менее трети так или иначе имеет отношение к ВВС, в том числе:
Генерал-полковник Локтионов — с ноября 1937-го по ноябрь 1939-го начальник ВВС РККА, затем, до июля 1940 года — заместитель наркома по авиации. Генерал-лейтенант Смушкевич — сменил Локтионова на посту начальника ВВС РККА, в августе 1940-го стал генерал-инспектором ВВС, а в декабре — помощником начальника Генштаба РККА по авиации. Генерал-лейтенант Рычагов — преемник Смушкевича на посту начальника ВВС РККА, а с февраля по апрель еще и заместитель наркома по авиации.



Члены Военного Совета Западного фронта (слева направо) - дивизионный комиссар Д..А.Лестев, генерал-майор К.К.Рокоссовский, батальонный комиссар Гуревич и полковник М.С.Малинин обсуждают план предстоящей операции, август 1941 года height=420


Члены Военного Совета Западного фронта (слева направо) - дивизионный комиссар Д..А.Лестев, генерал-майор К.К.Рокоссовский, батальонный комиссар Гуревич и полковник М.С.Малинин обсуждают план предстоящей операции, август 1941 года
Фото: ТАСС
К ним можно прибавить генерал-лейтенанта Птухина, командующего ВВС КОВО, генерал-майора Ионова, командующего ВВС ПрибОВО, генерал-майора Таюрского, заместителя командующего ВВС ЗапОВО и, несомненно, командующего ВВС этого округа, генерал-майора Копеца, если бы тот не застрелился. Были и еще арестованные и расстрелянные генералы авиации — погром в верхушке ВВС устроили жесточайший. Все эти люди обвинялись в антисоветском заговоре и, естественно, давно реабилитированы. Но перед тем как верить этой реабилитации, давайте все же вспомним снятые с истребителей пушки и внезапно подаренные личному составу выходные. Никто, кроме этих людей, не мог составить и воплотить «дьявольский сценарий из Москвы» — просто потому, что все эти приказы никак не прошли бы мимо их глаз.
В заговоре обвинялся и генерал Павлов. В постановлении на арест говорится, что он входил в число участников «заговора Тухачевского», был тесно связан с расстрелянным маршалом Уборевичем, приводятся соответствующие показания. (Почему трибунал не стал разбираться с этими обвинениями и не внес их в приговор — понятно: только криков о генеральской измене летом 1941 года и не хватало.) Можно считать все это фальсификацией — а с подставленными под удар войсками округа как быть?
А то, что их всех потом реабилитировали, — совсем другая история. Как это происходило, вспоминал сам Хрущев. «Когда выявились злоупотребления властью со стороны Сталина и началась реабилитация невинно казненных и посаженных в тюрьмы, военные подняли вопрос о реабилитации Павлова и других генералов, которые были осуждены и казнены за развал фронта в первые дни войны. Это предложение было принято, и они были реабилитированы».Елена Прудникова

Онлайн Людмила

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 8523
Re: Шпионы и предатели в ВОВ.
« Ответ #3 : 05/02/16 , 11:43:51 »
Русская дивизия СС. Локотская республика

http://rolershar.ru/wp-content/uploads/2012/04/russian_SS-300x187.jpg

Отлично известно про латышскую, эстонскую и украинскую дивизии СС. Про белорусскую – только историкам. А вот о русской дивизии СС мало кто слышал.  Но она была и оставила свой жестокий след в истории Великой Отечественной. История 29-ой дивизии СС началась на Брянщине, когда в октябре 1941-го войска немецкой 2-ой танковой армии вошли в город Локоть.

Локоть – маленький город в Орловской (ныне Брянской) области, бывшее имение князя Михаила Романова. Быстро продвигавшиеся немецкие войска остро требовали порядка и безопасности на занятой территории. Нашлись и желающие этим заняться.

В Локте было достаточно высланных сюда органами НКВД в 30-ые годы. Абсолютное большинство из них были, мягко говоря, не в восторге от сталинских методов управления. Именно по их инициативе и при горячей поддержке командования 2-ой танковой армии и был создан автономный Локотский район. Его возглавил учитель физики при местном техникуме Константин Павлович Воскобойник.
Он был назначен обер-бургомистром Локтя и развернул кипучую деятельность по формированию структур власти, не забыв и про вооруженные силы. Войскам было присвоено название Русская Освободительная Народная Армия, т.е. РОНА.  Была своя разведка, газета и даже театр.

Командование 2 ТА, убедившись, что местное самоуправление в состоянии своими силами обезопасить тыловые районы, преобразовало локотский район сначала в уезд, а потом в округ и включило в его состав 8 районов Курской и Орловской областей с населением 581 000. человек. Так городок со смешным названием стал фашистской столицей Брянщины.

В Локте начали действовать основные государственные институты, работали столовые выходили газеты, исправно собирались налоги. 8 января 1942 г. в бою с партизанами погибает Константин Воскобойник. Его сменил Бронислав Каминский. Он сумел создать в Локте весьма эффективную структуру управления.
http://rolershar.ru/wp-content/uploads/2012/04/kaminskiy-300x271.jpg

Военизированная милиция, численность которой вначале составляла около 200 человек, начала активно бороться с партизанами. Каминский развернул активную деятельность и вскоре очистил от них большую территорию. Это его называли «Хозяин Брянского леса». К весне 42-го численность милиции возросла до 1700 человек. В Москве, безусловно, понимали опасность распространения этого положительного для немцев опыта на большую часть оккупированной территории. В район Локтя были заброшены разведывательно-диверсионные группы. Перед ними была поставлена задача по физическому устранению Каминского, но без особого успеха. Более того, каминцы быстро отладили свою разведку и контрразведку, практикую заброс уже своей агентуры к партизанам.
Под жесткой рукой Каминского жизнь постепенно налаживалась. Необходимо отметить, что Локотский автономный округ не был только экспериментом военных, скорее руководителей Третьего Рейха. О его существовании знал даже Адольф Гитлер, не говоря уже о министерстве Розенберга и Главном управлении СС. Милиция республики была преобразована в штурмовую бригаду РОНА. Не нужно ее путать с армией Власова, которая имела название РОА. Если власовцам немцы не очень доверяли, то к каминцам было совсем другое отношение.
Какими правами пользовался Каминский, говорит такой эпизод. Летом 1943 года 2 немецких солдат ограбили стоящую на отшибе мельницу, убили ее хозяина и были пойманы локотскими полицаями. Суд Локотской республики приговорил их к смерти. Приговор привели в исполнение на площади на глазах у огромной толпы, не смотря на возражения высшего немецкого командования.
Окрыленный успехами и пользуясь поддержкой немецкого командования, Каминский стремился максимально расширить свою деятельность. В маленьком городке ему стало тесно. Каминский объявил мобилизацию. В качестве командиров привлекались пленные офицеры Красной Армии.
Штурмовая бригада РОНА стала значительной военной силой и была передана в подчинение СС. К концу сорок второго года в ее составе имелось четырнадцать стрелковых батальонов, зенитная батарея, бронедивизион, комендантский взвод и истребительная рота. Общая численность до 10 000 человек. Все эти силы применялись для борьбы с партизанами, которая началась с самого начала существования новой власти и продолжалась до эвакуации частей РОНА из Локтя.
Получила свое развитие и партия Каминского. Ее программа была практически списана с программы немецких нацистов. По сути, в Локотской республике были установлены национал-социалистические порядки. Так, например, браки между неевреями и евреями запрещались. Для евреев действовали разного рода ограничения, дополнительные поборы и принудительные работы.
В Локте признавались только браки, освященные церковью, запрещались разводы. Были запрещены аборты, велась борьба за сохранение семьи и поощрялась рождаемость. Личная собственность на землю была восстановлена, стимулировалась частная торговля в городах. Свободная торговля и раздел земли между местными крестьянами вызвали некий расцвет в районах округа, не подвергавшихся нападению партизан.
В Локотском и соседних районах находилось немало ссыльных, которым было запрещено жить в крупных городах Советского Союза, поэтому первоначально у Каминского хватало сторонников. Впрочем, большинство постепенно разочаровывалось и в нем, и в Гитлере. Да и на фронтах ситуация начала меняться. В начале марта сорок третьего года советские войска подошли к окраинам округа, и 3-ий и 5-ый полки РОНА участвовали в боевых действиях против Красной Армии, понеся большие потери. Многие, не приняв боя, дезертировали, около 700 человек ушло к партизанам. Но, в целом, действия каминцев были успешными.
Всю весну и лето 1943 г. РОНА провела, воюя с партизанами. Фактически на этой бригаде лежала ответственность за тыл немецких армий на линии Орел-Курск. Самой крупной и успешной операцией была «Цыганский барон», в ходе которой было убито более 1500 партизан, и столько же пленено. Помимо этого было уничтожено более 200 партизанских баз. Участием в этих боях штурмовая бригада привлекла внимание рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера. Бригада стала не только подчиняться, но и структурно входить в войска СС. Каминский был награжден медалью, и ему было присвоено звание бригаденфюрера СС, что соответствовало генерал-майору.
Русская дивизия СС. Лепельский особый округ

http://rolershar.ru/wp-content/uploads/2012/04/bronevik_RONA-300x173.jpg

Продолжение статьи “Русская дивизия СС. Локотская республика“. Весной 1944 г. в НКВД было заведено так называемое «Литерное дело», в котором подшивались документы о планировании покушения на Каминского. Курировал  это дело капитан госбезопасности Фролов, имевший тогда псевдоним «товарищ Алтайский». Первоначально хотели подложить в дом, где бывал руководитель автономного округа, бомбу. Взрывчатку должен был пронести завербованный начальник хозчасти РОНА.
Для выполнения задачи по уничтожению Бронислава Каминского в район действий бригады были переброшены несколько оперативных групп. В их составе были и подготовленные диверсанты, и опытные оперативники-агентуристы. В случае невозможности проведения теракта непосредственно против Каминского планировалось провести вербовку лиц из его непосредственного окружения и склонить их либо к убийству бригаденфюрера, либо к передаче его живым в руки партизан.
Но планы – планами, но иногда самые банальные вещи могут все изменить. Агент «Софья», которая была направлена с диверсионной группой «Сокол» задание не выполнила и вместо этого вышла замуж и отбыла с ребенком в расположение группы. Не смотря на проваленное задание, «Софью» не стали наказывать. Впоследствии, после проверки и переподготовки ее вновь перебросили за линию фронта.
Кроме чекистов против Каминского действовали и партизаны, у них с РОНА были свои счеты.
Летом 1943 года положение округа стало угрожающим, и Каминский по согласованию с гитлеровским командованием приказал эвакуировать РОНА и гражданское население в город Лепель Витебской области. Погрузив танки, артиллерию и другую технику, части РОНА вместе с гражданской администрацией округа и членами их семей общим числом до 30 000 человек выехали в Белоруссию.
Был образован уже Лепельский особый округ, а Каминский был назначен его обербургомистром. В его руках была сконцентрирована вся власть на этой территории. Жесткость исполнительной власти соединялась с элементами демократии вроде сельских сходов. Порядки, установленные в Лепеле, были схожи с локотскими.
Положительный для немцев опыт создания русского квази-государства был перенесен в Белоруссию. Практически, бригада РОНА рассматривалась, как образцовая модель управления оккупированными территориями. Основной задачей, поставленной перед поселенцами, была борьба с партизанами.
Каминский провел ряд крупных операций по очистке своей зоны от партизан. При изменившейся обстановке на фронтах захолустый Лепельский район стал стратегически важной тыловой зоной группы армий «Центр». И в то же время, наступление Красной Армии и усилия Центрального штаба партизанского движения вызвали активизацию действий патриотов в немецком тылу. Эти операции вызывали еще большую ненависть к оккупантам.
http://rolershar.ru/wp-content/uploads/2012/04/kaminskiy_policay-200x300.jpg

В такой ситуации передача решения таких проблем в руки Каминского всех устраивало. Немцы практически не вмешивались в происходящее в округе. Их вполне устраивало, что достаточно большая территория практически не доставляла им хлопот. Под командование бригаденфюрера были переданы полицейские формирования из местных жителей. Необходимо сказать, что они были довольно многочисленны. Местное крестьянство, как и во всем Советском Союзе, было недовольно коллективизацией, и в немцах многие жители увидели освободителей от большевиков. Однако, отношения между переселенцами и местным населением складывались не просто. Тем более, что большая часть прибывших была расселена в дома местных жителей, мягко говоря, без их на то согласия. Сказывалась разница в языке и обычаях, да и просто фактор чужаков, прибывших невесть откуда и наводивших свои порядки. Местные жители называли их либо орловцами, либо народниками.
Фактически, каминцы вели себя в Белоруссии, как оккупанты, так и не сумев включить местных в жизнь своей республики. Партизаны лепельской зоны тоже не сидели, сложа руки. А кроме чисто боевых операций, одним из самых эффективных способов борьбы с карателями была пропаганда. Правда, с каминцами все было не так просто, хотя усилия предпринимались серьезные. Масштаб используемых ресурсов впечатлял, вплоть, до самолетов, которые доставляли потенциальным перебежчикам письма от родных. В Москве этой деятельности придавалось большое значение и в этой работе были весьма крупные успехи.
Вот одна из таких историй. По своим агентурным каналам группа каминцев вышла на партизан, они хотели перейти на их сторону. Главным в этой группе был некий Костя. Но хотели они при этом каких-то гарантий, что их просто не расстреляют, как изменников Родины. Договорились о встрече на переправе.
Партизаны поставили условие, чтобы перебежчики привезли с собой своего командира, живого или мертвого. Им был начальник полиции Лепельского округа, правая рука Каминского, Пахомов. Каминцы условие выполнили  и прибыли в условленное место с Пахомовым, в форме, при оружии, на нескольких подводах. Подводы были нагружены минами и снарядами. Везли с собой они и 2 пушки.
Партизаны и каминцы, не имея возможности уничтожить друг друга в прямом бою, значительные усилия направили на пропаганду. В ход шло все: и газеты, и листовки, и карикатуры. Но наибольшее влияние на умы имело все же продвижение Красной Армии. Многие начали задумываться о своей дальнейшей судьбе, ища в переходе к партизанам свое спасение.
Переходы каминцев на сторону партизан были, но раньше это явление не носило массового характера. С одной стороны, значительная часть из них были врагами Советской власти по убеждению, с другой, все понимали, что их борьба на стороне Гитлера вряд ли будет прощена. Да и пропаганда у Каминского тоже работала.
Война не делается в белых перчатках, и жестокость проявляли не только каратели, но и партизаны, давая пищу для пропаганды бригаденфюрера. Дисциплину в РОНА комбриг старался поддерживать железную, не останавливаясь перед любыми мерами. К этому времени его бригада стала достаточно организованным и опытным подразделением СС.
http://rolershar.ru/wp-content/uploads/2012/04/RONA_ROA_Warshawa-300x214.jpg
Успехи Каминского, в борьбе против партизан, описанные в статьях “Русская дивизия СС. Локотская республика и “Русская дивизия СС. Лепельский особый округ“, не остались незамеченными. Зимой-весной 1944 года бригада РОНА вела постоянные бои в тылу группы армий «Центр». Каминский за участие в этих боях был награжден Железным крестом I класса, а на штурмовую бригаду обратил внимание Генрих Гиммлер.

Летом сорок четвертого года Каминского вызвали в ставку рейхсфюрера, находящуюся в Восточной Пруссии. Рейхсфюрер лично поблагодарил его за действия роновцев, а саму бригаду РОНА распоряжением Гиммлера преобразовали в 29-ую гренадерскую дивизию СС.

В Лепеле все идеи Каминского о создании «России без жидов и большевиков» постепенно сошли на нет. У него так и не получилось найти поддержку от местного населения. Не помогали ни репрессии, ни пропаганда. Дремучий антисемитизм Каминского в Лепеле, который до войны был еврейским местечком, и вовсе выглядел дико. Местное еврейское население, а это несколько тысяч человек, было полностью уничтожено немцами и местными полицаями еще до прибытия РОНА. Поэтому в глазах значительной части местных жителей антисемитская пропаганда Каминского выглядела дикими плясками на могилах ни в чем не виноватых земляков.

Впрочем, в условиях усиления партизанской борьбы и карательных мер немцев вопросы идеологии стали отходить на второй план. Разгоралась взаимная ненависть, где водораздел проходил уже по имени Гитлер, а не по имени Сталин.

Красная Армия, начавшая уже освобождать Белоруссию, не оставляла сомнений в конечном итоге всей войны. Поэтому, стремясь ускорить уже неизбежное падение немцев, партизаны активизировали свои действия.

Фашистское командование со своей стороны в преддверии летней кампании 1944 г. стремилось обезопасить свои тылы. Поэтому зимой 44-го все силы карателей были брошены против партизан. Для поддержки их действий были выделены пехотные части, активно применялась авиация и бронетехника.

В значительной мере эта зона была очищена от партизан, все это сопровождалось огромными жертвами среди мирного населения. Стремясь не только выбить партизан с их баз, но и лишить их возможности возвращения, каратели безжалостно выжигали деревни с тем, чтобы впредь никто не мог помогать партизан ни по доброй воле, ни без нее.

Появились первые успехи и у оперативников, работавших против РОНА. Реакция на военные успехи Советского Союза была разной. Кто-то еще больше озлоблялся, кто-то искал пути спасения. Согласно архивным документам межрайонная резидентура НКВД Белоруссии имела агентов, как среди рядовых бойцов, так и среди некоторых руководителей.

Впрочем, несмотря на хорошие позиции в сборе информации, решение главного вопроса – физического уничтожения Каминского – все еще оставалось нереализованным. Следует отметить, что контрразведывательный режим на оккупированных территориях резко усилился.  Многочисленные органы безопасности оккупантов совместно с формированиями коллаборционистов развернули широкомасштабную охоту на разведчиков и партизан. Была усилена как агентурная работа, так и повсеместные облавы.

Это было вызвано как усилением деятельности советских разведывательно-диверсионных групп, так и простым повышением концентрации разного рода предателей  и провокаторов, собравшихся в Белоруссии со всей ранее оккупированной территории. Но для многих из них страх предстоящим возмездием становился важнее. Некоторые из них, даже сознавая свои преступления, все равно переходили к партизанам.

Летом 1944 г. лепельский особый округ стал прифронтовым. Из-за нехватки эшелонов провести плановую эвакуацию в Чехословакию не удалось. Члены семей бойцов РОНА оказались в Германии, где стали обычными восточными рабочими без всяких привилегий.
2 августа в Варшаве поляки подняли восстание, и немцы призвали каминцев для его подавлении.

http://rolershar.ru/wp-content/uploads/2012/04/varshava_kaminski-ss-russian-300x192.jpg

Гибель Каминского

По-прежнему творя бесчинства, бойцы Каминского продолжали воевать в Варшаве. С тех пор, как РОНА покинула Советскую территорию и осталась почти без средств к существованию, комбриг оказался бессилен укротить своих бойцов. В прочем, тогда мало, кто мог знать, что 29-ю дивизию СС скоро расформируют. Жить Каминскому осталось несколько недель.
4-му направлению белорусского НКВД, наконец, удалось найти способ расправиться с командиром РОНА. Согласно официальным немецким данным, в самый разгар боев в Варшаве Каминского вызвали к командующему. Из этой поездки он не вернулся. На лесной дороге на его машину напали бандиты с целью грабежа. Все сопровождавшие и сам бригаденфюрер были убиты. Якобы бандиты забрали все ценности и документы, а затем подожгли машину.
Все это случилось в конце сентября или начале октября 1944 года. Офицерам РОНА немцы показали обгоревшее авто бригаденфюрера, опрокинутое в кювет и изрешеченное пулями.
Но все это было инсценировкой, устроенной под руководством шефа краковского СД Биркампфа. На самом деле Бронислава Каминского убили сами немцы. Но что же в действительности тогда произошло в Польше?
Фельдмаршал Гудериан написал в своих материалах, что Каминский был уничтожен по решению суда СС. Но за что? Практически для всех исследователей по сей день это оставалось загадкой.
По этому поводу было 2 версии. Первая: за особую жестокость к жителям Варшавы. Приговор бригаденфюреру СС за особую жестокость в фашистской Германии?! Это полный бред. Другая версия сводилась к тому, что Каминского убрали, чтобы расчистить путь Власову. Но в конце войны немцы вряд ли пошли на жертву такой важной фигуры, как командир РОНА. Ведь он начал воевать на стороне фашистов еще тогда, когда генерал Власов успешно воевал в Красной Армии.
Когда Власов сидел в немецком концлагере и когда начал создавать школу пропагандистов, все это время Каминский со своими бойцами участвовал в реальных боях, и не без успеха. Кроме того, по немецким законам он был немцем, поскольку имел немку-мать. Если сравнивать Власова и Каминского на взгляд немцев, то Бронислав был явно предпочтительней. Но почему Власов остался жить, а Каминский расстрелян? Разгадка этой тайны пролежала под грифом «Совершенно секретно» в архиве спецслужб.
Итак, после неудачной попытки убить или похитить Каминского НКВД удалось его уничтожить руками немцев. Тут скрыта еще одна тайна спецслужб. Оказывается, еще в 1937 году органы НКВД заставили Каминского стать своим осведомителем. Он получил тогда псевдоним «Ультрамарин». Его завербовал сотрудник Орловского управления НКВД. Задачей «Ультрамарина» были доносы на таких же, как и он ссыльных. Получается, что РОНА командовал агент НКВД!
Сохранился бланк, утвержденный наркомом безопасности Белоруссии Цанавой, в котором говорится, ни много, ни мало, о попытке новой вербовки Каминского. Агентом-вербовщиком должна была выступить его сестра, специально переброшенная через линию фронта. Ее должны были снабдить фотокопиями подписки Каминского и его собственно ручных письменных донесений.
Впрочем, вся эта история едва ли что-то новое говорит о личности Бронислава. Тогда время было такое, что отказ от сотрудничества с органами означал государственную измену, и такие подписки заставляли давать практически каждого, кто попадал в руки НКВД. За годы репрессий 30-х агентурный аппарат НКВД вырос в тысячи раз. Хотя абсолютное большинство этих людей практически не использовалось, крючок имелся на многих.
Как оказалось, был он и на Каминского. Почему так долго ждали, прежде чем пустили его в ход – осталось загадкой. Можно предположить, что документы Орловского управления по вербовке «Ультрамарина» просто затерялись в военной суматохе и были найдены много позже.
Поскольку бригаденфюрер от сотрудничества отказался, подлинные документы о его вербовке в 37-м подсунули немцам. Обнаружив, что генерал СС – русский агент, им ничего не оставалось сделать, как тихо его убрать. Это был несомненный успех НКВД, хотя и несколько запоздалый.
Бригада Каминского была практически расформирована, а личный состав передан в части генерала Власова. Так закончился едва ли не самый смелый эксперимент фашистов в России.


Онлайн Людмила

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 8523
Re: Шпионы и предатели в ВОВ.
« Ответ #4 : 11/03/16 , 12:22:29 »
С власовским рылом в калашный ряд

pyhalovMarch 7th, 23:04

По поводу пресловутой защиты диссертации К.М. Александрова «Генералитет и офицерские кадры вооружённых формирований Комитета освобождения народов России в 1943–1946 гг.», состоявшейся 1 марта 2016 года в Санкт-Петербургском институте истории РАН.

Вначале сделаю несколько оговорок:

1) Вопреки обывательским представлениям, «гений и злодейство» вполне совместимы: плохой человек вполне может быть хорошим учёным, и соответственно, хороший учёный — плохим человеком.

2) Историю коллаборационизма в ВОВ можно и нужно изучать.

3) К.М. Александров действительно проделал большую работу, в его диссертации есть много интересного.

Проблема — в несоблюдении Александровым в своей работе норм научности. Диссертант упорно пытается протащить свиное рыло власовщины в калашный ряд исторической науки.

Ниже текст моего выступления 1 марта на защите диссертации Александрова:


На с.126 диссертации автор утверждает:

«В 1930–1931 годах ежегодная смертность узников в лагерях ГУЛага составляла 2,9%. В 1932 году она возросла до 4,8%, а в 1933 году приняла катастрофический характер, превысив отметку в 15%. В тот год по официальным данным в местах заключения ОГПУ умерли 67 247 заключенных — каждый пятый. Примерно столько заключенных в среднем умерло в пенитенциарной системе Российской империи за шестнадцать лет (между 1885 и 1915 годами). В 1933 году смертность в ГУЛАГе превысила смертность в тюрьмах французского колониального Вьетнама, а в концлагере Бухенвальд такой показатель ежегодной смертности был зафиксирован лишь в 1939 году. К 1938 году показатели смертности заключенных в ГУЛАГе снизились до отметки в 6,7%, но по-прежнему превышали в тот год показатели в Бухенвальде (4%), вьетнамских (около 6%) и в дореволюционных российских (в среднем 2%) тюрьмах».

Если не считать грубой арифметической ошибки (15% —  отнюдь не «каждый пятый», а меньше, чем каждый шестой), приведённые автором численные данные верны.

Однако складывается впечатление, будто за весь период с 1933 по 1938 год смертность в местах заключения держалась на крайне высоком уровне. На самом же деле и в 1933-м, и в 1938-м году наблюдался всплеск смертности. А в промежутке между 1933 и 1938 гг. смертность в лагерях ГУЛАГа падала гораздо ниже: в 1934-м —  4,26%, в 1935-м —  3,62%, в 1936-м —  2,48%, в 1937-м —  2,79% (ГАРФ. Ф.Р–9414. Оп.1. Д.1155. Л.2). После всплеска смертности в 1938-м она опять упала: 1939 год —  3,79%, 1940-й —  3,28% (Там же). Смертность в исправительно-трудовых колониях и тюрьмах в этот период была ещё ниже: 1935 г. —  1,12%, 1936-й —  1,40%, 1937-й —  1,29% (ГАРФ. Ф.Р–9414. Оп.1. Д.2740. Л.44, 52). В 1940 году смертность в советских тюрьмах составила 1% (ГАРФ. Ф.Р–9413. Оп.1. Д.11. Л.2об.).

Для большей наглядности приведём процент смертности в исправительно-трудовых лагерях (ИТЛ) в виде графика:

Смертность_ИТЛ height=420

Таким образом, диссертант рисует искажённую картину динамики смертности в местах заключения.

На с.127 читаем:

«Для сравнения: за 30 лет, в период 1885–1915, в местах заключения Российской империи, при более слабом уровне развития медицины и отсутствии пенициллина, умерли 126 256 чел.».

Это утверждение курьёзно. В СССР 1930-х пенициллин тоже отсутствовал. Как известно, очищенный пенициллин, годный к медицинскому применению, был получен в Оксфордском университете в 1938 году, а его массовое производство было налажено в США с 1942 года.

Более существенной для оценки диссертационного труда К.М. Александрова является отстаиваемая автором концепция «беспрецедентности» рассматриваемых социальных феноменов.

Цитаты:

«Во время Отечественной войны 1812 года и Первой мировой войны русские пленные генералы и офицеры не создавали воинские части из соотечественников для участия в борьбе против Российского государства, сохраняя верность присяге и морально-этическим ценностям своей корпорации. ... Затем в плену советские генералы, десятки полковников и подполковников, сотни других командиров и лиц начсостава, включая политработников, совершали действия, ранее не имевшие прецедентов в российской военной истории» (С.4).

«Феномен государственной измены противоречил истории и ценностям русского офицерского корпуса, ликвидированного большевиками вместе со старой армией и её традициями» (С.91).

«Таким образом, установленные численность и состав офицерского корпуса войск КОНР позволяют утверждать, что по своим количественным показателям военное сотрудничество с противником офицеров, в том числе с высоким служебным статусом, как из числа бывших советских военнослужащих, так и белоэмигрантов, носило беспрецедентный характер и может расцениваться как социально-политический феномен, находившийся в вопиющем противоречии с традициями российской военной культуры» (С.839–840).

Действительно, для подавляющего большинства российских офицеров верность присяге незыблема, а измена неприемлема. Однако наблюдались и исключения из этого правила. Так по поводу Отечественной войны 1812 года сам автор приводит следующие сведения: «в 1812 году в Смоленской губернии с неприятелем сотрудничал 61 человек, в том числе 7 лиц, имевших офицерский чин: подполковник Судновский, капитан Телипин, штабс-капитаны И. Залепин и П. Попов, поручики Н. Милечкин и Трубников, прапорщик Невехин. Все они служили в муниципальных органах, занимавшихся бытовым устройством населения. 11 января 1813 года был расстрелян корнет Нежинского драгунского полка Городнецкий, перешедший к противнику летом 1812 года и захваченный в плен в Вильно» (С.89).

На самом деле коллаборационистское движение во время Отечественной войны 1812 года носило гораздо более массовый характер. На временно оккупированной наполеоновскими войсками территории Российской империи из российских подданных была создана так называемая армия Великого княжества Литовского численностью 20 тысяч человек, принимавшая активное участие в боевых действиях против русских войск. Один из литовских полков даже был включён Наполеоном в состав Молодой гвардии (Панкратов П.А. Армия Европы против России // Военно-исторический журнал. 1997. №3. С.73–74).

Следует отметить, что эта территория уже 17 лет входила в состав Российской империи, эти люди принесли присягу государю. При этом одним из лидеров коллаборационистов был бывший министр иностранных дел Российской империи (1804–1806) Адам Чарторыйский. Вот уж действительно пример «беспрецедентного случая».

Во время Первой мировой войны, как утверждает автор:

«В целом попытки противника привлечь российских военнопленных для военной службы не дали существенных результатов» (С.90).

Надо сказать, что противник и не предпринимал для этого серьёзных усилий. Тем не менее, в Германии из числа российских подданных, проживавших в Великом княжестве Финляндском был создан 27-й егерский батальон численностью 1800 человек.

В сентябре 1917 года под Ригой был взят в плен полковник Вильгельм Теслев, кадровый офицер, выпускник Николаевской академии Генерального штаба (1907 г.), офицер лейб-гвардии Конно-гренадёрского полка. Уже в следующем месяце он вступил в формируемый в Германии финский егерский батальон, а 6 ноября 1917 года был назначен его командиром.

Хотя исследование К.М. Александрова посвящено генералитету и офицерским кадрам, будет уместно коснуться и нижних чинов. Во время царствования Екатерины II российский посол в Великобритании граф Семён Романович Воронцов свидетельствовал:

 «Я видел наших храбрых соотечественников целыми тысячами на службе у пруссаков и австрийцев; а лица, бывшие в Швеции, уверяли меня, что в Стокгольме и Готенбурге они видели с лишком две тысячи русских, служивших в шведской армии» (Бородкин М.М. История Финляндии. Время Екатерины II и Павла I. СПб., 1912. С.122).

Во время русско-шведской войны 1788–1790 гг. 80 пленных русских моряков вступили на службу в шведский флот (Там же. С.369). Казалось бы, число невелико. Однако общее количество российских пленных составляло чуть больше 800.

В стремлении доказать «беспрецедентность» советского (подчеркнём, именно советского) коллаборационизма диссертант доходит до смешного:

«Нетипичными для традиции русского воздухоплавания были угоны самолетов, пилоты которых получали политическое убежище в сопредельных государствах» (С.166).

О каких «традициях русского воздухоплавания» может идти речь, если история от начала боевого применения авиации до революции насчитывает 2,5 года?

Кстати, следует отметить, что перелёты совершались и в обратную сторону. Так, 23 февраля 1938 года из Латвии в СССР перелетел И. Муземнек, заявивший, что покинул пределы Латвии преднамеренно и вернуться туда отказывается (Перелёт на территорию СССР латвийского самолёта // Правда. 1938, 9 марта).



Рассматривая феномен коллаборационизма следовало бы оценить, какова доля советских военнослужащих, вставших на путь сотрудничества с противником. Как пишет автор, в рядах власовского движения насчитывалось 4000 офицеров, включая белоэмигрантов. К 15 июня 1941 года общая численность командного и начальствующего состава (без политсостава, ВВС, ВМФ и НКВД) составляла по списку 439 143 человека (Шабаев А.А. Потери офицерского состава Красной Армии в Великой Отечественной войне // Военно-исторический архив. 1998. №3. С.173). Всего за время Великой Отечественной войны через Вооружённые Силы прошло около 3 миллионов офицеров (Россия и СССР в войнах XX века: Статистическое исследование. М., 2001. С.430). Из них пропало без вести или попало в плен 392 085 (Там же).

Уже в ходе защиты, отвечая на отзыв официального оппонента Н.А. Ломагина, К.М. Александров заявил, что оценивает соотношение советских офицеров, пошедших во власовцы, к общему количеству пленных советских офицеров, остававшихся к тому времени в живых, как «1 к 130» (одна тысяча из 130 тысяч). Интересно сравнить эту цифру со следующими утверждениями диссертанта:

«Даже если увеличить настоящие показатели в полтора-два раза за счет неучтенных «восточников», убитых при переходе, и не показанных в отчетах, перебежавших на сторону Красной армии и УПА, то максимальная цифра в 13–15 тыс. окажется незначительной по сравнению с численностью Восточных войск в 370 тыс. человек к концу 1943 года» (С.257).

«Доля восточных добровольцев, перешедших к партизанам к началу осени 1943 года, выглядела скромно относительно их общей численности в несколько сот тысяч человек и составила всего лишь несколько процентов. Но в глазах ОКВ на фоне общего кризиса такие эксцессы приобрели преувеличенные масштабы» (С.375–376).

То есть, несколько процентов «восточных добровольцев», перебежавших к партизанам, по мнению автора, всего лишь «эксцесс», «незначительная цифра», которой придаётся «преувеличенный масштаб», в то время как менее чем один процент предателей, пошедших на службу Гитлеру, расценивается диссертантом как «феномен».

Изучая историю коллаборационистского движения во время Великой Отечественной войны, следует отдавать отчёт, что оно стало возможным не потому, что пленные советские генералы и офицеры захотели что-то создать, а потому, что в этом были заинтересованы германские власти. Как пишет сам диссертант:

«Однако общее количество «хиви» и восточных добровольцев на стороне противника неуклонно возрастало, достигнув летом 1942 года, по данным ротмистра Г.Г. Герварта фон Биттенфельда, 250 тыс. человек. Этот процесс был обусловлен военными потребностями Вермахта в условиях затянувшейся войны на большом оперативном пространстве» (С.845).

Однако перед этим автор утверждает:

«Таким образом, одной из предпосылок разгрома шестнадцати советских армий и пленения 3,8 млн военнослужащих РККА в 1941 году, брожения и процессов самоопределения среди военнопленных, военной службы более одного миллиона граждан СССР на стороне противника в 1941–1945 годах, создания Восточных войск Вермахта, других антисоветских формирований и кадров, послуживших источником для офицерского корпуса ВС КОНР, в значительной степени было проявление массового недовольства режимом и его мероприятиями, проводившимися с середины 1920-х годов» (С.841).

Налицо противоречие в концепции диссертанта. Так чем же был обусловлен феномен коллаборационизма: «процессами самоопределения» среди советских военнопленных или военными потребностями Вермахта и инициативой германского командования?

Также стоит задаться вопросом —  а чем был вызван разгром и капитуляция французской армии в 1940 году?

Считаю, что диссертация, несмотря на большой объём проделанной работы и достаточный массив привлечённой фактической информации, содержит чрезмерное количество неподтверждённых тезисов и выводов, что не позволяет считать её законченным научным исследованием, достойным положительной оценки диссертационным советом.

Оффлайн MALIK54

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 15515
Re: Шпионы и предатели в ВОВ.
« Ответ #5 : 03/05/16 , 10:48:54 »

Онлайн Людмила

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 8523
Re: Шпионы и предатели в ВОВ.
« Ответ #6 : 22/09/16 , 09:04:23 »
ЛАВРОВАЯ ПЕТЛЯ

http://prometej.info/media/uploads/Lavrovaa-petla_copy_copy_copy.jpg

Казалось бы, жизнь Андрея Андреевича Власова плоска как обе его анкеты – сначала по ведомству РККА, а потом по канцелярии вермахта. Чиста, как слеза и пряма, как стрела с единственным маленьким переломом посередине. Был, состоял, участвовал, имел, проявил, выдвинут – это до перелома. Изъявил, доказал, подтвердил, отмечен, назначен – это уже после. До чего же, в самом деле, несправедлива к человеку судьба! Если бы не то злополучное окружение, то глядишь и Берлин бы брал в 1945-м, а там, впоследствии, и до министра обороны СССР мог бы дослужиться. Ну, а уж коли так сложилось с окружением – не всем же, как Карбышев, в лёд вмерзать? Надо было как-то устраиваться. И вот на тебе: власовец, власовщина.

О том, как генерал Власов стал предателем, написано много. На Западе и у диссидентов много написано о нем как о борце с коммунизмом и «сталинским тоталитаризмом». Сегодня появилась еще одна версия, которая, несмотря на кажущуюся абсурдность, в условиях современного историографического беспредела получила право на существование.

Не был Власов советским военным карьеристом, павшим жертвой непреодолимых обстоятельств и собственной жажды выжить. Не был он и замаскировавшимся, или «вдруг прозревшим» врагом Советской власти. А был Андрей Андреевич вернейшим из верных сынов партии, выполнявшим секретное задание Ставки в самом глубоком тылу врага. А что? В 1930-е годы секретное задание командования в Китае выполнял? В разведотделе ЛенВо служил? Назначенный командовать 2-й ударной армией в момент, когда уже было ясно, что выполнить поставленную задачу ее войскам не удастся, оказавшись в котле, Власов получил блестящую «легенду» для внедрения к немцам. А кто сделал всё, чтобы РОА не стала реальной вооружённой силой? Вы гадали насчет прототипа Исаева – Штирлица. Неужели еще не ясно, кто именно доложил Сталину о переговорах Даллеса с Вольфом? Не убеждает, мало? Так вот же вам: он своё окружение не раз называл подонками и охвостьем, форму вермахта, хоть и с триколором, введённую для РОА, носить не стал, а вместо неё пошил себе френч-сталинку, и ходил в ней, заложив руку за борт френча. Это что? Просто от желания выделиться? Главный борец со сталинизмом неосознанно подражал своему врагу! Или, скорее, кумиру?

Прямо скажем, перечисленные доказательства ничего не доказывают, но ведь нет и доказательств, исключающих подобную версию. Казнь? А что казнь? Вы лично видели, как Власова повесили? Известно, что Власова (или человека, «похожего на него»), казнили последним из осужденных. Правда, ветераны контрразведки кое-кому из любителей исторических сенсаций рассказывали, что в 50-е гг. на стадионе «Динамо» регулярно появлялся один заядлый болельщик – в военном френче с накладными карманами, штанах с лампасами. И без погон. Ежу понятно, что Сталиным этот человек быть не мог. Кто там остается? Так что, может быть, когда в воздухе заболтал ногами предпоследний осуждённый, улыбающийся Власов скинул с себя петлю и отправился обмывать с коллегами успешное завершение спецоперации… Ну что, какова интрига?!

А вот вам другой сюжет: русский офицер и истинный патриот Андрей Власов, не понаслышке знающий о засилье в СССР партноменклатуры, «душащей народ», оказался в плену перед непростым выбором. И, простая душа, выбрал «не тот» путь. Да и был ли у него тот? Не против России пошёл Власов бок о бок с нордическими союзниками – он пытался использовать их для свержения ненавистного усатого тирана. А там, дай срок, ударил бы и по новым хозяевам, под знамёнами Российской Республики.

Тут есть один нюанс, добавляющий искренности авторам этой версии. На чём базировалось сотрудничество нацистов и «русских патриотов»? На сходстве взглядов о засилье евреев-комиссаров в СССР, партии и Красной Армии. А что? Вот и ОУН воевала на два фронта, за Украинскую народную республику. И прибалтийские зондеркоманды сражались не за третий рейх, а лишь за утраченную независимость своих республик. И с той же общностью взглядов вычищали каунасские и вильнюсские еврейские кварталы, охраняли Саласпилс.

Список подельников Власова не исчерпывается бандеровцами или латышскими айсзаргами. Скажем, в далёкой Азии поддержки нацистов и самураев против британских, французских, голландских и иных колонизаторов искали деятели Индийского национального конгресса и будущие вожаки индонезийской революции. Мера тут для каждого своя. Ведь из Азии европейский кошмар был виден слабо, да к тому же ранее Европа веками равнодушно наблюдала азиатские зверства, а нередко сама же их и организовывала. Арабские, индийские, индонезийские, прибалтийские, националисты могли исходить из ложно понимаемых ими интересов собственных народов. И всё-таки именно со второй мировой впервые мир задумался (пока только задумался) о цене сделки с дьяволом, об истинности пословицы «Враг моего врага – мой друг».

Для России эта схема неприменима в любом случае. Никакую монархию или «республику Русь» вермахт не шёл устанавливать, и надо было быть, мягко говоря, беспредельно наивным, чтобы не понять: иного выбора, кроме как между своими и чужими, нет. Как бы там не «прозревал» Власов, вряд ли он мог стать в одночасье большим ненавистником Советов, чем были ими Деникин и многие другие эмигранты-белогвардейцы, отказавшиеся поддержать «восточный поход» Гитлера. В целом судьба Власова интересна ничуть не более чем судьба любого другого офицера или рядового РОА. А среди них были и ранее скрывавшиеся искренние противники Советской власти, и люди, надеявшиеся перейти с оружием в руках через линию фронта к своим, и те, кто просто надеялся выжить и выйти сухим из воды. Наверняка были и агенты НКВД – ведь схема-то внедрения просто идеальная! Допустим, даже, что главным из таких агентов действительно был сам Власов, резидент этакой бело-сине-красной «капеллы». Все это ничего не меняет. Это не интересно.

Гораздо интереснее современная, «историографическая» судьба Власова, который, вопреки своей реальной роли марионетки спецслужб третьего рейха, усилиями ряда публицистов и историков из третьестепенной фигуры сегодня чуть ли не превращен в одного из ведущих деятелей российской истории ХХ века. О том, что это не преувеличение, свидетельствует тот факт, что авторы современных учебников и пособий считают необходимым помещать рассказы о Власове (и даже его фотографии!) наряду с рассказами о Ленине, Сталине, Жукове и т.д. Например, материалы о Власове представлены среди биографий «людей, внесших заметный вклад в историю своей страны», в учебном пособии М.Н. Черновой «Люди и судьбы. Россия – ХХ век» (М.,2003). Собственно, история Великой Отечественной войны в этом пособии представлена всего двумя биографическими очерками – Г.К.Жукова и Власова (Сталин, Ворошилов и Буденный включены в него вне связи с войной). При этом характерно, что история Власова и его «армии» подается здесь в русле современных ревизионистских представлений: рассматривая «сталинизм как наистрашнейшее, что было за всю российскую историю», Власов в борьбе с этим игом «решил использовать немцев» (С.131-132). Изменил Власов присяге или нет, можно ли расценивать совершенное им как предательство – эти вопросы автор пособия обходит молчанием. Как оправдание сделанного Власовым «выбора», звучит заявление о том, что попасть в плен для советского офицера уже означало «зачисление в разряд предателей, которым уготован либо расстрел, либо лагерь» (имеется в виду, конечно, сталинский ГУЛАГ).

Невежественность и, отчасти, наивность этих и им подобных представлений, проникших сегодня на страницы учебной литературы, базируется на более широком наборе аргументов в защиту власовцев и власовщины, которые формулируются как в популярных, околонаучных статьях и книгах, так и в сочинениях историков-профессионалов.

Пример: «труды» школьного учителя из Петербурга Кирилла Александрова, посвященные «антисталинскому протесту» в СССР. (В 1993-1997 гг. этот молодой человек, получив приглашение, работал в архивах США и Германии – чем не пример для других российских учителей! – а в 2002 г. защитил кандидатскую диссертацию по соответствующей тематике).

Александров является одним из представителей той новой генерации историков, кто сегодня стремится предложить обществу «новое прочтение» истории Великой Отечественной войны, в частности, по-новому оценить место и роль власовцев (и, соответственно, самого Власова) в российской истории в целом. Это «новое прочтение» базируется на следующих концептуальных основаниях.

Книга К.Александрова, где собраны написанные им в разные годы очерки о власовцах, названа «Против Сталина» (СПб.,2003). Против Сталина – не значит против России, утверждает автор.

Переход Власова, равно как и других граждан СССР на сторону Германии, рассматривается Александровым как закономерное явление, обусловленное политическими и социальными причинами – «беспрецедентными внутренними пороками сталинского общества» (С.7). «Власовское движение» выступает в этом контексте как форма борьбы против Сталина и советской системы («протест»), причем этому протесту приписывается «стихийный» и «закономерный» характер (С.8, 12).

Следующий шаг – отрицание юридической обоснованности квалификации действий «власовцев» как измены Родине, предательство. Это обосновывается таким рассуждением: Советский Союз представлял из себя «преступное государство», «крайне опасное» для своих граждан, и граждане СССР имели «полное право» включиться в «освободительную борьбу» и, соответственно, воевать на стороне Германии, поскольку находились в состоянии «крайней необходимости». Оценка действий Власова и других участников «антисталинского протеста» с точки зрения «наличия де-юре для его участников состояния крайней необходимости устраняет любые рассуждения об «измене Родине»», – пишет Александров. Здесь он считает нужным для убедительности сослаться на авторитет А.Б.Зубова (доктора исторических наук!), заявившего где-то, что СССР и государством-то считаться не может, это – «незаконные властные структуры, типологически сходные с разбойничьими бандами». Исходя из этого, Александров отказывается признавать переход на сторону врага в военное время изменой Родине, и предлагает считать казнь Власова и его подельников в 1946 г. «бессудной расправой» и «убийством по политическим мотивам» (С.227-230).

Помимо всего прочего, работы Александрова интересны тем, что позволяют получить представление о тех методах, посредством которых сторонники «нового взгляда» на историю Великой Отечественной пытаются представить «антисталинский протест» как массовое, имевшее беспрецедентные масштабы явление. В свою очередь, констатация якобы «массового» характера сотрудничества с врагом советских граждан служит затем одним из обоснований «закономерного» характера этого «протеста».

В сущности, при истолковании источников Александров использует один и тот же незамысловатый прием: любое отраженное в документах (письмах солдат, материалах советской цензуры, сводках Особых отделов НКВД и военной прокуратуры) проявление недовольства военнослужащих рассматривается как «свидетельство наличия протестных настроений» в обществе, причем «протест» этот, считает Александров, был направлен против советского строя – «сталинской системы несвободы» (С.12).

Вот, например, сказал солдат, увидев на Карельском перешейке финский хутор: «Финны живут лучше, …их в колхоз не заставить идти, ибо там много хуже». Это, конечно, с его стороны не просто констатация факта, это протест против «социалистического эксперимента» и лично товарища Сталина (С.8-9). Любые «критические высказывания», «выражения частичного недовольства», даже жалобы (ну, скажем, питание вовремя не подвезли, или валенки не того размера выдали) – рассматривается как плевок (на худой конец, кукиш в кармане) в сторону «проклятой системы». Или вот, например, согласились попавшие в плен красноармейцы окопы для врага копать – налицо «протестное поведение»! Ясно, если бы не коллективизация, отказались бы копать даже под угрозой расстрела… (С.25) Используя такую «методологию», можно, действительно, подверстать к «антисталинскому протесту» миллионы и миллионы людей. Сколько там было в армии Паулюса украинцев – ездовых и прочих обозников? Не иначе, как из-за ужасов голодомора…

Интересно, а как бы сам Александров поступил, оказавшись, скажем, в середине 1990-х гг. не в читальном зале Национального архива США, а на территории Чеченской республики – будучи мобилизованным подносить бандитам патроны или, хотя бы, читать подрастающим шахидам лекции по поводу ужасов «сталинских депортаций»? Отказался и был бы обезглавлен, как многие безвестные мальчики его возраста, или пополнил бы ряды участников «антирусского протеста»? Еще можно всех офицеров, согласившихся служить в армии незалежной Украины после развала СССР, записать в участники «стихийного и закономерного» антироссийского протестного движения, вызванного «объективными причинами» – притеснениями со стороны москалей… А что, логика абсолютно та же.

Понятна заинтересованность, с которой нынешние антисоветчики, раздувая масштабы и степень неприятия людьми советского строя, радостно подтверждают справедливость выдвигавшихся тогда органами НКВД обвинений по статье 58-10 («Антисоветская агитация и пропаганда»). Но если в условиях военного времени (особенно в наиболее критические для нашей страны периоды войны) сотрудники Особых отделов или Военной прокуратуры видели угрозу и преследовали людей за «контрреволюцию» и «антисоветчину» нередко по смехотворным, с точки зрения сегодняшнего дня, поводам, как и почему сегодня можно делать то же самое (С.10)?

Несостоятельными следует считать претензии Александрова на то, чтобы подвести некую «юридическую базу» под рассуждения о невиновности Власова и других участников «движения». Соответственно, выражаемое им «прискорбие» по поводу того, что отношение в России к «власовцам» основано не на юридических представлениях, совершенно неуместно (С.227).

Вернемся к гипотетической ситуации поведения Александрова в чеченском плену. Возможно, под угрозой расстрела, он согласился бы не только подносить патроны, но и стрелять в сторону «федеральных войск». Возможно, – на войне как на войне – ему пришлось бы кого-то убить. Помогла бы ему потом ссылка на «состояние крайней необходимости» уйти от наказания? Очевидно, нет – иначе пришлось бы признать, что ценность жизни Александрова выше, чем убитого им солдата, что противоречит не просто букве какого-то закона (пусть и «фиктивного», разумеется, с точки зрения Александрова, кодекса 1926 г.), а фундаментальным принципам права.

Отношение общества – не только нашего – к данной проблеме всегда было одинаково: ни в одной стране и ни в одну эпоху понятие «крайней необходимости» не распространялось на ситуации, связанные с участием в войне на стороне противника своего государства. Можно, конечно, сказать, что Советский Союз не был «своим» для населявших его людей, и что у них на тот момент не было «своего государства». Это, однако, не более чем лицемерие. Справедливость этого утверждения можно в какой-то мере признать только в отношении тех убежденных противников советского государства, кто никогда не признавал его легитимность – не жил по его законам, не участвовал в его мероприятиях, не пользовался его валютой. Жил в лесу, партизанил в горах, шел в лагеря за отказ служить в армии. Остальные граждане СССР, признав над собой власть советских законов, приняли на себя и долю ответственности за происходящее в стране. И уж тем более это верно для тех, кто, как Власов, давал присягу на верность советскому государству. Правила игры меняться по ходу не могут. Они принимаются или не принимаются, а не так – когда мне выгодно, признаю, когда не выгодно – не признаю.

Поэтому вся РОА была предательством, вся в целом. Или ошибкой. В той мере, в которой предательство можно признавать ошибкой.

Еще одна заслуживающая внимания в связи с рассматриваемой нами проблемой книга принадлежит перу другого петербургского «писателя и исследователя» Николая Коняева (сколько их сейчас развелось, всевозможных исследователей, уму непостижимо! а уж писателей…). Называется она - «Власов: два лица генерала», и выпущена издательством «Вече» (М.,2003). Книга любопытная, но отнюдь не с точки зрения содержащихся в ней исторических фактов или каких-то идей. Собственно, ничего нового по сравнению с публикациями других историков – того же Александрова, например, – в этой книге мы не найдем. Историческая публицистика, причем так, ниже среднего. Современный агитпроп, не перестающий обрабатывать общественное мнение в духе антикоммунизма, выпекает такие псевдонаучные книги пачками.

Стержневая идея книги сводится все к тому же – не надо защищать Сталина. За защитой Сталина – «конкретная угроза духовному здоровью нации», «рецидив патриотической шизофрении»… Если мы хотим возродить Россию, - с пафосом заклинает Коняев, – нельзя защищать Сталина! Он, Сталин, ради своей власти легко приносил в жертву интересы нашей страны… Примеры? Да вот, пожалуйста: «во время коллективизации… Или когда вычерчивал на карте границы республик, приписывая к Казахстану и Украине населенные русскими людьми области» (с.182). Так и представляешь себе, как Сталин, склонившись в Кремле над картой России, мусолит толстый огрызок синего карандаша, обдумывая, где бы у нее, родимой, отрезать кусок территории, да еще так, чтобы населен он был всенепременно русскими. «Вот здесь границу поправим, – пыхтит Сталин, – и вот здесь немного подреставрируем…» И все это ради своей личной власти – на казахах она держалась, что ли, эта власть? Сам Коняев не раз намекал, да что там, – прямо писал, что держалась эта власть на евреях. Так может, надо было вождю о них и подумать? Что касается коллективизации, то неужели она тоже была предпринята ради укрепления личной власти Сталина? Кажется, Коняев всерьез полагает, что в интересах России и русских было остаться крестьянской страной. А Гитлер? Или он напал на СССР только потому, что русской индустриализации и коллективизации испугался?

Мы уже привыкли, что наши «патриоты»-антикоммунисты Победу в Великой Отечественной войне любят. Это у них «русская» победа, победа «матушки-России». Типа, коммунисты тута не причем, они только мешали. А вот коллективизацию – то, без чего эта победа была бы невозможна, – нет. Она у них «не в интересах России». Видимо, они думают, что Гитлера можно было победить так же, как Наполеона – заманив его поглубже в Россию, а потом со всех сторон – вилами да кольями? Так ведь и Наполеона не одни партизаны победили, а в первую очередь армия. С пушками и ружьями, кстати.

К.Александров в своей книге сочувственно цитирует эмигрантский журнал «Часовой» от 1939 г., подчеркивая «безусловное различие» между «традиционной Россией» и агрессором-СССР, не имевшим к ней «ни правового, ни морально-этического отношения» (С.20). СССР – не Россия. Что же тогда Россия? Дух бесплотный? Как можно, выступая против Сталина – но за Россию! – убивать живых русских людей? Во имя какого «морально-этического отношения»?

Коняев заявляет, что не хочет уподобляться «нынешним антисталинистам» (это Александрову, что ли?) (с.61), но идет гораздо дальше многих из них. «По отношению к России и русским, – формулирует он, наконец, свою наиболее «смелую» мысль, – фашизм ничем не отличался от большевизма» (с.191). Так что, «патриотические публицисты», хватит агитировать за советскую власть. Признайте, наконец, что прав был Геббельс – «еврей Ленин» и всякие эренбурги, мехлисы, кагановичи и даже левитаны (!- с.53) были настолько враждебны России и русским, что бедному русскому мужику в солдатской шинели было, в общем-то, все равно, в кого стрелять – в немецкого солдата или в своего командира. Например, служившие в вермахте казаки по Александрову были «обречены… вынужденно сражаться на стороне тех, кто казался им злом меньшим» (С.240).

На этом фоне, конечно, Власов – страдалец, заслуживающий всяческого сочувствия со стороны современного просвещенного патриота. Н.Коняев: «Он [Власов – А.К.] был человеком, попавшим в очень непростую ситуацию… Он сделал неверный выбор… Но он был живым русским человеком и, ошибившись, продолжал искать выход… Он не находил его – найти было невозможно! – но он мучился, метался. Он тосковал по выходу и порою, сам того не сознавая, прозревал истину, которую неплохо было бы прозреть и нам...» (с.183).

Вот так все, оказывается, просто: «попал», «искал выход», но невозможно было найти, поэтому мучился, тосковал… А сталинские палачи – у-у! сатрапы! – его взяли да повесили. И «прозретая» Власовым истина, которую бы «неплохо прозреть и нам», чуть было не погибла в подвалах Лубянки. Но я, патриот Коняев, ее, слава Богу, подобрал. Так что, ребяты, за мной! Как там, значит: «Бей жида-политрука, морда просит кирпича»?! Или я что-то запамятовал?

Сотни тысяч русских людей, оказавшись в похожей ситуации, выход нашли: кто, сохранив последнюю гранату, взорвал себя вместе с окружавшими фашистами, кто ушел к партизанам, а кто, как наша Зоя или Лиза Чайкина, мог только плюнуть в лицо своим палачам, но не сдался, и, тем более, не согласился хоть в чём-то помочь гитлеровцам в их «священной» борьбе с «гидрой иудо-большевизма». Сотни тысяч, попавшие в лагеря, даже умирая от голода, не согласились, однако, встать под власовский флаг. А «живой русский человек» Власов, значит, этого очевидного для других выхода не заметил? Может быть, все наши герои были недостаточно русские?

Действительно, по Коняеву выходит, что коммунистом может быть только еврей или, на худой конец, ярый русофоб. При этом Коняеву мало Сталина с Лениным заклеймить. У него есть еще разрушители, рангом помельче. Это цари всякие (Петр I), и вообще все правители России (черт их нам всегда посылал!). Вот веками и страдал наш народ православный… (с.183).

Перед нами – очередной пример конструирования мифологии, причем ее «губительность для общественного сознания» уже и доказывать не надо. Убили советскую власть – и жить стали русские, вместе с другими народами Советского Союза, гораздо хуже. Или, может быть, Коняев думает, что снижение средней продолжительности жизни, увеличение числа убийств и самоубийств, жертв террора и катастроф произошло само собой, вне всякой связи с ликвидацией советской общественно-экономической системы? Может быть, Александров, сидя в Петербурге (или исследуя «антисталинский протест» в заграничных архивах), верит, что, сбросив гнет «проклятых коммуняк», русский крестьянин в 1990-е гг. радостно приступил к «свободному труду» и увеличил его производительность во много раз?

Конечно, для апологетов «нового мышления», начиная с периода «перестройки», возня вокруг имени Власова, попытки его реабилитации проходят не без пользы – они оттачивают аргументацию, которая может пригодиться при оправдании собственного предательства по отношению к Советскому государству, выхода из рядов компартии и перехода в стан бывших противников СССР в холодной войне. Идеологическое обоснование современного коллаборационизма органично включает те наработки геббельсовского агитпропа, которые использовались для вовлечения русских людей в ряды всевозможных «добровольческих формирований», а также для ослабления сопротивления нацистскому режиму жителей оккупированных областей. «Более четверти века народы России вели борьбу против ненавистной диктатуры большевизма… Лишь война позволила ведущим силам народов России освободиться от гнета сталинской тирании и обрести условия, при которых они были защищены от большевистского террора и получили возможность развернуть грандиозную работу по собиранию антибольшевистских сил». Эти прочувственные слова вполне могли бы принадлежать Александрову и Коняеву, но они – отрывок из выступления самого Андрея Андреевича Власова на учредительном съезде Комитета освобождения народов России, состоявшемся 14 ноября 1944 года. Кто писал (или, по крайней мере, редактировал и утверждал) этот текст, хорошо известно.

Сегодня оправдание Власова, скрытое за всхлипываниями по поводу «трагической судьбы» его самого и его сторонников, гораздо опаснее для национального самосознания, чем любое благостное мифотворчество по поводу выдающейся роли в нашей истории Сталина, Брежнева или даже Троцкого. Оправдание власовцев провоцирует оправдание коллаборационизма как такового. Достаточно заявить: наше правительство (ельцинское, путинское и т.п.) – злодеи, мерзавцы, инородцы, просто «преступная банда», и поэтому измена присяге такому правительству – вовсе и не измена. Это просто «поиски выхода из непростой ситуации»… Руководствуясь этой логикой, современные «правоведы» реабилитировали многих из тех, кто совершил преступления против советской власти. Раз власть была тоталитарной, «плохой», значит те, кто с ней боролся, - не преступники, а «истинные патриоты». Ну, а те, кто сжигал партийные билеты перед камерой, или выдавал американцам советские оборонные секреты, могут тоже вполне обоснованно представлять свои действия как вполне «героические».

В заключение справедливости ради отметим, что сейчас уже не поймешь, всерьез ли некоторые наши «патриоты», пускающие слюни по поводу бедного русского народа, попавшего меж гитлеровским молотом и сталинской большевистско-еврейской наковальней, уверовали в истинность своего прочтения русской истории, или же они просто пытаются сделать маленький гешефт на удачно пока складывающейся для них конъюнктуре книжного и телевизионного рынка.


P.S. А теперь для любителей закрученных сюжетов и хэппи-эндов (только никому не говорите). Власов действительно был личным агентом Сталина. Он действительно был казнён, до самого конца сохраняя верность легенде. Его повешение стало частью многоходовой комбинации, которая продолжалась до сего дня.

И еще: мы - совершенно случайно - точно знаем, что именно в последнюю секунду шёпотом сказал надевающий на генеральскую шею казнимому генералу подошедший к нему исполнитель: «Центр – Андрею. Разрешаю расслабиться!»

Онлайн Людмила

  • Администратор форума
  • *****
  • Сообщений: 8523
Re: Шпионы и предатели в ВОВ.
« Ответ #7 : 22/09/16 , 09:25:03 »
Загадочный маршал Тухачевский – или история одного предателя
 
 2659015_900 (409x604, 64Kb) height=604

Есть в истории личности, в биографиях которых столько странностей, что сам черт ногу сломит…
 Жил был на свете мальчик Миша. Всем говорил, что родом из польской шляхты, хотя документально это нигде не подтверждено. Мальчика пристроили в Московский кадетский корпус Екатерины Великой, по окончании которого он был переведен в Александровское военное училище.
 
 Учился Миша хорошо, занимался спортом – и как отличник боевой и политической подготовки дорос в училище до фельдфебельского чина, нечто вроде современного старшины.
 
 В этом чине он отличился принципиальностью и "требовательностью к подчиненным". Из-за чего один из его подчиненных застрелился, другой был близок к самоубийству. Но такая "требовательность" больше походила на обычное сержантское самодурство и желание расправиться с неугодными с помощью должностного положения. Однако все это юноше в фельдфебельских погонах по непонятным причинам сошло с рук. Разбирательство было, все подчиненные "принципиального фельдфебеля" охарактеризовали его как полного морального урода. Но дело спустили на "тормозах", и в 1914 году свежеиспеченный подпоручик Миша Тухачевский, как окончивший училище по первому разряду (и третьим по успеваемости), был выпущен в святая-святых – Семеновский полк, младшим командиром в 7-ю роту.
 
 Семеновский полк – это не просто гвардия, это элита. Офицеров в нем рассматривали со всех сторон, начиная от успеваемости во время учебы, происхождения – и заканчивая объемом наличности в кошельке. Что там забыл не очень знатный мальчик Миша, Бог знает. Обычно небогатые отличники стремились попасть в кавалерию или артиллерию (что было престижно), в более-менее крупный город. Траты офицера Семеновского полка на мундиры и всякое представительство были далеко не каждому юнцу по карману. Но, похоже, у Тухачевского в кармане водились денежки, иначе он бы выбрал место службы попроще – благо у него, как у лучшего из выпускников, было право выбора.
 Офицерское собрание Мишу приняло. Хотя таких вот излишне "требовательных" офицеров в гвардии не особо любили. Зато очень любили умеющих хорошо выпить и закусить в ресторации…
 
 И стал в 1914 году подпоручик Тухачевский заместителем командира 7-й роты гвардейского Семеновского полка. Но грянула война, и роту вместе со всем полком отправили на фронт.
 
 Тут с Мишей приключилась первая настоящая странность. 19 февраля 1915 года у деревни Пясечно под Ломжей немецкий штурмовой отряд ночью обошел с тыла позиции роты, снял часовых и всю роту вырезал. Ротный Веселаго был изрезан штыками, получил более 20 ран и был опознан только по Георгиевскому кресту. Остальные бойцы были убиты… А подпоручик Тухачевский весь бой… проспал в блиндаже. И попал в плен в не испачканном даже мундире, как стеснительно отмечали его биографы – то есть не использовав всех возможностей к сопротивлению. Странно, не так ли?
 
 Условия в германском плену в Первую Мировую сильно отличались от условий Второй Мировой. Солдат держали в бараках (где содержание было вполне пристойным), а офицеров селили в общагах – с правом выхода в город, под их честное слово не убегать до официального освобождения. Миша такое слово тоже дал – и тут же попытался сбежать. Его поймали, а других офицеров после его побега переселили из общаг в бараки, чтобы не бегали…
 
 И тут новая странность. По немецким законам военнопленный за побег отправлялся в тюрьму, так как это считалось уголовным преступлением. Миша же этой участи избежал аж целых четыре раза – именно столько раз он пытался бежать. В конце концов его таки посадили в тюрьму, где он познакомился с будущим президентом Франции Шарлем Де Голлем, имевшим на тот момент в активе всего одну неудачную попытку побега. Кстати Де Голль потом пытался бежать еще раз пять – но все неудачно. Даже за ворота ему выбраться не удавалось.
 
 По воспоминаниям других пленников Миша был ярым монархистом. И вдруг с середины 1917 года стал заявлять что он – убежденный ленинец и марксист (хотя едва ли читал самого Маркса). Это при том, что в 1917 году большевиков и Ленина открыто называли немецкими шпионами, а их партию считали маловлиятельной. И вдруг будущий маршал стал ярым большевиком. Хотя с политической системой России 1917 года он просто не мог быть знаком, раз сидел в плену вплоть до сентября того же года. Но дальнейшие детали его биографии еще странней.
 
 В сентябре Тухачевский бежит из военной тюрьмы в пятый раз. И побег удается. Странно тут даже не то, что не в пример Де Голлю ему улыбнулась такая удача, а то, что это произошло аккурат перед событиями октября 1917 года. Он как-то хитро материализовался в расположении своего Семеновского полка, где никто не стал вдаваться в подробности того ночного боя у деревни Пясечно… Миша тут же уходит в отпуск – и где-то шляется до марта 1918-го года. При этом его успевают избрать ротным и вручить ему капитанские погоны…
 
 Почему дворянин и гвардеец Семеновского полка пошел к большевикам – загадка из загадок. Его прижизненные биографы объясняли это "идейными соображениями". Но из всего вышеизложенного напрашивается нечто другое – если вспомнить, что немцы через Ленина и большевиков желали завалить Россию…
 
 Сперва Тухачевский крутился вокруг фигур второго плана – пролеткультовцев, интеллигентов, стоявших ближе к Троцкому, чем к Ленину. Те и рекомендовали его "вышестоящему" патрону – после чего начался настоящий взлет "товарища Тухачевского".
 
 Сначала по рекомендации видного большевика Валериана Куйбышева, по молодости тоже согрешившего учебой в кадетском корпусе и в Военно-Медицинской академии, Мишу назначают на хлебную (особенно в период мобилизаций) должность военкома Москвы.
 
 Более того, его, дворянина и бывшего офицера-гвардейца, то есть трижды классового врага, сразу принимают в ВКП(б) без всякого испытательного срока. И Троцкий уже в августе 1918 года доверяет ему целую армию! Это при том, что к середине 1918 года недостатка в военспецах Красная армия не испытывала. На ее стороне воевала элита бывшей русской армии, от Брусилова и Шапошникова до Бонч-Бруевича (брата известного большевика-ленинца и начальника военной разведки Российской Империи). Генералов и полковников с академическим образованием хватало по три-четыре штуки на каждую армию. Но 1-ю армию Восточного фронта почему-то доверяют именно Тухачевскому, прослужившему в общей сложности менее года. Это как если бы сейчас поставили командовать военным округом лейтенанта…
 
 Воюет он, несмотря на то, что его штаб был "усилен" военспецами, хреново. Под Симбирском его дубасит Каппель, и Тухачевский вместе с его армией удирает на 80 верст от малой Родины Ильича... Колчаковцы бьют его в хвост и в гриву… И только общий развал в рядах белых, утративших всякую поддержку населения, позволяет Тухачевскому торжественно "освободить" брошенный белыми Симбирск. После чего его рекомендуют на должность комфронта.
 Прославился же он не военными подвигами, а вводом в своих частях античной децимации – расстрела перед строем каждого десятого бойца и командира отступившего подразделения.
 
 Потом был поход на Кронштадт, за который Тухачевский получил орден – и война с тамбовскими мужиками при помощи химического оружия. А вот Польскую войну он бездарно слил. Искал врага, но не нашел, зато враг нашел его. И разгромил. Более 60 тысяч красноармейцев не вернулись с той войны, а более 80 тысяч попали в плен…
 
 В послевоенные годы Тухачевский увлеченно пинал на всех совещаниях Буденного. А Ворошилова трогать боялся – по одной причине: Ворошилов как-то в ответ на его нападки припомнил ему Польский поход. Тухачевский все понял, заткнулся и помалкивал. А Буденный – поделикатничал…
 Еще маршал Тухачевский любил почитывать журналы о культуре и искусстве, музицировать (по пять часов в день). Интересно, когда он при таком графике успевал решать служебные вопросы? Ну, и техникой он тоже интересовался. Сколько было вбухано народных средств в разработку по его инициативе всяких "лучей смерти" и "беспилотных самолетов" – не счесть. Особо потрясает такая его идея – построить танк, способный ездить по рельсам, летать, плавать, в том числе и под водой. Строил его "изобретатель-самоучка" товарищ Дыренков, который полностью оправдал свою фамилию – создав вместо танка гигантскую дыру в оборонном бюджете…
 
 Так вот, к чему я все это веду. Мог ли бывший гвардейский офицер с такой биографией войти в заговор против Сталина, чтобы самому взять власть в стране? По-моему – вполне.
 Пройдемся еще раз по его биографии, уже под этим углом.
 
 Вербанули Мишу, похоже, еще когда он учился. Девиз немецкой разведки в то время был – "Нет отбросов, есть кадры". Поэтому отличник боевой и политической подготовки при таком подходе был идеальной кандидатурой для вербовки. Именно немецкая разведка гарантировала оплату немалых расходов молодого гвардейца, ибо обязательные траты офицера-семеновца в начале 20 века в несколько раз превышали размер его жалования.
 При этом семеновцы были элитой, более того – вхожи ко двору Николая Второго. И иметь в этой среде агента – было бы огромным успехом немецкой разведки.
 
 Тогда объяснимо, почему немцы смогли вырезать всю седьмую роту Семеновского полка, подобравшись к ней скрытно (значит, знали, где стояли дозоры и секреты), а Миша весь бой отсиделся в блиндаже…
 
 Также становится понятным, почему Миша бежал из лагеря аж четыре раза без особых последствий. Побеги ему "организовывали", но они по различным причинам срывались. А пятый его побег "сделали" аккурат перед событиями октября 1917 года. И четко проинструктировали его о порядке дальнейших действий. На период революционной неразберихи Тухачевский затаился в отпуске, а после через "нужных людей", возможно, тоже завербованных в разное время немцами – пролез в высшее руководство РККА.
 
 Именно поэтому так странно вел себя Тухачевский на фронтах Гражданской войны. С Колчаком войну откровенно филонил, пока его не пнули как следует, полякам военную компанию вообще слил. Зато проявил себя "храбрым" карателем тамбовских мужиков и балтийских матросов.
 
 Потом Германию поставили на колени в Версале. И кураторам стало не до Тухачевского, ибо не было в рейхсвере разведки. А в середине 30-х вспомнили – когда он достиг в Красной армии огромных высот. Но, вероятно, новые хозяева не смогли договориться со спесивым Тухачевским, которого признавшийся в антисталинском заговоре Бухарин называл "нашим Наполеончиком". И сдали его с потрохами Сталину…
 
 Кстати тогда объясняются и многие кажущиеся нелогичными прожекты Тухачевского. Например когда Германию откровенно стали экономически прессовать в конце 20-х, он вдруг стал педалировать "поход" с целью устройства "мирового пожара" в Европе. Ресурсов для этого у СССР в те годы совсем не было, но Тухачевский был готов рвануть в Европу хоть на обшитых броней тракторах. Причем главными противниками СССР в тот период он называл Англию и Францию.
 
 Или те же колоссальные траты оборонного бюджета на бесполезные игрушки вроде "лучей смерти" или телеуправляемых танков. Тухачевский фактически лишил РККА нормальной артиллерии, всячески проталкивая динамореактивную пушку конструкции Курчевского, которую пихали везде, от самолетов до кораблей – и сняли с вооружения в июле 1941 года. Все знаменитые "катюши", пушки конструкции Грабина, противотанковые 57-мм орудия, зенитные автоматы и даже пистолеты-пулеметы стали приниматься на вооружение ПОСЛЕ снятия с должности Тухачевского.
 
 И танки КВ-1, -2, и Т-34 – были созданы не при Тухачевском, а после него. И воевала Красная армия всю войну тем оружием, которое успели спроектировать или ДО, или ПОСЛЕ маршала Миши…
 То есть это предатель в любом случае, лихо проникший в высший эшелон. И не будь он вовремя устранен, еще неизвестно, как обернулась бы для нас Великая Отечественная.

Оффлайн MALIK54

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 15515
Re: Шпионы и предатели в ВОВ.
« Ответ #8 : 01/11/16 , 11:37:47 »




Великая немецкая победа в Корсунь-Шевченковской операции




Саморасстрел себя из пушки просто гениален. Срочно! Срочно Михалкову в сценарий


Новая мысль, №18, 1944

Онлайн Ashar1

  • Политсовет
  • *****
  • Сообщений: 6203
Re: Шпионы и предатели в ВОВ.
« Ответ #9 : 12/11/17 , 20:32:58 »

КОЕ -ЧТО О ПЕРВОМ И ПОСЛЕДНЕМ "ПОДВИГЕ" ВЛАСОВЦЕВ.
ЧАСТЬ 1.

История “Спасения власовцами Праги” начинается в ноябре 1944 года, когда под Ульмом формировалась единственная собственно “власовская” боевая часть – 1-я дивизия РОА. Второй полноценной дивизии в этой армии появиться было не суждено, судьба её недоформированного зачатка, закончившаяся где-то в Австрии, останется за рамками нашего повествования о “Героях Праги”.

До создания РОА помимо карателей, полицаев и белоказаков русские в вермахте таки были, но занимались они в основном подсобными работами – от экстремального разминирования “на скорость” до разгрузки эшелонов за лишний кусок хлеба сверх лагерной пайки. Истории о 800 тысячах или даже о миллионе русских, якобы “служивших в вермахте” – ложь. 90% этих людей были военными чернорабочими, которые согласились таскать ящики со снарядами, чтобы жить чуть лучше, чем на угольных шахтах или в каменоломнях. Где в основном не жили, а подыхали, о чем было широко известно.

Власов мечтал заполучить этих людей в свою армию, которой до конца 1944 года в принципе не существовало, но всякий раз ему доходчиво объясняли, что неполноценным славянам место на рудниках. За исключением самых отъявленных головорезов типа отрядов Каминского, которые уж больно хорошо “боролись с партизанами”.
Собственно, остатки Русской Освободительной Народной Армии (РОНА) Каминского, которую “выгнали из карателей за жестокость” (а самого Каминского шлёпнули), как раз и впитала в себя 1-я дивизия РОА вместе с остатками частей СС бригадефюрера Зиглинга, которые тоже состояли из русских и белорусов, в основном – бывших полицаев “самооборонцев”. До этого единственными хоть как-то структурированными “русскими” подразделениями в вермахте помимо белоказаков были отдельные “ост-батальоны”, собранные из наиболее “благонадежных” хи-ви, “добровольных помощников”.

Так как во второй половине 1943 года из оных батальонов, почуяв, что ветер окончательно переменился, к партизанам драпануло порядка 14 тыс. человек, немцы решили держать их на Западном фронте. 10 октября 1943 года вышел соответствующий приказ и, после разоружения ещё 5-6 тыс. “ненадёжных” и отправки их обратно за колючую проволоку, “осты” отправились кто куда, но большей частью – на побережье Франции, достраивать эпический “Атлантический вал” и его пригороды. То бишь или копать, или охранять тех, кто копает.
Когда высадились союзники, остабатальонцы оказались в положении “Штафбата”(ТМ). То бишь с “мосинками” против американских танков. И нет ничего удивительного в том, что к 29 сентября 1944 г. из 8,4 тыс. потерь “восточных войск” на Западе 7,9 тыс. числились “пропавшими без вести”.

В общем, балаганчик решили разогнать даже в условиях тотального погрома на западном фронте, когда из собственно немецких солдат в резерве оставались дети, старики и “сводные батальоны больных кишечными заболеваниями”. Остатки “ост-батальонов” влились во всю ту же РОА, вернее в её единственную дивизию. Во главе “600-й дивизии вермахта”, собранной из всего этого отребья, встал “казачий атаман и генерал-майор” полковник Буняченко, славный тем, что, потеряв всё, что только можно, и, скатившись с должности начштаба корпуса до командира бригады, которую тоже потерял, в конце 1942 года, опасаясь, что вторично ему приговор “за вредительство” не смягчат и шлёпнут, сбежал к немцам. Где и получил звание генерал-майора.

Под его чутким руководством основные силы РОА, то есть 1-я дивизия в составе менее чем 15 тыс. рыл, двинулись 8 марта 1945 года из Мюзингена к месту своего будущего первого боя – Франкфурту-на-Одере. 26 марта последний эшелон выгрузился на станции в 30 км за линией фронта, и власовцев отправили окапываться во второй линии обороны. Наклёвывалось советское наступление, и Буняченко начал ставить перед немецким командованием вопрос, который, как ему казалось, мог несколько смутить немцев “Куда делся Власов, который должен был нами командовать?” Типа, без Власова в бой не пойдём. “Пойдете, пойдете!” – ласково отвечали немцы, пощёлкивая затворами. И 6-го апреля “генерал Буняченко получил от командующего 9-й немецкой армии приказ о подготовке дивизии к наступлению на захваченный советскими войсками плацдарм с задачей отбросить в этом месте советские войска на правый берег Одера”.

Оцените, с какой силой госпожа удача отоварила тейблом об фейс дезертиров, бегавших от ацких жыдокомиссаров, якобы “гнавших их на убой”. Теперь их гнали на убой новые немецкие друзья. Власовцы возрыдали от обиды. Если переписать эти несколько строк языком власовцев то получится более пространно: “Немецкое командование решило возложить на Первую дивизию ту задачу, которая в продолжительных, напряженных боях не могла быть выполнена силами немецких частей и при более благоприятных условиях, когда не было еще разлива и когда части советской армии еще не успели здесь достаточно укрепиться. Генерал Буняченко был против такого приказа. Он опять заявил, что его дивизия находится в подчинении генерала Власова и напомнил командующему о его недавнем заявлении по поводу подчиненности и боевого использования дивизии. Приказ о введении Первой дивизии в бой генерал Буняченко считал незаконным и противоречащим распоряжениям ставки немецкого главнокомандования и генерала Власова”.

В общем, “Герои РОА” работать штрафным батальоном у немцев испугались. Волновало ли это немцев? Не волновало. Они привезли Буняченке Власова и Власов покивал: “Фпирёд, герои РОА!”. Побыл два дня и уехал. Далее произошло предсказуемое. Власовцев отправили наступать узким фронтом по болоту, в лоб на хорошо укрепившиеся советские части, которые накрыли их плотным пулеметным и минометным огнем с трех сторон. После первого сеанса мясорубки Буняченко доложился командарму 9-й немецкой армии и сообщил, что наступать бессмысленно.
“Фпирёд, герои РОА!” – ласково сказал ему немец. И добавил, что остальная часть дивизии, которая по причине узкого фронта наступления, еще не залезла в самую жопу, принимает фронт ожопья у немецких частей, которые снимаются с этого участка.

В общем, всё ясно – “Ща в наступление пойдут русские, мы уходим, герои РОА остаются”. После такого, согласитесь, даже самые страшные рассказы про советских жыдокомиссаров кажутся детскими.
Кстати, фраза “Пора бежать” переводится с русского на власовский как “Настал особенно ответственный момент”. Так вот “Для командования Первой дивизии настал особенно ответственный момент. Откладывать решения уже было невозможно. Чтобы сохранить дивизию, надо было действовать, не останавливаясь ни перед чем. Рассчитывать было уже не на что и невозможно было поддержать даже внешне хорошие отношения с немцами. Все зависело от быстроты решения и смелости действий.

После безуспешной попытки убедить командующего 9-й армией генерала Буссе в невозможности успешного наступления генерал Буняченко вызвал к себе командиров полков и объявил им свое решение об открытом выходе из подчинения немецкому командованию. Он отдал приказ вывести полки из боя, предупредив об этом немецкие части, стоявшие в обороне”. По-русски этот эпический пассаж звучит значительно короче: “Фиг вам, мы бежим первые, вас здесь не стояло!”. И дивизия вернулась во вторую линию.

Во второй линии было хорошо. Можно было вкусно кушать и не бегать в атаку, пока Буняченко и командовавший 9-й армией генерал Буссе крыли друг друга ругательствами. Но вкусно кушали плохиши недолго. В один прекрасный день обозникам, явившимся на продбазу 9-й армии, немцы показали известно что под девизом “Кто не работает, тот не ест”. Посидев немного без хавки, власовцы решили “снабжаться с немецких складов с применением силы”. Узнав про таковую перспективу, народец воспрял духом. “Воинственное настроение, бунтарский дух и готовность к самозащите до последней возможности заполняли чувства каждого”. Склады ж, что уж.. Воровство в ближнем тылу немцам было совершенно некстати и 1-ю дивизию снабдили жрачкой на три дня и отправили дальше в тыл, лечить психологический кризис, случившийся после болотных приключений.

Отойдя ещё на 100 километров в тыл, власовцы почувствовали себя совсем-совсем комфортно и присели отдохнуть. Но тут вновь явились гадкие немцы, уговаривать героев РОА повоевать за немцев. Проникновенная речь Буняченко, произнесенная перед немецкими офицерами, если её перевести на русский, сводилась вкратце к следующему: “Вы, немцы, — нацисты и педерасты, и мы всегда это знали. Наша любовь была ошибкой. С Красной армией вы сражайтесь сами, а мы, идейные борцы с коммунизмом, пойдем отсюда восвояси, т.е., в плен к американцам”.

Красная армия тем временем перешла в наступление как раз на том участке, откуда сдристнули эпические герои РАО, что значительно ускорило темпы передвижения эпических борцов с коммунизмом на запад. Так добежали до Дрездена.

Продолжение завтра, в это же время.


автор : Роман Кузнецов

Не забудь вступить в группу!                                               

Онлайн Ashar1

  • Политсовет
  • *****
  • Сообщений: 6203
Re: Шпионы и предатели в ВОВ.
« Ответ #10 : 13/11/17 , 19:22:15 »

КОЕ-ЧТО О ПЕРВОМ И ПОСЛЕДНЕМ "ПОДВИГЕ" ВЛАСОВЦЕВ.
ЧАСТЬ 2.
 
В Дрездене сидел Шернер, командовавший остатками группы “Центр” и курил бамбук. Потому что больше делать было нечего — фсёкапец. Шернер предложил Буняченко сделку. Он отмазывает Буняченко в вышестоящих инстанциях на тему конфликта с командованием 9-й армии, а 1-я дивизия РОА всё-таки соглашается чуток повоевать, прикрывая жопу немцам.
 
Начались переговоры через посыльных, потому как сам ехать к Шернеру Буняченко боялся. Мол, его повяжут, а дивизию разоружат. Шернер в письменной форме просил повоевать, Буняченко, в свою очередь, в письменной форме просил снабдить его всем необходимым для отступления, потому что советские танки уже наступали на пятки идейным борцам с коммунизмом.
 
В конце концов пришлось Буняченко побежать дальше без снабжения. Добежав до Эльбы, идейные борцы с коммунизмом обнаружили перед собой практически непреодолимую преграду – небольшой отряд немцев, которому приказали стоять насмерть у заминированного моста через реку и никого не пускать. Власовцев особенно. Как уже было сказано выше, генерал Буняченко был не только идейным противником коммунизма, но и таким же идейным противником нацизма. Но в драку с немцами лезть было западло даже накануне их полного военного поражения. Поэтому была применена военная хитрость. Под предлогом “пропустить на ту сторону хотя бы медсанбат с ранеными”, немцев попросили открыть проход, через который и двинулась драпать вся дивизия.
 
Немцы от такой наглости выпали в осадок и пропустили. Власовцы перешли на другой берег, предоставив немцам сражаться с Красной армией, и полковник Буняченко занялся оборудованием очередного тылового рубежа. Специалист, что уж.
То, что в тылу у его группы оседлала важный мост драпающая дивизия власовцев, Шернеру совершенно не нравилось, и выводимые из боев дивизии СС стали как бы невзначай концентрироваться вокруг “идейных борцов”. Идейные борцы, не дожидаясь очевидного, снова сдристнули. Отойдя еще километриков на 30, власовцы получили с прилетевшим к ним начштабом группы армий очередное предложение все-таки повоевать. Воевать не хотелось, но жрать было совсем нечего. Бензина тоже не было. В обмен на обещание повоевать, начштаба выписал власовцам довольствие и улетел. “ЙЕЕЕЕЕЕС!” – сказали власовцы, получили снабжение и… двинули драпать дальше, на юг. “Дивизия была снабжена всем необходимым и вновь получила возможность и двигаться, и действовать”.
 
Майор Швеннингер, приставленный Шернером к власовцам в качестве офицера связи, узнав, что дивизия не поедет на фронт, а собирается отправиться к союзникам, обиделся. “Насобманули!” - “Ага” – подтвердил ему Буняченко.
Швеннингер смотался к своим и, нагнав власовцев на марше, заявил, что “будет бо-бо, если они не вернутся”. Мол, очень бо-бо, с танками и самолетами. Власовцы прекрасно понимали, что хорошее бо-бо в собственном тылу немцы организовать не смогут и не захотят. Потому что Красная армия, да. Главное, чтобы тыл продолжался подольше.
 
В Чехословакии Западный и Восточный фронты смыкались медленнее всего, и именно поэтому власовцы направилсь туда. Буняченко вполне резонно предполагал, что чем дольше его войска будут мотаться где ни попадя, лишь бы вдали от фронтов, тем меньше проблем он заполучит по дороге в американский плен. Таким образом, траектория движения вырисовывалась вполне определенная. До капитуляции Германии – на юг, потом – на запад.
 
Через два дня “беспримерного марша” власовцы добежали до Чехословакии. Неизвестно, пели ли власовцы во время рейда по тылам гитлеровцев свой марш «Мы идем широкими полями…», но драпали они быстро: к началу мая 1-я дивизия РОА была под Прагой. Тут её командиры задумались, что же делать дальше, ведь бежать уже было некуда. Меньше всего идейным борцам хотелось оказаться зажатыми между двумя отступающими немецкими фронтами, один из которых отступал перед Красной армией. Лучшим вариантом Буняченко считал сдачу американцам, но многие его сподвижники сомневались, а не выдадут ли их соотечественникам. При таком раскладе могли и убить.
 
Тут случилось второе явление Власова народу. Генерал прилетел вместе с Шернером, осудил действия дивизии, строго пожурил Буняченко за неповиновение и предложил всё-таки повоевать. Шернер во всем этом затянувшемся цирке с конями участвовал по одной простой причине – быстро “раздавить дивизию танками” он не мог по причине отсутствия должного количества этих самых танков, а долго воевать с власовцами у себя в тылу было только на руку советским армиям. Позволять же власовцам просто так довольствоваться с тыловых немецких складов было рискованно – могли не понять свои, которые за право “довольствоваться” воевали на фронте. В общем, что-то надо было делать, хотя что – не очень понятно.
 
Но разговор не заладился. Буняченко послал Власова , сказал, что Германии капут, никакой РОА нет, Власов со своим Шернером идёт лесом, а дивизия его собственная. Шернер пожал плечами и ушёл лесом. “Кролик был очень воспитанным и ничего не сказал” “Фу, бля! – сказал Власов Буняченко. – Наконец-то мы одни!”
“Оба генерала были растроганы. Они крепко, дружески обнялись”. РОА пошла дальше на юг, по дороге выменивая у чехов на оружие и патроны жратву и фураж. Чехи, добыв оружие, бежали радостно обворовывать по ночам немецкие гарнизоны, немецкие гарнизоны по мере скромных сил огрызались на чехов и власовцев. Власовцы драпали дальше.
 
2 мая случилось долгожданное. Власовцы увидели долгожданных американцев. Американцы тоже увидели власовцев. Они спикировали, причесали из пулеметов маршевую колонну и улетели. Впрочем, что это мы всё о власовцах. Надо бы сказать пару слов и о Праге, в которой им суждено было совершить свой великий подвиг.
 
Прага к этому времени стала проходным двором для немецкой армии, бегущей в американский плен. Толпы немецких солдат, драпавших на запад как с соблюдением хотя бы некоторого порядка, так и без оного, шли через город, предоставляя его жителям возможность насладиться всеми прелестями, сопутствующими подобного рода событиям. Терпеть подобные вещи от Великогерманского Рейха чехи еще могли. Но от издыхающего огрызка, который вот-вот окончательно затопчут – нетушки.И вот 2 мая к Буняченко приходит делегация чехов. Чехи просят русских братушек помочь им поднять восстание. “Во имя спасения героических сынов Чехословакии, во имя спасения беззащитных стариков, матерей, жен и детей наших, помогите нам. Чешский народ никогда не забудет вашей помощи в тяжелую минуту его борьбы за свободу, — говорили они генералу Буняченко”. Буняченко не считал себя вправе вмешиваться в дела Чехословакии, но оставаться равнодушным и безучастным к происходящим событиям для него было тоже невозможно.
 
Не могли отнестись к этому безразлично и все власовские солдаты и офицеры Первой дивизии. Все они горячо сочувствовали чехам и восторгались их готовностью к неравной борьбе с немцами. Генерал Власов и генерал Буняченко прекрасно понимали ту ответственность, которую они взяли бы на себя, дав свое согласие на поддержку восстания. Делегация уехала, не получив определенного ответа. Буняченко испугался. И братьев-славян не поддержал. Однако по здравому размышлению делать что-то надо было. Если чехи восстанут, а дивизия будет просто сидеть рядом, то немцы первым делом ее разоружат, чтобы не маячила. И могут не взять с собой в сытый плен к союзникам.
 
Хорошо было бы как-то доказать янки, что власовцы сражались не только с коммунистами, но и с нацистами. Для этого дезертирства и грабежа складов как-то маловато. Да и двигаться навстречу американцам было невозможно: все дороги на запад были забиты отступающими немецкими частями. А так можно было дождаться и встречи с советскими войсками, которой "герои РОА" хотели всячески избежать.
 
Продолжение завтра, в это же время

Не забудь вступить в группу!
Автор Роман Кузнецов, участник и друг нашей группы.                                   
         

Онлайн Ashar1

  • Политсовет
  • *****
  • Сообщений: 6203
Re: Шпионы и предатели в ВОВ.
« Ответ #11 : 15/11/17 , 09:24:48 »

КОЕ-ЧТО О ПЕРВОМ И ПОСЛЕДНЕМ "ПОДВИГЕ" ВЛАСОВЦЕВ. ЧАСТЬ 3.
 
Кстати, о сытости. Чем-то надо было зарабатывать благорасположение местного населения в форме выдачи продуктов питания и фуража. Всё лишнее оружие было уже роздано, поэтому решено было немножко поразоружать немцев и тем посильно поддержать чехов. Ну а чехи покормят братьев славян.
 
Немцев разоружали предельно корректно, дабы в случае неуспеха замысла можно было как-то отговориться. В общем, если кто не понял, ситуация такова. Через Прагу на запад идут немцы, учиняя непотребства. В Праге чехам плохо, они готовятся бить немцев. Вокруг Праги уже вовсю бегают по лесам чехи и бьют немцев. Юго-западнее Праги сидит РОА, и, пользуясь тем, что большая часть идущих на запад немцев не в курсе, что тут сидят власовцы в немецкой форме, тормозит проходящих мимо немцев, отнимает оружие, отдает чехам, получает от них жратву и садится дальше охранять от чехов разоруженных немцев. Если это называется “борьбой с нацизмом” и “активной поддержкой пражского восстания”…
 
Впрочем, ситуация стремительно менялась. Через некоторое время к власовцам снова прибыли чехи, сообщившие интересное. К Праге подошли немецкие войска, пробивающиеся в американский плен и, вместо разоружения власовцев, активно бьют чехов, потому что те мешают им пройти в этот самый американский плен.
Власовцы прикинули, что основная масса злых вооруженных людей в серой и черной форме к моменту их появления уже пройдёт через Прагу, и сказали братьям-славянам: “ЙОУ, БРАЗА!”
 
Сначала Буняченко направил свои полки не в Прагу, где гибли чехи, а на находившийся за пределами города аэродром Рузине. Там базировались реактивные истребители Me-262; они не предназначались для ударов по наземным целям, зато представляли реальную угрозу для американской транспортной авиации, которая могла высадить десант для помощи восставшим. Длинная и прочная посадочная полоса Рузине подходила для этого идеально. Однако аэродромная охрана сумела отбить атаку. Только после этого власовцы повернули на Прагу, через которую лежал путь на запад.
 
С утра 7 мая им удалось занять несколько районов города и разоружить часть гарнизона. Сравнительная легкость, с которой они это осуществили, объяснялась тем, что немцы, из-за неразберихи со связью не знавшие о предательстве вчерашних союзников, поначалу не оказали серьезного сопротивления атакующим их людям в форме вермахта. Однако вскоре ситуация прояснилась и гитлеровцы взялись за власовцев всерьёз: начались упорные уличные бои. Здесь "герои РОА" впервые дрались по-настоящему: в случае успеха они могли предъявить западным союзникам "освобожденную" Прагу и рассчитывать на сытый американский плен. О договоренностях между СССР и США по поводу судьбы чешской столицы они просто не знали.
 
Из обоза моментально были извлечены во множестве заготовленные заранее и ожидавшие своего часа портреты генерала Власова. Раздавая оные портреты населению, власовцы, пересидевшие в стороне самый шухер, прибыли на место действия, дабы пожать славу “спасителей Праги”. От чего они могли спасти Прагу – не ясно. Ни о каком “подавлении восстания и разрушении Праги по образцу Варшавы” речи уже не шло. Вермахт образца лета-осени 1944 года мог некоторое время удержать на Висле Красную армию и до января 1945-го “зачистить” Варшаву. Но весной 1945-го немцам надо было просто пробить коридор через восставшие территории на запад и уйти. Ни устраивать тотальную резню, ни разрушать Прагу не было ни смысла, ни приказа. И любой здравомыслящий человек, даже очень трусливый, это хорошо понимал. Так что, пока немецкие части с боями обтекали Прагу с одной стороны, власовцы без особых трудностей благополучно входили в нее с другой стороны, да еще и захватили теперь уже никому не нужный аэродром с брошенными на нем самолетами.
 
В общем, триумф был близок. Еще немного – и власовцы поднесут спасенную Прагу на блюдечке с голубой каемочкой союзным войскам и все-таки героически попадут в сытый американский плен. Однако к ночи и им стало ясно, что в Прагу скоро войдут советские, а не американские войска. На этом "поддержка восстания" со стороны РОА, продолжавшаяся всего несколько часов, закончилась. По условиям перемирия, немцы пропустили колонны дивизии Буняченко на запад, и только что сражавшиеся друг с другом нацисты и власовцы вместе (!) двинулись навстречу западным союзникам…
 
Но 7 мая, когда на встрече власовцев и импровизированного чешского правительства стороны заявили о своих планах, чехи послали власовцев подальше. Чехи были люди чрезвычайно практичные и неоднократно пострадавшие от этой чрезвычайной, просто запредельной, почти польской, практичности. Поэтому отдаться по покровительство “героев”, отсиживавшихся до последнего в тылу, и пострадать от такой практичности еще раз хотели меньше всего. А то, что город, принимающий у себя в качестве гостей власовцев, дожидающихся американцев, при подходе Красной армии пострадает — к гадалке не ходи. И то, что сами власовцы из города сдристнут при этом моментально, оставив чехов “дожидаться американцев” в гордом одиночестве под дулами русских пушек – тоже к гадалке не ходи. А все говорило как раз за то, что советские танки в город войдут первыми.
 
Таким образом, в ночь с 7 на 8 мая “поддержка восстания” завершилась, и власовцы “выйдя из боя” двинулись на запад следом за немцами. Напоследок, благодарные за “спасение Праги” чешские партизаны поймали начштаба РОА генерал-майора Трухина и сдали его советским войскам. А сопровождавших его власовских генералов Боярского и Шаповалова убили “при попытке оказать сопротивление”.
 
10 мая героическая эпопея идейных борцов с коммунизмом подошла к концу — власовцы наконец-то встретили американские танки. Но те не испытали восторга от встречи с «борцами за свободу России от большевизма». Разговор был коротким: "Вы кто такие? Русские? Вот пусть русские с вами и разбираются". Американцы приказали разоружиться, и 11 мая всё оружие кроме необходимого для охраны самих себя минимума было сдано. После чего, в непринужденной обстановке полной вооруженности одной стороны переговоров и полной безоружности другой стороны, выяснилось, собственно, главное. То, что эпические борцы с коммунизмом все-таки идут лесом.
 
Американская армия принимать капитуляцию РОА и давать ей какие-либо гарантии не собирается, а территорию, на которой расположилась 1-я дивизия РОА, передаст русским. “И разбирайтесь между собой сами”. “Всёкапец, цирк закрывается, все свободны, расходитесь кто куда!” – сказали Власов и Буняченко и сдались американцам частным порядком. “Нафиг-нафиг!” — сказали американцы и передали Власова и Буняченко русским.
“Герои РОА” пожали плечами и разошлись кто куда. Благодарные чехи отлавливали героев, пробиравшихся в Западную Германию и сдавали советским властям. ЗАНАВЕС.
Кто найдет в этой истории “Русской Освободительной армии” хоть сколько-нибудь героизма, покажите, где. Я не вижу. Лепить себе русских национальных героев из этого говна – это надо очень себя не уважать.

Не забудь вступить в группу!
Роман Кузнецов,